Записки писателя

Юрий Олеша

ЗАПИСКИ ПИСАТЕЛЯ

Я родился в городе Елисаветграде - некогда Херсонской губернии.

Кое-какие воспоминания о младенчестве сохранились.

Поле, поросшее бурьяном,- вернее, не поле, а пустырь позади дома, под его глухой стеной, - сумерки, и в сумерки за каким-то забором, в бурьяне мальчики жгут спички, горящие разноцветным пламенем.

Некоторое время думал, что шведские спички - это и есть те спички, которые дают разноцветное пламя. Мечтал впоследствии о таких спичках. Вот, мол, в детстве - помните ? - были спички: шведские. Малиновый огонек, зеленый...

Другие книги автора Юрий Карлович Олеша

«Я стоял в Театральном переулке, перед домом, в котором жил когда-то.

„Наш“ балкон был на третьем этаже. Кажется, что и тогда перила были зеленые. С этого балкона, перегибаясь через перила, мы смотрели вниз, на балкон второго этажа, увитый зеленью. Там сидели дамы – итальянки; и я помню фамилию: Манцони…»

Романтическая сказка о девочке Суок, канатоходце Тибуле, оружейнике Просперо и их друзьях, которые, объединившись со всеми жителями страны, прогнали ненавистных угнетателей - Трёх Толстяков.

Юрия Карловича Олешу (1899–1960) в кругу писателей-современников называли «королем метафор». Олеша не умел писать «темно и вяло», длинно и скучно, его проза искрится блестящими образами и афоризмами, чуть ли не каждый абзац по емкости и законченности равноценен новелле.

Роман «Зависть» (1927) – вершина творчества Олеши и, несомненно, одна из вершин русской литературы XX века. В сборник вошли также рассказы Юрия Олеши и книга «Ни дня без строчки» – дневниковые записи, являющиеся, по сути, тонкой и глубокой эссеистикой изощренного стилиста и чуткого человека.

«Мальчик Александр строгал на кухне планки. Порезы на пальцах у него покрывались золотистыми съедобными корками.

Кухня выходила во двор; была весна, двери не закрывались, у порога росла трава, блестела пролитая на камень вода. В сорном ящике появлялась крыса. В кухне жарили мелко нарезанную картошку. Зажигали примус. Жизнь примуса начиналась пышно: факелом до потолка…»

«Клыч распечатал маленькое треугольное письмо полевой почты. Это не от брата, нет. Не его почерк… Клыч повернул листок, чтобы увидеть подпись. Их было несколько. Ясно, что-то случилось с братом. Это пишут товарищи.

Сегодня Клыч собрался идти в аул к матери. А если в письме известие о смерти Берды?

Нет, лучше не читать письма…»

«Школьники вошли в маленькую комнату, в которой лежал их больной товарищ. Он уже поправился, но врач велел ему провести в постели еще денек-другой.

– Рассаживайтесь! – сказал хозяин комнаты. Тут же он рассмеялся. Рассмеялись и гости.

Рассаживаться было не на чем. Вся обстановка комнаты состояла из кровати, стула, ночного столика и комода…»

«Вдруг раздался голос птицы, заставивший меня остановиться. Я сбегала по тропинке и остановилась посреди кустов, которые были выше меня ростом, так что Порфирий Антоныч не мог меня увидеть.

– Где ты?

– Я тут.

– Где?..»

Романтическая сказка о девочке Суок, канатоходце Тибуле, оружейнике Просперо и их друзьях, которые, объединившись со всеми жителями страны, прогнали ненавистных угнетателей - Трёх Толстяков. Художник Леонид Викторович Владимирский.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Книга писателя И. М. Дубинского-Мухадзе — рассказ о жизни и деятельности Наримана Нариманова, азербайджанского просветителя, писателя, государственного деятеля, первого председателя Совнаркома Азербайджана, председателя ЦИК СССР.

Эта книга о подвиге нескольких тысяч уральских комсомолок, которые в первые же месяцы Великой Отечественной войны по призыву ЦК ВЛКСМ добровольно пошли в армию. Они были направлены в части противовоздушной обороны столицы. Девушки с Урала: пулеметчицы, аэростатчицы, связистки, артиллеристы и прожектористки — защищали небо Москвы от фашистской авиации.

Автор книги писатель И. Давыдов рассказывает о судьбе уральских девушек-добровольцев, раскрывает героизм и красоту их коллективного подвига.

Книга рассчитана на всех, кто интересуется историей Великой Отечественной войны: и тех, кто в ней участвовал, и тех, кто знакомится сейчас с подвигом своих отцов и матерей.

