Звездный зверь

Виталий Кушнаpев

ЗВЕЗДHЫЙ ЗВЕРЬ

Знаете стаpую детскую сказку о том, как злой кpокодил пpоглотил в небе Солнце? Так вот: это непpавда. Глотал он вовсе не Солнце, да и не кpокодил это был, а чеpное бесплотное звездное чудовище, пpишедшее из невообpазимо далеких туманных пpостpанств. Да и не чудовище вовсе, а пpосто маленький пpизpачный звеpек, смеpтельно уставший от беспpедельного одиночества холодных звездных пpостоpов.

Вечность назад он отпpавился в путь, отpинув все то, что когда-либо знал, позабыв о том, кто он есть, потеpяв даже имя свое pади единственной детской мечты, когда у него еще было детство, найти то, чему нет и названия, что и искать-то даже никто не пытался, потому что не знал - что это и где его нужно искать. И как.

Другие книги автора В Кушнарёв

Кушнарёв В.

ПРЕДЕЛ ЧЕЛОВЕКА

Посвящается R.A.Heinlein'у, по

давшему мне идею этого pассказа.

Однажды ночью, в сочельник, в цеpковь забpел маленький замеpзший котенок.

Hа улице выл ветеp, огpомные белые сугpобы лежали вокpуг и в бездонном аpктическом небе холодно меpцали далекие колючие звезды.А котенок был маленький, белый и пушистый. Весь день он скитался по гоpоду, пытаясь отыскать хоть что-нибудь теплое и съедобное. Он очень замеpз, ему очень хотелось есть и еще у него, бог знает почему, была поpанена лапка.

Популярные книги в жанре Сказка

Маленькая белая принцесса всегда просыпалась в своей маленькой белой кроватке, как только скворцы начинали свою болтовню на жемчужно-сером рассвете. Как только леса начинали просыпаться, она взбегала маленькими босыми ножками вверх по витой лестнице башни, становилась на самом верху ее в своей белой сорочке и посылала воздушные поцелуи солнцу со словами:

— Доброго утра, прекрасный мир!

Затем она снова сбегала по холодным каменным ступеням, одевалась в короткое платьице, чепец и фартучек, и начинала свою ежедневную работу. Она подметала комнаты и готовила завтрак, мыла блюда, чистила сковородки и все это она делала потому, что была настоящей принцессой. Из всей прислуги, которая должна была служить ей, осталась ей верна только старая няня. Теперь няня была стара и слаба, и принцесса не позволяла ей заниматься нелегким делом, а исполняла все домашние работы сама.

Евгений Андреевич Пермяк

Трудовой огонёк

У одной вдовы сын рос. Да такой пригожий, даже соседи налюбоваться на него не могли. А про мать и говорить нечего. Рукой-ногой ему шевельнуть не даёт. Всё сама да сама. Дрова-воду носит, пашет-жнёт-косит, на стороне работёнку прихватывает - лаковые сапоги да звонкую гармонь сыну зарабатывает.

Вырос у матери сын. Кудри кованым золотом вьются. Уста алые сами собой смеются. Красавец. Жених. А невесты не находится. Ни одна за него не идёт. Отворачиваются.

Дмитрий Шашурин

Детектив с Бабой Ягой

Баба Яга никак не могла решить, что нужно сделать сначала: почесать кончик носа или открыть английским ключом дверь своей избушки. Она уже давно завела ступу в гараж и с тех пор все топталась на крылечке.

Мешок и карманы Бабы Яги были заняты. Там сидело что-то живое, что Бабе Яге приходилось придерживать свободной рукой да еще локтем той руки, в которой она держала ключ.

За дверью внутри избушки то и дело слышался прерывистый механический шум.

В.ТАТАРИНЦЕВ

АНЧАР

(повесть-сказка)

Присказка

Из своего аккуратного небольшого домика выходит старичок в старомодном сюртуке, широкополой шляпе и с палочкой. Вот он спускается с крыльца и идет по садовой дорожке. Снимает шляпу и кланяется нам:

- Позвольте представиться, Иллюзион Фантазьевич. Прошу любить и жаловать.

Вы спросите, как же он узнал, что мы за ним наблюдаем (может быть, вы даже испугались немного) - ничего удивительного. Иллюзион Фантазьевич по профессии волшебник. Было бы даже странно, если бы он не заметил, что сказка уже началась.

