Житейское дело

Виктор Дьяков

Житейское дело

Виктор Елисеевич Дьяков родился в 1951 году в Москве. Окончил военное училище, более двадцати лет прослужил в армии, майор запаса, пишет рассказы и повести, печатался в журналах "Наш современник", "Наша улица", "Подвиг".

В журнале "Москва" публикуется впервые.

1

- И какие же выводы, Василий Николаевич, вы сделали с позиции, так сказать, главного бухгалтера? - спрашивал шеф, потрясая отчетом о работе склада фирмы за прошедший месяц.

Другие книги автора Виктор Елисеевич Дьяков

Правда о подвигах и буднях чеченской войны в рассказах ее очевидцев и участников и составила содержание этой книги, которая издается еще и как дань памяти нашим солдатам, офицерам и генералам, отдавшим свои жизни за други своя и продолжающим свой воинский подвиг ради нашего благополучия.

Вторая чеченская война. В расположение бригады, ведущей боевые действия, с инспекцией приезжает командующий армией. Он доволен результатами проверки и уже собирается уезжать. Но тут генерал узрел нечто, что его буквально взбесило…

В Российской Истории армия всегда играла наиважнейшую роль. Потому интересны не только связанные с ней знаковые  события, но и ее внешне незаметная внутренняя повседневная жизнь. В сборнике отображены фрагменты армейских будней, как мирного, так и военного времени. Героями повествований являются солдаты и офицеры участники Великой Отечественной и Чеченских войн, курсанты военных училищ, советские военнослужащие и члены их семей, несущие службу в отдаленных гарнизонах. Рассказы написаны как на основе собственного солдатского, курсантского и офицерского опыта автора, а так же того, что он узнал от своих родственников, сослуживцев, знакомых.

Роман о Южной Сибири – Бухтарминском крае, сибирских казаках, гражданской войне, о красных и белых, об эмиграции. Роман о любви, которая помогла главным героям выстоять, пережить ужасы гражданской войны, гибель близких, и не опуститься на дно жизни на чужбине.

Этот сборник так же можно озаглавить «В поисках счастья». Ведь герои повествований, так или иначе, ищут счастье в жизни, так как они его понимают. Ищут и не находят. Почему? Да потому, что они простые русские люди, не люмпены, не пьяницы, но в то же время, и не крутые, не преуспевающие, не влиятельные. А простым людям в России всегда было тяжело, какой бы она ни была: царской, советской или нынешней. Как тут не позавидовать пассионарным нацменам. Они могут на это государство плюнуть и счастливо жить интересами своих семей и кланов. У русского человека иной, веками сложившийся генетический код. Над ним исподволь, независимо от него довлеет долг: жила бы страна родная. С ним он вольно или невольно вынужден считаться, хоть и без всякой надежды на взаимность со стороны государства. Может потому и сильна Россия, несмотря ни на что, а простой русский человек, как правило, несчастливо и тяжело живет.

Когда на двадцать пятом году жизни Иван, после срочной и контрактной службы возвращается домой, он сам для себя делает вывод, что потратил лучшие годы черти на что: муштра, казарма, горячие точки… А у него ведь даже нормальной девчонки никогда не было. А тот опыт общения с женщинами, что он приобрел в армии… это совсем не то. Он ведь хочет не случайного «перепиха», а отношений с хорошей, чистой девушкой, где соитию обязательно предшествует процесс ухаживания, свиданий. Иван с помощью «подставы», организованной его двоюродным братом, знакомится с такой девушкой, но все складывается не просто. Будучи на несколько лет младше Ивана, Аля пережила свою семейную трагедию, гибель отца и, несмотря на внешнюю «домашность», обладает характером и норовом. Чтобы завладеть ее сердцем и попутно «разбудить» в ней женщину, Ивану приходится немало потрудиться.

История трех поколений семьи Черноусовых, уехавшей в шестидесятые годы из тверской деревни на разрекламированные советской пропагандой целинные земли. Никакого героизма и трудового энтузиазма – глава семейства Илья Черноусов всего лишь хотел сделать карьеру, что в неперспективном Нечерноземье для него представлялось невозможным. Но не прижилась семья на Целине. Лишь Илья до конца своих дней остался там, так и не поднявшись выше бригадира. А его жена, дети, и, в конце концов, даже внуки от второй жены, все вернулись на свою историческую родину.

Так и не обустроив Целину, они возвращаются на родину предков, которая тоже осталась не обустроенной и не только потому, что Нечерноземье всегда финансировалось по остаточному принципу. Исконную русскую землю в двадцатом веке просто некому стало обустраивать – Целина, ударные комсомольские стройки, растущие города высосали, обескровили среднерусскую деревню.

