Журналист

Цикл «Бандитский Петербург» Андрея Константинова охватывает период с 1991 по 1996, самый расцвет периода первоначального накопления капитала. Роман «Журналист» повествует о судьбе Андрея Обнорского, переводчика, прослужившего с перерывами в Южном Йемене и Ливии с 1985 по 1991 годы. Возвратясь на Родину, Обнорский стал работать в молодежной газете Санкт-Петербурга, вести криминальную хронику. Именно ему передал досье на Антибиотика погибший Сергей Челищев. Образ Обнорского — автобиографичен.

Отрывок из произведения:

Я посвящаю эту книгу всем советским военным и гражданским советникам, специалистам и переводчикам, в разное время работавшим во многих странах мира, — живым и мертвым, тем, кто смог вернуться и найти свою дорогу в жизни, и тем, кому на это не хватило сил. Посвящение не распространяется на тех, кто предал всех, когда-то деливших с ним кусок хлеба, кров, даривших тепло; кому нет прощения, потому что они перестали быть людьми, превратившись в оборотней. Многие мои бывшие коллеги поймут, к кому это относится.

Рекомендуем почитать

Мог ли в самом страшном сне представить себе журналист Андрей Обнорский-Серегин, что на пути всемогущего криминального авторитета, Антибиотика, встанет загадочная и очаровательная израильтянка Рахиль Даллет, обладательница странного медальона, с каждой изполовинок которой на него будут глядеть из прошлого знакомые лица. Что для него самого женщина эта станет больше, чем жизнь, а ее прошлая страшная жизнь войдет в его мозг как нож, и, как призыв к… войне.

Цикл «Бандитский Петербург» Андрея Константинова охватывает период с 1991 по 1996, самый расцвет периода первоначального накопления капитала. Роман «Журналист-2» продолжает рассказ о судьбе Андрея Обнорского. Обнорский, журналист криминального отдела Санкт-Петербургской молодежной газеты, впутывается в историю с кражей картины «Эгина» из одной частной коллекции. Исследуя обстоятельства дела, Обнорский сталкивается с вором в законе Антибиотиком, о котором до сих пор был только наслышан.

Осенью 1998 г. в ходе предвыборной кампании в Законодательное Собрание г. Санкт-Петербурга заместитель директора Агентства Журналистских Расследований Николай Повзло волею случая сталкивается с целым рядом странных событий, на первый взгляд никак не связанных друг с другом. Но все эти события так или иначе затрагивают не только простых граждан, но и весьма влиятельных политиков Петербурга и России. Сначала журналист, почувствовавший связь между загадочными событиями, руководствуется ложными логическими посылами, но потом он, не без помощи сотрудников ФСБ, понимает, что все странные и кровавые преступления выстраиваются в стройную и страшную цепь, имя которой — террор.

Роман «Мусорщик» завершает трилогию, начало которой положил «Арестант» и продолжил «Мент». «Мусорщик» рассказывает о дальнейшей судьбе героев предыдущих романов — журналиста Андрея Обнорского и бывшего оперуполномоченного уголовного розыска Александра Зверева. События развиваются на фоне политических событий 1996 года и тайно связанных с ними криминальных «игр».

Все персонажи, организации и события, описанные в романе, являются вымыслом. Возможное сходство с реально существующими людьми, организациями и обстоятельствами — случайно.

Нет никого опаснее человека, которому больше нечего терять — в этом убедился Андрей Обнорский, директор Агентства журналистских расследований, когда у него оказалась рукопись неизвестного автора. В ней рассказывалось о похищении жены и маленькой дочки охранника известного бизнесмена. Похитили по ошибке, перепутав с семьей самого бизнесмена. Бизнесмен отказался заплатить выкуп, женщина и девочка погибли. Потерявший самое дорогое, что у него было, охранник, бывший спецназовец по прозвищу Профи, решает мстить всем виновникам, начиная от похитителей и заканчивая бывшим хозяином. Прочитав рукопись, Андрей начинает подозревать, что изложенное не вымысел, и начинает искать Профи...

Большие деньги — это большие соблазны. Не всякая женщина согласится променять ради любви дворец на рай в шалаше. Чтобы обеспечить любимой женщине роскошную жизнь, оперативник Александр Зверев пошел на преступление. И попался. Его мучают подозрения — неужели его подставила любимая женщина? Разобраться в этом деле обещает журналист Андрей Обнорский…

Петля затягивается вокруг империи криминального авторитета Антибиотика. Журналист Андрей Обнорский-Серегин, стремящийся отомстить вору, и начальник отдела РУОПа Никита Кудасов, руководствующийся принципом «преступник должен сидеть в тюрьме», разрабатывают хитроумную операцию, в результате которой авторитет неминуемо окажется на скамье подсудимых… Но надолго ли? Книга входит в цикл произведений об Андрее Обнорском-Серегине («Адвокат», «Судья», «Журналист», «Вор», «Сочинитель», «Арестант», «Специалист», «Ультиматум губернатору Петербурга») по мотивам которого снят знаменитый телесериал «Бандитский Петербург».

