Звездные фермеры

О чем может мечтать юный романтик в любую эпоху? Конечно, о путешествиях, о неведомых мирах, о подвигах. А еще о верных и бесстрашных друзьях.

Но если он родился в космической глуши, где звездолеты видели только по телевизору; если и отец, и дед, и прадед у него простые фермеры? Что, забыть о мечте? Вот и нет! Иногда в размеренный ход жизни может вмешаться случай!

Именно этот случай становится началом невероятнейших приключений. Гладиаторские бои с участием ужасных тварей Вселенной, лучший курорт мира и его изнанка, таинственные джунгли, населенные дикарями, и, наконец, суперзлодей с целой армией зловещих монстров! И это лишь малая часть того, с чем придется столкнуться нашему герою.

Отрывок из произведения:

Нет, все-таки прав, тысячу раз прав был наш деревенский пастырь, преподобный отец Жозеф, когда говорил, что все эти штучки-дрючки, что понапридумывали яйцеголовые ученые на нашу голову, — от лукавого. И ежели человек урожден по образу и подобию Божию, то есть с парой рук и ног, с одной головой и без всяких крыльев, то и должен он ходить по земле на своих двух, а не летать в небесах, подобно птицам и прочим летающим тварям, из которых птицы далеко не самые противные. Одни слепни чего стоят! И если бы мой папаша, дай Бог ему здоровья, почаще захаживал в приходскую церковь, а не в таверну дяди Абрамяна и не ввязывался бы в разные авантюры, я бы не оказался в этой глубокой… Впрочем, не буду забегать вперед, лучше обо всем по порядку… Так, а о чем это я? Ах да, про пастыря нашего. Нет, вы не подумайте, отец Жозеф вовсе не из тех святош-маразматиков, что ноют повсеместно о конце света и призывают людей бросать все свои дела и уходить в пустынь. Был у нас один такой странствующий монах из церкви Начального Космического Разума. Вечно такой лохматый, взъерошенный, немытый, в рясе какой-то засаленной, с крестом на полпуза. Все ходил, ходил по деревне, все ныл, стонал на деревенских сходках, в пустынь всех немедля призывал, поститься, грехи замаливать. Только у нас времени нету на всякие там замаливания, нам вкалывать надо. А какая с поста работа? С поста и ноги протянуть не долго. И вот покамест мы в поле вкалываем до темноты, монах шмыг в таверну к дядюшке Абрамяну и давай кур жареных трескать за обе щеки, пиво ему подавать не успевали. А как натрескается курятины, пивом нальется под завязку — вечер уже, мужики деревенские в таверну собираются горло промочить. Вот тут он и начинает: мол, и живем-то мы неправильно, и чревоугодием грешим, и о Боге не думаем. Первым мой батя не выдержал, аккуратно взял так монаха за грудки и говорит: «Иди-ка ты, мил человек, куда подальше, а то ведь я человек простой, но нервный. Могу и по лбу приложить». Монах так внимательно батин кулак рассмотрел, прикинул, что к чему, и ушел. И не в какую-нибудь там пустынь, а вознесся на небеса самым натуральным образом — на космочелноке с билетом на космолайнер в кармане. В салоне первого класса, между прочим, я сам билет видел! Ну и туда ему и дорога. Действительно, и когда тут поститься? Работы невпроворот, к тому же где нынче на Грыме пустынь найдешь? У нас вся землица как на подбор, плодородная, пустынь у нас никаких нет, и не предвидится. Или я уже про это говорил?

Рекомендуем почитать

Они рассчитывали обойтись точечными ударами. Безнаказанно стереть в порошок страну, которая по недоразумению ещё владела ядерным мечом. В глобальном кризисе природные ресурсы жертвы пригодились бы «золотому миллиарду». Когда на руках козыри в виде 20 000 крылатых ракет и аэрокосмического оружия, всё выглядит несложным.

Они просчитались. Залпа одного подводного ракетоносца списанной в расход державы хватило, чтобы отплатить агрессору сполна. Это было только начало. Никто не предполагал, что теория «ядерной зимы», которую все считали мифом, окажется верна. И живые позавидуют мёртвым, погибая от холода и голода во мраке бесконечной ночи.

Многие откладывали деньги на чёрный день, самые умные запасали тушёнку и патроны. И вот Чёрный День настал.

2-я исправленная редакция

Бесчеловечный роман широкоизвестного сетевого автора рассказывает о торжестве западной демократии на Урале.

Рыба сгнила с головы. Засевшие в Кремле агенты влияния других стран сделали свое черное дело под прикрытием гуманистических либеральных лозунгов. Коррумпированные политики продали Россию, разрешив ввод натовских войск для контроля за ядерными объектами и «обветшалыми» пусковыми установками.

Так пришел знаменитый Полный Песец. Холод, тьма. Голодные одичавшие жители некогда развитого промышленного города истребляют друг друга за пригоршню патронов или пластиковую бутылку крупы. Во что превращаются люди на грани выживания, как происходит естественный отбор в условиях тотальной катастрофы, кем становится простой обыватель в мире насилия — многие страшные тайны скрывает в себе «Мародер».

Третий год демократии иракского образца на российской земле. Государства РФ больше нет, слово «Россия» запрещено цензурой, есть NCA — Северная Центральная Азия, политкорректное название оккупированной территории. В некогда секретном оборонном городке хозяйничают американцы и их слуги самых разных национальностей. Стратегические атомные объекты взорваны, а развалины заминированы. Местных жителей расстреливают, как одичавших собак, сотрудники частных охранных фирм. Хаос глобальной социальной катастрофы закончился, наступила эра Нового Порядка. Однако чудовищный замысел Мастеров, наконец-то воздвигнувших великую Золотую Пирамиду Власти, рушится внезапно и безжалостно. Восстав из мертвых, Ахметзянов возвращается на руины Тридцатки, чтобы вернуть долги оккупантам. Чтобы карать. Пощады не будет!

Великая Смута, как мор, прокатилась по стране. Некогда великая империя развалилась на части. Города лежат в руинах. Люди в них не живут, люди в них выживают, все больше и больше напоминая первобытных дикарей. Основная валюта теперь не рубль, а гуманитарные подачки иностранных «благодетелей».

Ненасытной саранчой растеклись орды интервентов по русским просторам. Сытые и надменные натовские солдаты ведут себя, как обыкновенные оккупанты: грабят, убивают, насилуют. Особенно достается от них Санкт-Петербургу.

