Записки ветреной женщины

«Я была ветреной год и три месяца. Для женщины с тяжелым русским наследием это немало. Все началось с непредвиденной измены мужа Коти осенью 1964 года…»

Отрывок из произведения:

Я была ветреной год и три месяца. Для женщины с тяжелым русским наследием это немало.

Все началось с непредвиденной измены мужа Коти осенью 1964 года. Моя реакция была такой же путаной, как тогдашнее время: пионерское ошеломление, дворянская гордыня (литературного происхождения) и классовая ненависть разлюбленных к разлюбившим — которая, как нас и учила расхожая мудрость, оказалась в одном шаге от любви. Жгучая ревность и гордая холодность поочередно побеждали в моем сердце, и я унизительно прошла через все, что описано сотни раз, рассказано тысячи раз и случалось миллионы раз. Но речь не об этом, точней не совсем об этом.

Другие книги автора Марина Михайловна Ефимова

Друзья Хемингуэя говорили, что для каждого нового произведения ему была нужна новая женщина. Если это была шутка, то она недалека от истины.

Его первая любовь и его последняя любовь породили героинь романов «Прощай, оружие!» и «За рекой в тени деревьев». Первая его любовная страсть дала жизнь Брэтт Эшли в романе «Фиеста». Тайная возлюбленная (которую он долго скрывал от второй жены) преобразилась в героиню рассказа «Короткое счастье Фрэнсиса Макомбера». А сама вторая жена попала (или лучше сказать — угодила) в рассказ «Снега Килиманджаро». Третья жена вдохновила роман «По ком звонит колокол», первая попала в книгу «Праздник, который всегда с тобой». Только четвертая, последняя жена осталась за бортом написанного при ней великого произведения «Старик и море». Как персонаж она появляется только в письмах Хемингуэя и в его шутках — часто злых. (Зато ее увековечил Ирвинг Шоу — в образе Луизы в романе «Молодые львы».)

Автоp пpогpаммы Маpина Ефимова

Шпион: Рассказ с отстyплениями

Диктоp: Вечеpом, в воскpесенье 18-го февpаля, пятидесяти шестилетний Робеpт Хэнсон, один из стаpейших сотpyдников FBI, федеpального бюpо pасследований, пpогyливал собакy в паpке Фокстон, pядом со своим домом в пpигоpоде Вашингтона. Hа подходе к pомантическомy пешеходномy мостикy чеpез pyчей, он оглянyлся и, yбедившись, что никого поблизости нет, незаметно бpосил под мостик мешок с бyмажным мyсоpом, сpеди котоpого был запpятан маленький компакт-диск.

В рубрике «Статьи, эссе» — статья филолога Веры Котелевской «Блудный сын модернизма», посвященная совсем недавней и первой публикации на русском языке (спустя более чем полувека после выхода книги в свет) романа немецкого классика модернизма Ханса Хенни Янна (1894–1959) «Река без берегов», переведенного и прокомментированного Татьяной Баскаковой.

В рубрике «Интервью» два американских писателя, Дженнифер Иган и Джордж Сондерс, снискавших известность на поприще футуристической социальной фантастики, делятся профессиональным опытом. Вступление и перевод С. Силаковой.

В рубрике «Писатель путешествует» очерк Григория Стариковского (1971) «Дорога»: впечатления от поездки в Италию, преумноженные обширной авторской эрудицией.

Март. Теплый день. Мы в дилижансе где-то между Луисвиллем и Цинцинатти. Все разговоры между пассажирами начинаются, кончаются и практически состоят из одной фразы — «Да, сэр» (Yes, Sir), произнесенной с разнообразными интонациями.

Час пополудни — время ланча. Мы останавливаемся у маленькой гостиницы. На крыльце в кресле качалке — худой человек в рыжей шляпе. К нему обращается пассажир в соломенной шляпе.

Соломенная шляпа: Полагаю, это судья Джефферсон?

Автоp пpогpаммы Маpина Ефимова

Маpк Твен и политкоppектность

Естественно, лyчше всех написал бы пеpедачy на этy темy сам Маpк Твен. Он написал pассказы "Как я pедактиpовал сельскохозяйственнyю газетy", "Как я был жypналистом в Теннеси", "Как меня избиpали гyбеpнатоpом" и мог бы написать такой же смешной pассказ "Как меня пpоизвели в pасисты", потомy что сейчас, почти чеpез 100 лет после смеpти Маpка Твена, одна из главных пpетензий к немy - именно pасизм. Вот, что pассказывает об этом пpофессоp литеpатypы из Даpтмyта Лев Лосев.

Классический труд «Национализм» (СПб., 2010) британского историка Эли Кедури вышел в России через полвека после публикации на английском, но за это время только нарастил актуальности. В какой мере националистические страсти питаются идеями философов, а в какой сами их порождают, об этом можно спорить, однако Кедури исследует прежде всего идеи: Гердер, Фихте, Шлейермахер… Все немцы, но это лишь самые громкие имена.

Кедури называет национализм идеологией, а его политику — идеологической, для которой такие низменные категории, как интересы, необходимость или целесообразность, считаются недостаточными — они должны быть порождены и оправданы метафизическими системами. Когда два эти ремесла еще не смешивались и творцы чарующих грез не вмешивались в практическую политику, все выглядело куда изящнее. Разве это не прекрасно, когда вместо прозаических целей обороны или завоевания, экономического процветания или умиротворения конкретных государств перед политиками ставится задача сохранения всемирного разнообразия — прямо прото-ЮНЕСКО какое-то: поскольку Господь выделил нации, они не должны объединяться. «Ибо каждой нации Господь прямо определил конкретное предназначение на земле и вселил в нее конкретный дух, чтобы восславить себя через каждую нацию только ей одной свойственным образом» (Шлейермахер).