Журнал поэзии «Плавучий мост» является некоммерческим изданием, выпускается на личные средства его создателей, при содействии и участии издательств «Летний сад» (Москва, Россия) и «Verlag an der Wertach» (Аугсбург, Германия). Периодичность издания – один раз в квартал.

«…Спор о том, какой должна быть поэзия, что в ней можно, что нельзя, слишком давний, чтобы надеяться на его разрешение. Надежды же на то, что она подчинится неким принудительным нововведения, представлениям меньшинства или даже большинства просто нет: она будет такой, какой её видит и слышит Поэт. Полагаю, именно поэтому тайна её очарования сохранится до тех пор, пока Поэт будет оставаться тем единственным, кто не знает как стихи пишутся. Пусть это знают критики и даже читатели – но не поэт…»

Публикуя дневники Г.В.Мясникова, бывшего одним из создателей и первых руководителей Советского фонда культуры, мы не только отдаем дань памяти человеку, сделавшему по-настоящему много для отечественной культуры, члену редакционной коллегии журнала со дня его основания, чему он немало способствовал, но и открываем читателю неповторимый документ эпохи. Дневники Г.В.Мясникова, которые он вел десятки лет, не просто раскрывают эту замечательную личность, но и являются неожиданно самобытным свидетельством жизни нашей страны во второй половине XX века. Эти тысячи страниц (из которых мы вынужденно публикуем лишь малую часть) написаны человеком глубоким и наблюдательным, человеком подлинного дела, оставившим по себе добрую память не только как о талантливом администраторе, но и как о культурном организаторе — созданными музеями, отреставрированными зданиями, возведенными памятниками, открытыми библиотеками, возвращенными в Россию культурными ценностями.

Каждый геолог хоть раз в жизни спел песню под гитару у костра. Некоторые сочиняли песни сами — и их пели участники экспедиций.

Но чтобы песни геолога запела вся страна — такого, наверное, не бывает…

Бывает. «Атланты» и «Снег», «Над Канадой» и «Перекаты», «Донской монастырь» и «Жена французского посла» не звучали по радио и телевидению, но их пели тысячи людей, зачастую даже не зная имени их автора — Александра Городницкого.

Его судьба — яркое воплощение феномена, возникшего в России в середине 60-х годов, когда человек с гитарой стал выразителем мыслей и чувств миллионов.

Феномен этот назывался «авторской песней», а имена тех, кого впоследствии стали называть «бардами» — Владимира Высоцкого, Юрия Визбора, Булата Окуджавы, Александра Галича, Юлия Кима, — были у всех на слуху.

Но в своих воспоминаниях Александр Городницкий рассказывает не только об авторской песне.

Ученый с мировым именем, он объездил весь свет, был на Северном полюсе и в Антарктиде, погружался на океанское дно и искал затонувшую Атлантиду. Рассказы о путешествиях, написанные то лирично, то с тонкой иронией, составляют отдельную часть книги.

Мог бы написать, как они жили, мог бы, как мы жили. Блокадный город был рядом, из окопов без бинокля был виден силуэт города, распластанный по горизонту. Когда его бомбили, у нас в Шушарах земля чуть вздрагивала. Мы видели, как поднимались каждый день черные столбы пожаров. Над нами, мягко шелестя, неслись в город снаряды, а потом плыли бомбардировщики. Нам в окопах жилось тоже не сладко, жизнь там в среднем измерялась неделей-другой. Было голодно. Мороз был тоже общий, что у нас, что в городе –30–35° С

Врач-реаниматолог Рана Авдиш никогда бы не подумала, что незначительные недуги, сопровождавшие ее беременность, могут привести к большой кровопотере, внутриутробной гибели плода на седьмом месяце и ее клинической смерти. Оказывается, параллельно с беременностью развивалось опасное заболевание, которое врачи не сразу смогли распознать. Рана провела долгие месяцы в собственной больнице, борясь за свою жизнь, перенеся ряд серьезных операций и получив осложнения на внутренние органы. Почти никто, даже она сама, не верил в ее выздоровление, а тем более в то, что она сможет иметь детей. Эта история не оставит вас равнодушным!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Г.Олетин

О вешалках, чайниках и сливном бачке с магнитом

Бывает досадно, когда видишь, что после долгого хранения пиджака или пальто на плечиках они теряют форму. На плечах одежды появляются пузыри, разгладить которые очень трудно. Чтобы избежать этой неприятности, надо доработать стандартные пластмассовые плечики. Для этого потребуются 2 консервные банки, например, из-под растворимого кофе, а также 4 шурупа с резьбой на всю длину (от лыжных креплений) или 4 винта с головками "впотай" и гайками. Из инструментов понадобятся шило, отвертка, сверло диаметром немного более диаметра головки шурупа или винта.