Кажется, народ уже полностью деморализован и не способен ни на какое сопротивление, а способен лишь по-крысиному приспосабливаться к новым порядкам. Кажется, уже никто не поднимет их, не поведет за собой… Никто? Так уж и никто? А может быть, все-таки найдутся люди, которые начнут партизанскую борьбу с интервентами? И может быть, не только люди…

Ее обнаружили в 1938-ом. И тут же взяли под строжайший контроль. С тех самых пор это самая охраняемая государственная тайна. В сверхсекретных документах НКВД-КГБ-ФСБ это место фигурирует как АТРИ — Аномальная Территория Радиоактивного Излучения. А в не менее секретных документах европейских спецслужб подобные места получили обозначение Z.O.N.A. (Zone of Obscure Nature's Anomalies) — зона темных природных аномалий.

Там слились, как реки, в одно целое два мира — наш и параллельный. Все вещи там не те, чем кажутся. Там не везде спасает от бешеной радиации и сверх надежный защитный костюм. Там бьют огненные гейзеры, там людей разрывают на атомы невидимые поля. Привычные растения и животные мутировали там во что-то невообразимое, там бродят разумные и не очень существа из параллельного мира. А что творится за пределами обжитой территории знают только немногочисленные егеря — те, кто рискует углубляться в пределы Z.O.N.A., настоящих размеров которой никто так до сих пор не знает.

На службу в егеря берут кадровых военных. Мало, кто из них возвращается в привычный мир. А если и возвращаются, то со стертой памятью. Большинство же погибает. Однако есть и такие, для кого это место отныне становится домом. Они уже не представляют жизни без странствий по АТРИ, без стычек с хуги, зомби и мутантами, без поисков хабара — всех этих «перышек», «погремушек», «леденцов» и «залипал». Этим людям уже никогда не вернуться к прежней жизни. Да они и сами этого уже не хотят. Отныне если они и найдут свое счастье, поймают свою удачу, то только здесь — в страшной и одновременно притягательной Z.O.N.A…

За семьдесят лет, что прошли со времени глобального ядерного Апокалипсиса, мир до неузнаваемости изменился. Изменилась и та его часть, что когда-то звалась Россией.

Города превратились в укрепленные поселения, живущие по своим законам. Их разделяют огромные безлюдные пространства, где можно напороться на кого угодно и на что угодно.

Изменились и люди. Выросло новое поколение, привыкшее платить за еду патронами. Привыкшее ценить каждый прожитый день, потому что завтрашнего может и не быть. Привыкшее никому не верить… разве в силу собственных рук и в пристрелянный автомат.

Один из этих людей, вольный стрелок Стас, идет по несчастной земле, что когда-то звалась средней полосой России. Впереди его ждут новые контракты, банды, секты, встреча со старыми знакомыми. Его ждет столкновение с новой силой по имени Легион. А еще он владеет Тайной. Именно из-за нее он и затевает смертельно опасную игру по самым высоким ставкам. И шансов добиться своей цели у него ровно же столько, сколько и погибнуть…

Люди заслужили свой Черный День. И Черный День настал. За несколько часов человечество распяло само себя, превратив цветущую планету в ледяной ад. Не остановилось только время. И вот со дня, когда взмыли в небо первые крылатые ракеты и взбухли первые ядерные грибы, минуло сорок дней…

Раньше считалось, что самое живучее существо на планете — таракан и только тараканы переживут атомную войну и приспособятся к ядерной зиме. Оказалось, люди не менее живучи. Люди способны выживать в условиях, когда любой таракан давно бы сдох.

Когда температура минус сорок. Когда сгорела пятая часть лесов на планете и в атмосфере осталось мало кислорода. Когда запасы продовольствия иссякают, а новое взять неоткуда. Когда уже не во что верить.

Однако ты еще жив. Пусть последняя банка тушенки пуста, а патронов осталось только на то, чтоб с гарантией вышибить себе мозги, но твой дух не сломлен. И ты еще поборешься…

Долгие годы они считали, что после ядерной войны уцелели, не утратив человеческий облик, только они — те, кто оказался в Укрытии. Но вдруг странный… очень странный гонец доставляет послание из другого города. Отправившие послание люди утверждают, что знают, как оживить мир. Но им самим не хватит на это сил — их осталось слишком мало.

Что делать? Покидать Укрытие или нет? Поверить в призрачный шанс на спасение верхнего мира? Неужели и в самом деле еще есть выжившие?

Или к ним попало послание мертвых? Или это чья-то хитрость и их пытаются заманить в ловушку?

Узнать правду можно лишь одним способом — преодолеть 493 километра, разделяющие города. 493 километра по аду. По зараженным землям, через разрушенные населенные пункты, по территориям, заселенным неизвестно кем. И поисковая группа, в которую вошли лучшие из лучших, отправляется в путь.

Однако знай они, что ждет их на этом пути, еще сто тысяч раз подумали бы, стоило ли покидать убежище…

Другие книги автора Юрий Манов

Хотите быстро разбогатеть? Нет проблем! Достаньте свинец из старого аккумулятора, в полнолуние положите его в змеиную кровь, а утром заберите золото. Много! Правда, чтобы сработало, нужно еще добавить чуточку философского камня. Но и это вполне решаемо! Смело идите в лес, ищите дупло с порталом и через него отправляйтесь в Запределье. А уж там любой маг предоставит вам искомое за не слишком навороченный мобильник или простой фонарик…

Но будьте осторожны! Вблизи порталов часто бродят боевые эльфы, им очень нужны рабы хотя бы со средним образованием. И опасайтесь гномов, в их шахтах постоянно не хватает рабочих рук. Особо не советуем попадаться оркам. В лучшем случае они вас просто съедят! Не боитесь? Тогда вперед! Удача любит смелых! Но выживают умные…

В голове гудело, во рту было мерзко. Вчера вечером Алексей Мальцев, технолог с макаронной фабрики, «чуть-чуть принял» с новым соседом по общаге Владом Макаровым, с непривычки сильно захмелел, а потому и свалился на кушетку, не заметив, что там лежит дистанционный пульт к телевизору. Пульт представлял собой бамбуковую телескопическую удочку и позволял переключать каналы допотопного «Витязя», не вставая с кушетки. Правда, чтобы прибавить-убавить звук, все-таки приходилось подниматься, эта рукоятка у телевизора была круглой. «Но если на кончик удочки прилепить какую-нибудь резиновую штучку, — прикидывал Леха, — с отверстием под диаметр рукоятки»… Нет предела техническому прогрессу!

