Зеленый вертоград. Слова поцелуйные

Зеленый вертоград. Слова поцелуйные

Из глубокого колодца, из-под той крутой горы,

Где гнезда не строит птица, где не строит зверь

                                              норы,

Протекала полноводно, и течет, поет века,

Непослушная, живая, влага-пламя, Втай-Река.

Там на дне— лишь белый сахар, алый бархат,

                                            жемчуга,

Из глазастых изумрудов расписные берега,

А порой, за крутизнами, поровнее бережки,

Другие книги автора Константин Дмитриевич Бальмонт

Эта книга стихов – одна из самых очаровательных в русской поэзии. Она позволит совершить фантастическое путешествие по родному миру – волшебной природе, детству, сказкам, чуду. «Фейные сказки» более ста лет назад написал великий русский поэт Константин Дмитриевич Бальмонт для своей четырехлетней дочки Нины.

В сборник вошли следующие стихи:

"Соперники", "Осень", "Я вольный ветер, я вечно вею...", "Кто кого", "Безглагольность", "Я мечтою ловил уходящие тени...", "Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце...", "Я люблю далекий свет от весла...", "Ветер", "Я с ужасом теперь читаю сказки...", "Дурной сон", "Минута", "Я не знаю мудрости", "Нет дня, чтоб я не думал о тебе...", "Мой друг, есть радость и любовь...", "Долины сна", "Фантазия", "Уходит светлый май", "Камыши", "Челн томленья", "Я буду ждать...", "Лунный свет", "О, женщина, дитя, привыкшее играть...", "Ковыль", "Лебедь", "Другу", "Люби", "Смотри, как звезды в вышине...", "Солнце удалилось...", "Утром встав,  вопрошаю...", "Чертовы качели", "Скорпион", "Золотая рыбка", "Безрадостность", "Отдать себя...", "Отчего мне так душно?", "Лестница любви", "Сознанье, Сила и Основа...", "Он спросил меня...", "Колокольный звон",а также переводы Эдгара По: "Колокольчики и колокола","Аннабель-Ли".

К.Д.БАЛЬМОНТ

Сонеты

Памяти А. П. Плещеева Колокольный звон Из сборника "Под северным небом" Лунный свет Зарождающаяся жизнь Август Смерть Из сборника "В безбрежности" Подводные растенья Океан Бесприютность Из сборника "Тишина" Дон-Жуан Из сборника "Горящие здания" Бретань Проповедникам Хвала сонету Разлука Из сборника "Ясень" Вопль к ветру Скажите вы Тамар Саморазвенчанный Под северным небом Из сборника "Сонеты солнца, меда и луны" Звездные знаки Что со мной? Умей творить На огненном пиру Снопы Далекое Сила Бретани Рождение музыки На отмели времен Шалая Кольца Пантера Блеск боли Микель Анджело Леонардо да Винчи Марло Шекспир Кальдерон Эдгар По Шелли Эльф Лермонтов Ребенку богов, Прокофьеву Только Из сборника "Мое - ей. Россия" "Приветствую тебя, старинный крепкий стих..." Переводы П. Б. Шелли. Озимандия Шарль Бодлер. Красота Гигантша Пропасть

Константин Дмитриевич Бальмонт (1867–1942) – русский поэт-символист и переводчик, виднейший представитель Серебряного века. Именно с него начался русский символизм.

Стихи Бальмонта удивительно музыкальны, недаром его называли «Паганини русского стиха». Его поэзия пронизана романтичностью, духовностью, красотой. Она свободна от условностей, любовь и жизнь воспеваются даже в такие страшные годы как 1905 или 1914.

Собрание сочинений Константина Дмитриевича – изысканная коллекция самых значительных и самых красивых творений метра русской поэзии, принесших ему российскую и мировую славу. Произведения, включенные в Собрание сочинений, дают самое полное представление о всех гранях творчества Бальмонта – волшебника слова.

