Завещание Прошлому

Памяти гениального английского учёного и провидца Оливера Хевисайда.

Отрывок из произведения:

Видавший виды стол с кипой исписанных листков. Пыльная керосиновая лампа и огарок свечи на треснувшем блюдце.

Скисшее молоко в стакане, остатки яичной скорлупы.

Обшарпанная спинка железной кровати.

Он лежал, живой среди мёртвых и мёртвый среди живых. Его забыли, как случается со всяким чудаком.

Да и что Они знали о нём? Эти тени в чёрных мантиях и банковских обёртках. Холодная полутёмная комната. Сюда Они не заглядывали, опасаясь простуды — так можно отдать концы несколько раньше, чем Господь призовёт к себе.

Рекомендуем почитать

О том, как опрометчиво давать своей фирме имена древних богов, да стариков обижать.

Свежий шестибалльный ветерок, как сумасшедший, теребил защитный комбинезон. Я прикрыл глаза ладонью, но ветер прилепил её ко лбу. Пришлось повернуться боком. Разжав пальцы, я таки глянул в сверкающий борт звездолёта и рассмеялся. На меня взирало чье-то плющевое безволосое лицо, с одной стороны напоминающее студень, с другой — больного флюсом. Этот ветер навеял кучу воспоминаний, которые полезли из головы наружу и, воспользовавшись замешательством, скрылись в дебрях предательской планеты. Я было погнался за ними, чтобы впихнуть обратно, но увяз в болоте и жутко вымазался.

Ох, уж эти сказочники! И все-то у них полюбовно: и на пирах бывают, и меды пьют. И ничего не знают о тяготах семейной сказочной жизни.

Как порою опасно хранить в доме семейные реликвии и полезно заводить котов.

Одна из новелл, дополняющих роман Д. Гаврилова «Дар Седовласа», написана в жанре героико-мистической фэнтези. Главный герой, новгородец Ругивлад, двадцать лет обучался магии у волхвов далекой Арконы на острове Рюген. Неожиданное известие о смерти родичей заставляет его вернуться на землю отцов.

Неспешная мелодия Грига, словно дымка, проникала из коридора сквозь неплотно прикрытую дверь больничной палаты.

Женщина прислушалась. В самом деле, она узнала бы его мелодию из тысячи других — хотя как давно это было. Почти тридцать лет назад.

«Войду я в комнатку твою,
За мною сказок шумный рой,
Я песенку тебе спою,
А ты глаза закрой.
Сад полон сонной тишины,

До рези в глазах яркий радостный зайчик бойко скакал по серой в линейку школьной стене. Он то подпрыгивал до самой крыши, вытягивая солнечные лапки, то сбегал к самому тротуару, под ноги хмурых, озабоченных жизнью прохожих. Валька ловил в ладонь ещё еле тёплые лучики вешнего, всё проспавшего светила и бросал их снова на стену одним движением пальцев.

Мимо пронеслась какая-то иномарка… Валька проводил её взглядом, но в карман зеркальце не опустил. Зайчик замер на стене, чуть подрагивая, словно пушной зверёк, вычёсывающий ухо.

По утру лаяла очумелая собака…

«Духи! Душманы приехали!» — раздалось с улицы. «Молодых пригнали!» — понеслась благая весть от одного к другому. «Где? Откуда?» — и пошло, поехало… Курилки опустели. Все, кто был в казарме, высыпали наружу и теперь заинтересованно всматривались вдаль, туда, где за густыми, но аккуратно подстриженными кустами акации мелькали бритые головы новобранцев.

— Вот они, зайчики, — молвил Киреич и смачно сплюнул под ноги. — Вешайтесь, духи!

Другие книги автора Дмитрий Анатольевич Гаврилов

Книга посвящена исследованию и реконструкции представлений славян о мире и Вселенной. Авторы убеждены, что заложенные на заре истории славян особенности мировосприятия продолжают в той или иной степени оставаться актуальными и сегодня. Понимание архаичных пластов традиционной культуры только и позволяет осмыслить её во всей полноте и разнообразии, проследить пути взаимодействия народов.

Помимо фольклорного материала в книге широко использованы разнообразные данные из области истории и сравнительно-исторической мифологии народов индоевропейской культурно-языковой общности. Отдельное внимание авторы уделяют пересечению христианских и языческих представлений, сложившихся в ходе христианизации племени русь и славян и последующий период двоеверия.