В центре повествования противостояние монголо-татарского темника Бурундая и потомка племенных кривичских князей Милована. Бурундай и Милован талантливые военачальники. Во много они похожи. Им даже женщины нравятся одного типа. Схожи они и в том, что обоих недолюбливают их властители. Низкородного Бурундая считает недостойным выскочкой вся монгольская знать, а его полководческому искусству завидует сам хан Батый. Милована же откровенно опасается Великий Князь Владимирский, ибо он князь с более древней родословной, чем потомки пришлого варяжского конунга Рюрика. К тому же Милован в отличие от Рюриковичей одной крови с народом, который сформировался из разных племен на севере и северо-востоке Руси и стал называться русским.

Популярные книги в жанре Современная проза

Алексей Смирнов

Антигримаса,

или Осторожно, март!

Гадалка нагадала Ейвину, что у него все, в общем-то, сложится в жизни неплохо, когда бы не март. "Вот месяца марта - берегись" - так она его напутствовала, забирая денежку.

"Март?- внутренне удивился суеверный Ейвин. - Надо же, какая напасть".

И он стал вспоминать все прошлые марты, надеясь приплести к ним те немногие неприятности, что с ним, как и с каждым, случались. Но приурочить что бы то ни было именно к марту ему не удалось. Пару раз Ейвину почудилось, что он вышел на след, однако пристрастный анализ разрушал его построения.

Алексей Смирнов

Белый карандаш

Мы договорились встретиться в метро.

Я торчал внизу, у схода с эскалатора, прислонившись к стене и равнодушно следя за нарядным людским потоком. Горожане стекались в центр на народное гуляние; мелькали воздушные шары, прыгали раскидаи, сверкали карманные стробоскопические установки, пользоваться которыми в метро было строго запрещено.

"Вниманию пассажиров, - заговорила балюстрада. - На станции "Университетская" по техническим причинам выход в город закрыт. Пользуйтесь выходом на станции "Флагманская".

Алексей Смирнов

Десять болванок

До сих пор маленькие истории, которые я хочу предложить вниманию читателя, не разрослись в нечто большее. Когда-нибудь, возможно, положение изменится, но пока это просто болванки - как по форме, так и по содержанию. Однако мне жаль оставлять их в безвестности - пусть хотя бы сохранятся в том виде, в каком я их некогда усвоил - даже если не каждое слово в них правда.

1.СИБИРСКИЙ СОКРАТ

В городе Новосибирске проживал очень начитанный, образованный молодой человек.Называли его Сибирским Сократом.

Алексей Смирнов

Дух и веревочка

Все семейства - и счастливые, и несчастливые - иногда посещает простая, нехитрая печаль. Вот, в одной семье пропало колечко, не Бог весть, какое ценное, но все же память.

Обыскали все углы, перерыли комод за комодом, заглянули под старые половицы - пусто! Нет колечка.

Тогда бабушка, с годами скорая все на большую и большую блажь, серьезно зашамкала:

- Это, не иначе, домовой утащил. Надо обвязать ножку стола веревочкой или тряпочкой - вещь сразу и найдется.

Алексей Смирнов

Гримаса

1. История болезни

Утром в среду, около семи утра, с Эрастом произошло нечто необычное. Как назло, он брился. Брился он безопасной (спорное, кстати, качество) бритвой. Вот он оголил изящными, кокетливыми махами левую щеку. Вот с тем же совершенством техники образумил правую. Настал черед более сложного участка, и Эраст, двинув вперед челюсть, выставил маленький, скошенный подбородок. Вероятно, он излишне напряг лицевые мускулы, - так, во всяком случае, Эраст чуть позже объяснил себе случившееся. А случился, в общем-то, пустяк: челюсть выдвинулась, но - до странного далеко, и назад убираться не пожелала. Эраст поранился, так как челюсть рванулась с неожиданной впридачу резвостью. Но этим дело не ограничилось: ни с того, ни с сего вдруг с пошлой банальностью сморщился длинный нос. Могла сложиться - если б насупились брови и наморщился вслед за носом и лоб - вполне заурядная гримаса: такими пугают маленьких детей взрослые дураки. Однако брови вскинулись в нетипичном изумлении, а глаза волей-неволей вылупились. Эраст застыл, глядя на себя в немытое зеркало. Кровь осторожно растекалась, подкрашивая розовым мыльную пену, и готовилась капнуть. Длилась вся история недолго, секунд пять, после чего на лицо вернулось обычное выражение. Эраст продолжал стоять как вкопанный, потихоньку выдыхая воздух. Он вновь испуганно замер и перестал дышать, когда на закуску, при нормальных уже чертах, мерзко дернулось правое ухо - чтоб помнил. Этого у Эраста раньше тоже не было.