Глава Агентства журналистских расследований Андрей Обнорский ведет дело в Киеве. Крымский премьер-министр пригласил его расследовать исчезновение журналиста, получившее огромный резонанс в СМИ. Спустя два месяца после исчезновения в Тараще, под Киевом, обнаружено обезглавленное тело. Косвенные приметы указывают на то, что это исчезнувший журналист. Но так ли это? Кто и зачем убил журналиста? Пытаясь найти разгадку, Обнорский понимает, что все происходящее давно и тщательно спланировано. Он выходит на след режиссера этой драмы. Но собственная проницательность едва не стоит жизни Обнорскому, который сам становится жертвой преследования. Его пытаются запугать, а когда это не удается, его похищают, и он только чудом ускользает из рук убийц… Итак, режиссер известен. Но сможет ли Обнорский обезвредить его и при этом остаться в живых?

Другие книги автора Андрей Константинов

«Бандитский Петербург-98» – это цикл очерков, посвященных природе российского бандитизма в его становлении и развитии, написанных живо и увлекательно, включающих как экскурсы в историю, так и интервью с современными «криминальными персонажами». А. Константинов демонстрирует глубокое знание материала, но движет им не просто холодный интерес исследователя. Автор озабочен создавшейся в нашем обществе ненормальной ситуацией и пытается вместе с читателем найти способы выхода из нее.

В отличие от обычной преступности, противодействующей государственным институтам общества, организованная преступность, наступая на общество, использует эти институты в своих целях.

Аулов Н. Н., начальник отдела по борьбе с преступными сообществами РУОП по СПб и области при МВД РФ.

Цикл «Бандитский Петербург» Андрея Константинова охватывает период с 1991 по 1996, самый расцвет периода первоначального накопления капитала. «Адвокат» — первая книга этого цикла. Все персонажи — вымышлены, но атмосфера и настроение тех лет переданы достаточно точно. Описаны реальные комбинации и способы «делания» денег в тот период.

Цикл «Бандитский Петербург» Андрея Константинова охватывает период с 1991 по 1996, самый расцвет периода первоначального накопления капитала. «Адвокат-2» продолжает рассказ о судьбах Сергея Челищева и Олега Званцева с того самого момента, на котором закончился роман «Адвокат».

Артур Тульский с малых лет мотался со шпаной, и его воспитывал вор по прозвищу Варшава. Тульский подсознательно был готов выковать авторитет в криминальной среде.

Артем Токарев рос с отцом, работавшим в уголовном розыске, и мечтал стать опером.

Но жизнь смешала все планы…

Артем в случайной драке заработал судимость и лишил себя возможности попасть в органы. Артур, на собственном опыте познав цену блатной романтики, пошел служить в уголовный розыск.

Их судьбы переплелись, несмотря на различия характеров и воспитания. И когда в их жизни появляется тень серийного убийцы, они принимают решение найти его…

Последствия будут необратимы…

Бандитский Петербург 2012 — это самая полная криминальная история Северной столицы с момента ее основания до настоящего времени.

«…в каком-то смысле книга „Бандитский Петербург“ для меня — это бесконечная литературно-исследовательская каторга, отбывая которую с каждым годом все труднее находить в себе силы продолжать работу… И все-таки, как мне кажется, тема „Бандитского Петербурга“, будучи сейчас не столь „спекулятивно-актуальной“, как это было в девяностые годы прошлого столетия, по-прежнему остается интересной… Истории многих героев не завершены, а значит — не дорассказаны. Так что книга все еще не закончена».

Андрей Константинов

Роман «Меч мертвых» написан совместно двумя известнейшими писателями – Марией Семеновой («Волкодав», «Валькирия», «Кудеяр») и Андреем Константиновым («Бандитский Петербург», «Журналист», «Свой – чужой», «Тульский Токарев»). Редкая историческая достоверность повествования сочетается здесь с напряженным и кинематографически выверенным детективным сюжетом.

Далекий IX век. В городе Ладоге – первой столице Северной Руси – не ужились два князя, свой Вадим и Рюрик, призванный из-за моря. Вадиму приходится уйти прочь, и вот уже в верховьях Волхова крепнет новое поселение – будущий Новгород. Могущественные силы подогревают вражду князей, дело идет к открытой войне. Сумеют ли замириться два гордых вождя, и если сумеют, то какой ценой будет куплено их примирение?..

Волею судеб в самой гуще интриг оказываются молодые герои повествования, и главный из них – одинокий венд Ингар, бесстрашный и безжалостный воин, чье земное предназначение – найти и хоть ценою собственной жизни вернуть священную реликвию своего истребленного племени – синеокий меч Перуна, меч мертвых.

«Адвокат», «Журналист», «Сочинитель»… Эта блестящая трилогия Андрея Константинова рассказывает историю петербургского криминального журналиста. Новая совместная работа Андрея Константинова и Александра Новикова — роман «Арестант» — рассказывает о дальнейшей судьбе главного героя Андрея Обнорского. Популярность трилогии оказалась столь велика, что известный режиссер Владимир Бортко снял по ней многосерийный телефильм «Бандитский Петербург», где заняты звезды российского театра и кино: Обнорский — АлександрДомогаров, Барон — Кирилл Лавров, Вощанов — Андрей Толубеев, Гурген — Армен Джигарханян, Кудасов — Евгений Сидихин. Когда, дорогой читатель, ты будешь держать в руках эту книгу, фильм, возможно, уже выйдет на экран.

