Железка

Антон Патрушев

ЖЕЛЕЗКА

- Слушайте! Опять началось! Все, сидевшие на ржавых рельсах у костра, прислушались. Зародившейся где-то далеко теперь все отчетливее набирал силу дробный стук колес. Тяжело и ритмично стучали колеса проходящего поезда, поезда, которого не было и не могло быть. Стук и лязг затих также медленно как и возник. Никто не осмеливался первым нарушить тишину. Только потрескивали сучья, умирая в огне, да ветер, изредка и сонно, шуршал верхушками придорожных камышей. Рука молча пошевелила поленья в костре. Костер беспокойно умирал. Иногда он огрызался на подлетевшую слишком близко бабочку, и та, вспыхнув яркой звездочкой, уносилась вместе с дымом в небеса. Фигуры вставали одна за другой и, кивнув остающимся, исчезали в ночном тумане. Когда первые лучи солнца начали крадучись появляться над насыпью и слизывать пар с поверхности болотца, костер уже давно остыл и лежал, раскинув свои щупальца с отпечатками предсмертной агонии. Со стороны болотца на насыпь выполз ветер. Разогнавшись на старых рельсах, он попробовал с налета уничтожить то, что осталось от костра. Однако лежащий пластами и смоченный утренней росой пепел оказался ему не по зубам, и он полетел дальше, туда, где ночью прошел поезд, которого не было. За долгий душный день солнце выбелило и высушило останки костра, и вечером ветер был тут как тут. Он налетел на закате и сорвал легкий прах с обугленных костей когда-то живого огня. Разметав белый пепел над старой железной дорогой, ветер спрятался в камышах и затих. Садилось солнце. Жалкие головешки жалобно хрустнули, когда на них наступил тяжелый сапог первого. Он остановился. Бульк! - сказал спирт во фляжке на поясе. Под черепной коробкой монотонно стучала одна мысль: Я найду тебя! . Старые рельсы уходили прямо в пасть заходящего солнца. Фигура первого двинулась по насыпи в темноту надвигающейся ночи. Одна за другой на насыпи появлялись размытые очертания ночных звуков на заброшенной много лет железной дороге ведущей в никуда. Он всматривался в лица тех, кто решил пойти вместе с ним и найти разгадку старой железной дороги. Лиц не было. Были только бездонные тени на их месте, там, куда мертвые лучи Луны не попадали из-за капюшонов и шляп. Его слова, сопровождаемые неизменным Бульк! , падали туда, как в бездонный колодец, где даже не было слышно эхо от их падения. - Все вы знаете легенду об этой старой железке. Каждому в нашем поселке она известна с детства. Многие пытались дойти до конца пути, но никто не вернулся. Вчера мы опять слышали Ночной Экспресс и я решил во что бы то ни стало дойти до конца. Вы я вижу тоже. Все согласны с тем, что мы идем искать то, что лежит на конечной станции, а именно Человеческое Горе? Порыв ветра был ответом на его слова. Снова захрустел гравий под сапогами, они, будто зубастые звери, перемалывали крупные и мелкие камни, иногда зубы скрежетали по одинокой консервной банке. По обочинам дороги шла ночная жизнь, дорога же была мертва. Вряд ли стоит пытаться проникнуть в мысли идущих по железнодорожному полотну, если они и есть, то они строятся строго в соответствии со структурой железки. Словно по бесконечной лестнице устремляются они куда-то вверх, когда глаз равномерными движениями отслеживает уходящие назад линии рельс пришпиленные как два большие червя на ровные обрубки шпал. Для идущих время остановилось. Луна же довольно лениво успела описать половину своей дуги, когда из-за высоких придорожных кустов показался безумный красный глаз светофора. Тени замерли. Через мгновение довольно крупный камень, забыв о законе тяготения и окрыленный рукой впереди идущего, взвился над насыпью и своей тяжестью сокрушил хрупкое стекло зловещего красного глаза. Глаз рассыпался на тысячи огоньков похожих на не потухшие окурки, которые разлетелись и расползлись в разные стороны роем маленьких светлячков. Сапоги принялись за свою работу. Луны давно уже не было и первые лучи солнца пытались согреть продрогших путников, когда они остановились у края обрыва в озеро. Спирт прекратил петь свою песню во фляжке еще несколько часов назад, чьи-то бутерброды кончились, кончилась и железка. Она кончилась также тихо и незаметно, как умирает собака из вашего двора, которой много лет подряд вы скармливали половину своего завтрака, идя на работу, и вдруг в один из дней вы не находите ее на старом месте возле скамейки. На краю обрыва валялось огромное количество мертвых вещей, хозяева которых по всем признакам покоились на дне озера. Он поднял одну из множества белых бабочек лежавших тут же, ее крылья суетливо затрепетали от ветра, развернул бумажку и прочел вслух следующее: - Здесь, на этой дороге мы, как и все остальные, искали Человеческое Горе. Мы не нашли его. Мы исследовали все озеро и его окрестности. Ничего. Прошла неделя. Еда подошла к концу. А с ней и надежда на достижение цели. Наши поиски не увенчались ни малейшим успехом. Мы не достигли своей цели. Мы покидаем этот мир в полном отчаянии. Андрей аккуратно сложил записку и убрал в карман. В этот момент какой-то дерзкий луч солнца упал на его лицо и было видно, что оно светится улыбкой. Он тихо побрел обратно. Люди, пришедшие с ним, недоумевающие расступились. Андрей повернулся к ним, в его глазах сверкали две кристально чистые живые слезинки. - Они не правы, они нашли то, что искали. Они нашли Человеческое Горе. Только они не поняли этого! Постепенно лицо каждого озаряла улыбка прозрения.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Багровея, словно наливаясь кровью, звездочка импульса на приборе контролера-автомата поползла вверх, подрожала, достигнув середины шкалы, и снова стала сползать и бледнеть. Сигнал поступал с сорок четвертого участка, примыкавшего к морю. Федор выбежал на крыльцо. Испещренная клетками бассейнов огромная лагуна поблескивала миллионами пузырей, шипела и стонала. От нее несло холодом.

