Жизнь Каструччо Кастракани из Лукки

Покажется, дорогие Дзаноби и Луиджи, удивительным для всякого, кто над этим задумается, что все или большая часть тех, кто свершил в этом мире деяния величайшие и между всеми своими современниками достиг положения высокого, имели происхождение и рождение низкое и темное или же терпели от судьбы всевозможные удары. Ибо все они либо были подкинуты зверям, либо имели отцом столь ничтожного человека, что, стыдясь его, объявляли себя детьми Юпитера или иного бога. Кто были такие люди, всякому в достаточной мере известно; повторять это было бы скучно и мало приятно для читателя; опустим это как совершенно лишнее. Думаю, что указанное происходит от того, что природа, желая доказать, что великими делает людей она, а не благоразумие, начинает показывать свои силы в такой момент, когда благоразумие не может играть никакой роли, и становится ясно, что люди всем обязаны именно ей.

Другие книги автора Николо Макиавелли

Никколо Макиавелли – легендарный итальянский мыслитель эпохи Возрождения, снискавший славу одного из основоположников политологии благодаря трактату «Государь». «Цель оправдывает средства» – ключевой метод управления, расшифровка которого предлагается на страницах «Государя». По мнению Макиавелли, эффективный правитель должен отделять нравственные нормы от политики и внушать своим подданным не любовь, а страх. Те деяния, которые частная мораль считает дурными, являются благими для процветания государства, достойны уважения и похвалы. Подробные и нестареющие описания методов действенного управления делают книгу Макиавелли настольной для современных политиков, менеджеров и психологов.

«Цель оправдывает средства», – еще не зная, кто автор этих слов, по какому поводу они были сказаны и что они значат, едва ли не с детства мы запоминаем: так быть не должно, это безнравственно и цинично. Став старше, узнаем, что слова эти принадлежат итальянцу Никколо Макиавелли (1469—1527), и обнаруживаем другие его сентенции: «Все вооруженные пророки побеждали, а все безоружные гибли», «Обиды нужно наносить разом: чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда», «Государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением, смотря по надобности» и многие другие.

Очевидно, что человек, дающий такие рекомендации, – исчадие политического ада, он аморален и циничен, а его принципам не место в жизни. Однако почему-то трудами этого исчадия зачитывались государственные деятели и величайшие философы, книги его переведены на десятки языков, а его теория политической науки стала основой университетских курсов…

Чтобы оправдать макиавеллизм, принято рассуждать о современной ему эпохе: сложной, противоречивой и нестабильной. Как раз такой, в которой методы, предложенные Макиавелли, были вполне востребованы.

Все это так… и не совсем…

В 1960-х гг. в США вышло очередное издание мыслей и высказываний Никколо Макиавелли с примечательным вопросом на обложке: «Макиавелли – циник, патриот или политолог?» Вот она – суть явления! Политика во все времена была, есть и будет циничной, разве что степень цинизма меняется. Ни один политик, государственный деятель или правитель не обходится без цинизма. Но чтобы стать успешным, ему также понадобится патриотизм. Макиавелли первым сформулировал этот принцип: сильный государь – но республиканское устройство, интересы государства превыше всего – в том числе и превыше собственных интересов. Не так уж и цинично. Просто – и гениально!

Представляя свой главный труд – «Государя» – Макиавелли писал: «Я не заботился здесь ни о красоте слога, ни о пышности и звучности слов, ни о каких внешних украшениях и затеях, которыми многие любят расцвечивать и уснащать свои сочинения, ибо желал, чтобы мой труд либо остался в безвестности, либо получил признание единственно за необычность и важность предмета».

Труды Никколо Макиавелли в безвестности не остались. Признание они получили на века. Поистине, скромная гениальность и гениальная скромность…

Электронная публикация включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие правители» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями. В книге великолепный подбор иллюстративного материала: текст сопровождают более 200 редких иллюстраций из отечественных и иностранных источников, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Элегантное оформление, прекрасная печать, лучшая офсетная бумага делают эту серию прекрасным подарком и украшением библиотеки самого взыскательного читателя.

Никколо Макиавелли (1469-1527) ведал во Флорентийской республике военными и внутренними делами, но прославился среди современников не как политик, а как автор литературных и исторических произведений, в том числе знаменитой комедии "Мандрагора" и трактата "Государь". В 1559 г. его труды были внесены в первый ватиканский "Индекс запрещенных книг", и на долгие годы о Макиавелли забыли.

Трактат "О военном искусстве" - единственное политическое сочинение автора, опубликованное при жизни. Именно оно было рекомендовано в качестве учебного пособия для русской армии. Имя Макиавелли стоит в одном ряду с такими классиками теории военного дела как Гай Юлий Цезарь и Сунь Цзы.

Никколо Макиавелли – итальянский философ и писатель. В своем главном произведении «Государь» он обосновал принципы сильной государственной власти, для укрепления которой допускал применение любых средств.

