Землянин, вернись домой!

ДЖЕЙМС БЛИШ

Землянин, вернись домой!

Глава 1

Город сначала завис над землей, потом, в полной тишине, плавно опустился в указанном планетными прокторами месте - на обширной вересковой пустоши. В этот час Большое Магелланово Облако, похожее на влажный алмазный туман, только-только коснулось западного горизонта. Облако покрывало целых 35 градусов неба. В пять двенадцать утра облако зайдет, в шесть ровно должен показаться край родной галактики, но было лето, солнце поднималось рано, и поэтому видно ее не будет.

Другие книги автора Джеймс Блиш

В сборнике нашли отражение традиционные сюжеты научной фантастики: контакты с разумными существами других планет, приспособление человека к иной среде, путешествие во времени.

Повести принадлежат перу известных мастеров этого популярного жанра: А. Кларку, Р. Янгу и др.

СОДЕРЖАНИЕ:

Дмитрий Биленкин. Парадоксы фантазии

Джеймс Блиш. Поверхностное натяжение. Перевод К. Сенина

Дин Маклафлин. Братья по разуму. Перевод И. Гуровой

Роберт Ф. Янг. У начала времен. Перевод А. Иорданского

Артур Кларк. Встреча с медузой. Перевод Л. Жданова

Клиффорд Саймак. Сила воображения. Перевод К. Сенина

«Примечание Джеймса Блиша.Экранизация этого эпизода складывается из двух частей. Основная сюжетная линия повествует о событиях, имевших место в истории "Энтерпрайза" настолько давней, что единственным знакомым на корабле лицом был тогда лишь Спок. Линия эта переплетается с детально продуманной "обрамляющей" сюжетной линией, в которой Спок предстаёт перед трибуналом по обвинению в мятеже; причём главная сюжетная линия служит объяснением его несомненно мятежным действиям. Для экранизации такой приём оказался в высшей степени удачным – этот эпизод, как я уже упоминал, был удостоен награды Хьюго в соответствующей номинации за этот год – но при новеллизации он влечёт за собой столь частые изменения ракурсов и переходы из настоящего в прошлое, что рассказ делается запутанным до невозможности. (Я знаю – я пробовал!) Поэтому представленная здесь новелла включает только основную линию, при этом возвращая сюжету первоначальную развязку – не показанную телезрителям – которая завершала эпизод до включения в него "обрамляющей" линии. Думаю, создатели сериала также сочли, что приём с двумя сюжетами был ошибкой; по крайней мере, "Зверинец" оказался единственной подобной серией за всю историю сериала.»

Пустынная поверхность этой планеты дала интересные образцы минералов и фауны, и Кирк был занят разбором контейнеров для телепортации на "Энтерпрайз", когда порыв ледяного ветра швырнул горсть песка ему в лицо. Рядом с ним Зулу, державший на поводке кроткое собакоподобное животное, поежился.

– Температура начинает падать, капитан.

– Ночью доходит до минус 250, – сказал Кирк, мигая, чтобы удалить песок из глаз. Он потянулся было, чтобы потрепать животное, но вынужден был резко обернуться на крик. Техник-геолог Фишер свалился со скамьи, на которой работал. Его комбинезон был запачкан липкой желтоватой рудой от плеч до самых ног.

Доктор Дональд Кори нисколько не скрывал своей радости по поводу появления Кирка и Спока, что, впрочем, вовсе не удивляло капитана. Этому было несколько очевидной причин: Кирк и губернатор были старыми друзьями, и, к тому же, Кирк привез новейшее лекарство, которое должно было выручить Дональда Туго ему приходилось! От человека требовалась недюжинная сила воли, чтобы подолгу находиться на Эбле-2, с ее ядовитой атмосферой и непомерной силой тяжести, да еще для присмотра за четырнадцатью неизлечимыми больными.

Настоящий сборник составлен из произведений современных английских и американских писателей-фантастов, пользующихся широкой известностью у себя на родине и за рубежом.

