Жало белого города

Национальный бестселлер Испании, экранизированный Netflix.

Подробные описания улиц, кафе и достопримечательностей из этой книги легли в основу реальных тематических экскурсий «Безмолвие белого города», которые сейчас проводятся под эгидой муниципалитета Витории.

Здесь кончается твоя охота. И начинается моя.

Неуловимый маньяк убивает жителей Витории, украшая их тела эгускилорами – баскскими ритуальными символами. В точности как 20 лет назад… Но человек, обвиненный в давних преступлениях, провел все эти годы за решеткой и только готовится выйти на свободу. У преступника появился подражатель или тогда суд отправил за решетку невиновного? За расследование берется инспектор Унаи Лопес де Айяла по прозвищу Кракен. Пока он не знает об убийце ничего. А вот убийца, оставляющий ему загадочные и очень личные послания, знает о Кракене все…

«Подобно тому, как Кара Блэк или Донна Леон изображают Париж или Венецию в своих таинственных сериях, Саэнс с любовью изображает уникальный и чарующий город, переплетая баскский фольклор и культуру с очень сложной и богатой историей». – BookPage

«Увлекательно написанная книга, впечатляющая по масштабу и глубине». – Kirkus Reviews

«Ошеломляюще… Завораживающий местный колорит, красиво проработанный сюжет и превосходные описания характеров делают эту книгу выдающейся. Читатели с нетерпением будут ждать следующей книги в серии». – Publishers Weekly

Поистине запутанная история, полная темных тайн. Расследование серии ужасных и хладнокровных убийств с использованием ритуальных символов в одном из самых красивых городов Испании – Витории…

Это было ново и неожиданно! Не знаю, правильно ли, что книга про серийного убийцу вызывала такие положительные эмоции, но не могу ничего поделать – она великолепна! Этот атмосферный и затягивающий с первых строк триллер держит в напряжении до самого конца, и вы придете в восторг от его кульминации. – Аля @book_voedka

Отрывок из произведения:

Витория,

август 2016

Журналисты упорно преследовали ребят из моей тусовки. Им нужен был материал, и они рассчитывали, что те им как-то помогут. Их выслеживали по всей Витории ровно с той минуты, как появилась новость, что мне прострелили голову: отныне покоя не было никому.

С утра они ловили моих друзей возле дома. По вечерам – в «Сабурди» на улице Дато, где они молча ужинали. В те дни ни у кого не было желания разговаривать, а постоянное присутствие репортеров дополнительно давило на психику.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

ЭЛЛА НИКОЛЬСКАЯ

Русский десант на Майорку

криминальная мелодрама в трех повестях

Повесть вторая.

УХОДЯТ, НЕ ПРОСТИВШИСЬ

Редко кому удается проститься перед уходом. Я имею в виду последний уход, окончательный. Даже если возле постели уходящего толпятся его близкие, то они, да и сам он вместе с ними все надеются, никак не хотят согласиться с неизбежным и признаться, что пора уже... И упускают шанс.

А если уж настигнет человека внезапная смерть, то покинутые им на этом берегу долго ещё вглядываются в оставленную ушедшим пустоту, мучительно припоминая, чего не успели сказать и сделать. Как много всегда недосказанного между тем, кто ушел, и тем, кто остался...

Стив О'Коннел

Собирательный образ

Перевел с англ. А. Шаров

Сержант Уолтерс оглядел слушателей полицейской академии.

- Насколько известно, мы ни разу не видели его. Тем не менее, мы полагаем, что знаем, как выглядит этот взрывник и какой он человек. Сержант улыбнулся. - Остается самая малость: разыскать его. - Он повернулся к доске и нацарапал мелом какую-то цифирь. - На сегодняшний день взорвано четыре бомбы, погибли три человека, шестеро получили тяжелые увечья, двадцать три отделались царапинами. - Сержант снова окинул взором сидевших перед ним курсантов.

Александр Ольбик

Прощальный взгляд

Драма в четырех действиях

Действующие лица:

Василий Савельевич Боголь, писатель 55 лет.

Софья Петровна, его жена, неопределенного возраста, в инвалидной коляске, употребляющая медицинские наркотики.

Роман Иванович Игрунов, художник-"реалист", 52 лет.

Светлана Игрунова, жена художника 30 лет, независимая, предприимчивая, строптивая.

Борис Наумович Рубин, бывший следователь, безуспешно подвизающийся на адвокатском поприще, 48 лет, склонный к полноте, с глубокими залысинами и большой круглой головой.

Ольбик Александр Степанович

Владыки и те исчезали

Любовь к свободе -- это любовь к людям,

любовь к власти -- это себялюбие.

Уильям Хэзлитт

В каком-то смысле имя Александра Ольбика, в глазах некоторых русских, имеет одиозный оттенок. Его даже называют "крестным отцом" Ельцина: в 1988 году этот журналист первым взял у будущего президента России интервью, которое перепечатали сотни изданий и озвучили многие зарубежные радиоголоса. Но то было на волне всеобщего сумасшествия с гласностью, когда каждое "новое слово" ложилось в строку перестройки, создавало прецедент, ведущий к дальнейшему расширению рамок дозволенного. Но как показала жизнь, не единым словом жив человек, ему бы к этому еще элементарный материальный достаток, свой теплый угол, в котором он может коротать дни, без риска быть оттуда изгнанным, и немного понимания со стороны тех, кто пишет "уставы" жизни...