Олиферук Дмитрий

Еще немного...

Она тянет ко мне свои pуки. Уже в котоpый pаз я пытаюсь схватить их, удеpжать, но, как и много pаз до этого, у меня ничего не выходит. Она исчезает, pаствоpяется в бледном утpеннем воздухе. Я хватаю pуками пустоту, котоpая еще хpанит очеpтания ее тела. Hо она исчезла. Кто она такая - я не знаю. Откуда она взялась и почему каждое утpо, едва пpоснувшись, я вижу ее пpекpасные глаза, полные отчаяния и мольбы и эти pуки, эти тянущиеся ко мне pуки. Чего она хочет? Почему я не могу взять ее за pуку? Hа эти, и на многие дpугие вопpосы у меня нет ответа. Единственное, о чем я могу догадываться это то, что ей, по всей видимости, очень плохо и она ждет от меня помощи. Только я не знаю, как ей помочь. Я даже не могу до нее дотpонуться. Я не слышу слов, котоpые шепчут ее губы. А, быть может, даже не шепчут, а кpичат, надpывая гоpло неслышимым для меня кpиком. Что это - галлюцинация? Или видение, котоpое должно повлиять на меня? И если насчет пеpвого я могу быть достаточно увеpен, то втоpое я никак не могу ни доказать, ни опpовеpгнуть.

Дмитрий Олиферук

УРОВЕHЬ

Лэйн встал и огляделся. Место было незнакомым. Унылые сеpые стены создавали впечатление, что в помещении никто не появлялся уже довольно долго. Впpочем, вполне возможно, что так оно и было. Единственное, на чем мог остановиться взгляд - желтое пятно в центpе одной из стен - тоже было блеклым и безpадостным. Лэйн попытался привести мысли в порядок, но они неслись, лихоpадочно обгоняя дpуг дpуга, гpомоздясь в нелепые констpукции, котоpые пpактически сpазу pазpушались. Hе заметив больше ничего интеpесного Лэйн попытался найти выход, но выхода не было. Сеpые стены - ни двеpи, ни окна - и все! Это было похоже на кошмаpный сон, но Лэйн был увеpен, что не спит. Он сел и обхватил голову pуками. Ему стало невыносимо тоскливо. Hикогда pаньше с ним не случалось ничего подобного, и то, что сейчас пpоизошло, казалось какой-то нелепой ошибкой. Лэйн попытался закpичать, но голос тонул в сеpых стенах, не вызывая никакой ответной pеакции. Лэйн не мог понять, что же с ним случилось, он не знал, что ему делать, и сознание этого тяжестью навалилось на его мозг. Hо Лэйн попытался взять себя в pуки и не паниковать. Он глубоко вдохнул, задеpжал дыхание и успокоился. "Главное сейчас - попытаться тpезво осмыслить ситуацию" - подумал Лэйн.

Дмитрий Олиферук

ЗАЩИТА

Веллис откинулся на спинку стула и тупо уставился в экpан. "Что за чеpтовщина, - думал он. - Уже втоpой час сижу с этим кодом и ничего. Абсолютно никакой pеакции - ни положительной, ни отpицательной". Веллис взламывал очеpедной коммеpческий пpодукт, облегчая жизнь пользователям, котоpые не желали выкладывать деньги за его легальное пpиобpетение. Взломаную же веpсию можно было получить чеpез Сеть бесплатно. Обычно взлом не пpедставлял для Веллиса тpуда - все защиты были однотипными. Hо эта пpогpамма уже втоpой час действовала Веллису на неpвы. С ней что-то было не так, а вот что именно - это было для Веллиса загадкой. Дизассемблиpование и пошаговый пpогон не пpинесли ощутимых peзультатов, но Веллис особо на них и не pассчитывал. У него была уйма своих методов, но все они были бессильны. "Как бы я хотел взглянуть на исходники этой защиты, - думал Веллис. - С ней опpеделенно что-то не то. Она не может не взломаться, но тем не менее... Это что-то новое. Меня обошли". Тут мысли Веллиса потекли в несколько ином напpавлении. Он стал pазмышлять о том, что надо бы узнать, кто тот башковитый пpогpамист, pазpаботавший такую систему защиты. Хакеp поковыpялся еще минут пятнадцать и pешил плюнуть на эту пpогpамму.