Торк. Высокочастотные излучения психологического воздействия, в просторечии «пробуждающие у людей совесть», обрушившиеся на человечество в результате ПРЕДСКАЗАННОГО АПОКАЛИПСИСОМ появления СТРАННОЙ КОМЕТЫ

Эпидемия раскаяния преступников? Да.

Однако у торка есть и ПОБОЧНЫЕ воздействия: СОТНИ ТЫСЯЧ людей превращаются в разумных зверей, опасных для окружающих.

На зверолюдей объявлена охота.

По их следу идут «официальные» охотники и наемники-«ловцы»..

Но зверолюди ВОВСЕ НЕ НАМЕРЕНЫ сдаваться без боя!..

Поеживаясь от утренней сырости, бог богов Зевс подошел к самому краю облака, локтем оперся на связку молний, почесав густую бороду, глянул вниз на Олимп. Улыбнулся, потому как увиденное его порадовало. На вершине горного массива, несмотря на раннее время и густой туман, суетились малюсенькие фигурки человечков в ярких фирменных комбинезонах и касках, тарахтела строительная техника - полным ходом шли приготовления к презентации по случаю открытия туристического комплекса «Боги Олимпа». Комплекс обещал получиться на загляденье: суперсовременная лечебница для астматиков и остальных, кому необходим свежий Горный воздух, роскошный пятизвездочный отель со всеми мыслимыми и немыслимыми изысками, альпийские домики для VIP-пepcoн вдоль по склону с персональными вертолетными площадками, блистающее огнями казино «Улыбка Фортуны» в виде классического греческого храма с колоннами и портиками, аквапарк под прозрачным куполом - даже отсюда видна статуя обнаженной Афродиты, выходящей из пены. А еще смотровая площадка, слаломная трасса с подъемником, ледяная дорожка для санок и боба, трамплин. И главное украшение комплекса - развлекательный центр с концертным залом внутри огромной статуи. Статуи ему, Зевсу, главному Богу Олимпийских Богов!

— Ну что ты грузишься, как Виндоза после апгрейда, не боись, Влад, начинать всегда трудно! — заверил меня Юра Белкин, дружески похлопал по плечу и, сунув под мышку папку с бумагами, отбыл, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я остался в гордом одиночестве. Вот так всегда, Белкин пошел «бумажками» заниматься, а я — один на один с клиентами. И если часы над столом не врут, до прибытия первого осталось не больше получаса. Страшно-то как!

Да, сегодня первый день работы нашего ООО со звучным названием «ВОБЛЯ». Вобля, между прочим, это не то, что вы подумали, а река в Московской области, и там даже указатель есть, если ехать по рязанской трассе. Это Белкин придумал, уж больно его это название порадовало. Белкин, он вообще названия прикольные любит. К примеру, одного знакомого главу райадминистрации он надоумил назвать местную футбольную команду «Герострат». Самый прикол был в том, что основу этой команды составляют… хлопцы из добровольной пожарной дружины местного химкомбината (по крайней мере именно по ведомостям пожарных они получают там зарплату). Как только футболисты «Герострата» вышли на поле, и комментатор объявил новое название команды, немногочисленные зрители матча хором заржали. А после игры рассказали своим знакомым. С тех пор посещаемость на играх этой команды постоянно растет, несмотря на откровенно говенную игру «добровольных пожарников».

Двенадцать апостолов недалекого будущего.

Двенадцать «судей Дреддов» России, осатаневшей от террористических акций, криминальных войн, преступлений…

Они — одновременно и Закон, и палачи, и единственный — последний! — огонек Порядка в кромешном Хаосе.

Так было — пока среди них не появился Тринадцатый апостол. Единственный, обладающий даром и волей — спасать, защищать и прощать…

В армию я попал случайно, из-за моего приятеля Белкина. Если бы не он, военкоматчики, наверное, и поныне продолжали бы слать повестки по месту моей прописки в городке Зареченске, что на реке Оке, а моя двоюродная тетка привычно объясняла бы почтальону, что Влад Мамичев уехал в город учиться и до сих пор не возвращался. Она умная, моя тетка Маня, всегда знает, что и когда правильно сказать.

Это Белкин надоумил меня учиться на права, он, видите ли, очень нервничает, когда при вылазках на природу все пьют вкусное пиво, а ему приходится трезвым крутить баранку. С подлой мыслью усаживать меня за руль в подобных случаях он и решил осчастливить вашего покорного слугу халявными водительскими правами. У него какой-то бартер с автошколой, так что за обучение и бензин мне платить не пришлось. Но халява, как правило, всегда имеет обратную сторону…

Сбылась мечта идиота! В мир Цивилизации стало возможно поселиться полностью, с ушками и хвостом… виртуально, конечно. Вот и селится народ, подсаживаясь не хуже, чем на наркотик.

(c) Anita

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Денис ШАПОВАЛЕНКО

INTRO

Никогда не пытайтесь начать писать. Вы никогда не сможете уничтожить свои рассказы, а если все-таки решитесь продемонстрировать их публике, то будете чувствовать себя последним идиотом. Все закончится тем, что они проваляются на пыльных полках (или в самых глубоких директориях) ровно до тех пор, пока судьба их покажется вам безразличной. А когда это случится, вы напишете им какое-нибудь неряшливое вступление и пустите в самостоятельное плавание - с глаз долой. Что будет потом - я пока не знаю. Но к моменту, когда вы прочтете последний мой рассказ - безусловно узнаю, о чем конечно же расскажу вам в заключительном Outro, если к этому времени я еще буду в состоянии нажимать клавиши :-) Я пронумеровал свои рассказы приблизительно в хронологической последовательности, так что вы сможете наглядно проследить весь недолгий путь от рождения во мне писателя до его глубокого одряхления.

Шевчук Владимир

Осколки (фантасмагория)

Харлану Эллисону - "Стеклянному гоблину".

Шрайку - повелителю боли.

По коже бегало множество сороконожек. Я чувствовал их, но не имел сил для противостояния. Сороконожки, то ползли по коже, то втянувшись под кожу ползли там. Они не могли, или не хотели останавливаться.

