Записки демшизы золотого века

Юpий Ташкентский

З А П И С К И Д Е М Ш И З Ы

З О Л О Т О Г О В Е К А

ЗОЛОТОЙ ВЕК РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Вот возьмите для пpимеpа и выгляньте в окошко. Что вы там увидели? Пpавильно, pыночную экономику и свободу слова. Золотой век литеpатуpы нынче уже издох. А почему? Пpавильно, потому что Золотая литеpатуpа была основана на цензуpе. А нынче цензуpы то нет никакой, пиши пpо что хошь и как хошь, все pавно читать не станут, а публиковать тем более. Это и есть свобода слова. Это называют конъюктуpой. Пpидешь в pедакцию, пpитащишь свою pукопись, а тебя в шею. Зачем? Ясен пень, pедакция пpиватизиpована неким господином Hегодяевым, а следовательно в его изданиях можно писать пpо то, каков Hегодяев молодец, а его конкуpент на пост кандидата в депутаты негодяй. Hичего дpугого в этой pедакции печатать не станут. Это и есть свобода слова, то бишь слово имеет лишь тот, кто за него заплатил.

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

Юрий Ю.Зубакин

БАЙКА О ЧЁРНОМ ФЭНЕ

(Страшная история, отрывок из "Право выбора")

Один мальчик очень любил читать фантастику. И читал он все подряд Стругацких, Головачева, Лукьяненко, Булычева, Казанцева, Фрая, Пелевина и никогда не делал между ними различий и предпочтений, ибо полагал, что настоящий фэн должен читать все без разбора. И вот однажды решил он почитать на ночь Юрия Петухова, и чем дальше читает, тем страшнее ему становится. И никак он остановиться не может, все читает и читает. А когда пробило Полночь, он услышал, как кто-то завыл на улице нечеловеческим голосом. Испугался мальчик, и закрыл все окна. Вдруг слышит, кто-то стучит в дверь. Испугался мальчик еще больше, и спрашивает: "Кто там?" А из-за двери отвечают: "Открой мальчик, я тебе расскажу, чем книга закончится". Мальчик и говорит: "Не нужно мне рассказывать, я и сам прочитаю - завтра утром". Вдруг видит, ручка поворачивается, и дверь отворяется с протяжным скрипом. От испуга почернел мальчик и и сразу же умер. И теперь он всегда является во сне тем фэном, которые читают на ночь плохую фантастику, открывает черную книгу с черными страницами и страшным голосом принимается читать из нее "Бунт вурдалаков" Юрия Петухова. А из-за того, что мальчик почернел от испуга и ходит во всем черном, его стали называть Черным Фэном. Говорят также, что если на ночь прочитаешь совсем уж плохую книгу, то Черный Фэн может зачитать тебя до смерти, и утром ты проснешься совсем мертвым.

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Иван Ташкинов

ЧТО ЗА АРГОНАВТЫ ПЛАВАЛИ В ПОНТ ЭВКСИНСКИЙ?

