Зодчий

Роман Мирмухсина «Зодчий» обращен к историческому прошлому узбекского народа. Действие происходит в XV веке, в годы расцвета литературы, искусства, зодчества в Средней Азии. Автор вводит нас в общественно политическую атмосферу, царившую в те времена в Мавераннахре и Хорасане — территории, расположенной между крупнейшими в Средней Азии реками Амударьей и Сырдарьей.

В романе много конкретных исторических лиц. Книга посвящена судьбе народных мастеров, их таланту.

Отрывок из произведения:

Двадцать третьего дня месяца рабиуссани[1] в Герате было совершено покушение на Шахруха-мирзу, возвращавшегося с пятничного богослужения. Мюрид Фазлуллаха Астрабади, главы хуруфитов, некий Ахмад Лур, заверив стражу, что ему лично надо передать прошение государю, сумел приблизиться к нему и нанес ножевую рану.

Ахмада Лура схватили у соборной мечети Джаме и тут же умерщвили[2].

В тот же день весть об этом распространилась по всему Герату. Трое царских гонцов уже мчались в Самарканд к Улугбеку с сообщением о покушении на Шахруха-мирзу и другими тайными вестями. Троих гонцов спешно отрядили в Мешхед и Нишапур и еще троих, одного вслед за другим, — в Балх и Астрабад. Вскоре Хорасан и Мавераннахр узнали о тяжком ранении Шахруха.

Другие книги автора Мирмухсин Мирсаидов

Сказка и рассказ узбекского писателя Мирмухсина. Перевод с узбекского и литературная обработка Л. Воронковой.

Популярные книги в жанре Историческая проза

В центре романа старейшего украинского писателя Антона Хижняка — история крестьянской семьи Гамаев. В судьбах героев отражается сложность борьбы украинского народа за революционные преобразования, за утверждение Советской власти.

Действие романа развертывается в селах Полтавщины, в Петербурге, Москве…

Роман прогрессивного мексиканского писателя Агустина Яньеса «Перед грозой» рассказывает о предреволюционных событиях (мексиканская революция 1910–1917 гг.) в глухом захолустье, где господствовали церковники, действовавшие против интересов народа.

В конце душного августовского дня 1839 года Василий Андреевич Жуковский, поэт и воспитатель наследника цесаревича, возвращался с бородинской годовщины.

Клубы золотисто-зеленой пыли, почему-то пахнущей ванилью, закрывали какую-то деревню.

— Горки?

— Горки, — недовольным голосом отозвался кучер. “Ахти, батюшки, — думает он. — Все придворные экипажи давным-давно за Можайском, а император небось уже скачет по Москве”. Даже карета митрополита, темнобронзовая, блестящая, похожая на садовую жужелицу, славящаяся своей медлительностью, обогнала их.

Роман «Маори» популярного американского фантаста Алана Дина Фостера раскрывает перед читателями новую, неожиданную грань дарования писателя. Перед нами предстает колонизация Новой Зеландии. Вместе со своим героем, предпринимателем Робертом Коффином автор прослеживает всю историю этой далекой британской колонии. Кровопролитные войны с коренной народностью — маори, экономические взлеты и кризисы тесно переплетаются с событиями личной жизни героев, проводя читателей через без малого весь XIX век к границам века XX-го.

Исторический роман о восстании иудеев против римлян, вошедшем в историю как Первая Иудейская война, и о разрушении Иерусалима войсками Тита в 70 г. н. э.

От переводчицы: переводился по заказу издательства «Параллель», но так и не был опубликован из-за изменения политики издательства. Иногда текст романа вызывает недоумение с исторической точки зрения и с точки зрения двойной морали автора. Впрочем, где это было возможно, я сделала комментарии, которые помогут восстановить истину.

Роман-баллада «Никола Шугай» (1933) — одно из самых значительных произведений народного писатели ЧССР Ивана Ольбрахта (1882–1952). В легенде о бесстрашном бунтаре много правдивости в описании жизни и быта закарпатских крестьян, украинцев, понимания незаурядности их характеров, силы духа, способности к борьбе. Никола Шугай Ольбрахта наряду с героями М. Майеровой и К. Нового стали символами своей эпохи и народного сопротивления.

Престарелый гибеллин обсуждает со своим духовником гражданскую войну, во время которой беспощадная любовь к родному городу вооружила против Флоренции злобу и хитрость врагов и стоила жизни десяти тысяч флорентийцев.