Они заклятые враги с раннего детства – русский язычник, чтящий исконных богов, и русский христианин, принявший новую эру. Их судьбу должен был решить судебный поединок (есть обиды, за которые виру берут не серебром, а кровью), если бы не хазарское нашествие, заставившее их забыть старые счеты и плечом к плечу принять бой против общего врага, став соратниками, братьями по оружию, почти друзьями… Но когда воюют не только князья и народы, а даже боги, когда сталкиваются религии и шатаются небеса, смертным не вырваться из этого кровавого круга – после победы над хазарами им приказано завершить давний спор, скрестив мечи в беспощадной схватке. Кто из них прав? Кто виноват? Кому жить? Кому умирать? ПУСТЬ РАССУДЯТ БОГИ…

Читайте новый исторический роман в жанре «языческого боевика» – первую книгу серии «Иду на вы!». Узнайте, в каком «прекрасном и яростном мире» жили наши предки, во что верили, за что умирали, во имя кого побеждали.

Опираясь на обширный исторический, этнографический и естественнонаучный материал, авторы предлагают свое видение восточнославянского языческого календаря через призму традиционного миропонимания в целом. Это дает возможность, сохраняя научный подход, по-новому осмыслить годовой круг. Особое внимание уделено пониманию значимости календарных событий для психологического и психофизического состояния современного человека, в первую очередь горожанина.

Книга будет интересна широкому кругу читателей.

Новый исторический боевик от авторов бестселлера «Кровь на мечах»! Русские боги против крестителей. Исконная вера против чужебесия. Языческая ярь против христианского смирения.

После гибели князя Рюрика, смертельно раненного отравленным клинком, судьба Русской земли висит на волоске – светлые боги не прощают отступников и предателей, Божий суд вершится огнем и мечом, а слабость, выдаваемая за милосердие, ведет лишь к еще большей крови… Кто станет преемником Рюрика – его старший сын, готовый ради власти на любую подлость, или его верный соратник Вещий Олег? По силам ли новому князю искоренить измену и отомстить убийцам? Достоин ли он продолжить великое дело покойного друга? Не распадется ли после смерти Рюрика созданный им союз словен, руси, варягов, чуди и кривичей? Есть ли у Славии будущее? Пусть рассудят грозные боги, чей закон: СМЕРТЬ ЗА СМЕРТЬ!

Впервые этот ряд был опубликован в Кировоградском журнале «Порог», здесь же он представлен в еще более полном виде. Затем свод был опубликован нами в книге Д. Гаврилов, А. Наговицын. «Боги Славян. Язычество. Традиция», — М.: «Рефл-Бук», 2002. 464 с.

Отличительной особенностью данного списка является то, что он привязан к датам языческого народного календаря. Следует учесть, однако, что все даты даны для средней полосы России и могут варьироваться в зависимости от широты и долготы празднования. Добавлены цитаты из ряда прежде недоступных нам западных средневековых первоисточников по верованиям славян.

Куликов В.В., Гаврилов Д.А.

Универсальный Язык или ШАГ ЗА ГОРИЗОНТ

1. Наука и средневековая церковь. Право на истину

2. Новые тенденции или 'хорошо забытые' традиции

3. От революции в науке к эволюции духа

4. Универсальный язык-транслятор диал

5. Информационное Общество

6. Встреча с Высшим Разумом

ПРИЛОЖЕНИЕ

К ВОПРОСУ О НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКЕ

1. Наука и средневековая церковь. Право на истину

Этим выпуском мы открываем новую серию «Никитинский альманах», в котором будут представлены самые разные жанры: фэнтези и мистика, фантасмагория и сатира, научная фантастика и героическая баллада. Серия предполагает самый широкий круг читателей.

СОДЕРЖАНИЕ:

Юрий Никитин. Предисловие к первому выпуску альманаха «Фантастика. XXI» – с.3-5.

Свенельд Железнов. Избушка на курьих ножках: [Рассказ] – с.6-22.

Антон Платов. Крысолов: [Рассказ] – c.23-34.

Георгий Сагайдачный. В одном из тысячи миров: [Рассказ] – с.35-45.

Дмитрий Казаков. Легенда о ловце ветра: [Рассказ] – с.46-49.

О`Сполох. Цепь: [Рассказ] – с.50-53.

О`Сполох. Глаза: [Рассказ] – с.53-54.

О`Сполох. Не те: [Рассказ] – с.55-56.

Владимир Егоров. Черная магия: [Рассказ] – с.57-61.