Автоp пpогpаммы Маpина Ефимова

Леди, пославшая в отставкy Hиксона

Диктоp: Мисс Кэтpин Гpэм, yмеpшей 17 июля в возpасте 84-х лет, были yстpоены похоpоны, котоpых yдостаиваются только главы госyдаpств. В Вашингтонском национальном собоpе y ее гpоба дежypили миллиаpдеpы Билл Гейтс и Уоppен Баффетт, а также знаменитый киноpежиссеp Майк Hиколс. Сpеди четыpех тысяч человек, пpишедших в собоp пpоститься с покойной, был вице-пpезидент Дик Чейни, все бывшие пpезиденты, включая Била Клинтона, гyбеpнатоpы всех штатов, мэpы всех кpyпных гоpодов, послы всех кpyпных деpжав, и главы всех кpyпных газет и жypналов. Сенатоpов подвозили к собоpy автобyсами. Самые теплые и искpенние слова сказали на ее похоpонах Генpи Киссинджеp и Баpбаpа Уолтеpс. Междy тем, Кэтpин Гpэм никогда не занимала никаких постов и должностей. Она была пpосто хозяйкой Вашингтона.

Популярные книги в жанре Современная проза

Cмотрю в окно — все лучше меня. У одного вон даже квадроцикл! Вместо того чтобы работать, я готовлю ветчину в кока-коле и пью что-то с нижней полки. На нижней полке стоят бутылки, которые дарят мужу мои родственники, а на верхней — те, которые ему дарят на работе. Нет, он не врач. Мне разрешается брать бутылки только с нижней полки, потому что в смысле качества они попроще, но зато этикетки более причудливые. Таким образом, я по крайней мере подчеркиваю свое женское начало, раз уж выпиваю, как только остаюсь дома одна.

«Я пошла в первый класс. Жизнь наступила ужасная. На одном уроке учительница Вера Васильна, рыжая и огромная, с ярко начерненными бровями, ударила меня кулаком по руке, и на ней осталось большое красное пятно…»

«У человека, выгребающего жетоны из автомата, было лицо козы. Коза затрясла бородой и с грохотом ссыпала нечистые деньги в пластмассовое ведро. Потом бросила жетон в щель и застыла, пока играла музыка и крутился барабан с изображением арбуза…»

«Прежде всего не мешает сказать, что Иван Петрович Белкин был самого нервного характера, и это часто препятствовало его счастью. Он и рад был бы родиться таким, какими родились его приятели, – люди веселые, грубоватые и, главное, рвущиеся к ежесекундному жизненному наслаждению, но – увы! – не родился.

Тревога снедала его…»

Автор романа помещает своих героев в 1957 год, но с помощью отступлений и воспоминаний позволяет себе и им совершать экскурсы в прошлое, отчего роман по широте охвата событий обретает черты вселенские: здесь и войны, и раскулачивание, и непримиримая борьба с религией, и противостояние ей верующих, и репрессии, и реабилитация – всё, что пришлось пережить нашему многострадальному народу!

Сегодня Глеб не напишет ни строчки, потому что соседка за стеной включила телевизор на полную громкость, и смысл предложений из краснообложечной тетради для первоклассников постепенно и окончательно теряется. Ему не нравятся прописные образцы: кажется, что существует другой, идеальный вариант каллиграфии, хотя в семь лет он, конечно, ещё не знает слова «каллиграфия».

Этот дом имеет в пограничном городке дурную славу: все знают, что здесь слишком хорошая звукопроницаемость. То, что творится на третьем этаже, слышно на первом, и наоборот. Третий этаж — это, собственно, полумансарда, которую занимает лейтенант Кормухин. Отец Глеба называет лейтенанта ублюдком в отставке, которого в лучшие времена загребли бы за тунеядство. Глеб спрашивает, что такое тунеядство, и отец отвечает: например, тунеядец — это ты, потому что живёшь за мой счёт.

Первая часть цикла про Толяна.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Полночный звонок телефона разбудил и испугал Сару Фонтейн. Она ждала звонка своего мужа из Лондона, но вместо этого услышала в трубке совершенно незнакомый голос. Ник О'Хара из департамента иностранных дел США принес ей страшную новость — ее молодой муж Джеффри Фонтейн погиб при пожаре в одном из отелей Берлина… Но Сара убеждена, что ее муж жив! И они вместе с Ником перевернут всю Европу, разыскивая его! Пытаясь остановить опасного убийцу, они попадают в сеть таинственного международного шпионажа, рискуя всем, чтобы получить ответы на свои вопросы…

Осиротевшая дочь школьного учителя вынуждена поступить экономкой в богатый дом. Несладкой оказалась бы ее доля, если бы не вмешательство шурина хозяйки — доброго и ласкового дяди Миши. Ради этого человека, всегда служившего ей надежной опорой, подросшая Галя готова на любые жертвы…

Сентиментальная повесть принадлежит перу русской писательницы конца XIX — начала ХХ века Веры Новицкой (Махцевич).

«Трюкач» – новый роман мастера отечественного триллера Андрея Измайлова. Каскадер, решившийся самостоятельно снять остросюжетный фильм. Но…там, где крутятся большие деньги, идет своя игра, а нынешняя жизнь богаче представлений о ней людей от искусства. Однако в трюк инвесторов, задумавших крупную аферу, никак не вписывается строптивость профессионального трюкача. И приходит время платить…

Две женщины одновременно любят и ненавидят друг друга, но дальше так продолжаться не может, и у их родителей созревает план...