Уникальными являются первые три тома – в них без сокращений воспроизведено «Полное собрание стихов К. Бальмонта в 10 томах», изданное в 1904-14 гг. В первый том собрания вошли сборники стихов «Под северным небом», «В безбрежности», «Тишина», «Горящие здания» и «Будем как солнце».

http://ruslit.traumlibrary.net

«… К. Бальмонт по праву считается одним из лучших русских поэтов. Порывистый, увлекающийся и увлекающий, он обогатил русскую поэзию целым рядом новых чувств, образов и мыслей. Брошенные им девизы продолжают жить до сих пор. …» (Н.Гумилев)

«… Бальмонт прежде всего – „новый человек“. К „новой поэзии“ он пришел не через сознательный выбор. Он не отверг „старого“ искусства после рассудочной критики; он не поставил себе задачей быть выразителем определенной эстетики. Бальмонт кует свои стихи, заботясь лишь о том, чтобы они были по-его красивы, по-его интересны, и если поэзия его принадлежит „новому“ искусству, то это сталось помимо его воли. Он просто рассказывает свою душу, но душа у него из тех, которые лишь недавно стали расцветать на нашей земле. В этом вся сила бальмонтовской поэзии, вся ее жизненность, хотя в этом и все ее бессилие. …» (В.Брюсов)

Константин Бальмонт

Прощальный взгляд

Послесловие переводчика

Слова отошедших людей. Воскресшие тени. Долго спавшая мумия, в красивых своих и душистых пеленах, вдруг ожившая от взгляда Любви.

Оживляет Любовь, и прощает, если нужно прощать, и не помнит злого, а лишь красиво-благое, и стирает-стирает нежною рукою прах, и пепел, и все, что есть серого цвета.

Красива поэтесса Елена Уитман, и звенящею болью, но и музыкой боли, и безмерною пыткой, но и долгим служеньем души душе - полна любовь, связавшая навеки два имени - Елена и Эдгар.

Вступительная статья к сборнику произведений Эдгара По.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Сергей Панцирев

Десятый месяц

"Настоящее время" - книга стихов С. Панцирева, изданная в 2004 г. в Санкт-Петербурге издательствами "Геликон-плюс" и "Амфора". Презентация книги состоится в Москве, в Центральном доме литераторов (Большая Никитская, 53), 23 февраля 2004 г, в 18:00. Приглашаются все желающие. Сайт книги - http://www.nvremya.ru

ДЕСЯТЫЙ МЕСЯЦ

Из теплых дней наш мир заброшен

В Десятый месяц. Осень за

Симеон Полоцкий

Первое стихотворение о Москве

Москва-заветная тема русской поэзии. Ломоносов и Карамзин, Пушкин и Лермонтов, Рылеев и Боратынский, Блок и Брюсов, Хлебников и Маяковский, Есенин и Твардовский-да просто нет такого русского поэта, и среди знаменитых и прославленных, и среди малоизвестных, который не обращался бы к этой теме. Поэтому альбом стихотворений, посвященных Москве, поистине необъятен, и его страницы продолжают заполняться все новыми и новыми произведениями. Сегодня мы представляем вниманию читателей нашего журнала одну страничку этого альбома. Записанному на ней стихотворению более трехсот лет, оно написано в 1671 г. Его автор - ученый монах, просветитель, поэт Симеон Полоцкий.

Марк Помирчий

Четыре стихотворения

Старый фотограф

СТАРЕНЬКИЙ ФОТОГРАФ, МЕСЬЕ КАЦМАН, ГОВОРИЛ, ДЕРЖА МЕНЯ ЗА ЛАЦКАН: "А ИЗВЕСТНО ЛЬ МОЛОДОМУ ЧЕЛОВЕКУ, ЧТО КОГДА-ТО КАЖДЫЙ ОПУСКАЕТ ВЕКИ ?

ВАША МОЛОДОСТЬ ГЛАЗА ДО БОЛИ РЕЖЕТ, ВЫ ЕЩЕ, НАВЕРНОЕ, НЕ ЛЮБИЛИ ЖЕНЩИН, НЕ ЗНАКОМЫ ВАМ НИ БОЛИ, НИ ИЗМЕНЫ, ТАК ПОСЛУШАЙТЕ ЖЕ, ЧТО Я К ВАМ ИМЕЮ.

Я ВАМ СДЕЛАЮ ПОРТРЕТ БЕЗ ВСЯКИХ ДЕНЕГ, И, КОГДА-НИБУДЬ ПРИДЕТ ТАКОЕ ВРЕМЯВНУКАМ ПОКАЗАТЬ АЛЬБОМ ИЗ КОЖИВЫ МЕНЯ ТОГДА ПРИПОМНИТЕ, БЫТЬ МОЖЕТ.

Юрий Ракита

Сумма Оснований. Искусство.

(фрагмент трактата в стихах)

1

...Поддавшись ностальгическому чувству,

Решил я посвятить главу Искусству.

Но стоит ли? Ведь, что скрывать, порой,

На фоне остальных вопросов важных

Искусство почитают ерундой

И с умным видом отрицают даже.

Что из того, что лично я с рожденья

К искусству преисполнен уваженья

(Иначе стал бы на свой риск и страх

Шарбазукин Дементий

Лирика ушедшего бурундука

Предисловие цензора

Читатель!

