Зимовка Зор-Мазар

Рассказ был опубликован во втором выпуске художественно-географического сборника «На суше и на море» (1961).

Отрывок из произведения:

Когда мы проснулись и выглянули из спальных мешков, было ясное, но вовсе не раннее утро, а у входа в землянку сидел Васька и прямо со сковороды уплетал котлеты. В одну минуту мы выпрыгнули из мешков и накинулись на него:

– Отдай! Отдай! – закричал Глеб, вырывая из рук Васьки сковороду. – Это же наши котлеты. Правда, Кирилл, ведь это наши? Ты их узнал?

– Конечно, узнал! – кричал я, вцепившись в сковороду с другой стороны. – Конечно, наши котлеты! – И мы свалили Ваську, вдвоем отняли сковороду и с жадностью съели последнюю котлету. Нам досталась только одна, а по следам на сковороде было видно, что жарили их по крайней мере штук шесть. Глеб, шевеля пальцами в воздухе, подсчитал это.

Другие книги автора Кирилл Владимирович Станюкович

Кирилл Станюкович

Тайну охраняет пламя

Шел снег. Его косые струи секли пространство, освещенное костром, и бесшумно ложились на землю. Только вокруг костра, где снег таял, оставалась неширокая полоска темной земли, все остальное было однообразно бело. Мир вокруг нас был сужен. Костер освещал только нависшую черную скалу у нас за спиной и небольшой полукруг заснеженной земли перед нами.

Была метель и холод, но от того, что мир для нас сузился всего до пространства, освещенного костром, здесь под скалой было как-то уютно.

Кирилл Станюкович

Удивительный луч профессора Комаччо

Был ясен день, шумело безбрежное море, гремя и пенясь, шли и били в берег крутые океанские волны. Качаясь, взмахивали своими резными листьями высокие пальмы, и все было наполнено веселым шумом, солнечным светом, вольным ветром. Вся природа, казалось, была пронизана радостью жизни и покоем, и как-то совсем не верилось, что совсем недалеко за этой ясной морской далью притаился враг, который только ждет удобного случая, чтобы вновь захватить эти солнечные берега, вновь поработить мою Родину.

При разведочном восхождении на вершину Калак-Таш на Северном Памире, происходит несчастный случай. Группа альпинистов отправляется на место трагедии...

О непонятном волнении воды в Сарезском озере, которое вдруг возникает там среди дня.

О человеке, который разыскал в горах и увидел нечто совершенно невероятное.

Кирилл Станюкович-профессор геоботаник, автор многочисленных научных и научно-популярных работ, много лет провел на Памире, ведет большую научно-исследовательскую работу.

В книге собраны рассказы об экспедициях автора на Памир, Тянь-Шань, в Южный Казахстан и Сибирь.

Красочным, образным языком повествует автор о своеобразной природе этих интересных мест, об их растительном и животном мире, о разных происшествиях экспедиционной жизни, о трудностях и радостях, ожидающих исследователя в новых, неизведанных районах.

Популярные книги в жанре Путешествия и география

Поезд шел в белую ночь, шел от Перми на север. Светлые блики на темной бегущей воде, черные пики елей, и в бледном небе — луна, полная, без света. Плыли, белея, стволы берез, и крутые пригорки, и высокие травы над сонными озерцами...

Мы приближались к Березникам.

Город выходил к Каме частоколом заводских труб, а за рекой лежало Усолье, темнел силуэт собора, синели леса. Еще не так давно они росли и здесь, на плоском левом берегу, где раскинулись Березники. Город родился полвека назад и своим появлением был обязан геологам.

По берегу белой строчкой тянулась Кругобайкальская железная дорога с многочисленными окнами тоннелей. По некогда заброшенному пути вновь закурсировали поезда: БАМ вызвал к жизни и эту дорогу. Теперь теплоходы загружались в южнобайкальском порту «Байкал» самыми разными грузами для северной стройки, тащили в северный новый порт Курлы баржи с техникой и горючим. На верфях Листвянки, Култука и Улан-Удэ собирались теплоходы для собственно бамовского флота.

...Обеспечить в 1979—1990 годах строительство и ввод в действие сооружений защиты г. Ленинграда от наводнений протяженностью 25,4 километра... Из постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О строительстве сооружений защиты г. Ленинграда от наводнений»

Очередная передача радионовостей подходила к концу, как вдруг строгий голос диктора объявил: «К берегам Скандинавии движется циклон. Уровень воды в Неве на 163 сантиметра выше ординара, ожидается подъем воды до 220 сантиметров... Следующее сообщение слушайте...»

Окровавленного товарища разведчики притащили на плащ-палатке. Он скончался в дороге.

— Нигде и мышь не проскочит... — Старшой вытер рукавом телогрейки грязь с лица. — Каждый дом как крепость, никаким фугасом не возьмешь.

— Как она называется? — спросил Павел Дубинда командира роты.

Заулин посмотрел на карту — немецкую километровку, на которой русскими буквами были подпечатаны названия городов и крупных населенных пунктов: управление картографии фронта отставало от общего наступления с печатанием собственных карт.

19 июля 1980 года в Москве, на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина, в огромной семиметровой чаше-лотосе вспыхнет олимпийский огонь, возвестив миру об открытии Игр XXII Олимпиады.