Адвокат. Судья

Судьба надолго разлучила Сергея Челищева со школьными друзьями – Олегом и Катей. Они не могли и предположить, какие обстоятельства снова сведут их вместе. Теперь Олег – главарь преступной группировки, Катерина – его жена и помощница, Сергей – адвокат. Но, встретившись с друзьями детства, Челищев начинает подозревать, что они причастны к недавнему убийству его родителей… Челищев собирает досье на группировку Олега и передает его журналисту Обнорскому…

Вор

Став журналистом, Андрей Обнорский от умирающего в тюремной больнице человека получает информацию о том, что одна из картин в Эрмитаже некогда была заменена им на копию. Никто не знает об этой подмене, и никому не известно, где находится оригинал. Андрей Обнорский предпринимает собственное, смертельно опасное расследование…

Популярные книги в жанре Боевик

Николай Бучельников

Возвращенец

Начато 22 января 1996 года на основе сна зимы 1989-1990 годов После двух часов полета его, наконец, разморило, и Андрей провалился в сон. Сегодняшнее утро было одним сплошным кошмаром наяву и во сне, во время небольших "отключек", настигавших его в дороге. И теперь он смутно различал, что происходило на самом деле, а что привиделось его неуемной фантазии.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

На третий день после поездки в Анапу вернувшаяся из города "хозяйка" базы рассказала, как накануне жители разграбили пару продовольственных магазинов, что милиция поначалу пыталась их остановить, потом махнула рукой и наблюдала, стоя в сторонке, до тех пор, пока мужики не перепились тут же водкой и не полезли к ментам со штакетинами. В последующем столкновении досталось обеим сторонам. Наутро в городе было тихо, как перед грозой. И выключили горячую воду, о чем она переживала больше, чем о беспорядках. Позавтракав и быстренько искупавшись, дабы освежиться после традиционной ежевечерней попойки, Андрей спросил у девчонок, что им надо купить на базаре, и вышел на дорогу. Легковушек частников видно не было, но минут через десять его подобрал автобус с одной из баз, отвозящий ночную смену персонала в город. На шлагбауме, вместо обычной охраны, стояли воины в беретах. "Свои ребята". После вывода дивизии из Гайжуная (Литва) один полк был размещен в городе, а его офицеры и их семьи жили на одной из баз, в самом конце балки. Как было видно, воины прибыли к шлагбауму недавно, но основательно обживались: две точки с торчащими из них стволами "ПК" были обращены в сторону моря, в сторону города, на изгибе дороги стоял "Утес", а солдатики оборудовали для него соответствующее ограждение из камней, под тяжестью которых они пригибались к земле. Наверху, метрах в пятидесяти, там, где хребет образовывал небольшую высотку в своем неизбежном падении в море, тоже слышался шум, падение камней по склонам, треск веток кустарника и неизбежный для армии мат или, как сейчас принято выражаться, "ненормативная лексика". Хрен редьки не слаще. Уже потом, когда их высадили из автобуса, Андрей заметил две БМДэшки, довольно искусно замаскированные в придорожных кустах. Подошедший лейтенант был немногословен: в городе беспорядки, вызванные группой прочеченски настроенных экстремистов. Дабы не допустить разрастания анархии и противоправных действий, их подразделение получило приказ встать блок-постом на выходе из "Широкой балки" и ограничить проезд в обоих направлениях. Отдыхающие могут отдыхать и ни о чем не заботиться. В балке находятся семьи офицеров, солдаты будут их защищать, ну и отдыхающих уж заодно. А теперь поворачивайте обратно и не мешайте солдатам отстаивать интересы народа и его права, защищенные конституцией. Девчонки немного огорчились, узнав, что Андрей вернулся "пустой", без заказанных фруктов и воблы. Нет, все это можно было купить и на пляже, но чуть подороже. Впрочем, денег было достаточно много, чтобы не считать копейки, пиво свежим и холодным, вобла с икрой. Хорошо сидим! И какое нам дело до всех этих беспорядков, кем бы они не были вызваны, чеченцами или ингушами - во всем всегда виноваты одни евреи. Вот самая удобная нация. На хрен было связываться с этими кавказцами? Сказали бы народу: жиды разграбили матушку Россию - и все было бы в порядке. Ну побили бы эти еврейские морды лица, порезали тысячи две-три, на том бы и успокоились. А так что получается? Привязались к этим чертовым чеченцам. В отличие от евреев, у них есть родина, которую они изо всех сил будут защищать, правы они или нет, есть горы, в которые можно уйти, жить там и нападать на долины. И никаких "ядреных" бомб не хватит, чтобы стерилизовать каждое ущелье, потому как - горы, любой маломальский хребетик защитит тебя от взрывной волны, осколков, напалма и указов Президента. А у еврея что - разгромил хату или магазин, и некуда ему больше укрыться, разве что уехать на историческую родину. Потому как еврей - это не нация, это образ жизни. Когда же они забьются как селедки в этот самолет, его всегда можно развернуть в другую сторону, поближе к Магадану. Им все равно ведь достанется, в любом случае они будут крайними. Через год окажется, что это именно они посоветовали Президенту начать чеченскую войну. Вопрос: зачем тогда трогать других? Надо было с жидов и начинать и жидами заканчивать. Народ быстренько бы отвел душу, закусил селедочным хвостиком и побежал опохмеляться, выискивая по карманам последние копейки. В таких разговорах пролетели еще три дня. Пиво не кончалось, но стало более кислым, цена на воблу выросла в два раза, в душе