***** 6.50 Я чувствовал их движения, как ласковую щекотку, но смеяться не хотелось. С трудом встав с постели я пошел в ванную, тело было как чужое, но на нем ничего не было, никаких признаков ночного кошмара. Умывшись я долго изучал себя в зеркале, тщательно ощупывая тело. Hичего, абсолютно ничего. Приснится ж такое, а вроде вчера ничего и не пили. Hе на что подумать. Hе пил, не нервничал, спокойно лег спать и ..., черт провалился в такой кошмар. Так теперь быстро ем, и на работу. Hа завтрак были макароны, я наматывал их на вилку, и гроздьями ложил в рот. При этом создавалось впечатление, что в желудке они разматываются и начинают ползать, как черви, то тупо буравя стенки, то просочившись в вену несутся с кровью, желая оплести сердце клейкой массой. "Бррр! черт померещится ж такое", я быстро допил кофе и побежал одеваться. В голове колебалась какая-то муть, то застилая глаза, то закладывая уши. Я снова пошел в ванную и окатился ледяной водой. Hемного прояснилось, но не окончательно. "Черт с ним, теперь одеться и бегом, не то снова опоздаю". 7.20 Рубашка, брюки, куртка, каждая вещь касаясь тела, как будто соединялась с ним. Так, брюки приросли к волосинкам на ногах; рубаха, приросла к коже; а куртка осталась болтаться, как будто повешенная на плечики. Во всем теле кипели, странные процессы, но я все равно пошел. Дверь долго не хотела закрываться. То тигр-ручка кусал меня за руку, то бронированная дверь пыталась огреть по голове. Как можно быстрее провернув ключ в деревянной я схватился с железной. Это было суровое противостояние. Она скрипела, визжала, вырывалась из рук, била по рукам. Я придавил ее всунул ключ и ..., она начала его пожирать, из замочной скважины посыпалась металлическая труха. Черт я бросил все и выбежал на улицу. Появилось чувство, что я еще не проснулся, и все происходящее просто кошмарный сон, и с каждым мгновением это чувство крепло. Потому, что я сомневаюсь, что бывают машины-скорпионы, использующие в качестве топлива плоть водителя. А именно такие чаще всего и проносились, это не говоря уже об четырех-рукой собаке пожирающей свой хвост, и везущей ораву ребятишек??? Ребятишек? ну и нифига себе твари, у каждого ребенка было по десять верхних, и десять нижних щупалец, которые непрестанно шевелились, то переплетаясь со щупальцами других детей (при этом получались 40-80-100 щупальцевые твари), то втягиваясь под кожу собаки затягивая под нее и все тело, кроме головы, то выползая и расплетаясь, при этом в стороны летели обрывки щупалец и сгустки провонявшейся крови. Обдумывая увиденное я вышел к магистрали. "Маразм, как вырваться из этого бреда?". Мимо проходили знакомые люди, странно косясь на меня, за то, что я не поздоровался. А как я буду здороваться, если во время движения к троллейбусу я упал на асфальт, и пока полз по локоть стер правую руку. Левая нога вообще не ощущалась, и оглянувшись, я увидел, что вместо нее растет змеиный хвост, благодаря которому я и двигаюсь, потому, как правая нога, в этот момент трансформировалась во что-то бесформенное, желе удерживаемое от растекания, лишь тонкой полоской кожи. В ноге копошилось масса сороканожек, они то выползали наверх, разрывая ткань, и слизь брызгала маленькими фонтанчиками, но не долго (раны быстро затягивались), то пытаясь забраться внутрь бились о прорезиненную кожу, и потерпев поражение ползли к голове. Я перевернувшись на спину начинал отбиваться левой рукой, и иногда мне это даже удавалось, но крайне редко. А потому, через пару минут я ощутил, что мой мозг начинает перерабатываться, на какой то вариант муравьиной кислоты, и мысли постепенно теряют свое значение. Я попробовал встать, но сел только на корточки, т.к. ног не было, пошевелил обрубком правой руки из которого сочилась кровь, и выглядывали лохмотья уничтоженных асфальтом сороканожек, попытался открыть глаза, но их по всей видимости уже не было. Я сидел посреди тротуара, мимо шли по своим делам люди, проносились скорпомобили, и собакобусы полные людей. И никто не обращал на меня внимания. Я почувствовал, что волосы стоят дыбом, попробовал поправить их левой рукой, но нескоординировав движения оторвал голову, которая беззаботно покатилась в сторону трассы. Скорпомобиль пожрал ее, а догнивающее тело разлеглось среди дороги, под ногами ничего не замечающих людей. Которые походя мешали его с осенней грязью. 11.00

Джеймс Шмиц

МЫ НЕ ХОТИМ ПРОБЛЕМ *

Перевод с англ. Ю. Беловой

- Ну, это ведь будет не очень длинное интервью, правда? спросила профессора его жена. Вернувшись после беготни по магазинам, она нашла мужа вперившим неподвижный взгляд в окно гостиной. - Я думала, мы будем ужинать не раньше девяти, - сказала она, поставив пакеты на кушетку. - Но я сейчас пойду готовить.

- Не торопись с ужином, - ответил профессор, не поворачивая головы. - Я не думаю, что мы покончим с этим до восьми.