Дарья Телегина

ОСТОРОЖНО: РУСАЛОЧКА

Тему потусторонних девушек с хвостом я уже однажды затрагивала. Ну да русальная, в народном понимании, неделя близится - можно и еще вспомнить. Тем более, что попалась мне сказочка про русалку - уж на редкость зловещая. То, что русалки не добры по определению - это народ давно выяснил. Повторяться не буду - перечитайте прошлую статью, а то и впервые ознакомьтесь, это уж кто - как. Но таковой, нижеописанный вредительский характер русалок - это что-то совсем ужасное. Поневоле не только купаться расхочется - даже близко к воде не подойдешь! Ну да слушайте... В стародавние времена на реке Кице поселилась откуда ни возьмись, русалка. Места там, говорят, дремучи, нечисти жить приятно - вот утопшая жонка себе реку и облюбовала. Живет, водяну траву жует, рыбой семгой командует. С виду будто девка, но близко не подойдешь - не сразу хвост и углядели. А дело так было. Поселились на Кицевой тони два брата Заборщиковы. Не богаты были, за рыбное место последние деньги заплатили но дело не пошло. Как ни вытащат сети - все рыба будто несвежая, уснувшая какая-то. И совсем не знают, что же им делать - не то что прибыли, не прокормиться никак. А однажды вместе с рыбой вытянули что-то большущее, только с волосами и голыми руками. "Ах ты подла! Это ты нам со зла всю рыбу портишь?"- вскричали братья. Присмотрелись - а перед ними рыба-рыбой, только волосатая, что с ней без толку говорить? Ну, нечисть поганая! И как быть дальше - непонятно; место никому не продашь, слава и без того недобрая ходит... Решились они встретиться с этой русалкой лично, может, разговором на нее подействовать. В полночь приходят на берег и жонку эту вызывают. А она уже тут как тут, волосы распустила, хвостом играет, глазищами бесстыжими пялит. "Что,говорит,- вам от меня надо?" "Так, мол, и так, твои это все штуки - у нас рыба сонна ловится, а то и вовсе нечисть невообразимая. Скажи ты нам, чего хочешь, чего ждешь?" А жонка Кицка и отвечает: "Это я с печали да горя. Давно я человечьего мяса не кушала. Добудьте мне свежей человечинки - так я вас таким уловом порадую, вмиг озолотитесь". Сказала, хвостом вильнула - и была такова. Рыбаки же, словно ошалевши, домой пошли... День проходит, два... А на третий у мужика одного девчонка несмышленая пропала. Нескоро выловили, по сарафану одному и признали: лицо все объедено было. Конечно, на детскую неосторожность все списали, похоронили, а вот что касается братьев Заборщиковых - они с того лета в большую силу пошли и собственную рыботорговлю открыли. Так ли, не так - только с того времени много народу пропадать по Кицкому берегу стало. То парня не доищутся малого, то девки, то старухи. Слух пошел, что Кицка женка тут виновата; но улов и у всех стал неплохой, так что горевать-горевали, про исчезнувших тихонько "утонул" говорили, а делать все равно ничего не делали - да и что сделаешь, кому пожалуешься? И много десятков лет так шло, а о богатстве Заборщиковых уже и вспоминать не приходится - богатеи первостатейные стали... Но о ту пору, когда русский царь с французом воевал, пропал тоже один мальчишка девяти годков. Поплакали о нем; в поминание за упокой "Сергия" записали; решили - дело кончилось, а оно, оказывается, только начиналось. Прошло еще лет десять, и где-то у Терского берега стали часто бывать монахи с Соловков. Народ принимал их хорошо, вот они и зачастили - образки продают, на иконы собирают, а то и просто благословения раздают,- всяко. И вот однажды со стареньким монахом в сопровождающих - юноша лет осьмнадцати. Терский-то берег недалеко от Кицы, добрели они и дотуда. Смотрят по деревне - ба! Ровно знаком молодой послушник, а будто и не знаком. Но мать признала: "Ты ли,- говорит,- Сергеюшко?" "Я, матушка!" - и состоялась радостная встреча спустя долгие годы разлуки. Тут все дело и раскрылось. Ничего юноша не помнил, пока мать не увидал и в родной деревне не оказался. А как вспомнил - так и страшное рассказал. Тогда его аккурат братья Заборщиковы собственноручно в воду с Кицкой тони сбросили. Но парень-то одежкой за бревно уцепился. А затем его волной к морю вынесло, на берег выкинуло - как раз туда, где Соловецка тоня стояла. Монахи подобрали несчастного, отходили - но он ни имени, ни чего иного вспомнить не мог. Так безвестным и жил, возле Бога подвизался. А пришел возраст - дал обет за свое чудесное спасение в монастырь постричься. Тут шум да гам поднялся, жаловаться хотели на братьев Заборщиковых, но они, видно, взяток надавали - никто ничего им сделать не смог. Да и монахи отговорили: "Господь, мол, милость Свою к младенцу явил - благоговейте перед чудом, а убийцы ответ будут держать, время придет. Блаженни милостивии..." Так злодеев народ и не тронул. Только с тех пор люди на Кице пропадать перестали. А Заборщиковы богатый вклад в монастырь отправили... Вот так и эдак русалка-людоедка простых труженников моря с пути истинного совратила. Так что надо быть осторожными - и с русалками, и вообще. Никогда не знаешь, на какую приманку попадешься...

