Золотая баба

Повесть о событиях середины XVIII века на Урале. По повести «Золотая баба» снят приключенческий фильм.

Отрывок из произведения:

Угры приходили вместе с готами в Рим и участвовали в разгроме его Аларихом... На обратном пути часть их (уричей) осела в Паннонии и образовала там могущественное государство, часть вернулась на родину, к Ледовитому океану, и до сих пор имеет какие-то медные статуи, принесенные из Рима, которым поклоняются как божествам.

Юлий Помпоний Лэт. Комментарии к "Георгикам" Вергилия, 1480-е годы
Другие книги автора Сергей Николаевич Плеханов

Плеханов С. Заблудившийся всадник. Фантастический роман. / Художник Ю. Гурьянов. Москва: «Молодая гвардия», 1989. — (Библиотека советской фантастики).

Герои книги разных эпох попали во «временной канал» и оказались в XI веке вскоре после Крещения Руси. На фоне их необычайных приключений прослеживается история наших предков, предлагаются интересные гипотезы…

Рецензент: доктор исторических наук, профессор Аполлон Кузьмин.

Документальный роман о жизни великого русского князя Святослава Игоревича Храброго и его роли в мировой истории. В условиях мощнейшей идеологической и военной агрессии южных империй против языческого Севера он сумел не только сохранить государство своих отцов, но и создать собственную империю, включавшую разные народы и климатические зоны – от холодного Белого моря, до жаркой Болгарии.

Автор обращает внимание читателей на малоизвестные и недопонятые исторические факты. В книге показана ясная картина единства и родства белых народов Севера, их культурная и цивилизационная самодостаточность. Раскрыта истинная причина успеха христианской религии среди представителей знати этих народов. С мастерством настоящего художника Сергей Плеханов изображает реальную жизнь великого Князя и его современников.

Сергей Плеханов – русский писатель, сценарист, литературный критик, член Союза писателей России. Широко известен не только в России, но и за рубежом. Его перу, в частности, принадлежит ряд книг о правителях Ближнего Востока и Передней Азии. Блестящий знаток истории древних цивилизаций. Сергей Плеханов – автор старой школы, добросовестно и глубоко исследующий темы своих произведений. Практически все его книги можно рассматривать как небольшие художественные энциклопедии по истории, быту и атмосфере описываемых эпох.

В традиционный сборник «Приключения-76» вошли остросюжетные повести, рассказы, очерки. Открывается выпуск повестью Н. Наумова «Кто стреляет последним», рассказывающей о противоборстве двух снайперов — советского и фашистского — в годы Великой Отечественной войны. Повесть Б. Рескова и К. Тенякшева «По кромке огня» посвящена операции советского чекиста накануне Великой Отечественной войны в одной из стран, сопредельных советским республикам Средней Азии. В сборник включены повесть П. Проскурина «Тайга», рассказы и очерки о приключениях на золотом прииске, о водолазах, строителях, а также о борьбе с бандитизмом в послевоенной Белоруссии.

Повесть о буднях сотрудников уголовного розыска Дальнего Востока в сложный период — годы Великой Отечественной.

Жизнь и творчество Писемского, автора таких этапных произведений русской литературы, как романы «Тысяча душ», «Люди сороковых годов» и др., тесная дружба со многими корифеями отечественной литературы и выдающимися представителями русской сцены, его общественная деятельность – все это дало возможность воссоздать судьбу писателя-демократа на широком фоне важнейших литературных, общественных и политических событий середины XIX века.

Прошло 95 лет с тех пор, как в Екатеринбурге были подло убиты свергнутый Император Николай Александрович, его семья и четверо их приближенных. Новая книга Сергея Плеханова убедительно раскрывает положительную роль Николая II в российской и мировой истории, показывает величие жизненного подвига Православного Государя.

Николай II представлен как цельная и разносторонняя личность. Выдвинутая им плеяда государственных деятелей, таких как Победоносцев и Столыпин, военачальников, таких как генерал Брусилов и адмирал Макаров, несмотря на неоднозначность отношения к ним со стороны современников и потомков, свидетельствует о Николае II как правителе, стоявшем выше субъективных пристрастий. Автор развенчивает стереотипы предвзятой пропаганды и ухищрения псевдо-историков, стремящихся принизить масштаб и значение деятельности монарха-патриота, возглавлявшего страну в период внутренней смуты и небывалых внешних угроз. Трагедия царской семьи стала прологом невиданного в истории порабощения свободного народа. Но пролитая кровь царственных мучеников взывает к пробуждению и возрождению России.