Фридрих Ницше – один из самых известных немецких мыслителей, создавший собственную философскую концепцию («философия жизни»), которая получила широкое признание и в то же время по сей день вызывает множество споров. Символ философии Ницше – сверхчеловек, которому дозволено все; движущая сила общественного развития – воля к власти.

В книгу, представленную вашему вниманию, вошли знаменитые произведения Н. Макиавелли «Государь» и Ф. Ницше «По ту сторону добра и зла», а также другие их труды, посвященные теме сильной личности.

Хотя по причине завистливой природы человеческой открытие новых политических обычаев и порядков всегда было не менее опасно, чем поиски неведомых земель и морей, ибо люди склонны скорее хулить, нежели хвалить поступки других, я, тем не менее, побуждаемый естественным и всегда мне присущим стремлением делать, невзирая на последствия, то, что, по моему убеждению, способствует общему благу, твердо решил идти непроторенной дорогой, каковая, доставя мне докуки и трудности, принесет мне также и награду от тех, кто благосклонно следил за этими моими трудами. И если из-за скудости ума, недостаточной искушенности в событиях нынешних и слабого знания событий древних попытка моя окажется безуспешной и не слишком полезной, она все-таки откроет путь кому-нибудь другому, кто, обладая большею силою духа, большим разумом и рассудком, доведет до конца этот мой замысел; поэтому если я и не удостоюсь за труд мой похвал, то и подвергнуться за него порицанию не должен.

Предлагаемая читателю книга избранных сочинений выдающегося мыслителя, историка и литератора эпохи Возрождения Никколо Макиавелли включает произведения:

· «О том, как надлежит поступать с восставшими жителями Вальдикьяны»;

· «Описание того, как избавился герцог Валентино от Вителлоццо Вителли, Оливеретто Да Фермо, синьора Паоло и герцога Гравина Орсини»;

· «Жизнь Каструччо Кастракани из Лукки»;

· «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия»;

· «История Флоренции»;

· «Золотой осел».

Воплотив в себе широкое мировоззрение, глубокий анализ политической жизни и тонкий психологизм, эти сочинения навсегда вошли в золотой фонд духовного наследия человечества.

Сочинение итальянского писателя и дипломата, учебник и руководство к действию для правителей всех времен и народов на протяжении вот уже пятисот лет – трактат Никколо Макиавелли «Государь» оказался настолько крамольным, что в церковной среде утверждалось, будто бы он написан рукой Сатаны, и сразу несколько епископов Католической церкви добились его включения в «Индекс запрещенных книг» в 1559 году. «История Флоренции» – история города-государства от зарождения итальянской средневековой цивилизации до конца XV века, выдающаяся книга в новой историографии и яркий образец политической мысли. Макиавелли удивительно красочно воссоздает исторические события, а драматизм повествования, выразительные монологи и ощущение реальности позволяют считать автора одним из создателей итальянской художественной прозы.

Политика – одно из сложнейших человеческих занятий. Именно поэтому успешных политиков десятки, а гениальных вообще единицы.

Но как в каждой науке, в политике есть классика. Есть мысли и знания, которые прошли проверку временем.

Такими классиками политической мысли стали Никколо Макиавелли и Алексей Ефимович Вандам (Едрихин), классик русской геополитики.

Работы Вандама «Наше положение» и «Величайшее из искусств» были напечатаны в 1912 и 1913 годах. А в 1917 году то, о чем он писал, стало страшной реальностью…

Книгу «Государь» пера великого итальянца нужно прочитать каждому, кто хочет понимать поступки людей, облеченных властью. Почему? Лучше всего на этот вопрос отвечает цитата самого Макиавелли:

«Не строй скромных планов – они не способны взволновать душу».

Популярные книги в жанре Древнеевропейская литература

Эта сага возникла, по-видимому, в середине XIII века. Она сохранилась во многих списках не древнее 1300 года. Она почти совсем не заслуживает доверия, когда рассказывает о событиях, происходивших вне Исландии, в Норвегии и в Ирландии. Рассказ об этих событиях в саге сводится в основном к однообразным похвалам со стороны иноземных правителей по адресу исландцев, героев саги. Эти правители очень импонируют рассказчику саги. Вообще, в этой саге чувствуется впечатление, которое производила на исландцев пышность феодальной культуры. Однако, «Сага о людях из Лаксдаля» остается родовой сагой, и притом одной из лучших. В ней рассказывается история восьми поколений одного исландского рода. Эта история охватывает период времени с середины IX века до середины XI века. Наибольшее место занимает в саге история седьмого поколения этого рода, рассказанная с большим мастерством.

Предлагаемый вниманию читателя сборник включает в себя автобиографические материалы, письма, дневники художника и выдержки из его теоретических трудов. В выборе материала мы руководствовались стремлением возможно более полно познакомить читателя с документами, освещающими биографию и творческий путь Дюрера, с его взглядами на искусство, а также дать представление о широте и разнообразии его интересов.