Шукдин Марат

Узы крови

Вадим ехал к своей сестре. Он считал, что их отношения можно назвать близкими. Они могли доверить друг другу любую тайну, поделиться любой проблемой. И в своих мыслях и поступках они были похожи друг на друга, как близнецы, кем фактически они и являлись. Росли они вместе. Хотелось, чтобы и в дальнейшем это так и оставалось, но взрослая жизнь раскидала их: он поступил в военное училище, она в военный институт. Хоть учились они в одном городе, но видеться им случалось все реже и реже. Время текло своим чередом: его сестра из нескладной, невысокой девочки превратилась в ослепительную красавицу. Глядя на столь восхитительную женщину, Вадим порой сожалел, что она его сестра. Но он прекрасно понимал, что такая глубокая близость у него не сможет состояться ни с какой другой девушкой, кроме как с родной сестрой. И вот, спустя года, побыв "мастером на все руки" - Вадим завершил военную службу и воспользовался правом отставки. Он устал от беспокойной жизни, от постоянного чувства угрозы своей жизни, да и ранения, полученные в боевых операциях, давали о себе знать. Вадим решил для себя, что наступило время для тихой и размеренной мирной жизни. Он хотел простой, спокойной жизни, обыкновенного человеческого счастья. В свои тридцать шесть лет он до сих пор оставался один, не найдя себе достойную спутницу жизни. Мимолетные романы утомляли, а род деятельности не позволял привыкнуть. Но теперь всему этому пришел конец - Вадим был свободным человеком. Только вот получив то, о чем он так мечтал, у него не получалось влиться в мирную жизнь, все получалось как-то угловато, по-военному. Как-то так получилось, что он потерял связь со своей сестрой. После окончания института ее направили в какой-то районный центр, где она впоследствии и осталась работать. У Вадима был только этот адрес, но вот уже лет десять он не получал от нее никаких известий. Он внутри себя чувствовал, что она жива, а для получения другой информации никак не находилось времени. Но вот сейчас времени у Вадима было предостаточно и он твердо решил найти свою сестру. Путь его пролегал по проселочной дороге. Ориентируясь по карте, он ехал на своей машине, проклиная глухомань, в какую забралась его сестра. Такое передвижение уже наскучило Вадиму, и он твердо решил еще до наступления вечера добраться до цели своего назначения. Наконец, впереди он различил очертания домов. Подъехав ближе, ему показалось странным, как его сестра, мечтавшая об огнях столицы, могла остановить свой выбор на таком тихом, и как казалось Вадиму, ничем не примечательном месте. Деревянные одноэтажные дома, несколько каменных строений: скорее всего какая-нибудь школа или больница, большой особняк на горе - все, что открылось глазам Вадима. А вокруг лес и в округе, ближе чем в несколько километров, никакого населенного пункта. На свое машине Вадим ехал по улице этого поселка. Каждый прохожий, как свойственно сельским жителям, внимательно рассматривал Вадима, провожая его машину любопытным взглядом. Около одного жителя Вадим притормозил и открыл дверцу. Мужчина внутренне сжался, но после того, как Вадим задал вопрос о своей сестре, улыбнулся и конкретно объяснил де найти ее дом, пожелав на прощанье: "Удачно доехать". Вадим поблагодарил за информацию и держал дальнейший путь, следуя инструкции любезного жителя. Проезжая мимо разрушенной церкви, он остановил машину перед нужным ему домом и вышел. Дул теплый ветерок, дышалось легко и свободно. Окружающая тишина позволяла слышать даже шелест травы при ходьбе. "Да, в сельской жизни есть свои прелести", подумалось Вадиму. Дом в лучах заходящего солнца приобрел огненный ореол. Зрелище затронуло глубоко упрятанное чувство прекрасного в душе мужчины, повидавшего много страшного и ужасного. На душе Вадима стало спокойно и умиротворенно, предвещая спокойную встречу со своей любимой сестрой. Вадим направился к дому. На стук в дверь тишина была разбужена неторопливыми шагами и в открывшемся проеме Вадим увидел свою сестру. Она выглядела так же молодо, как и при их последней встрече. Казалось, что годы решили не трогать столь прекрасные черты. Выражение ее лица сменилось со спокойного на удивленное, а затем в глазах мелькнул огонь радости. Олена сделала было движение радостно броситься на шею водителю, но ее движение было остановлено возникшей, как бы из ниоткуда стеной странного отчуждения. Ее сестра как-то внутренне сникла, взгляд радости сменился на непостижимое чувство глубокой скорби. Олена осмотрела Вадима, подмечая в нем каждую деталь, рассмотрела стоявшую рядом машину, мимолетно кивнув проходившему мимо прохожему. Вадим не мог понять, что происходит, он верил, что его сестра могла забыть все чувства, которые их так крепко связывали - этого просто не могло быть. - Вадим, неужели это ты? Я не могу в это поверить. И почему ты приехал так поздно? - грустно произнесла его сестра, давая возможность Вадиму пойти в дом. - Проходи, тебе нельзя оставаться на улице, тебя уже достаточно и так видели, продолжила Олена. Вадим прошел. Сестра закрыла за ним дверь. В коридоре тускло горела одинокая лампа. На душе у Вадима было мерзко и гадко: от встречи с любой сестрой он ожидал другого. Олена провела его в дом, посадила за стол и, сказав, что приготовит что-нибудь поесть, ушла на кухню. Вадим погрузился в свои мысли. Анализируя ситуацию, он пришел к выводу, что необходимо обязательно узнать, что происходит с его сестрой, твердо решив, что пока не узнает, то не уедет. Сестра вернулась из кухни. Вадим видел, что и она пришла к какому-то решению: - Вадим, поверь, я очень рада тебя видеть, - начала она. Но есть одно обстоятельство, о котором я расскажу тебе завтра утром. Я тебе все расскажу. А теперь тебе надо уйти вон в ту комнатку и просто лечь спать, не обращая внимание на происходящее, - торопилась объяснить ему она. - Олена, ты выглядишь просто великолепно, но мне больно смотреть, как ты о чем-то переживаешь. Я ведь тот же, ты можешь мне все рассказать и я тебя пойму, ведь я твой брат, - решил взять нить разговора в свои руки Вадим. - Я это знаю, - с той же грустью вылетевшая фраза словно повисла в воздухе. - Я это знаю, но сейчас придет мой муж и если не хочешь меня расстраивать, тебе надо сделать то, что я прошу. А объясню я все завтра. Вадим, я очень сильно прошу, поверь мне, - обессилено Олена повисла на плечах брата. - Олена, успокойся. Хорошо, я подожду до завтра, если ты этого просишь. Успокойся, но завтра ты мне все объяснишь, - успокаивал ее Вадим, он чувствовал, что его сестра чего-то боится, и не хотел ее волновать еще больше. Если надо, он может подождать, но если она в беде, то он сейчас рядом и спасет ее от любой напасти. - Успокойся, родная, все будет хорошо. Покажи только, где мне лечь, - спокойно произнес Вадим, пытаясь изобразить спокойствие на своем лице. Олена подняла глаза и подарила Вадиму взгляд благодарности, упорхнув осуществлять приготовления. Она ему показала, где что находится, что ему надо делать, легко летая по комнате. Вадим наблюдал за ней, слушая "в пол-уха". Ему казалось, что перед ним та же хорошо известная сестричка и с ней все хорошо, но предыдущая сцена не давала о себе забыть. Олена посмотрела на часы и пожелала Вадиму - "спокойной ночи". Поцеловав его в щечку, она вышла из комнаты, сказав: "Только прошу тебя, сделай все точно, как я тебе сказала" и закрыла за собой дверь. Причем не просто закрыла, а накинула крючок. Вадим вспомнил, что она просила сделать это и с его стороны. Так как он обещал сестре следовать ее указаниям, он тоже накинул крючок, хотя и не видел в этом никакой необходимости. Он разделся и лег спать. Сон не хотел приходить, поэтому Вадим сделал над собой усилие и убрал из головы все беспокоящее его мысли. Усталость осуществленной дороги захватила его и он уснул. Проснулся он среди ночи. Дом, как будто живой, разрывался от медленной