Популярные книги жанра Ироническая фантастика в fb2, epub

- Первая машина времени, джентльмены, - гордо объявил профессор Джонсон двум своим коллегам. - Небольшая экспериментальная модель. Может перемещать любые предметы весом не более трех фунтов пяти унций и не далее двенадцати минут в прошлое или будущее. Она действует.

Модель действительно выглядела небольшой, правда, она имела два внушительных циферблата под невысокой платформой.

Профессор Джонсон взял в руки металлический кубик.

- Медный кубик, - объявил он, - с которым мы работали, весит один фунт и две трети унции. Сначала я перемещу его на пять минут в будущее. - Он наклонился и передвинул стрелку одного из циферблатов. - Засекайте время.

ФРЕДЕРИК БРАУН

ПРЯМОЙ ОТВЕТ

Пер. С. Ирбисова

Двенадцать камер следили за каждым движением Двара Эйва. Передача транслировалась по всей обитаемой Вселенной.

Вот он спаял золотом последний контакт. Вот он разогнулся и кивнул Двар Рэйну. Вот подошел к главному переключателю. К тому самому, который через несколько минут объединит вычислительные машины всех девяноста шести миллионов обитаемых миров в одну - самую мощную, самую мудрую.

Мистер Везеруокс допил вторую чашку кофе. В его голосе, когда он заговорил, чувствовалась твердая решимость.

- Моя дорогая, - сказал он, - обрати, наконец, самое серьезное внимание на то, чтобы в нашем доме больше не появлялось подобных небылиц.

- Хорошо, Джесон. Я просто не заметила...

- Разумеется, не заметила. Но ведь за то, что читает твой сын, отвечаешь в конце концов ты.

- Постараюсь быть более внимательной, Джесон. Я не видела, как он принес этот журнал, действительно не имела никакого представления, что...

Богатства сюжетов, стилей и авторских приемов, содержащихся в этом небольшом по объему произведении, хватило бы на несколько книг, причем разного жанра.

Роман «Креативщик» обладает двумя редко сочетающимися качествами: он быстро прочитывается, но нескоро забывается.

Есть у этого текста и еще одно необычное свойство. Трудно определить, то ли это серьезная литература, прикидывающаяся шуткой, то ли прямо наоборот.

«Борисова — потрясающий рассказчик. Повествование подхватывает тебя с самой первой страницы. Увлекательно, живо, даже дух захватывает. Читая эту книгу, становишься умней — и толком не понимаешь, в чем тут фокус».

Януш Леон Вишневский

«Интереснейшая вещь! Маленький роман, написанный простым, доступным каждому, «бульварным» слогом, восхищает филигранностью сюжетной конструкции и, увлекая с первых строк, приглашает читателя серьезно поразмышлять над вопросами бытия. Финальный перевертыш, когда мелкий бес искушает христианина-неофита, сделан автором так блестяще, что на обложке книги хочется написать: Осторожно! Искушение для нетвердых!»

Павел Санаев

«Трудно найти более щедрого и, пожалуй, расточительного автора. Свобода, элегантность, редкий в наших литературных обстоятельствах культурный уровень, игра в разных жанрах и в разных пространствах вызывают ассоциации с «Мастером и Маргаритой», но без скучной подражательности классику.

Интригующая книга: от этого нового автора можно ожидать прекрасного продолжения. Чего и желаю от всей души».

Людмила Улицкая

Это не продолжение знаменитого романа "Посмотри в глаза чудовищ". Но тень Николая Гумилева все равно не раз появляется на его страницах. Потому что у этих книг общее время. Общее прошлое. Общее настоящее. И, возможно, общее будущее. Возможно – потому что будущее создается именно на этих страницах. Возможно – потому что невозможного для его героев, кажется, не бывает...

Роман был номинирован на Букеровскую премию.

Похищение землян удалось блестяще…

Бедные пришельцы!

Мелкий служащий крупной секретной лаборатории Джейсон и его приятельница — любящая крепко выпить Алекс — совсем не идеальные объекты для изучения.

Зато они — идеальные кандидаты на роль «спасителей Вселенной», которую намерена в чисто коммерческих целях уничтожить межгалактическая Торговая Корпорация.

А уж в компании с искусственным интеллектом и философом-нигилистом Нолем и космическим вором Драксом они непобедимы!

Кремлевский экзорцист

- Здравствуйте, товарищи!

Неспешной мягкой походкой Сталин прошел вдоль длинного стола заседаний. Головы приглашенных поворачивались ему вослед. Остановившись у своего места, он обернулся и сделал короткий плавный жест рукой:

- Прошу садиться!

Дождавшись, когда шорохи стульев и почтительное покашливание сменятся полной тишиной, он продолжил:

- Я пригласил вас, товарищи, с тем, чтобы сообщить вам… - он сделал паузу, чтобы дать присутствующим возможность оценить и юмор и литературные аллюзии вождя. Реакция приглашенных была ожидаемой – все тщательно заулыбались и даже позволили себе с некоторым облегчением откинуться на спинки стульев.

Вы хотите узнать, как оно все было НА САМОМ ДЕЛЕ?