Владимир Егоров. Обреченный мстить: [Рассказ] – с.61-66.

Владимир Егоров. Последний рассказ о Конане: [Рассказ] – с.66-69.

Эдуард Мухутдинов. Кот, который хотел научиться летать: [Рассказ] – с.70-74.

Эдуард Мухутдинов. Снайпер: [Рассказ] – с.74-76.

Василий Купцов. Моцарт и Сальери, дубль два: [Рассказ] – с.77-80.

Василий Купцов. Предсказания Анны: [Рассказ] – с.80-85.

Василий Купцов. Подарок палачу: [Рассказ] – с.85-91.

Василий Купцов. Шарлатан: [Рассказ] – с.92-99.

Дмитрий Гаврилов. Власьева обитель: [Рассказ] – с.100-116.

Дмитрий Гаврилов. Смерть гоблина: [Рассказ] – с.116-120.

Дмитрий Гаврилов, Антон Баргель. Баллады. Песни. Стихи – с.121-129.

Константин Крылов. Волшебство и политика: миры фэнтэзи как новый общественный идеал: [Статья] – с.130-140.

Василий Купцов. Шуточка Генриха, или яйцерезка: [Статья] – с.141-155.

Василий Купцов. Трудно быть богом...: [Статья] – с.155-160.

Василий Купцов. Красивая все-таки это штука – северное сияние!: [Статья] – с.160-165.

Василий Купцов. Рожденный толстым летать не сможет!: [Статья] – с.165-180.

О`Сполох. Айшуки: [Статья] – с.181-185.

Владимир Егоров. Конец заклятия: [Статья] – с.186-189.

Есть такая виртуальная страна!: [Статья] – с.190-191.

Книга «Боги славянского и русского язычества» обращена к неравнодушным и думающим людям, которые предпочитают постигать истоки славянской и русской культуры с научных позиций. Авторы стремятся не столько предложить готовые ответы на вопросы о том, каковы были языческие боги наших предков, сколько побудить самостоятельно искать эти ответы, то есть размышлять, сравнивать и сопоставлять доступные документальные свидетельства, обращаться к подлинно научным материалам, а не довольствоваться тем, что предлагают ширпотребовские издания, научная ценность которых порою сомнительна.

Для широкого круга читателей.

Популярные книги в жанре Фэнтези

В достославные древние времена в одном известном университете обитал один весьма способный сколяр…

Простите, я запамятовал, сколяров тогда еще не было. Как, впрочем, и профессоров. Дело в том, что в те достославные, но, к сожалению, наивные времена науки находились еще в таком младенческом состоянии, что никто не брал на себя смелость учить кого-либо чему-либо. В наш просвещенный век трудно даже представить себе, что всего каких-то двести лет тому назад физика, астрология, хиромантия и медицина еще не были признаны досконально изученными, завершенными и пересмотру не подлежащими. Справедливость данного догмата для нас ясна и очевидна, а ведь когда-то он вызывал горячие, а порою и кровопролитные споры. Однако, хвала Создателю, теперь всё это в прошлом. Скажи мне, любезный читатель, что еще можно, например, добавить к алхимии, тригонометрии или географии? Философский камень получен, тангенс прямого угла вычислен с точностью до последнего знака, окружность земного диска измерена, поделана между государями и даже, строго по границам, окрашена в соответствующие цвета владеющих ею держав. А посему, в связи с вышеизложенным, совсем неудивительно, что на наши университетские кафедры восходят профессоры – то есть те, которые всё знают, а потому и обучают, а в аудиториях восседают сколяры – то есть те, которые ничего не знают, а потому и изучают, однако каждый из них по прошествии шести лет обучения может сказать… Алхимик скажет: я постиг алхимию всю без остатка. Медик скажет: я постиг медицину, я ведаю все те болезни, кои признаны излечимыми, а также и те недуги, от коих нет спасения. Теолог скажет…

Роман Эйва Дэвидсона повествует о долгом странствии Марко Поло в Китай и о тех невероятных приключениях, что произошли с путешественником по дороге в Поднебесную Империю.

http://zhurnal.lib.ru/a/alehina_o_w/

Версия текста от 20.12.08

Пролог

   Светало.

   Туман с торфяников неохотно уползал в лес, цепляясь за густые, пушистые лапы ельника, и сумеречный свет мягко стягивал плотное одеяло темноты с сонной крохотной деревеньки в неполный десяток дворов, черными покосившимися заборами отгородившейся от холодного, хмурого леса...