СОДЕРЖАНИЕ:

Айзек Азимов Мой сын — физик (пер. Н.Галь)

Айзек Азимов Чувство силы (пер. З.Бобырь)

Джеймс Блиш День статистика (пер. Н.Галь)

Рэй Брэдбери Апрельское колдовство (пер. Л.Жданова)

Рэй Брэдбери Холодный ветер, теплый ветер (пер. В.Бабенко)

Мартин Гарднер Нульсторонний профессор (пер. Ю.Данилова)

Гарри Гаррисон Полицейский робот (пер. Д.Жукова)

Артур Кларк Стрела времени (пер. Ю.Эстрина)

Урсула Ле Гуин Девять жизней (пер. И.Можейко)

Ричард Матесон Стальной человек (пер. И.Почиталина)

Льюис Пэджетт “Все тенали бороговы…” (пер. Л.Черняховской)

Артур Порджесс Саймон Флэгг и дьявол (пер. Д.Горфинкеля)

Эрик Рассел Свидетельствую (пер. Б.Клюевой)

Клиффорд Саймак Специфика службы (пер. Л.Жданова)

Уильям Тэнн Срок авансом (пер. И.Гуровой)

Уильям Тэнн Открытие Морниела Метауэя (пер. С.Гансовского)

Роберт Шекли Ордер на убийство (пер. Т.Озерской)

Роберт Шекли “Особый старательский” (пер. А.Иорданского)

Джек Финней Хватит махать руками (пер. А.Иорданского)

Джек Финней Лицо на фотографии (пер. В.Волина)

Роберт Янг На реке (пер. Н.Колпакова)

Роберт Янг В сентябре тридцать дней (пер. Н.Колпакова)

С. Гансовский. Итак, книга прочитана…

Составление и послесловие: С.Гансовского

Иллюстрации: А.Сальникова

Москва — Издательство “ПРАВДА” 1989

Роман этот не о католицизме, но поскольку главный герой его — католический теолог, то книга неизбежно содержит ряд моментов, довольно болезненных для приверженцев католического и (в меньшей степени) англиканского вероисповедания. Читатели же, лишенные доктринальных предубеждений, вряд ли вообще обратят на эти моменты особенное внимание — не говоря уж о том, чтобы вознегодовать.

При написании романа я предполагал, что как обряды, так и вероучение римской католической церкви в течение века претерпят определенные метаморфозы, существенные и не очень. Публикация книги в Америке показала, что католики не имели бы ничего против моего Басрского Собора, против того, как я воспроизвел всю небезызвестную изящнейшую дискуссию, с пупков начиная и геолого-палеонтологическими данными заканчивая, и как разделался с тонзурой; но по двум позициям они не позволили бы мне хоть на шаг отступить от того, что можно найти в «Католической энциклопедии» 1945 года издания. (Ни один ученый до сих пор почему-то не возмутился тем, как я разделался к 2045 году с частной теорией относительности.) И вот о каких позициях речь.

При приближении к Мелкотианской системе сенсоры «Энтерпрайза» засекли буй, который Кирк счёл за лучшее проверить. Ему было приказано установить контакт с мелкотианами любой ценой – никаких объяснений, просто «любой ценой» – но он был человек миролюбивый; к тому же опыт подсказывал ему, что люди, размещающие буи вокруг своих планет, имеют обыкновение стрелять в тех, кто не уделяет этим знакам должного внимания.

Прослушанная запись оказалась не слишком обнадёживающей. Она гласила: «Пришельцы. Вы вошли в пространство Мелкота. Вы немедленно покинете его. Это единственное предупреждение, которое вы получите».

Как только открылась дверь лифта, все на мостике оторвались от работы.

Кирк загадал: сейчас войдет лейтенант Кэролин Пэламас с докладом об осколках похожего на мрамор вещества, которое они втянули с мертвой планеты из группы Кекропа. Да, он оказался прав. Кэролин протянула ему отчет.

– Спасибо, – стараясь не смотреть в ее сияющие серо-синие глаза, сказал он.