пропала горячая, вода и только море оставалось спокойным и теплым, а солнце все так же немилосердно жгло их своими лучами. Вечером опять сходили в кабак, напились как сурки. Андрей проснулся в пять часов, смутно припоминая вчерашнее. К кому-то он вчера приставал: то ли к Олечке, то ли к Светику - из памяти вышибло полностью. "Наверно, "ретроградная амнезия" начинается". Они обе были ничего, но с той, к которой приставал, вчера они целовались, поднимаясь наверх к их базе. Но одно дело целоваться просто так, а совсем другое, как они целовались вчера. До секса ни ей, ни ему дела уже не было - перебрали оба, но может сегодня чего обломится? И руки наконец-то он свои распустил. Попку пообжимал. "Ах, какие у нее были "булочки"! Наверно, Светка - Олечка худая слишком. А может, Олечка? Может это у меня в руках двоилось? А полезешь сегодня не к той - все сразу и испортишь: ни та, ни другая уже не даст, и обе страшно обидятся. С кем потом пиво на пляже пить? Придется лезть сразу к обеим, чтобы наверняка. А вдруг не справлюсь? Я же никогда сразу с двумя не пробовал." Отлить хотелось страшно, а еще больше проблеваться и попить холодненького рассольчику. Накинув футболку, Андрей вышел из домика и, обойдя его, забрался в кусты. Струя уже прошелестела по листьям, а он, пошатываясь, стоял и наслаждался полученным кайфом. Рассвет только собирался намечаться, на небе сияло созвездие Ориона своими крупными, с горошину, звездами. И тут со стороны моря послышался топот ног по асфальту, и хриплое дыхание задыхающихся от чересчур быстрого бега людей. - Первое отделение на месте, второе и третье - приступить к выполнению задания, - команда была произнесена негромко, но вполне различимо, сквозь непрекращающийся всю ночь цокот цикад. - Чтобы никто не ушел. Услышанное доходило до Андрея постепенно, как утренний холод. Окончательно из похмелья его вывели звуки передергиваемых затворов. Стараясь не шуршать окружающими его ветками, он сначала медленно опустился на корточки, а потом лег на землю. Та была холодной и мокрой от его мочи. "Хорошо хоть, что проблеваться не успел". Уже потом, когда солдаты прошли мимо него, он аккуратно попытался забросать себя опавшими листьями. Похмелье навалилось на него второй, волной и происходящие затем события проплыли в его памяти легким облачком. Кричали разбуженные дети, их матери ругались так, что листва с деревьев стала осыпаться, какой-то мужик попытался было врезать бойцу по морде, но короткая очередь его опередила. Мат женщин перешел в вой. Через полчаса полуодетая толпа в окружении солдат прошла мимо Андрея вниз по дороге к морю. Он вернулся в свой домик, на всякий случай забрался под кровать и, укрывшись одеялом, спокойно уснул. Проснувшись от какого-то кошмарного видения, Андрей резко дернулся и со всей силой ударился головой о сетку кровати. - . . . твою мать! - вырвалось против его воли, но тут же он все вспомнил и зажал рот ладонью. Полежав еще минут пять, он осторожно выполз из-под кровати, поднялся на шатающихся ногах и выглянул в окошко. Тишина. Только ветерок слегка шелестит листвой акаций, раздувая остатки похмелья. "Так бы каждый день, а то с раннего утра разбудят своим криком дети, потом включат эти чертовы матюкальники на полную громкость. Ладно бы одну и ту же передачу включали, а то на каждой базе свою, и через пять минут голова становится ватной от обрывков песен, новостей, митингов и дискуссий". Накинув на ноги кроссовки и взяв в руку ножик (как будто он может защитить его от автоматов), Андрей крадучись вышел из домика. Никого. Тенью он продефилировал по всей базе, везде натыкаясь на следы утреннего погрома. Иначе и не назовешь. Вещи лежали в беспорядке, ни одна кровать не застелена, во всех комнатах горел свет, почти нигде не заметный под полуденным солнцем. Проходя мимо водопровода, он подставил голову под холодную струю и, впервые за две недели своего пребывания здесь, отпил некипяченой воды. Потряся головой и оглянувшись, Андрей взобрался на крышу единственного на базе двухэтажного корпуса и осмотрел всю "балку". Тишина и покой. "И мертвые с косами стоять". В двух или трех местах он заметил прогуливающиеся парные патрули, но основные события происходили на пляже, прямо перед ним. Он спустился в домик, взял "Зенит" с прикрученной к нему "пушкой" телеобъектива, и вернулся на свой наблюдательный пункт. Двадцатикратное увеличение оптики возродило для него давно забытое всеми немое кино. Отдыхающие отдыхали и сидели на гальке пляжа под жгучим солнцем и под стволами солдат, разбитые на несколько групп. Через более-менее равные промежутки времени солдат подводил одного из отдыхающих к одной группе, забирал очередного из другой и отводил его под установленный недалеко навес. Тихо. Мирно. Спокойно. Андрей сделал несколько снимков. Когда он в очередной раз взводил затвор, к треску шестеренок фотоаппарата добавился сухой шелест гравия под чьими-то ногами. Ему невероятно везло уже второй раз за день. В этой части "балки" корпус, на котором он лежал, возвышался над всеми остальными строениями. Осторожно перегнувшись через края, Андрей увидел отделение солдат, тщательно осматривающих территорию базы. Пинком ноги открыв дверь очередного домика, бойцы стволами перерывали вещи, заглядывали под кровати, в тумбочки, и шли дальше. Кто-то что-то брал, смотрел на свет, выбрасывал обратно или клал в карман. Андрей отполз подальше от края и даже перестал следить за событиями на пляже. Шмон базы продолжался долго, даже черезвычайно