Почему вымерли динозавры?

В чем черпал вдохновение Джон Леннон?

Откуда произошли феи и гоблины? Какое самое великое открытие в квантовой механике — и что можно сделать с его помощью?

А может быть, вы хотите провести незабываемый вечер в обществе Бахуса, Шляпника и Мартовского Зайца?

Десять историй от Пола Ди Филиппо.

Десять историй — шокирующих, смешных, пикантных.

Надо же было хоть раз в жизни написать фэнтези о попаданце! Все пишут)))

На одной планете, доставшейся в наследство милой и обаятельной девушке, есть старинный замок, оставшийся от древней цивилизации, населявшей когда-то Галактику. И в этом замке завелись призраки…

Восьмой (по хронологии, седьмой), практически неизвестный рассказ из цикла о Грегоре и Арнольде. На русском языке ранее издавался только один раз в переводе С. Гонтарева под названием «Замок скаггов» в сборнике «Совершенное создание» тиражом 20 (!) экземпляров.

Для последнего, торжественного, соединения Двар Ив использовал в качестве припоя золото. Объективы десятка камер Телевидения следили за ним, и радиоволны несли сквозь пространства изображение того, что свершалось.

Он выпрямился и, сделав знак головой Двару Рейну, приблизился к ручке, призванной установить контакт, когда он ее опустит. Ручка, которая моментально свяжет громадные компьютеры всех обитаемых планет Вселенной — девяносто шесть биллионов планет — в единую гигантскую систему. Таким образом, все искусственные разумы составят теперь одну грандиозную кибернетическую машину, объединяющую и централизующую знания всех миров.

Эндрю Даль рад новому назначению: его ждет любимая исследовательская работа, и не где-нибудь, а в лаборатории «Интрепида», знаменитого флагмана Вселенского союза. Однако вскоре молодой ксенобиолог понимает: некоторые люди на борту корабля связаны тайной, в которую не посвящают новичков. Настораживает не только поразительная живучесть старших офицеров на фоне высочайшей смертности среди подчиненных, но и явная абсурдность происходящего.

Случайно узнав, что представляет собой на самом деле «Интрепид», Даль предлагает своим товарищам безумно рискованный путь к спасению…

К. Ломер, в прошлом сам профессиональный дипломат, создал удивительную историю приключений межзвездного «дипломатического аварийщика» Ретифа.

Первый секретарь посольства Маньян, уехав на время, переложил свои обязанности в отделе культурных связей на второго секретаря, Ретифа. Ему и пришлось выяснять, почему инопланетяне, широко известные как Громилы Никодемийского Скопления, «порывая с дурным прошлым и вступая в культурную жизнь Галактики», посылают на обучение на бедную и малоразвитую планетку две тысячи молодых студентов мужского пола.

Читатель этой книги узнает много нового о Ленине и Андропове, Азазелло и Коровьеве, Штирлице и колобке, а также о других реальных и выдуманных персонажах новейшей мировой истории. Лев Гурский, автор известных политических триллеров, киновед, публицист и самый авторитетный биограф второго президента России Романа Ильича Арбитмана, впервые собрал в одной книге свои фантастические рассказы (а какие же еще бывают рассказы?), написанные за последние годы. Большинство текстов публиковались только в периодике и не выходили в книжном формате, а некоторые, может, и выходили, но тоже попробуй-ка сегодня их найди.

Утром 12 марта 1985 года в московской квартире писателя Юлиана Семенова зазвонил телефон.

— Позовите, пожалуйста, Наташу. — У голоса в трубке был мягкий, но ощутимый зарубежный акцент.

— Извините, товарищ, вы ошиблись номером, — ответил писатель, повесил трубку и, вздохнув, стал собираться.

Через сорок пять минут он уже входил под полутемные своды шашлычной на Ленинградке — той, что напротив гостиницы «Советская». Двадцатипятилетний корреспондент «Нью-Йорк Таймс» Джек Вайнтрауб, месяц назад переведенный в Москву из сонного Баден-Бадена, сидел на своем обычном месте возле окна и внимательно рассматривал на просвет ломтик любительской колбасы.

Райтер Кругликов добрался до восьмой строки, затем вернулся к четвертой и понял, что опять облажался. Вся утренняя работа — насмарку. Он вновь нарушает условия лицензии: его «Песнь о Ярославе», как и американский исходник Лонгфелло, следовало строить при помощи четырехстопного хорея, бодрого и нерифмованного. А у Кругликова, вдруг ни с того ни с сего получилось складненько. «Ярославе — славе». Блин! Так всегда и бывает. Если надо позарез, строка не вытанцовывается, хоть тресни, но если не надо, рифмы сами лезут, как тараканы. И почему мудрые родители мудрого князя не дали своему сыну другое имя? Скажем, Святополк или Гостомысл? Ритмически — то же самое, зато слово «слава» вписалась бы сюда без всяких проблем. И тогда бы дневная норма по строкажу оказалась выполнена, и можно было выпить пива. Или посмотреть телевизор. Если, конечно, там сегодня есть на что смотреть…