Также эта книга будет полезна тем, кто интересуется пропорциями и построением рисунка.

Книга, полная приятного веселия и наслаждения для юношества. Напечатана в Лондоне Эдвардом Алди, в доме неподалеку от церкви Христа.

Адам Киркор. Литовския древности // Черты из истории и жизни литовского народа. Составлены, с разрешения начальства, Виленским губернским статистическим комитетом. Вильно. В Типографии Осипа Завадскаго, 1854. С. 7 — 20.

Печатать позволяется с тем, чтобы по отпечатании представлено было в Ценсурный комитет узаконенное число экземпляров. Вильно, 30 Октября 1853 года.

Ценсор, Стат. Советник и Кавалер А. Мухин

Анна?лы Ка?мбрии (Анна?лы Уэ?льса) (лат. Annales Cambriae) — латиноязычные анонимные анналы, описывающие события в Уэльсе и соседних с ним землях с 447 по 954 годы[1]. Это древнейшие из дошедших до нашего времени валлийских анналов. Получили своё название по латинскому названию Уэльса — Камбрия.

По сей день 1 мы отвечали Зависти -

Так будь в молчаньи, скриптор, води пером своим:

В свою орбиту возвращаясь снова.

Примерно в то же время король получал хайдэйж [-налог с надела земли в 100 акров], а именно, две марки с каждого хайда, для брака своей сестры Изабеллы; в коем браке король уплатил императору, за краткий промежуток времени, тридцать тысяч марок, помимо украшений императрицы и короны необъятной стоимости.

Текст переведен по изданию: Ralph of Coggeshall. Chronicle // Andrea, Alfred J. Contemporary sources for the fourth crusade. Brill. Leiden-Boston-Koeln. 2000

О послании господина папы

В то самое время (1200 г.), папа Иннокентий отягощен был великой заботой освобождения земли иерусалимской. Поразмыслив и посоветовавшись, начертал он декреталии, коим надлежало распространенными быть по всей Церкви, и написал следующее:

С тайным сожалением наглядясь, какое ныне пошло обирательство, почел я за благо остеречь небрежителей кошелька своего, дабы, читая сочинения мои, попридержали карманы и пеклись бы о том, чтобы удостоиться скорее звания хранителей, нежели подателей, и чтобы податливы были дамы, а не мы, и на таковой манер удостоились бы мы звания членов ордена бережливцев святого Никому-не-дадима, или Недадима, который и доныне почитается за Никодима по причине малого разумения в сей материи. И да будет отныне любому влюбленному имя Хуан-Береги-Карман, будь он именем хоть тот, хоть не тот, и да бережет его ангел-хранитель, ибо воистину именуются дни бережливости днями праздничными, кои должно соблюдать, и соблюдать так, чтобы не было праздно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Макиннес Хелен

СВЯЗЬ ЧЕРЕЗ ЗАЛЬЦБУРГ

1

Кривая полоска холодной, черной, неприветливой водной глади примерно пятисот ярдов длиной и всего двухсот - шириной отражала холмистые берега, которые врезались в спокойную гладь и круто уходили вверх. Не видно было ни шоссе, ни огороженной дороги; только несколько тропинок узкими лентами причудливо извивались, то взлетая к вершинам гор вкруг глубоких ущелий, то спускаясь к редким кустикам вдоль прибрежной полосы. Восточная оконечность озера была отгорожена линией обрывов. Приблизиться к озеру можно было только с запада; здесь уступы были более пологими, затянутыми ковром альпийской травы, с редкими елями и вкраплениями скальника. Здесь сходила на нет тропа, бравшая свое начало с мощеной камнем дороги, соединявшей фермы и деревни среди холмов; здесь для желающих насладиться отталкивающим величием пейзажа стоял грубый деревянный стол с двумя скамейками, дабы гуляющая публика жевала здесь свои неизменные крутые яйца и бутерброды с ветчиной.

Вонда МАКИНТАЙР

ПОИСКИ САТАНЫ

В конце дня четверо путешественников спустились с гор. Уставшие, голодные и продрогшие, они вошли в Санктэри. Жители города наблюдали за ними и посмеивались, но смеялись они исподтишка или вслед. Все члены группы шли вооруженными, хотя в их облике не было ничего воинственного. Они удивленно оглядывались по сторонам, подталкивая друг друга локтями, показывая пальцами на непривычные вещи вокруг, т.е. вели себя так, как будто никогда прежде не видели города. И это действительно было так.

Дж.Макинтош

Бегство от бессмертия

Он снова убежал. Но на этот раз его не покидало смутное предчувствие поражения. Нельзя вечно прятаться от людей среди людей.

До сих пор главным его преимуществом была самонадеянность полиции, уверенной, что ей известно все о любом преступлении и что нераскрытых преступлений нет. А теперь он к тому же был не один. Он сидел на пляже под ослепительным флоридским солнцем и время от времени махал рукой девушке в серебристом купальнике, плескавшейся на мелководье.