Книга адресована читателю, не желающему довольствоваться затверженными объяснениями исторических явлений, но стремящемуся понять тайные пружины событий, изменявших мир в прошлом и меняющих его на наших глазах.

Историческая область Новороссия возникла почти два с половиной века назад, в «Золотой век» Екатерины Великой, когда русское знамя взвилось над Причерноморьем и Тавридой, отбитыми в кровопролитных войнах с Османской империей и Крымским ханством.

Эта земля от века была Русской. Славянские города и селения стояли много столетий назад повсюду от дельты Дуная до Тамани, вдоль Донца и Дона, на просторах вольных степей. Черное море звали Русским турки и арабы, византийцы и немцы.

На возвращенных землях русские с XVIII века возводили города и заводы, пахали землю, строили флот, налаживали широкие торговые связи с миром. Памятниками нашим предкам остались Харьков, Херсон, Одесса, Николаев, Екатеринослав (переименован в Днепропетровск), Севастополь, и многие другие широко известные сейчас города.

Но после трагедии 1917 года русские Новой России, подаренные новоявленному квази-государству «Украина» «как мешок картошки» (Новороссия в 1922 г. Лениным, Крым — в 1954 г. Хрущевым), подвергались в течении многих десятилетий дискриминации и безжалостной украинизации. От русских требовали забыть, что они русские.

Чаша терпения переполнилась в феврале 2014-го, когда украинские шовинисты захватили власть в Киеве и открыто объявили крестовый поход против всего русского. Новороссия восстала и ведет смертельную борьбу не только за свое выживание, но и за будущее всех русских.

Мы верим, что русский народ-победитель вновь одержит верх над ордой ненавистников, накатывающей на нас с Запада как и 70 лет назад. И Новороссия, восставшая из почти векового плена, станет путеводной звездой для России к светлому и справедливому будущему.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

Михаил Литов

П Р О Щ Е Н И Е

Глава первая

Скудно мерцающие дороги сна изрядно поводили меня по лабиринту весьма приятного и утешительного вымысла, и, проснувшись, я еще долго переживал дурацкий, бессмысленный восторг. Мне приснилось, будто я в ошеломлении вышел на улицу из незнакомой комнаты, где вповалку спали люди, которых я так и не различил, и уже на улице я будто бы обнаружил, что по ошибке надел чужой, совсем не впору - почти до пят и сидел на мне мешком - чужой плащ вместо своего испытанного временем пиджака. Этот последний, оставшийся в таинственной комнате, отнюдь не делал мой вид почтенным, однако бедность научила меня смотреть на него так, как если бы он был неотъемлемой частью моего естества. И потому, здраво рассудив, что приобретение нелепого плаща никоим образом не возмещает потерю привычного пиджака, я уже собрался вернуться, как вдруг моя рука скользнула в карман ветхой обновы и нащупала тугой сверток.

Леонид Марягин

Экран наизнанку

Все началось с пирожков

Режиссер. Что за слово такое? Как оно появилось в моей лексике? Когда? Включаю память и переношусь в далекий сорок третий год на Урал, к чистому и прозрачному тогда озеру Тургояк. У озера жили бежавшие от войны женщины и дети. Летом озеро их кормило - сквозь толщу воды было ясно видно, как жирные окуни заглатывали червей. Рыбалкой занимались все - был бы крючок не для развлечения. Для жизни.

Олег МАЛАХОВ и Андрей ВАСИЛЕНКО

СЧАСТЬЕ

- Мама, я кушать хочу, - капризно сказал мальчик, вытирая кулаком соплю, которая уже минут пять целенаправленно прокладывала себе путь на свободу. Совсем недавно он у меня на глазах сьел порядка шести вареных яиц.

- Сейчас, мой сладкий... - моментально засуетилась женщина. Мать и сын были под стать друг другу - две свиноподобные горы мяса и жира. А я ведь всегда с отвращением смотрел на людей подобной комплекции.

Олег МАЛАХОВ и Андрей ВАСИЛЕНКО

ТЕМНОТА

Из весьма разнообразного людского многоголосия больше всего выделялись два не очень трезвых голоса.