   Сонная тишина вместе с туманом отползала в чащобы, укрываясь в оврагах прелыми листьями, путаясь в их тихих шорохах, отзывающихся утреннему ветру, и дробясь редкими криками лесных птиц.

Этот мир очень похож на наш. Точно так же солнце всходит на востоке и заходит на западе. Точно так же в нем есть место для любви, дружбы, вражды и предубеждений. Сильные все так же спорят о власти и вере. Все как обычно… Кроме одного: там есть драконы.

Довольно любопытный рассказик.

1. Для нового русского.

Народ издавна питался этим калорийным продуктом — икрой, да и вам она, видимо, уже успела изрядно поднадоесть. Но иногда все-таки можно, следуя старинным традициям, взять ложку работы Фаберже, инкрустированную яхонтами и бриллиантами в народном стиле, достать из холодильника банку икры, и навернуть под пиво.

2. Для старого еврея.

Встав под окном нового русского, постарайтесь чем-нибудь привлечь его внимание. Увидев Вас, он запустит в Вашем направлении первым попавшимся под руку предметом. Это будет трехлитровая банка икры. Подождав еще немного, Вы сможете подобрать и ложку работы Фаберже, инкрустированную яхонтами и бриллиантами в народном стиле.

Форестер прожил в Шедоудейле всю свою сознательную жизнь, и в недавней битве против объединенных сил Зентил Кипа, он, как истинный патриот, участвовал в защите моста через Ашабу — реку, протекающую через западную границу долины. Сейчас он был занят тем, что вместе со своими друзьями и соседями, грузил тела на телеги и пытался опознать погибших жителей долины. Имена усопших, произносимые тучным воином, в список заносил один из жрецов Латандера, который умел писать почти также хорошо как и Лхаэо, писец покойного Эльминстера.

Нищий художник дни напролёт писал иконы со своей прекрасной жены. Но на иконы совершенно не было спроса, и дабы свести концы с концами он чертил карты бескрайнего океана для бродяг-капитанов. И вот как-то раз жена попросила нарисовать для нее маленький чудесный остров, на котором было бы всё, кроме голода, холода, болезней и нужды…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Медленно, ощупывая перила, я спускался в подземный переход. Вниз по тем же склизким ступенькам пронеслись юнцы в дурацких красных колпаках на западный манер. Год близился к закономерному исходу.

«Только беспечный мальчик или глубокий старик по нашей-то по русской погоде может под самый Новый год носить на башке такое убожество» — подумал я.

Но тут же спохватился: сам и вовсе вышел «без головы».

Накануне, правда, было слякотно, а нынче коварный мороз прихватил вчерашнюю грязь и слизь.

— Скучно, — сказал «малыш» Вили и сладко зевнул.

— Ещё бы, — подтвердил второй «малыш» и потянулся, расправляя могучие руки.

— Сыграем? — предложил третий, прищурив глаз.

— Неплохо бы, а во что, братец? Во что? — в один голос спросили его ребята.

Глыба, на краю которой, свесив ноги, сидела троица, висела над самой глубокой пропастью, о какой и помыслить нельзя. Иной бы удивился, почему скала туда не падает, но разве можно задумываться над такими пустяками, когда игра требует совсем иного:

Странности начались с самого утра…

Стас сладко зевнул, пошарил в поисках тапочек под съехавшей на пол простыней, и страшным усилием воли, наконец, поднял бренное тело с дивана. Пара приседаний и страшный хруст в суставах.

— Говорила мне мама — делай зарядку! Так, что у нас на завтрак? — протирая заспанные веки, он двинулся на кухню в надежде проглотить остатки вчерашнего ужина.

На табурете у обеденного стола восседал рыжий пушистый кот с белой манишкой и длинным, по-видимому выдвижным, когтем кромсал батон докторской колбасы. Да-да, сначала была колбаса, никто не доказал обратного, а последние десять лет только подтверждают эту теорему.

Яркий солнечный свет заливал комнату. Он знал это, хотя ещё не открыл глаз. Вешнее светило порядком припекало, а теплота, волной окатившая лицо, едва он повернулся на бок, подтвердила эту первую ясную мысль после крепкого сна.

— Утро! Пора! Ещё три секунды и раздастся гудок. Раз! Два! Три!

Да, он не ошибся. Год специальной подготовки не пропал даром.

«Вставай, вставай, дружок!» — пропели ветхозаветные часы столь же старинную песенку.