Алексей Смирнов

Идет зеленый шум

1

Александр Терентьевич Клятов забыл запереть входную дверь.

Поэтому Пендаль вошел беспрепятственно и сразу ударил Александра Терентьевича Клятова тяжелым, дорогим ботинком в бок. Хозяин в беспамятстве лежал на полу и сильно раздражал Пендаля своим присутствием. Хозяин он был бывший, со вчерашнего дня - на бумаге, а со дня сегодняшнего - как надеялся уладить визитер - бывший фактически.

Алексей Смирнов

Кохвей

Автопортрет в лицах

Смирнов Алексей Евгеньевич родился в 1946 году. Закончил Московский химико-технологический институт им. Д. И. Менделеева. Живет в Москве. Постоянный автор журнала.

Осенью в доме Перцова греть батареи начинали не по погоде, а по календарю: планово.

Пухлый, одышливый комендант во френче, напоминавший мне бежавшего из Китая старого гоминдановца, полулежал, откинувшись, на черном кожаном диване в вестибюле и вместо ответа жильцам, "когда затопят", жевал губами, выразительно скашивая глаза кверху... А няня сетовала на коменданта и подвластную ему котельную:

Алексей Смирнов

Лазарь и бес

Однажды в Пасхальную ночь, слушая службу, в толпе смиренно ликовавших прихожан я приметил человека особенно набожного. Его глаза, горевшие торжеством и восторгом, выдавали состояние неподдельного экстаза. "Вот истинный христианин",- подумал я не без зависти, ибо в моих собственных чувствах не было и тени высокого исступления. Я попросту находился в прекрасном расположении духа: мучительный пост благополучно завершился, и в скором времени меня ожидал праздничный стол - как честно заслуженная награда.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ТОМАС Б. ДЬЮ

ДЕВУШКА С ПУХЛЫМИ КОЛЕНКАМИ

Глава 1

Что бы Вы сделали ради старого друга? Друга давнишнего, большого, удачливого, полногрудого, тяжеловесного шалопая вроде Баки Фарелла? Да ещё в час ночи?

Лично я сказал со вздохом:

- Ладно, Баки, старик, я знаю, что могу сделать.

И началось...

Это был тот день месяца, когда Дженни собирается с силами чтобы помочь навести порядок. Дженни, столь любезная в конторе, становится порой колкой, как дикобраз, отстаивая свои мнения и интересы. Она также не против поразвлечься, так что я обычно отказываюсь в Тот День от попыток работать. Этим я даю ей возможность полностью проявить себя. Словом, мы подходим друг другу и в делах, и в удовольствиях.

ТОМАС Б. ДЬЮИ

КАРМАННЫЙ РАЙ

Глава 1

Восемь вечера, Все магазины в Лупе (деловой район Чикаго - прим. пер.) закрыты. На улице сыро, моросит мелкий дождь, правда, особого неудобства не доставляет. Я поставил машину на стоянку, вошел в холл и поднялся в лифте на восьмой этаж. На большой доске полированного стекла возле комнаты 814 красовалась гордая золотая надпись: "Бернард Рейнхарт", и чуть ниже помельче черным: "Импорт-Экспорт".

ТОМАС Б. ДЬЮ

НЕ БЕЙ КОПЫТОМ

Глава 1.

Долина Сан Фернандо. Лето. Воскресенье.

Я проснулся с трудом. Состояние ужасное. В голове, как говорят норвежцы, орудовала орава плотников. Язык во рту походил на потрепанную боксерскую перчатку. Особенно вкусом. Глаза слезились.

Я повернул голову и тут же один из плотников начал сверлить в моих мозгах дыру. Пока он не закончил, я был неподвижен, а затем осторожно, одними глазами, осмотрелся. Взору предстала восхитительная женская фигура, вся в белом.

О.Л. д'Ор

Чернильные человечки

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГОСПОДИНА КЛЯКСА И ЕГО ВОСЬМИ ТОВАРИЩЕЙ ПРЕДИСЛОВИЕ

В каждой чернильнице живет маленький чернильный человечек - друг детей.

Когда дети прилежны, учатся хорошо и внимательно пишут, чернильные человечки радуются.

Они весело прыгают на кончиках перьев, старательно выводят буквы и делают их чистыми, круглыми и красивыми.

Когда же дети невнимательны, чернильные человечки сердятся и мстят.