"Сережа, я тебе точно говорю, что здесь лучше!" - говорил один. "Отстань", - тянул другой. Зорина из чистого любопытства оглянулась и увидела двух мужиков, не очень твердо стоявших на ногах. Один из них уцепился за перила лестницы, ведущей к входу в магазин, и явно намеревался полезть наверх прямо по этим самым перилам, полностью игнорируя ступеньки. Другой держал его за рукав и все время повторял: "Сережа, здесь лучше!". Но Сережа, видимо, руководствовался какими-то своими соображениями. Он то и дело отдергивал руку и еще крепче хватался за перила. "Отстань!" - кричал он хриплым голосом. "Как знаешь!" - сдался, наконец, его приятель, отойдя в сторону. Очень умно, между прочим, сделал, потому что Сережа тут же оторвался от перил и поинтересовался: "Саня, ты куда?". "Никуда! - ответил Саня, - Я же тебе уже говорил, что здесь значительно лучше". "Где?" - спросил Сережа. "На ступеньках!" - пояснил Саня и снова взял приятеля за рукав. "На них значительно лучше", - повторил он. Зорина сначала усмехнулась, а потом помрачнела - вспомнила своего бывшего мужа, который имел обыкновение, как говорилось в монологе одного известного юмориста, "приняв традиционный воскресный пудинг", гоняться за ней с молотком. Они развелись в день ее тридцатилетия. С тех пор она ненавидела свои дни рождения. Прошло минуты две, прежде чем Зорина, наконец, осознала, что стоит на обочине шоссе с вытянутой рукой.

Френсис Локридж

Лучше бы фасоль

Перевел с англ. В. Вебер

Ронни Бид уже двое суток был в бегах. Жители графств Патнам и Уэстчестер запирали двери, боясь вооруженного пистолетом убийцы, который сбежал из закрытой лечебницы для душевнобольных и уже угробил двоих человек. Разъездного торговца, согласившегося его подвезти, и шестнадцатилетнюю девушку, сидевшую с младенцем в доме, куда он вломился в поисках одежды и еды.

Насчет первого убийства полиция не сомневалась: в машине, брошенной Бидом, когда кончился бензин, нашли отпечатки его пальцев. Со вторым убийством такой уверенности не было, однако в его бессмысленности и немотивированности весьма отчетливо прослеживался почерк Ронни.

Михаил Литов

Почти случайное знакомство

У Обросова был некий словно бы устав посещения Новоспасского монастыря. Приближаясь к нему, он всякий раз неизменно прокручивал в голове то соображение, что обитель несколько раз переносили с места на место, да и подвергалась она, бывало, опустошениям и поруганиям от врагов, а ныне стоит твердо и величаво над московской рекой. За тем, что такой он знает историю монастыря и таким, как сказано выше, видит его в современности, для Обросова, при всей его склонности к не слишком-то оптимистической философии, вырастала полная и безусловная убежденность, что не только сегодня и завтра он обнаружит Новоспасский в хорошо уже ему известном виде, но и в самом неизмеримо далеком будущем, когда он, Обросов, давно уж перейдет в иные миры, монастырь будет исключительно тем же великолепным видением, каким он предстает нынче перед ним с набережной. А подступал к обители Обросов почти всегда со стороны реки, что было, можно сказать, частью ритуала. Обросов был высокий и красивый человек, пожилой в несколько отличительном роде, поскольку не скорчился под грузом лет, как это водится, а имел даже прыть и бодрую поступь, хотя ступал на самом деле прежде всего с необычайной величавостью, иногда и как натуральный патриарх. Уверенность в будущем монастыря означала для него, в сущности, любовь к России и веру в нее, а также некий предлог помыслить о том, что слова и рассуждения о Святой Руси не надуманы, не вполне лишены под собой почвы.