долго, если учесть палящее солнце и отсутствие какой-либо возможности спрятаться от его лучей. Отошедшее было на второй, если не на третий план похмелье вновь накатило безудержными приступами тошноты. Очень, очень медленно Андрей стянул футболку и укрыл ею голову. Теперь он остался в одних плавках. "В конце-концов, ты зачем сюда ехал? Загорать? Вот лежи и загорай". С моря раздались хлопки нескольких коротких очередей. Точно ветерок пробежал по его коже. Примерно через час воины закончили свое дело и стали спускаться вниз. Андрей внимательно следил за ними. Базы и пансионаты, лежащие ниже, они, по-видимому, обшмонали раньше, и теперь шли, никуда не сворачивая прямо по дороге к морю. Он снова прильнул к оптике. Увиденный ранее порядок вещей на пляже не претерпел никаких изменений. По дороге проехали несколько БМДэшек. Слетев с крыши, Андрей взял в первом попавшемся номере простыню, галопом добежал до крана водопровода, сначала сунул в ледяную струю голову, потом намочил простыню, обмотался ей и, зайдя в свой домик, упал на кровать. Кайф. Когда через полчаса простыня немного подсохла, проснулось дремавшее до этого чувство голода. Андрей открыл холодильник, достал из него початую бутылку "Пепси" и пару яблок. Лежала там, правда, еще пара воблин, но на солененькое почему-то не тянуло. Не зная, какие еще передряги судьба преподнесет ему в следующую минуту, он решил, что пришла пора самому обшарить базу и собрать съестные запасы. А таковых нашлось немного - зачем что-то хранить в холодильнике, которые и были-то не во всех номерах и домиках, когда в столовой и так закармливали, точно на убой. Что было в каждом номере, так это фрукты, но они и у него самого еще оставались. Нашлось немного рыбных консервов, и то хорошо. Пиво и вино он не брал. Запасы в домик он заносить не стал, а обогнув его, отодрал две нижние досочки и спрятал туда все принесенные продукты. Затем опять взобрался на крышу и посмотрел через "телевик" на пляж. Внизу произошли изменения. Групп осталось всего две, в одной, меньшей, находился обслуживающий персонал, в большой - все остальные. Была, правда, еще одна небольшая группка, стоящая у кромки моря, в которой Андрей узнал нескольких примелькавшихся за две недели киосочников и шашлычников. Треск автоматов - и их тела упали в море. Несмотря на происходящие события, солнце не собиралось менять свой распорядок дня и неторопливо клонилось к горизонту. Андрей решил предпринять небольшую вылазку. Перебежками, от одного укрытия к другому, достиг маленького скверика одного из пансионатов, расположенного над проходящей внизу дорогой. Улегшись под невысоким заборчиком, он успел как раз вовремя: отдыхающих подняли после долгого дня "отдыха" на гальке и подвели к дороге, возвышающейся в этом месте метра на три над пляжем. На дороге стоял офицер, звездочки на его погонах были зелеными, фотоаппарат Андрей с собой не взял и теперь не мог разглядеть его звание. На начало речи он все-таки опоздал, отдельные слова от него уносил в сторону свежеющий вечерний бриз, но общий смысл произносимой речи уловить было можно. "Народ долго терпел бесчинства демократов и коммерсантов, которые короедами вгрызлись в его измученное тело, но всему бывает предел. Благо кончилось ваше время, "господа временные"! Покутили на заворованные у простого народа денежки, и хватит! Мы еще посмотрим, что с вами делать дальше. Ясно одно: честному человеку столько денег, чтобы отдыхать здесь, - не заработать, а значит все вы здесь воры и их прихлебники. Что? Ты рабочий? Ну-ка, выйди сюда. Тебя профсоюз послал? Я сейчас сам тебя пошлю. Это мы еще проверим кто и куда тебя послал. Направлением, наверно, ошиблись, не в тот самолет посадили. Не беспокойся - у нас промашки не будет, доставим куда надо. Раз рабочий - так не хрен было сюда ехать, пропивать заработанные потом деньги. Сиди у себя на Ямале и работай! А не нравится нефть добывать, мы тебя завтра золото отвезем мыть, на Колыму, и не на самолете, а в теплушке. Я еще с тобой потом поговорю, жидовская морда, в сторонку его ребята. Народу надоело постоянное сюсюканье политиков с экранов телевизоров, их проституточные манеры при виде мешков с деньгами, притаскиваемых к ним такими, как вы. Слава Богу, нашлись люди, взявшие в это трудное время власть в свои мозолистые руки, способные защитить наше осиротевшее за последние годы Отечество. Мы наведем порядок в нашей отдельно взятой стране, и если кто будет нам в этом мешать - пусть пеняет на себя сам. Была бы моя воля - всех бы вас, вместе в гаденышами вашими, утопил в море, чтобы исчезли вы с нашей родной земли и растворились в этом красном, от вашей крови, море как мутная пена". Дальше Андрей слушать не стал - все было ясно. "Революция, о которой так долго твердили большевики...", "Да здравствует...", ну и так далее. Надо отсюда сматываться. Конечно, очень хотелось посетить один из коммерческих киосков, чтобы выполнить "продовольственную программу", но все они, как назло, стояли вдоль линии пляжа и не было никакой возможности подобраться к какому-нибудь из них незамеченным. Когда Андрей вернулся на базу, окончательно стемнело. В полной темноте, электричество, по-видимому, отключили, он собирал свой рюкзак, раздумывая, что же с собой брать, а с чем расстаться. Слазил на крышу корпуса, в последний раз взглянул на темнеющий пляж, достал пленку и тяжело вздохнул, глядя на трубу "телевика", купленного во время учебы в институте, на сэкономленные от обедов деньги. Нет, всю аппаратуру - пять с