Совершенная красота, подумалось ему, может стать тяжелым бременем для женщины. Взгляды, которые она невольно привлекала, сразу ставили ее в особое положение. А ему не хотелось, чтобы Кэролин Пэламас чувствовала себя одинокой. Ее достоинства заключались не только в роскошных золотистых волосах и серо-синих глазах – она, будучи новым членом экипажа, прекрасно разбиралась в археологии. Кирк постоянно боялся обидеть ее своим восхищенным взглядом. Он сказал:

Популярные книги в жанре Научная фантастика

По мнению героев рассказа, безумие — это бунт против нравственности или моральных устоев общества. Элизабет безумна. Она считает себя императрицей Екатериной Великой. Две сестры и брат везут её на тридцать шестой астероид. Но не для того чтоб лечить. Общество создало на астероидах множество цивилизаций, из которых для каждого умалишённого можно подобрать «свой» мир…1.0 — создание файла

Владимир Яблоков, после войны, возвращается из госпиталя и встречает в поезде странного старика.

Эта картина родилась не за один день. Я создавал ее очень долго. Сначала просто «набивал руку», тренировался, готовился. Потом делал наброски — множество набросков, они валялись по всей комнате, часть из них таинственно пропадала, часть была просто затоптана кем-то. Из-за этого я сердился и, признаюсь, даже плакал. Но как мне было объяснить им, что это — части будущего шедевра, что эта картина может спасти их, спасти весь мир… Нет, они не поняли бы, на этом этапе уж точно бы не поняли. Но я надеялся, что все изменится в тот миг, когда они увидят всю картину. И продолжал работать — упорно, изо дня в день, из часа в час, прерываясь только на сон, еду и непродолжительные прогулки. Это кроме тех случаев, когда меня отрывали от работы вынужденно…

Показания перед Особой Президентской комиссией свидетеля 15671 Леонарда Дракера, тридцати одного года, неженатого, проживающего по адресу: Нью-Йорк-Сити, округ Манхэттен, Западная 10-я улица, 238, служащего компании Харберна, зарегистрированной по адресу: Нью-Йорк-Сити, округ Манхэттен, Восточная 42-я улица, 25. Свидетель, после приведения к присяге, показал следующее:

Ну, не знаю точно — около восьми утра в среду это было. Меня разбудил телефон. Я схватил трубку, чуть не свалившись с кровати, и прижал к уху. Женский голос тараторил: «Алло, это Ленни? Это ты, Ленни? Алло!»

Кто знает, где находится реальность? А если она есть, то какая, она!!!Приятного чтения./Вечернее небо было наполнено пригоршнями мелких и крупных созвездий, и звезд. Самые большие из которых блестели и переливались в небе. Они радовали глаз и манили к себе невидимыми и неясными ощущениями, и далеким светом, который мерцал, отражаясь в разливе озера. И казалось, что эта природа отражает не звезды в воде, а блики удивительного запретного знания, пока неизученного людьми и сокрытого природой заботливо, до поры, до срока первого касания, дуновения, и вибраций которые приведут в действие неведомый механизм неба…/

Космос, он похож на хрустальную люстру. Огромную хрустальную люстру концертного зала, которую вымыли тщательно в пенной воде, ополоснули, а потом включили в огромном, драпированном черным бархатом зале.

И вот красные, синие, желтые, оранжевые, голубые искры висят в безразличном пространстве. А стеклянные шарики электрических ламп кажутся самыми близкими звездами.

Несмотря на отключенные двигатели "Карфаген" мчался к Зевсу-14 со всё возрастающим ускорением. А что ему еще оставалось делать, пытаться поворачивать назад? И из-за чего? Из-за "бабочки", бешено бившей сиреневой крылышками на экране гравитациометра? Инспектор корабля этого допустить не мог. А Капитану — ему все равно. Он компьютерный.

Он попробовал подняться и захлебнулся болью. Тело конвульсивно дернулось — Роберт, упираясь коленями, прополз немного вниз по склону и упал без сил. Боль гнездилась во всем теле, источив его, будто жук-короед дерево. Особенно трудно было дышать. Казалось, в груди засел клубок колючей проволоки: при каждом вдохе колючки вонзались там в нечто нежное и растерзанное.

Во что бы то ни стало надо было спуститься к Западне.