"Надо осмотреть этот сорок четвертый", — подумал Федор. Он открыл дверь, чтобы сообщить о своей отлучке на главный диспетчерский пункт, и застыл на пороге: экран видеофона на пульте светился, в его глубине, занимая все пространство, лежал кристалл. Точеный октаэдр поблескивал треугольными плоскостями, вспыхивал искорками цвета переспелого граната с фиолетовым отливом. Казалось, что это никакой не кристалл, а сосуд в форме кристалла, наполненный огненной жидкостью.

Едва материализовавшись, аппарат вдруг дернулся, послышался треск, и к ногам Сергеева упал… каменный топор. Гладкий, даже изящный, накрепко привязанный к отполированной палке топор. Сергеев нагнулся, чтобы поднять топор, и вздрогнул от близкого крика десятка здоровых глоток. Через раскрытый входной люк вливался прозрачный дым, пахнущий хвоей и печеным мясом. На ярко-розовом фоне утренней зари темнели перелески, а тут, в трех десятках шагов от аппарата, воинственно размахивая топорами, бесновались в неистовой пляске люди в накинутых на плечи звериных шкурах.

Произведения Сергея Абрамова — это подлинные «городские сказки», в которых мир фантастического, мифического, ирреального причудливо переплетается с миром нашей повседневной реальности. Эти сказки местами веселы, временами — печально — лиричны, но оторваться от них, начав читать, уже невозможно…

Фантастические рассказы из пятнадцатого выпуска художественно-географической книги «На суше и на море».

Фантастические рассказы из семнадцатого выпуска художественно-географической книги «На суше и на море».

— Не плачь, Алешка, ты же мужчина.

— Да-а, — еще громче залился малыш. — Это папино… папино…

Дед поднял разбившийся кристалл и посмотрел, нельзя ли его склеить. Это было нетрудно, но кристалл потерял бы главное достоинство прозрачность, волшебную игру граней. И как он только разбился?! Словно живой, вырвался из рук. И удариться в вездеходе не обо что — повсюду мягко, до чего ни дотронься. А он упал и разлетелся на две равные части. Видно, были в нем свои внутренние напряжения, которые только и ждали, чтобы разорвать кристалл пополам.

— Посмотри, что это?

Редактор всемирно известного еженедельника «Планеты» Уво Бенев, к которому было обращено восклицание, человек, по слухам, знавший все, что происходит в солнечной системе, заинтересованно повернулся к иллюминатору и целую минуту смотрел вниз. Под аэробусом текла река. То есть было полное впечатление настоящего потока, хотя какие могли быть реки среди лунных, пропастей, где для того, чтобы выжать стакан воды, нужно переработать тонну руды.

Создал я себе "электронного оракула" и спросил его:

— Где мне найти свое счастье?

Электронный помощник молчал. Капала вода на кухне, словно считала секунды. Было тихо и скучно. Хоть бы кто позвонил. Или сосед постучался. Или, еще лучше — одинокая соседка, что жила напротив, Татьяна Васильевна. Она часто приходит с просьбой что-нибудь починить.

Вообще мне страшно не повезло в жизни. В книжках — о ком только не читал! О Джульетте, например. Выла, говорят, такая, раз увидела — и кончено. А на меня сколькие глядели, и хоть бы одна захворала…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Гэри Сонеджи пришел, чтобы расправиться с детективом Кроссом и его семьей. Он ждет своего часа. В этой книге каждый охотник может стать жертвой, и наоборот. Алекс Кросс преследует Сонеджи и двух загадочных убийц, жаждущих его смерти. Так кто же кошка и кто мышка в этой страшной игре?

Алекс Кросс, старший детектив по расследованию убийств, готов, чего бы это ни стоило, сорвать маску с загадочного убийцы, которого он сам прозвал Лаской. С того, кто стоит за целой серией таинственных убийств, которые Кроссу запрещено расследовать.

В романе «Прыжок Ласки» Паттерсон представил ужасный и противоречивый образ злодея, тень которого будет преследовать читателя, как только в доме погаснет свет. Сюжет, усиленный эмоци ональными и психологическими всплесками, постоянно держит читателя в напряжении.

…Четыре женщины — следователь, патологоанатом, юрист и репортер. Вместе они — лучшая команда по расследованию убийств со времен Шерлока Холмса и доктора Ватсона! Четыре женщины, которые не отступают там, где теряются мужчины, — и раскрывают самые загадочные преступления. Их первое дело — о маньяке, убивающем молодоженов в первую брачную ночь. Улик — нет. Мотивов — не существует. Расследование начинается...

История, которую вам предстоит прочесть, началась не вчера. И чтобы понять и оценить по достоинству смысл и прелесть книги Гарета Паттерсона, нужно окунуться в далекое прошлое. Итак...

В один прекрасный февральский день 1956 года инспектор Департамента охраны природы и туризма Джордж Адамсон во время поездки на север Кении в порядке самообороны вынужден был застрелить бросившуюся на него львицу. В нескольких шагах от места происшествия он нашел в расщелине скалы логово этой львицы (вот чем объяснялась ее агрессивность!) с тремя только что прозревшими, беспомощными детенышами. Будучи истинным любителем животных, Джордж забрал осиротевших малышей и привез их в свой лагерь, где передал на попечение жены, впоследствии всемирно известной Джой Адамсон.