Роман «Восстание в крепости», запечатлевший одну из самых ярких страниц революционной борьбы народов Закавказья, выдержал ряд изданий, в том числе и на русском языке. На основе этого произведения был создан фильм «Непокоренный батальон». В 1907 году одним из революционных центров Азербайджана стали Закаталы, заштатный город, находившийся вдали от рабочих центров. Волны первого грандиозного движения революционных масс России, докатившиеся до её далеких окраин, захлестнули маленький провинциальный городок. Сюда после подавления восстания на броненосце "Потемкин" были сосланы революционные моряки Черноморского флота. Они создали в воинских частях местного гарнизона подпольную организацию, установили тесную связь с местными революционерами и возглавили движение, направленное против царизма.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

"Библейские вольнодумцы". Само это словосочетание может вызвать недоумение:.вольнодумие в священной книге иудейской и христианской религий в столь древние времена? И тем не менее нее это верно. Книга покажет читателю, что сомнения во всемогуществе бога, да и в самом его существовании, посещали людей и в глубокой древности, когда, казалось бы, религиозное мировоззрение господствовало безраздельно.

Именно идеи скептицизма лежат в основе двух библейских книг — Иова и Екклезиаста, рассмотрению которых и посвятил свою новую работу кандидат исторических наук М. И. Рижский, известный широкому кругу читателей по книге "Библейские пророки и библейские пророчества.

Рассчитана на массового читателя.

Как далеко простираются границы Вселенной? Одиноки ли мы в просторах Космоса и когда произойдет первый контакт? Возможны ли путешествия во времени и между параллельными мирами? Где предел человеческим возможностям? Все эти проблемы чрезвычайно актуальны сейчас, в начале третьего тысячелетия. Василий Головачев имеет собственные взгляды на будущее человеческой цивилизации и на устройство мироздания и убедительно отстаивает их в своих произведениях.

Содержание:

Приговоренный к свету (рассказ) c. 5-54

Неперемещенный (рассказ) c. 55-82

Ultima ratio (Последний довод) (рассказ) c. 83-111

Хроники выхода (рассказ) c. 112-124

Невыключенный (рассказ-приквел дилогии «Регулюм») c. 125-148

Волейбол-3000 (рассказ) c. 149-180

Двое в пустыне (рассказ) c. 181-196

Эволюция (рассказ) c. 197-200

Покупка (рассказ) c. 201-205

Катастрофа (рассказ) c. 206-219

Операция «Терпение» (рассказ) c. 220-227

Стихия (рассказ) c. 228-238

Дерево (рассказ) c. 239-251

Мальчишка из 22-го (рассказ) c. 252-262

Фуор (рассказ) c. 263-277

Беглец (рассказ) c. 278-291

Мера вещей (рассказ) c. 292-329

Иллюстрация на обложке В. Нартов

Недалеки те времена, когда полеты в космос станут не уделом горстки исследователей, а неотъемлемой частью жизни любого разумного обитателя Вселенной. Кем же они станут — люди будущего? Бездушными механизмами, сухими рабами компьютеров, презирающими все и вся суперменами? Хочется надеяться, что это не так, что, даже шагнув далеко вперед, люди не утратят свою человеческую сущность.

Содержание:

Демон (повесть из цикла «Не будите спящих джиннов»), стр. 5-198

Особый контроль (роман из цикла «В огне»), cтр. 199-484

Хроновыверт (повесть), cтр. 485-542

Отклонение к совершенству (повесть), стр. 543-663

Иллюстрация на обложке Луис Ройо

«Был человек в земле Уц, имя его Иов…» — гласит Ветхий Завет. Здесь земля Уц, на соседней улице. Вот человек Иов — Артур Чисоев без видимой причины лишен семьи, имущества, здоровья. Он же Иаков, готовый бороться всю ночь с тем, чье имя запретно. И глядит на Железного Артура новый пророк — Александр Петрович, старый учитель географии, не зная, обвинять или сочувствовать. Ибо наточен каменный нож, а древний кумир, вырезанный из бревна, жаждет крови…

Повесть «Право первородства» — часть новой книги Генри Лайона Олди и Андрея Валентинова «Крепость души моей», которая готовится к выходу в издательстве «Азбука» (ИГ «Азбука-Аттикус») в сентябре 2013-го. Книгу составили три повести — истории, где сталкиваются две реальности: нынешняя и ветхозаветная. Мистика? Нет, конфликт двух систем ценностей, двух взглядов на человеческую жизнь.