дрожи: в соседней комнате что-то происходило. Натренированное тело было готово к любым неожиданностям. Вадим прислушался. Четко, но на уровне шепота он расслышал диалог. - Зачем он приехал? - произнес мужской голос, требуя ответа. - Это мой любимый брат, мы не виделись лет десять, - как бы плача выдавил из себя женский. - Тогда мы оставим его здесь с нами, - мужской голос был явно командиром в данной ситуации. - Нет, только не Вадима. Он ничего не знает, а завтра утром мы дадим ему уехать. - Но зачем? Ты же любишь его. - Пусть все будет так, как есть. - Но я не смогу позволить ему уехать, - твердо говорил мужчина. - Ренат, я тебе его не отдам, женский голос приобрел ноты стали. - Ты будешь мне противиться? - мужской голос был удивлен. - Да! Он мой брат и он пока ничего не знает. Я могу его спасти, - женский голос был тверд. - Ты противишься своему мужу? - мужской голос выражал угрозу и от этого голоса по коже Вадима побежали мурашки. - Да! - так же невозмутимо произнесла женщина. Дом опять задрожал, в воздухе присутствовал запах озона, в щель двери попадали отблески света. Вадиму стала ясна ситуация: его сестра запугана мужем, который, наверное, напивается и бьет ее. И все это происходит сейчас, за закрытой дверью. Вадим всегда был человеком действия, и ко всему этому любящим братом. Разобравшись в ситуации, позабыв о своих обещаниях Олене, Вадим, не долго думая, решил помочь ей. Распахнув с удара дверь, Вадим, как зверь влетел в комнату. Но открывшаяся сцена выходила за рамки представленной им картины. Мужчина и женщина в пол-метре над полом плавали в воздухе, выбрасывая друг в друга снопы искр. Мужчина выглядел как непоколебимая скала, а женщина, с развивающимися волосами, походила на разъяренную тигрицу. Завидев Вадима, мужчина вышел из схватки и спокойно опустился в стоящее рядом кресло. Женщина, все поняв, медленно повернулась в воздухе. Перед взглядом Вадима предстала его сестра, во взгляде которой было столько боли и беспомощности, что Вадим почувствовал себя виноватым. Его сестра обиженно посмотрела на него: - Эх, Вадим! Зачем? - а затем уже безразлично, - ну, что ж, тогда спи. Сон охватил Вадима, окружающая обстановка поглотилась туманом. Проснулся он отдохнувшим и полным сил. Дверь в комнату была распахнута, из кухни доносился запах готовящейся еды. Вадим выглянул в окно: протекала обыкновенная деревенская жизнь. - Что, уже проснулся? - в комнату вошла сестра, чмокнув его в щечку. - Умойся, уже все готово, сейчас я покормлю тебя, - сестра выглядела весело и беззаботно. Умываясь, Вадим удивлялся, какой глупый сон приснился ему. Расшатанные нервы выкидывали с ним и не такие фокусы. Вернулся в комнату, посмотрел в окно. То, на что он поначалу не обратил внимания, сейчас проявилось в его голове в образе мысли: "А где моя машина?". Оглянувшись, он посмотрел на вырванные крючки в дверях. Что-то в этой спокойной обстановке было не так. Он прошел на кухню, сел за приготовленный стол. Его сестра крутилась возле плиты. Повернувшись, она увидела обращенный на нее вопросительный взгляд Вадима. - Ты поешь, Вадим. Со мной все в порядке, не беспокойся, - дружелюбно проговорила сестра. - Эх, как же я мечтала повидать тебя. Только грустно, что происходит это при таких обстоятельствах, но изменить сейчас ужен ничего нельзя. Ну, почему, скажи, почему ты не послушался меня, Вадим? - сестра сорвалась и заплакала, бросившись на шею Вадиму. - Ты для меня - самое дорогое, что осталось из прошлой жизни, - продолжала, всхлипывая, говорить она. Вадим гладил ее по волосам, ощущая своим телом тепло родного и близкого существа. Но к чувству безграничной любви к сестре было подмешано чувство сомнения. Поняв ход его мыслей, девушка отстранилась от него и села напротив. Она поправила прическу таким знакомым с детства движением и прямо посмотрела Вадиму в глаза. Бродившие в голове Вадима мысли не позволили выдержать ее пристальный взгляд: он отвел глаза. - Вадим, я твоя сестра. Все так же знакомая тебе Олена, - начала она свой рассказ. Но и в то же время я другая: и по прожитым годам и за пережитые события. И к тому же я больше не человек, - Вадим слушал, как завороженный ее слова. - Все, что ты видел вчера, тебе не приснилось. Все это произошло на самом деле. Когда я тебя предостерегала вчера, ты не мог представить во что можешь попасть. Ну а теперь ты уже стал участником всех событий. Скажу сразу, во всей деревне нет, кроме тебя, ни одного человека, и уехать от сюда тебе не позволят. Если бы ты не вышел, я бы могла защитить тебя, но сейчас это не в моих силах, - сделала небольшую остановку говорящая девушка. - Я специально попросила мужа оставить нас наедине, чтобы я могла спокойно все тебе рассказать. Повторяю, мне очень грустно, что ты попал в такую ситуацию. С одной стороны, я бы хотела, чтобы ты сейчас был за сотни километров отсюда, а с другой мне все это время не хватало тебя. Я мысленно старалась поддерживать с тобой связь, чувствовала твою радость, ощущала боль. Мой муж удивлялся такой связи, но потом привык и принял это как должное... Мне сначала было тяжело в новом состоянии, но потом я повстречала Рената и полюбила его. А вот ты, как мне известно, до сих пор остаешься один. Приехав после института сюда, я даже представить не могла, что твориться в этом месте. Но постепенно все жители прошли изменения и жизнь стала свободной. Нас в чем-то можно приравнять к известным тебе вампирам: есть много схожих вещей, но есть так же много глупости. Живем мы обособленно от внешнего мира, но это всех устраивает. И так как я тебя очень люблю, то тебе предоставляется выбор: либо умереть, либо присоединиться к нам, - последние слова Олена с трудом выдавила из себя, будто ей было очень стыдно за свое нынешнее состояние, но она продолжила: - У тебя есть только два выбора, третьего не существует. Времени тебе две недели, а потом от меня уже ничего не будет зависеть. Мне жаль, но так распорядилась судьба. Хорошенько подумай, мне будет очень больно потерять тебя, - произнеся этот монолог Олена печально посмотрела на брата и ушла в комнату. Вадим размышлял, анализируя сказанное. Так хотелось, чтобы все оказалось неправдой, но что-то подсказывало ему, что дела обстоят так, как рассказала Олена. Перед ним была его любимая сестра, и в тоже время Вадим ощущал какую-то чуждую силу. Он привык, столкнувшись с чем-то странным не отмахиваться от непонятного, а принимать события как они того требуют. Он видел много фантастических фильмов, так что убеждать себя в том, что в мире много неожиданного и непознанного не приходилось. Только одно вызывало трудность - все случилось даже не лично с ним, а с его любой сестрой. Она выглядела как раньше, даже слишком молодо для своих лет. Но после ее рассказа Вадим четко почувствовал нечто чужое в ее облике. Раньше у них получалось мысленно общаться друг с другом. Вадим решил попробовать: "Олена, подойди, я хочу поговорить с тобой". Сестра открыла дверь и вернулась на кухню, сев напротив Вадима. Он подошел к ней и потрепал волосы. - Эх, Олена. Как нас жизнь забросила. Ну, рассказывай, чего мне нужно еще знать, но будь уверена, я все равно тебя люблю. Это я во всем виноват, не нужно было выпускать тебя из поля своей видимости, и с тобой бы ничего не случилось. - Эх, мужики. Неужто думаете, что от вас что-то зависит. Какая тебе судьба уготовлена, так все и будет. - Ладно тебе, Олик. Давай, делись, какая меня ждет судьба, я там видно будет. ...