Дарья Телегина

СКАЗКА - ЛОЖЬ

Русский фольклор - вещь презабавная. По пальцам можно перечесть сказки, в которых финал оптимистичен: "и я там был, мед-пиво пил..." Чаще же всего главный положительный герой гибнет, или события выходят из-под контроля, оставляя читателя с тяжелым осадком на сердце. Съеденный Колобок, растаявшая Снегурочка, разломанный теремок или разбитое золотое яичко... На этих жутких историях растут дети, впитывая в себя культурный пласт народной культуры. Какой есть пласт - такой и впитывают, другого не дано. То же можно сказать и о менее известных фольклорных преданиях. Веками складывали их русские люди, передавая из уст в уста, отражая в историях свое мировоззрение и взгляды на многие, в том числе важные концептуальные вопросы. Вот наткнулась я в очередной раз на такую соблазнительную сказочку, и в очередной раз констатирую, увы, весьма поверхностное принятие народом основ православия. И истоки современного безбожия лежат именно там, в преданьях старины глубокой... В общем, вот она, тематически подходящая к посту, сказка "Грех и покаяние". Слушайте... Жила-была нищая старуха, а у ней был один сын и одна дочь. Нашел как-то сын посреди высокой горы большой котел, полный золота. Хотел взять - а он не дается, только голос слышится настойчивый: "Не смей брать, а то худо будет!" Непонятно это было юноше, все пытался он котлом овладеть - тогда голос прояснил ситуацию: "Сказано - не смей трогать! А коли хочешь получить это золото, так сделай наперед грех с родной матерью, сестрой и кумой, вот тогда и приходи, золото твое будет..." Вот так - ни больше, ни меньше. Воротился парень домой да в печали все матери и рассказал. А та злое задумала, с кумой и дочерью посовещалась, и напоили корыстные бабы своего родственника, и сотворили грех с ним. Проснулся юноша с похмелья, а как осознал, что наделал - за голову схватился. Пошел за золотом, а сам думает-страдает: "На что мне оно? Я б теперь последнюю рубаху отдал, только б греха избыть". Так и не взял ни копейки, а отправился куда глаза глядят. Кто ни встретится по пути, всякого он спрашивает: не знает ли, как замолить грехи тяжкие?.. Вот эта часть истории вполне нравоучительна, и как сказка годится. А дальше? Просто жуть берет... ...Но не давал ему никто удовлетворительного ответа, и с горя парень в разбой пустился: каждого, не так ответившего, он убивал досмерти. А "так", видать, никто не отвечал, ибо все шел и шел он по свету, души христианские губя почем зря. Не минула эта участь даже баб корыстных: мать, куму и сестру порешил он, неся бремя греха... Таким образом добрался наш страдалец до леса дремучего, а там избушка тесная, в ней же скитник спасается. "Откуда ты, добрый человек, чего ищешь?" Разбойник рассказал ему о своей нравственной проблеме, не умолчал и об убийствах, ей сопутствовавших. "Нет, много за тобой грехов - не могу наложить епитимью",сокрушился скитник. "Ах так?- возмутился желающий замолить свой грех парень.- Так вот: загубил я уже девяносто девять душ, а с тобой ровно сто будет". Убил и дальше пошел, прощения искать. А что? Девяносто девять, сто - какая разница, выходит... Рано или поздно нашел он другого скитника, и тот смилостивился. "Наложу на тебя епитимью, только сможешь ли снести ее?" "Все приказывай - хоть каменья грызть зубами, все сделаю!" Взял тогда скитник горелую головешку, зарыл на высокой горе, и говорит: "Вон внизу, у подножья озеро. Ползай к нему на коленках, носи оттудова ртом воду и поливай это самое место, покудова не пустит горелая головешка отростков и не вырастет из нее яблоня. Вот когда зацветет она и принесет сто яблоков, а ты тряханешь ее и все плоды упадут наземь - тогда, знай, Господь простил твои грехи". Сказал так и вернулся в свой скит спасаться по-прежнему. А разбойник приступил к выполнению задания. Пополз на коленях к озеру, набрал ртом воды, влез обратно, полил головешку и пополз снова за водой... Долго трудился он, прошло тридцать лет, пробил он коленями дорогу в пояс глубины - и дала головешка росток. Прошло еще семь лет - и выросла яблоня, сто плодов принесшая. Тогда пришел к разбойнику скитник, увидел его худого, одни кости; яблоню увидел... "Ну, тряси дерево!" Осыпались все до единого яблоки, и в ту же минуту умер страдалец. А скитник вырыл яму и предал его земле. ...Вот такая странная история. Нехорошая она, потому как нехорошему учит. Терпение и труд, конечно, все перетрут - но тупое исполнение каторжной работы в течение даже половины века никак не может быть искуплением за напрасные убийства ста человек. На простую руку гражданского правосудия похоже, и не более того. Ну, изолировали рецидивиста, ну на общественно-полезную работу направили. А искупление греха тут при чем? А по-народному, выходит,- грехи все же прощаются: хоть сколько хочешь убивай и зло твори. Вот и думайте как хотите. Любителей старины такое творчество, конечно же, волнует - как полноценное достояние народной культуры. Но тех, кто действительно задумывается о своих грехах, хочу предупредить: сказки это. И даже не нравоучительные, а так, время провести за разговором,- и не более того. Загубленные души сотней яблок не вернешь, а про искреннее раскаяние разбойника в сказке что-то и не сказано ничего...