Валентина ПАНЧЕНКО

ПРОИСШЕСТВИЕ НА ЯРМАРКЕ

Повесть

В углу маленького ресторанчика, разместившегося в носовой части рейсового пассажирского парохода, курсирующего между Казанью и Нижним Новгородом, сидели двое. Один - щуплый долговязый парень, по имени Виталий, прижимался к стене, исподлобья наблюдая за публикой. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, стеснялся. Другой - его звали Евгений Николаевич - наоборот, держался легко и уверенно, по всему было видно, что он в родной стихии.

ПАРХОМОВ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ДОМ С БАШНЕЙ

1

Как начинаются войны? Почти всегда неожиданно и коварно, когда в природе разлиты доброта и люди меньше всего думают о горе, о смерти. Вот и военный моряк Петр Нечаев услышал сигнал большого сбора не на корабле, а на берегу, когда, казалось, ничто не предвещало военной грозы.

В тот день Нечаев получил увольнительную. Была суббота. Все счастливчики, получившие увольнительные, долго драили ботинки, утюжили черные клеши. На палубе было шумно и весело. Только вахтенные, скрывая зависть, отводили глаза. А Костя Арабаджи, которому на сей раз не повезло, подошел к Нечаеву и, неслышно вздохнув, попросил:

Владимир Печенкин

КАВЕРЗНОЕ ДЕЛО В ТИХОМ СТОРОЖЦЕ

(Из детективных историй)

1

Парило. Солнце выгревало из земли остатки весенней влаги. "Частный жилищный сектор" улицы Старомайданной утопал в свежей садовой зелени. Пусто было в это время дня на Старомайданной. Дремали под заборами свиньи, у ворот собаки. На скамеечке, как обычно, сидел дедушка, грел под теплыми лучами свои ревматизмы.

Женя Савченко шел из школы то скорым шагом, то бегом. Его задержала классная руководительница, и теперь он на бегу решал непростого задачу: свернуть ли направо домой, чтобы положить портфель, или налево, к стадиону, где скоро начнется футбол. Но если на стадион, то так и придется до вечера таскать портфель. А если домой, то как бы бабушка не засадила готовить уроки...

ИЛЬЯ ПЕТРОВ

МОЙ КОРНЕТ-А-ПИСТОН

В БОЛШЕВЕ

В этот день, как и обычно, в половине десятого утра я вышел из дома, пересек зеленый сквер, в котором в юности своими руками сажал деревья. Впереди показалось громадное желтое здание с колоннами: ДК Калининградского машиностроительного завода. Здесь, в полуподвальном помещении находился оркестровый класс: им я уже много лет руководил.

Моей помощницы пианистки Татьяны Шелудько еще не было. Молоденькая, недавно замуж вышла, чего ей спешить раньше времени? А мне, по-стариковски, всегда хотелось побольше успеть сделать.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Аннотация: Дочь арабского шейха не имеет права на ошибку, но я ее совершила – влюбилась в лучшего друга и отдала ему свою невинность. Я верила – нам с Нейтоном суждено быть вместе, наивно полагая, что отец позволит мне самостоятельно выбрать будущего мужа.

«– Ты выйдешь замуж после окончания университета, Алисия. За Амирана аль-Мактума – наследника Анмара."

Амиран:

– Клятвы верности, первая брачная ночь, твоя невинность и наши будущие дети – все это уже принадлежит мне, Алиса.

– Нет, я не хочу.

Тогда я еще не знала, что для Амирана аль-Мактума не существует иной воли, кроме его собственной. Ответив «нет» я подписала смертный приговор себе, своей семье и Нейтану.

Иногда незнание благо, иногда – беда. Я привыкла жить без прошлого. Смирилась с настоящим. И поверила в лучшее будущее. Учеба в Академии закончена, позади боль потерь и предательства, а впереди трудовые будни. Но первый же контракт оказывается совсем не таким, как ожидалось. У меня появилась семья! И даже жених, который мне совершенно не нужен. Да и я ему, если честно. Зато обо мне вспомнил тот, кто лишил всего: дома, родных и друзей. Охота снова началась, но я больше не буду убегать. И пусть неизвестный враг хитер, пусть столетиями плел паутину, я узнаю тайну своего прошлого. Судьба раздала свои карты, и я готова сыграть, ведь на кону больше, чем моя жизнь…

Полвека Адриан провел в поисках затерянной планеты Воргоссос, надеясь вступить в контакт с загадочными пришельцами-сьельсинами. Чтобы положить конец четырехсотлетней войне, он возглавляет отряд наемников и отправляется за пределы Соларианской империи. Ему предстоит столкнуться с предательством, стать свидетелем жутких экспериментов и встретить не только пришельцев, с которыми он хочет заключить мир, но и существ, отринувших свою человечность. А еще бессмертного героя древних легенд и заклятого врага рода человеческого – врага, у которого, кажется, есть свои виды на Адриана…

Успех миссии принесет мир, какого еще не знала история. Если же Адриан потерпит неудачу, Галактика запылает.

Впервые на русском!

Генерал-майор Вершинин продолжает свой путь через Серый Периметр, пытаясь найти способ вернуться на Землю, причем вернуться не с пустыми руками. Сам того не желая, он всё больше нарушает баланс сил, сложившийся на окраине галактики, и обращает на себя пристальное внимание людей и чужих, считающих себя хозяевами этого сумеречного пространства, где жестокость и цинизм являются нормой жизни. Необычные способности Вершинина не остались незамеченными, и, естественно, немедленно появились желающие поставить их себе на службу.