лишним килограмм - ему не потянуть. С "Зенитом" и сопутствующими ему объективами решено было расстаться, в конце концов, был еще почти что игрушечный "Canon", весивший грамм сто и умещающийся на ладони. Но просто так бросать технику было жалко, и он спрятал ее под домиком, где ранее лежали консервы. Спихав все вещи в рюкзак, он оглядел базу и пошел вверх по склону. Прости-прощай, Черное море. В "балку" вела одна-единственная дорога, где теперь стоял блокпост, но не могли же они оцепить ее еще и поверху? Да никаких солдат для этого у них не хватит. "Ну вот: уже "у них". А ведь когда-то и он был таким же вот солдатиком. Помнится, когда в 1986 году в Алма-Ате произошла одна из первых межнациональных резнь и их полк собирались кинуть на ее подавление, какой у всех был патриотический порыв: наконец-то займутся делом, достойным настоящих десантников, а не только уборкой бабайских огородов. Подайте нам сюда этих казахов, мы вправим им мозги и покажем где раки зимуют. Сами там зимовать будут. Странное чувство охватывало его тогда: вроде бы ты защитник народа, но народ - быдло и он твой враг. Пусть сидит тихо и не поднимает свою вонючую морду, если не хочет получить по ней прикладом автомата. Подъем давался Андрею с трудом. Кроссовки хотя и не терли ноги, но явно не были предназначены для таких переходов со своей чересчур мягкой подошвой, через которую продавливался каждый камушек. Луна еще не взошла, что с одной стороны было и хорошо, но в продирании сквозь заросли кустарников в кромешной мгле приятного было мало. А те, словно редуты, снова и снова вставали на его пути, преграждая его отступление. Постоянно приходилось их обходить, больше перемещаясь вдоль по склону, чем по вертикали. Было далеко за полночь, когда он вышел на перевал. Прощай, "балка"! Он спустился метров на пятьдесят вниз, достал из рюкзака прихваченное с собой одеяло и лег спать, стараясь не вспоминать в какой уже раз за последние сутки. Проснувшись на рассвете от холода, он никак не мог понять, какая нелегкая занесла его в эти колючие кустарники. Непонятно откуда забрело облако, и вся одежда, включая одеяло, насквозь промокла, хоть выжимай. Чтобы как-то согреться, Андрей побросал как попало все свои вещи в рюкзак и скатился вниз по склону, мало заботясь о выборе пути. Через пять минут, когда ослабевшие от алкоголя легкие сказали: "хватит, дорогой", он перешел на шаг и стал размышлять о своем положении и предстоящем маршруте. Хотелось только одного: очутиться дома, в теплой постели, попивая "bianco" из широкого бокала, периодически переключая каналы телевизора или смотря по видику порнуху. Только как добраться до этой постели с теплой женщиной, которая будет также периодически готовить ему поесть и относить его член в туалет? Самолеты, как он понял, отпадают, это однозначно, оставались паровоз, машина, ноги, наконец. Да, ноги, которые надо делать из Новороссийска. В городе ему ловить уж точно нечего, даже паровоз, одни только лишние неприятности. Следовательно, надо попытаться добраться до Краснодара, где есть "железка", откуда в разные стороны разбегаются дороги, там живет его армейский товарищ, правда не виделись бог знает сколько лет, но адрес в памяти вроде остался. "Стоп. Куда это я вышел?" Дальше шли стройные ряды виноградной лозы, дорога, ведущая в "балку", которая наверняка контролируется войсками. "Надо идти в обход, через кладбище, только бы самому там не остаться раньше времени. Ладно, доберемся до Краснодара, а там видно будет, может, все и закончится к тому времени. Вот и решили. И никаких кворумов и тайных голосований мне не понадобилось. Вот дурак, воды с собой забыл взять, теперь придется терпеть до города, если и там она есть". Пыль, наступающая жара, колючки на ветках - вот все, что он запомнил из своего перехода до окраин города. Недалеко от крайнего дома остановился, переложил рюкзак, съел банку консервов. Спускаясь вниз, к центру, Андрей не заметил каких-то особых перемен, произошедших на безлюдных улицах, разве что ни в одной из встретившихся колонок не было воды, но он никогда и не ходил здесь пешком, а только проезжал на машине или автобусе и не знал, есть ли обычно в этих колонках вода. Да и отсутствие жителей на узких улочках, помнится, никогда не было чем-то особенным. Частные домики. Поплоше и получше. С одинаковой пылью на выглядывающих из-за ограды листьях деревьев. Промелькнет вдалеке одинокая фигурка, увидит его, замрет, прижмется к забору. Он тоже остановится, опустит руку в карман, ощупывая перочинный ножик, уйдет в тень дерева, отдышится, сотрет с лица пот - нет фигурки, одна пыль на дороге. Вот ведь какая интересная штука: и не в пустыне, а сколько миражей. Чем ниже он спускался в долину города, тем больше следов произошедших недавно событий встречалось ему на пути. Вот сгоревший дом, еще два соседних опалены наполовину, остов машины, от которого еще тянется к небу легкий дымок, разбитые витрины магазинов, горько-сладкий запах пригорелого мяса. Солнце стояло в зените, на небе не было ни облачка, и все равно Андрея пробивала крупная дрожь. И есть хотелось, и пить, и организм еще не успел отойти от чрезмерного количества влитого в него позавчера алкоголя. Было странно идти по пустому городу, прижимаясь к стенам зданий и вздрагивая от отдаленного шума моторов. Большинство витрин было разбито, но заходить внутрь магазинов ему почему-то не хотелось. Только возле базара Андрей вспомнил, что рядом находится спортивный магазин, и решил его "навестить".