В соответствии с традицией этот огонь будет зажжен в Олимпии, откуда в руках бегунов-факелоносцев совершит целое путешествие, чтобы попасть на всемирный спортивный форум молодежи. Тридцать дней будет продолжаться марафонская эстафета длиной почти в пять тысяч километров по территории четырех стран: Греции, Болгарии, Румынии и Советского Союза. В отличие от обычных соревнований на ее тысячеметровых этапах не будет ни рекордов, ни победителей, ни побежденных. Однако ответственность, лежащая на всех участниках и организаторах марафонской эстафеты, от этого не станет меньше. Ведь предстоят почти пять тысяч стартов и столько же финишей. Причем каждый должен состояться в строго установленное время, неоднократно выверенное до минуты в ходе расчетов и контрольных пробегов.

Е ще вчера вовсю палило солнце, по улицам бежали ручьи, отражая апрельскую непорочность неба, со звоном рушились сосульки с крыш, а уже сегодня погода круто повернула к декабрю. Низкие, угрюмые облака занавесили весь горизонт. Кварталы Нагатина и Люблина, портовые краны, горы песка и щебня, озябшие катеришки на реке — все растворилось, померкло в стылой, промозглой слякоти.

Шагая по раскисшей земле, я вспоминал, что район этот назывался когда-то Котлами. Были, значит, такие деревеньки — Верхние Котлы и Нижние Котлы, типичные подмосковные деревеньки с раздольными картофельными полями, скрипучими колодцами и голосистыми петухами, которые, случалось, перекрикивали пароходные гудки. Котлы приказали долго жить: развивающийся город поглотил их бесследно, оставив на месте бывших полей многоэтажные корпуса домов, предприятия, лезвия асфальтовых дорог. Говорят, что когда в Кремле в 1606 году убили Лжедимитрия I, то труп его привезли именно сюда, в Котлы. Здесь его сожгли, пепел заложили в пушку и выстрелили в ту сторону, откуда самозванец ворвался в русскую столицу...

П рильнув к прохладному стеклу иллюминатора Ан-24, Тарас слушал разговоры Ситного с южанкой, медсестрой Ганной. Эта смуглая девчонка с копешкой выгоревших волос не уставала удивляться разнообразию ландшафта под крылом самолета, ахала над необъятностью тайги, блаженно щурилась от слепящей сини байкальского зеркала. Она то и дело подталкивала Тараса под локоть, требуя каких-то объяснений про прихотливость таежных речек, почему багульник зовется багульником да можно ли с такой высоты разглядеть в тайге медведя. На вопросы Ганны Тарас отвечал вяло, рассеянно, и скоро она переместила огонь своего любопытства на Ситного, начальника лавинного отряда. Ситный же добродушно и с удовольствием пускался в подробные объяснения, приправленные сибирскими байками.

Репортаж с ударной комсомольской стройки

Над Магаданом висело какое-то очень далекое солнце, и я уже подумывал лететь в Синегорье самолетом, как вдруг погода резко переменялась, задул порывистый ветер, принесший плотные клубы низких туч. На город лег занудливый, холодный дождь, и тогда я решил добираться до Колымской ГЭС рейсовым автобусом, который теперь ходил по маршруту Магадан — Синегорье. Была и еще одна причина, подтолкнувшая меня к автобусной станции — хотелось. Опять увидеть череду знакомых колымских гор.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в России!

Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на свободу. С прошлым порвано, будущее неясно. В Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят свои жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. И не следует забывать о том, насколько зыбка эта свобода, пока люди делятся на чистых и зараженных.

Любовь — это болезнь. Хочешь излечиться навсегда?

Любая человеческая жизнь построена по законам классической трагедии, в ней всегда можно увидеть некоторую экспозицию – это условия жизни, родители и ближайшее окружение. Имеется много сюжетных линий: карьерная, любовная, духовная, наконец. Причем этих линий много. Однолюбы попадаются редко.

А конец всегда трагичен. Конец у всех один, как говорят.

А я в этом сомневаюсь. Пойдемте со мной, мой читатель, и я вам покажу, что степень трагичности конца зависит от развязки, которую мы сами себе устраиваем…

…нашел третью записку, я начал искать их целенаправленно. Они были разные. В смысле, написаны разным почерком и на разных листках — в клеточку, чистых, линованных. Несколько раз это были библиотечные каталожные карточки. Почерк тоже был разный, когда угловатый, когда круглый, разной плотности и наклона. Но всегда вполне читаемый. Я навидался таких почерков: ими пишутся все конспекты в мире, скоропись, но разборчивая, потому что хорошо бы понять собственные записи к концу семестра, не говоря уже о том, чтобы дать списать соседу или самому взять у него недостающую тетрадку. Бывает, что такой почерк остается потом еще на несколько лет, а бывает, что…

Эта книга познакомит вас, ребята, с замечательным памятником народного творчества — скандинавскими сказаниями о богах и героях.

Она расскажет вам о мудром отце богов Одине, о рыжебородом богатыре Торе и его вечной борьбе с жестокими великанами Гримтурсенами, о хитрых проделках коварного бога Локи и еще о многих и многих других героях северного эпоса.