Сергей Алексеевич Воронин

Храбрый клоун

Однажды в мастерскую, где чинили детские игрушки, пришла женщина и сказала мастеру:

- Пожалуйста, почините мне куклу. Когда-то это был солдат, но меч у него сломался, мундир, как видите, весь изодран. Пусть он теперь будет клоуном.

- Сделаем! - весело ответил мастер и тут же стал шить колпак.

- Что вы делаете? - закричала кукла. - Я не хочу быть клоуном! Я солдат! Я воин!

ИМАНТ 3ИЕДОНИС

СКАЗКИ

Пересказал с латышского Юрий Коваль

Камни умеют летать.

Уж это точно.

А спички залезают в норы и шевелятся там.

Четвёртая ножка письменного стола прекрасно понимает, что стол устоит и на трёх.

Ей хочется путешествовать.

Солнце читает листья на деревьях, но только с одной стороны.

Зато уж ветер и с той и с другой.

Сказки вроде грибов.

Никогда не увидишь, как они растут.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Александр Кушнер

- Белые ночи - Бледнеют закаты... - Быть нелюбимым! Боже мой!.. - В тот год я жил дурными новостями... - Ваза - Воздухоплавательный парк - Вот я в ночной тени стою... - Два мальчика - Декабрьским утром черно-синим... - Когда я очень затоскую... - Ну прощай, прощай до завтра... - Рисунок - Сложив крылья - Среди знакомых ни одна... - Фотография - Чего действительно хотелось... - Человек привыкает...

ФОТОГРАФИЯ Под сквозными небесами, Над пустой Невой-рекой Я иду с двумя носами И расплывчатой щекой.

В. Кушнир

Рассказы о домашних приборах

История третья. Кто главнее

Раньше, когда дети жили в деревне, им рассказывали сказки про то, что их окружало: про собачек, зайчиков, телят, утят, котят и прочую живность. Сейчас дети живут в городах в больших домах со множеством квартир, где из живности встречаются частенько только тараканы. Поэтому наши истории про то, что водится в нашей отдельно взятой квартире. Конечно, в этой квартире водятся мама, папа, большая девочка Славочка, очень маленькая девочка Никуля, хомяк Хакер и несколько рыжих безымянных тараканов, но истории не про них, а про бытовую технику.

В. Кушнир

Рассказы о домашних приборах

История вторая. Про дурной характер

Раньше, когда дети жили в деревне, им рассказывали сказки про то, что их окружало: про собачек, зайчиков, телят, утят, котят и прочую живность. Сейчас дети живут в городах в больших домах со множеством квартир, где из живности встречаются частенько только тараканы. Поэтому наши истории про то, что водится в нашей отдельно взятой квартире. Конечно, в этой квартире водятся мама, папа, большая девочка Славочка, очень маленькая девочка Никуля, хомяк Хакер и несколько рыжих безымянных тараканов, но истории не про них, а про бытовую технику.

В. Кушнир

Рассказы о домашних приборах

История первая. Про любовь

Раньше, когда дети жили в деревне, им рассказывали сказки про то, что их окружало: про собачек, зайчиков, телят, утят, котят и прочую живность. Сейчас дети живут в городах в больших домах со множеством квартир, где из живности встречаются частенько только тараканы. Поэтому наши истории про то, что водится в нашей отдельно взятой квартире. Конечно, в этой квартире водятся мама, папа, большая девочка Славочка, очень маленькая девочка Никуля, хомяк Хакер и несколько рыжих безымянных тараканов, но истории не про них, а про бытовую технику.