Называли они себя бессмертными, потому что время перестало влиять на их организм каким-нибудь образом. Днем они ничем не отличались от обычных людей, но ночью, под воздействием отраженного света, они начинали черпать энергию из любого окружающего предмета, приобретая несвойственное человеку равнодушие и дикую агрессивность. Жажда острых ощущений, власть над жизнью и смертью действует опьяняюще. Полученные силы не поддаются контролю, происходит трансформация в необузданного хищника. Самым большим удовольствием является лишение жизни живого существа, поглощая его кровь. Это было бы ужасным, если бы не одно "но". С приобретением чудовищной силы приобретается и звериная хитрость и древняя мудрость - хороший компенсатор бодрящей неудержимой энергии. Это позволяет взять ее под полный контроль и не совершать необдуманных поступков. Так, например, инстинкты хищника контролируются сознательностью. Так и у них, бессмертная жизнь тоже подчинена правилам. Захватив полностью село, они, пользуясь удаленностью расположения, свято хранят свою тайну. Даже когда появляется обыкновенный человек, ситуация остается для него нераскрытой и он может благополучно покинуть место. Но если у него возникнут подозрения, он никогда не сможет уйти. Такой случай и произошел с Вадимом. Бессмертные из органической пищи питаются кровью животных и железосодержащими овощами. Кровь человека считается деликатесом, и принято употреблять ее только в праздник равноденствия, который будет через полторы недели. В качестве главного блюда на празднике будет выступать Вадим. Муж сестры является главным в их колонии, и после смерти своего отца, начавшего Изменение, имеет полное влияние. Поэтому Вадим может спокойно перемещаться по селу, не опасаясь за свою жизнь. Только сестра предупредила, что ночью лучше не искушать судьбу. Желание отведать свежую человеческую кровь столь сильно, что кто-нибудь может не удержаться. Так что у Вадима есть время осмотреться и принять важное для него решение: присоединиться к ним или просто умереть. В комнату вошел зрелый мужчина, поцеловал Олену в губы, протянул руку и поздоровался с Вадимом. - Ну, как у вас дела, Олена? Ты уже ввела его в курс дела? - В общих чертах. - Меня зовут Ренат, мы, получается, родственники. Сейчас подойдет моя сестра и я вас познакомлю. Думаю, тебе у нас в гостях понравиться. На кухню зашла молодая, на вид лет девятнадцати, девушка, внешне простоватая, с большими бездонными глазами. Она нерешительно остановилась посредине кухни, ожидая, что ее представят. - Регина, - восполнил пробел Ренат, - а это - брат Олены - Вадим. - Мне она про вас очень много рассказывала: о вашем детстве, о том как вы спасли ее от змеи и еще много другого. Так что заочно я уже была знакома и даже не надеялась увидеться с вами "в живую". Первое впечатление Вадима, что эта девушка является скромницей, оказалось обманчивым. Она прямо сказала все, о чем думала, а выражение глаз выдало ее мечты. "Оригинальная у меня сейчас семейка", - подумал Вадим. Разыграв перед Вадимом примерную семью, Ренат попрощался с ним, оставив зеленую ленточку. При этом он объяснил, что без нее Вадиму в селе лучше не показываться. А надев ее, Вадим будет находиться под его личной защитой, никто не посмеет причинить Вадиму неприятности. Но лучше в любом случае одному никуда не ходить, а брать в проводники девушек: Регину или Олену. Вадим мысленно подумал: "Что не в виде провожатых, а в качестве охраны, чтобы не убежал". - Дорогой, глупенький ты! Как бы ты быстро не бежал, тебя догнать не составит труда, - опять, словно читая мысли, проговорила Олена. - Пойми одно, Вадим, мы все здесь желаем тебе добра, - вслед за ней добавила Регина. - Мы тебя любим, так что все будет хорошо, - девушки дружно поцеловали Вадима в обе щеки и, разговаривая о чем-то своем, начали убирать со стола. Вадим их не слушал. После военной службы он первый раз обедал вот так просто в кругу семьи. Все было великолепно, только он умел чувствовать, когда от него чего-то скрывают. Поэтому он твердо решил во всем разобраться: как говорит английская пословица - "из двух зол не выбирают". Вадим решил найти выход и он верил, что у него все получится. Жизнь пока доказывала, что он может победить в любой ситуации. Он начал осматриваться, подмечая любую мелочь. Из своей военной практики он знал, что все может пригодиться. Ему был предоставлен прекрасный шанс - вести наблюдение под их же покровительством, прямо из тыла врага. Вадима поразило слово, пришедшее ему на ум: "врага". Олена прервала свой разговор с Региной и пристально посмотрела на Вадима. Их глаза встретились. "Врага" - возникшее слово крутилось в мыслях, переливаясь из качества в качество. Он смотрел в глаза любимой сестры и знал, что она все еще чувствует его мысли. "Враги, вы все враги, потому что угрожаете моей жизни", - принял определенную позицию Вадим. Враги, но самые близкие враги, ближе никого не было. Олена - его любимая сестра, самая близкая душа для Вадима, но в то же время самое чуждое существо для человека, угрожающее его существованию. Человек уже привык терпимо относиться к проявлениям необычного, если это единичное проявление не угрожает ему, не может лишить его мнения о господствующем положении на планете. Но не смотря на все это Вадима не удовлетворило слово "враг" по отношению к Олене, поэтому он поправил себя: "Не враг, а другая". Олена улыбнулась, подошла к Вадиму и положила голову ему на плечо. Регина, подмигнув Вадиму, продолжила мыть посуду. Вадиму стало жалко всех. Себя за свою бессилие что-то изменить: он всегда как мужчина, как брат опекал и защищал свою сестру от бед жизни. Ему было жалко сестру, которая томилась от своей беспомощности, не в силах в действительности помочь ему. Так же ему было жалко сестру Рената - эта молодая девушка даже не представляет себе другой жизни, не понимает, что реально она изолирована от всего мира и о многих вещах она никогда не узнает. Он так надеялся, что мирная жизнь принесет ему спокойствие и расслабление, но только сейчас он собран и готов к любым действиям и к любым ситуациям, как при выполнении ответственных заданий. У него есть время и все будет хорошо. Сестра предложила прогуляться и Вадиму эта идея понравилась. Село не показалось ему чем-то примечательным. Обыкновенные деревянные дома, по улице неприкаянно бегали козлята, да и во встречных прохожих не было ничего необычного. Зашли в магазин. Находившиеся там покупатели обратили внимание на вошедших, в их глазах было свойственное всем сельским жителям любопытство. Кто-то поздоровался с сестрой, спросил как дела. Она представила Вадима, бросила ничего не значащие фразы, сделала покупки. Все было как в порядочной деревне. Вадиму даже начало казаться, что над ним разыграли злую шутку. Ничего в деревне не было необычного. При возвращении домой, он поделился мыслями с сестрой. Она улыбнулась и показала Вадиму зеленый шарф, который он не надел, когда они входили на улицу. Вадим не понял ее ответа. Олена ответила, что каждый житель чувствует и знает, кто не бессмертный, поэтому заранее их поведение приводится под естественные для человека мерки. И если в деревне находятся посторонние, то каждый житель участвует в розыгрыше обычных житейских ситуаций. Олена сказала, что специально попросила Рената пока не объявлять людям, что ее брату известна правда. Завтра она пообещала открыть Вадиму совсем другую обстановку. От пережитых событий Вадим долго не мог уснуть. Было тихо и спокойно. Стрекот сверчков нарушался только далеким лаем одинокой собаки, словом, ничего необычного. На завтрак Олена приготовила блины, объяснив, что решила поухаживать за братом, а то совсем забыла, когда последний раз готовила это блюдо; ничего мучного в рацион бессмертных не входило. Каждый день им необходимо было выпивать где-то литр крови. Для этого они специально разводили животных на ферме. Ренат сообщил, что в селе уже все в курсе статуса Вадима, поэтому впредь без зеленого шарфа на улицу выходить не следует. Так же Ренат объявил, что сегодня лично будет сопровождать Вадима и познакомит с селом. Окружающая обстановка разительно переменилась, казалось, это совсем другое место. Тишина и спокойствие, привычная обстановка сельской жизни испарились как по мановения волшебства. Даже живность с улицы исчезла.....