Там погибель, а значит — спасение. От всех страданий и мук, от безысходности его нелепой жизни.

Экипаж звездолета, состоящий всего из трех семей, летит к Альфе Центавра. Идут годы, сменяются поколения. Что ждет их впереди?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Джеймс БЛИШ

ЗНАК С НЕБЕС

"И корабль с восемью парусами

И пятьюдесятью пушками

Исчез вместе со мной..."

Дженни-пират:

"Трехгрошовая опера"

1

Карл Уэйд медленно приходил в сознание, ощущая тупую боль в голове, как после приема снотворного - что, учитывая обстоятельства, не исключалось. Он сразу вспомнил, что был одним из людей, изъявивших желание подняться на борт чужого космического корабля, неподвижно висевшего над Сан-Франциско в течение последнего месяца. "Волонтером-дилетантом", как оскорбительно назвал его один из сотрудников Пентагона. И весьма вероятно, что чужаки накачали его лекарствами, поскольку для них он являлся всего лишь подопытным экземпляром, к тому же, возможно, опасным....

Джеймс БЛИШ

ЗВЕЗДЫ В ИХ РУКАХ

ПРОЛОГ

Космические полеты начались во времена распада великой Западной культуры на Земле. Первоначально цели полетов были сугубо военными. Изобретение Муиром двигателя, основанного на принципе ленточной массы, позволило первым исследователям достичь Юпитера; юпитерианская экспедиция в 2018 году помогла понять законы гравитации, хотя само явление гравитации было известно уже несколько веков. Полет экспедиции оказался последним полетом с использованием двигателей Муира, он завершился буквально накануне окончательного исчезновения культуры Запада. Строительство при помощи дистанционного управления Моста на Юпитере, вероятно, стало самым грандиозным (а во многих отношениях - и самым бесполезным) инженерным проектом, когда-либо осуществленным человеком. Однако это позволило провести непосредственно, вблизи, измерения магнитного поля Юпитера. Они явились последним и решающим подтверждением корректности уравнения Блэкетта-Дирака, выведенного еще в 1948 году и установившего прямую взаимосвязь между магнетизмом, гравитацией и скоростью вращения любой массы. До того времени гипотеза Блэкетта-Дирака не находила практического применения, оставаясь лишь игрушкой в руках математиков. Подкрепленная измерениями, гипотеза быстро получила практический выход. Из множества страниц, исписанных символами, и великого множества бесконечных дискуссий о возможной напряженности магнитного поля единственного вращающегося электрона, родился гравитронно-поляризационный генератор Диллона-Уэгонера, почти мгновенно получивший название "спиндиззи", в честь своего воздействия на вращение электрона. Супердвигатель, защитный экран от метеоритов и антигравитация прибыли в одной компактной посылке, обозначенной G = 2(PC/BU)2.

(ВОСПОМИНАНИЯ МАРСЕЛЯ БЛИСТЭНА)

ДО СВИДАНЬЯ, ЭДИТ...

Перевод Галины Трофименко

Только что я видел Эдит в последний раз.

Бедная, маленькая, неподвижная лежала она в своей огромной кровати. Я долго смотрел на нее, растерянный, отупевший от горя.

Возможно ли, что это крохотное создание с маленьким, безжизненным, как у куклы, лицом - это все, что осталось от самой великой трагической эстрадной певицы.

Я смотрел на это лицо, утопавшее в легкой материи, и думал: "Неужели никогда больше не прозвучит ее изумительный голос?"

А.Блюм

"Грамматика любви"

Есть у Ивана Алексеевича Бунина рассказ, название которого для современного читателя звучит несколько непривычно и странно - "ГРАММАТИКА ЛЮБВИ". Создан этот шедевр русской прозы в начале 1915 года и занимает в творческой биографии писателя видное место. Именно в нем впервые отчетливо и сильно прозвучали мотивы, которые потом найдут еще большее развитие в рассказах "Дело корнета Елагина", "Солнечный удар", в цикле "Темные аллеи". В этих произведениях любовь изображается Буниным как трагическое, роковое чувство, которое обрушивается, подобно удару, переворачивает судьбу человека, захватывает его целиком.