Михаил Литов

Посещение Иосифо-Волоколамского монастыря

Несказанцев отправился в Иосифов монастырь, где глубокой печалью исполнилась некогда картина умирания великого князя, с болезнью членов лежавшего на паперти собора. Но Иван Алексеевич не за смертью поехал туда, и его история вовсе не величественна, он вывез дочь на быстро обдуманную прогулку. Бог знает и помнит, что имела и чем славилась эта обитель в свои лучшие годы, а мы видим в ее стенах разруху да какую-то робкую попытку восстановления. Что сказать об обитателях этого более или менее уединенного места? Слышал Несказанцев в прошлое посещение, что его, кажется, облюбовали для своей оторванности от мира монахи, а сейчас, когда он вошел туда с дочерью, стало выходить, что в древних стенах насельничают будто бы монахини. Медленно и, на взгляд посетителей вроде Несказанцева, с некоторой путаницей отряхается монастырь от запустения и одичалости, от забвения. Что строилось при энергичном Иосифе за большие деньги, которые этот человек умел брать, то почти что вполне разобрано и разрушено еще предками, не на нашей памяти и не по нашей вине. Перед Иваном Алексеевичем Несказанцевым и его дочерью Сашенькой поднялись строения семнадцатого века. Как Китеж возник вдруг некий град посреди лесов, озер и облаков. Иван Алексеевич остановил машину, вышел на дорогу и принялся, скрестив руки на груди, долго и задумчиво всматриваться в это чудо башен, куполов, крестов. Сашенька смотрела тоже, но отец запечатлевал, впитывал, а у нее увиденное тотчас вылетало из головы, стоило ей на мгновение отвернуться.

Небывалое событие в Стамбуле! Во время маркетинговых курсов крупнейшее в мире рекламное агентство объявило, что лучший студент получит должность в лондонском офисе.

Нике улыбнулась удача оказаться одной из претенденток. Вот только лекции на английском для нее – тяжкое испытание. Какой там английский! Она и по-русски не всегда понимает. Нет, новые слуховые аппараты работают в разы лучше старых, но идеальный слух возможен только в рекламе.

Усложняет задачу и то, что приходится не только учиться, но и отбиваться от нападок конкурентов. Пятнадцать маркетологов готовы на что угодно, чтобы заполучить работу мечты, поэтому не обошлось без ссор, подлянок и подтасовок. К тому же, никто не предполагал, что соревнование за престижную должность обернется убийством.

Кто преступник? Связано ли это с курсами? Будут ли еще жертвы? Ситуация обостряется, когда Ника понимает, что на нее хотят повесить убийство.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Два старых приятеля столкнулись с серьёзной проблемой — один из них внезапно начал страдать глоссолалией (говорением на языках). Со своей бедой они пришли к специалисту-лингвисту профессору Петру Семёновичу. Никто не знал, что это приведёт к открытию одного старого и многих новых языков.

Книга Евсея Цейтлина «Долгие беседы в ожидании счастливой смерти» уже выходила на русском в Вильнюсе пять лет назад. Но ее подлинный исторический и художественный смысл начал раскрываться только недавно — когда были обнародованы документы, свидетельствующие о тесном сотрудничестве руководства католической церкви Литвы в годы нацистской оккупации с СС и с НКВД-МГБ-КГБ в послевоенное время. Сопоставив документальные свидетельства и «двойное зрение» рядового очевидца литовской истории последних шести десятилетий, мы заново открываем для себя атмосферу тотального гнетущего страха и предательств, в которой жило население Литвы на протяжении почти всего ХХ столетия.

Почитателям остросюжетного жанра хорошо известно имя Михаила Марта. Это один из литераторов, работающий без скидок на жанр.

Он точен, разнообразен, динамичен и не лишен изящности

Ну а главным достоинством писателя, безусловно, остается сюжет, искрометная фантазия, неожиданные повороты и эффектные финалы.

За спиной у автора более трех десятков книг, добрая половина которых экранизируется крупнейшими кинокомпаниями России.

Романы Марта, непревзойденного мастера сложнейшей интриги и непредсказуемого сюжета, давно и прочно завоевали читательские сердца и стали бестселлерами.

Почитателям остросюжетного жанра хорошо известно имя Михаила Марта. Это один из литераторов, работающий без скидок на жанр. Он точен, разнообразен, динамичен и не лишен изящности. Ну а главным достоинством писателя, безусловно, остается сюжет, искрометная фантазия, неожиданные повороты и эффектные финалы.

За спиной у автора более трех десятков книг, добрая половина которых экранизируется крупнейшими кинокомпаниями России.

Романы Марта, непревзойденного мастера сложнейшей интриги и непредсказуемого сюжета, давно и прочно завоевали читательские сердца и стали бестселлерами!

«Обратной стороной кверху» - продолжение романа «Обезьяний рефпекс».