Сказка для помощников санитарных врачей пожилого и пенсионного возраста. (можно читать молодым санитарным врачам до тридцати лет, но не старше)

Любите ли вы крыс? Или ненавидите? Может просто не знаете, как относиться к этим животным, которые постоянно живут рядом с нам.

У помощника санитарного врача Роману Каррцеву неожиданно возникает возможность изгонять крыс.

Что бы вы сделали на месте Романа дорогой читатель?

А вот, что сделал Роман со свалившимся на него умением, узнаете, прочитав новый роман Анатолия Сарычева «Крысогон или сказка для помощников санитарных врачей пожилого и пенсионного возраст».

Будни одного из самых закрытых учреждений в стране – санэпидстанции, погони, стрельба, подводные приключения все есть в новой книге известного автора.

У этих людей на вид самых обычных много того о чем они не хотят рассказывать. Они ставят опыты по созданию супер солдата, ищут источник невероятного могущества. В чьи руки попадет древнее знание? Приключения, шпионские страсти, дружба и предательство, пылкая любовь, все это сопутствует героям Двуликой луны…ведь у луны две стороны и темная ее сторона никогда не показывается человеческому взгляду.

Она была счастлива: семья, любимый муж, работа – все ее сокровенные мечты сбылись… Но появляется он. Человек, знающий обо всех ее тайнах, гонимый одной лишь жаждой мести и желанием планомерно уничтожить все, что Оливия с таким трудом пыталась сохранить. Шаг за шагом, он отбирает у нее самое ценное, втягивая в свою хитроумную игру. Удастся ли ей победить на этот раз, когда ее саму разрывают на куски призраки прошлого, когда ее мучитель имеет на своих руках все главные карты?..

.Она была счастлива: семья, любимый муж, работа – все ее сокровенные мечты сбылись… Но появляется он. Человек, знающий обо всех ее тайнах, гонимый одной лишь жаждой мести и желанием планомерно уничтожить все, что Оливия с таким трудом пыталась сохранить. Шаг за шагом, он отбирает у нее самое ценное, втягивая в свою хитроумную игру. Удастся ли ей победить на этот раз, когда ее саму разрывают на куски призраки прошлого, когда ее мучитель имеет на своих руках все главные карты?..

Можете ли вы представить себе поездку в компании десятков мертвых тел?

Что бы вы подумали о девушке с ярким макияжем, в короткой юбчонке и в чулках сеточкой?

А если она в компании с шустрым парнем?

Насколько реально проникнуть на территорию объекта, охраняемого покруче «красной кнопки», по крайней мере, не слабее?