Вот перед тобой книга поэта Шарбазукина. Признайся, ведь ты никогда не мог представить себе, что человек с такой фамилией может стать поэтом? Я давно уже отмечал эту несуразность в природе вещей в своем докладе соответствующим властям "По поводу некоторых возмутительных случаев безответственного имен несоответствия доклад, с проэктом в лучшую и надлежащую сторону их изменения". Ведь всякому ясно должно быть, насколько правильней было бы, к примеру, Пушкину, соответственно к фамилии, прославиться полководческими успехами, Маяковскому служить по морской части, Островскому - точить ножи... правда, вот не знаю, что было бы лучше для Сухово-Кобылина: управлять ли сухарным цехом либо сделаться объездчиком... Что касается моей фамилии, доставшейся мне от моего родителя, ныне покойного Статилата Сервелатовича, то она, согласно вышепоименованному докладу, отвечает занимаемой мною должности, полагаю, вполне.

Михаил Талесников

Юбилей

Стихи

Ю Б И Л Е Й

Мне скоро семь десятков лет.

Подумал, самому не верится

я ног еще не кутал в плед,

хоть мерз, и звонко бьется сердце,

и руки тянутся к труду,

пером вооружусь - к бумаге,

законы поста не блюду,

умею пригубить и флягу,

и ем трудом добытый хлеб,

посыпав прежде солью круто,

и авторучка не в чехле

стихи записывает будто.

Уильям Мейкпис Теккерей

Песня фиалки (1840)

Перевод Надежды Вольпин

Цветок смиренный, безотрадно Я возросла в глуши лесной, Где дождь меня стегал нещадно, Глумился ветер надо мной.

Но вот фиалку в день ненастный Приметил чей-то добрый глаз, И путник, сжалясь над несчастной, Еe сорвал и спас!

С тех пор, вдали родной долины, Мне бурь не страшен произвол, Я на груди у Каролины Нашла приют от горьких зол.

Цветы - увы! - недолговечны... Недолго же и мне цвести, Хотя мне дышится беспечно У девственной груди!

Альфред Теннисон

Мерлин и Луч

перевод Светлана Лихачева

I

О Странник Моря,

Ты, что с причала

В тени утеса,

Ты, что не сводишь

С седого Мага

Глаз изумленных,

Я есмь Мерлин,

И умираю,

Я есмь Мерлин,

Ведомый Лучом.

II

Могуч Волшебник,

Что на рассвете

Меня разбудил

И Чарам наставил!

Велик Магистр

И дивны - Чары;

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Я овеян дыханьями многих морей,

   Я склонялся над срывами гор,

Я молился ветрам: «О, скорее, скорей!»,

   Я во всем уходил на простор.

Я не знаю цепей, я не ведаю слов

   Возбранить чьи б то ни было сны,

Я для злейших врагов не хотел бы оков,

   А желал бы улыбки весны.

Я не знаю тоски, я сильнее скорбей

   На разгульном пиру бытия,

Я овеян дыханьями вольных морей,

   Будьте вольными, братья, как я!

Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть,

Свет Луны они забыли, потеряли Млечный путь.

Развенчав Царицу-Воду, отрекаясь от Огня,

Изменили всю Природу, замок Ночи, праздник Дня.

В тюрьмах дум своих, в сцепленьи зданий-склепов,

                                       слов-могил

Позабыли о теченьи Чисел, Вечности, Светил.

Но качнулось коромысло золотое в Небесах,

Мысли Неба, Звезды-Числа, брызнув, светят здесь

Мы вольные птицы, мы дважды рожденные,

     Для жизни, и жизни живой.

Мы были во тьме, от Небес огражденные,

     В молчаньи, в тюрьме круговой.

Мы были как бы в саркофагной овальности,

     Все то же, все то же, все то ж.

Но вот всколыхнулась безгласность печальности,

     Живу я — мой друг — ты живешь.

Мы пьяность, мы птицы, мы дважды рожденные,

     Нам крылья, нам крылья даны.

Близ пышной Мексики, в пределах Аризоны,

Меж рудников нашли окаменелый лес,

В потухшем кратере, где скаты  и уклоны

Безмолвно говорят о днях былых чудес.

Пред взором пристальным ниспала мгла завес,

И вот горим агат, сапфиры, халцедоны,—

В тропических лучах цветущей Аризоны

Сквозь тьму времен восстал давно отживший лес.

Он был засыпан здесь могучим слоем пыли,

Стихийной вспышкой отторгнут от земли,