Павел Шумил.

Семь дней по лунному календарю

Аннотация:

Слово автоpу...

У этого рассказа интересная история. Написал я его для себя. Просто как

интересную модель общества, в котором король царствует, но не правит.

Написал - и отложил. (Спросите, при чем здесь дракончик? А случайно попал!

Характер у него такой непоседливый)

Позднее мы с Дж. Локхардом начали писать буриме. Без всякой задней мысли,

Шушпанов Аркадий Николаевич

Время поэтов и нечисти

- Аннотация:

В городе - серийный убийца вампиров. Какая тут поэзия?!

Осень.

Полночь октября. Время нечисти и поэтов.

Умирать в такую ночь не хочется. Но придется, как видно.

Люблю осеннее черное небо. Звезды - будто сейчас облетать начнут.

Только любуюсь, похоже, в последний раз.

Глупо все. Сколько раз зарекался ночью шататься, особенно при полной луне, когда у юпов самая сильная ломка.

П.Шуваев

ПРАВО НА ЯЗЫК

Планета была с виду очень хороша собой, и Серову сразу же подумалось, что было бы просто здорово, если бы тут жили хорошие люди. Или уж чтоб вообще никто не жил, кроме неразумных тварей, пригодных лишь на то, чтобы какой-нибудь экзобиолог ими занимался до конца дней своих. Но, разумеется, лучше, если бы были люди, потому что только люди могли бы сейчас ему помочь.

То есть, само собой, Серов не имел бы ничего против сколь угодно негуманоидных существ, будь эти существа разумны. Но, знаете ли, пока с ними договоришься, пока они сообразят, что у тебя полетело и какой ихней негуманоидной штуковиной это можно заменить... Это если с ними вообще можно договориться.

П.Шуваев

СКАЗАНИЕ О МОРДЕ НЕБРИТОЙ

Автор считает своим долгом в первую очередь уведомить читателй, что испытывает серьезнейшие затруднения сугубо принципиального характера в плане определения места и времени действия. Более того, он ни в коей мере не склонен настаивать на том, что описанные ниже события вообще где-либо и когда-либо имели место; в пользу такой точки зрения говорит, в частности, очевидная невозможность некоторых действий, упоминаемых в тексте как вполне естественные. Тем не менее автор берет на себя смелость опубликовать данный труд и приносит извинения за нечеткость изложения, в ряде случаев проистекающую более из характера материала, нежели из его собственной небрежности.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

МОСКВА ВиМо 1995

Редакционный совет: В.Кудин А.Улыбин Н.Пальцев Ш.Куртишвили Н.Порошина

© Н.Пальцев, составление, 1995

© Перевод А. Зверева, 1995

© Перевод 3. Артемовен, 1995

© Перевод А. Куприна, 1995

© Перевод Н. Пальцева, 1995

© Перевод Н. Казаковой, 1995

© Перевод П. Зарифова, 1995

© Перевод В. Минушина, 1995

© Издательство “Полина”, 1995

СОДЕРЖАНИЕ

Вместо предисловия Г. Миллер. Размышления о писательстве