Любите ли вы погоню?

А если это все — в одном флаконе?

Если вас заинтриговали эти вопросы, вы — наш читатель. Если нет — Донцова вам на полку. Ну, или Кафка.

Основанная на реальных событиях, книга делает читателя соучастником. А острый сюжет и сочный, вкусный современный язык поистине захватывает.

Редакция 17 июня 2017 г.

«Pig in a poke» — пролог большой многосюжетной истории, повествующей о создании, становлении и работе не существующей в действительности украинской спецгруппы по проведению «активных спецопераций особой важности». Проще говоря, это будет серия повестей и романов про отряд «ликвидаторов», действующий в странных и непривычных условиях русско-украинской гибридной войны.

Я вынашивал эту фабулу более года и наконец-то решился начать выкладывать ее на бумагу. Буду рад, если затронутые в книге темы найдут отклик в сердцах читателей, а придуманные и выстраданные персонажи заживут собственной жизнью.

Искренне ваш,

Автор

Книга основана на реальных событиях, но все действующие лица, имена, сцены, диалоги и взгляды являются плодом авторского воображения и не могут быть истолкованы как существовавшие или происходившие в реальной жизни. Всякое сходство с действительными людьми, как ныне здравствующими, так и умершими, является чисто случайным. Мысли и высказывания персонажей не совпадают с мировоззрением автора. Ряд деталей и топонимов изменены намеренно, чтобы не выдавать источники информации.

Текст содержит ненормативную лексику, сцены насилия, описания откровенно-натуралистического характера. Чтение лицами, не достигшими возраста 21 года, нежелательно.

Антуан Масаба все равно бы пришел где–нибудь к власти. Он был прирожденным лидером. Не повезло ему только в том, что он родился в засушливом регионе, что стал позже Республикой Синобар. Для Синобара это тоже было невезением. Ведь Масабе для удовлетворения его амбиций нужна была страна с минеральными ресурсами и промышленным потенциалом, а Синобару нужен был лидер, который обратился бы к прозаическим нуждам момента. Первое лицо Синобара должно было обладать чутьем на землю. У Масабы же имелось чутье лишь на исторические деяния. Он закрыл глаза на засушливый климат и неплодородную почву Синобара. Вместо этого он видел себя и свою нацию, которую считал продолжением себя, играющими решающую роль в судьбе возрождающейся Африки.

Ад, Рай — «Тот свет». Практически каждого интересует, что там и как. Люди гадают, фантазируют, мечтают, верят. Герой «Протозанщиков» точно знает, что происходит за пределами жизни, ведь именно там он и оказывается после нападения. Эйфория, счастье, любовь — все это есть, но существует и огромное количество проблем, множество неизведанного, предательство, подлость и другие, такие привычные, такие «земные» вещи. Приходится объединяться с «местными», приходится призывать на помощь живых друзей. В результате закручивается история с приключениями, тайнами и… войнами между всеми Мирами! А еще все это вовсе не страшно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Протоиерей Димитрий Константинов

Дополнение к книге:

Протоирей  Д. КОНСТАНТИНОВ  "Записки военного священника"

Канада,  1980 г.

К 50-летию пастырской и церковно-писательской деятельности прот. Дм. Константинова.

Настоятель Свято-Троицкого кафедрального собора в Сан-Франциско, отец Виктор Соколов написал краткую юбилейную статью, которая была опубликована в "Записках Русской Академической Группы" и перепечатана в этом издании.

Протоирей Д. КОНСТАНТИНОВ

"Записки военного священника"

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие 3

Вместо введения 5

Постановка вопроса 13

Первые шаги 17

Духовная обстановка 27

Мюнзинген 40

Под Карлсбадом 51

Гарнизонная церковь 57

На острие ножа 60

Об исторических реликвиях 65

Несколько заключительных слов 70

Very Rev. D. Konstantinow

"Zapiski voennogo swiashchennika"

Юрий Иванович Константинов

Диалог

1

Незадолго перед стартом я, как обычно, зашел к Учителю проститься. Он жил за городом в небольшом уединенном коттедже, все комнаты которого занимали старомодные громоздкие стеллажи с пыльными книгами. Старик едва заметно улыбнулся мне из сумеречной глубины своего кабинета. Прошло больше года с той поры, когда я был здесь в последний раз, и за это время почти ничего не переменилось - ни сам Учитель, который словно и не вставал из-за своего заваленного рукописями стола, ни обстановка в комнате, где, казалось, книги были заложены на тех самых страницах, что и много месяцев назад. Только углы окон затянуло серым кружевом паутины да на ковре появилось несколько черных подпалин от неряшливо оброненного пепла.

Юрий Иванович Константинов

Инкогнито

Повесть

Содержание:

Пролог. Случай на Интере

Глава первая. Сергей Градов: уроки для начинающих криминалистов

Глава вторая. Глаух и Сторн

Глава третья. Сергей Градов: метаморфозы одного характера

Глава четвертая. Исключение из правил

Глава пятая. Сергей Градов: приказ из трех фраз

Глава шестая. Катрин Бакст

Глава седьмая. Сергей Градов: опасные знакомства