Это была экспедиция древних египтян за мирром Недавно мне попалась заметка в журнале "ЧиП" о предъявлении претензий министром культуры Египта к странам, на территории которых находятся памятники истории и культуры Древнего Египта. Среди перечисленных памятников была названа статуя знаменитой египетской царицы, дочери Тутмоса 1, Хатшепсут (XV век до н. э.). Хатшепсут была наиболее выдающейся личностью среди цариц Древнего Египта, она с успехом правила свыше 20 лет. Царица лично принимала участие в военных походах, восстанавливала разрушенные и строила новые храмовые сооружения. Однако самым значительным успехом правления Хатшепсут была экспедиция в страну Пунт за мирровым деревом, которое высоко ценилось в Египте. Путь в Пунт был забыт уже более 200 лет и предполагалось, что его земли находились где-то на восточном побережье Африки. Для экспедиции в Пунт был построен особый флот, не одна из экспедиций прежде не готовилась столь длительное время и с такой тщательностью. Пунт был известен как страна Бога, поэтому экспедиция должна была доставить правителям Пунта многочисленные дары, а на обратном пути предписывалось перевезти груз миррового дерева, которое употреблялось при религиозных церемониях. В некоторых источниках сообщается, что экспедиция длилась несколько лет и благополучно завершилась. Путь египетского флота лежал вдоль всего побережья Африканского континента. Экспедиция делала несколько длительных остановок, высаживала зерновые культуры, собирала урожай и продолжала свой путь. В конце путешествия египтяне преподнесли дары своей страны правителям Пунта и, закупив древесины мирра, успешно вернулись домой. Такова в общих чертах история экспедиции, которая была организована царицей Египта Хатшепсут. Столь скудные сведения об экспедиции и о царствовании знаменитой царицы объясняются тем, что все официальные документы и надписи на стенах поминального храма Хатшепсут были уничтожены, попросту затерты, возможно, в период правления ее сына Тутмоса III и по его указанию. Именно в факте уничтожения сведений об экспедиции и заключается ключ к пониманию многих неувязок в истории Египта, и не только Египта. Чем же интересен этот эпизод? Начнем с того, что страны Пунт на северо-востоке Африки никогда не существовало, не было такого государства и на другом берегу Красного (Черного) моря. Если же допустить, что такая страна все-таки существовала, тогда невозможно объяснить серьезность, тщательность подготовки экспедиции, многочисленный состав флота, направляемого в район, прилегающий непосредственно к Египту. Неубедительными выглядят объяснения древних повествователей об утрате сведений о месте нахождения Пунта: что же, египетские жрецы обходились без ладана при совершении обрядов или в Египте был запас мирры на 200 лет? С другой стороны, в 300- 50 годах до н. э. существовало Понтийское царство (Понт) на южном берегу Черного моря. Именно "черноморский Понт" мог быть той страной, куда царица Хатшепсут направляла свою экспедицию. Рассмотрим это предположение подробней. Первое, что необходимо увязать при этом,- время существования Понтийского царства и дату правления в Египте царицы Хатшепсут. Разница между двумя датами составляет более 1000 лет. Оставим ее пока неизменной, то есть согласимся с датой правления Понтийского царя Митридата VI Евпатора (132--63 годы до н. э.) как более вероятной из-за близости ее к освещенному документами периоду истории. Тогда дату правления Хатшепсут и всю хронологию египетских династий необходимо сдвинуть более чем на 1000 лет к нашим дням. Вопросы установления хронологии событий древности приобрели сейчас новую остроту. Целый ряд авторов, как у нас в стране (А. Фоменко, Г. Носовский), так и за рубежом (И. Великовский), доказывают в своих работах несоответствие принятой хронологии истинному порядку событий, имевших место в истории Древнего мира. Поэтому оставим вопрос датировки рассматриваемых событий пока в стороне и сделаем допущение об одновременном правлении в своих странах Хатшепсут, царицы Египта, и Митридата, правителя Понтийского царства. Предположение, что Понтийское царство Митридата было заветной страной экспедиции египтян, подтверждается и сохранившимся на стенах могильника Хатшепсут рельефом, где изображены правители страны Пунт, принимающие дары Египта. Царь Пунта изображен с белыми волосами, а царица примечательна внушительными габаритами и характерным для женщин Кавказа платком на голове (два задних конца платка свободно спадают на плечи, а передние повязаны на затылке). Светловолосых правителей на южных берегах Красного моря даже в те далекие времена быть просто не могло, так как там обитали и сейчас обитают: на одном берегу - семитские племена; на другом - чернокожие жители Куша (современные эфиопы). Дерево, используемое для ладана, произрастает и на побережье Черного моря (Понта Эвкинского), как раз в предгорьях Кавказа, и называется "мирт" (сравним: мирра). Таким образом, речь идет о том, что Пунт, который посетили египтяне,- это страна Колхида (Колхидон?), страна, которую посещали греческие аргонавты. В пользу посещения египтянами страны Понт, а не мифической страны Пунт говорит, во-первых, рельеф с изображением светловолосых правителей, принимающих дары царицы Хатшепсут; вовторых, характер, состав и длительность экспедиции; в-третьих, отсутствие сведений об африканской или аравийской стране с названием Пунт; в-четвертых, наличие на Черноморском побережье Кавказа предмета изысканий, а именно миртового дерева, используемого в Египте для религиозных обрядов. Но главные аргументы даже не в этом. О путешествии к берегам Колхиды, которая входила в Понтийское царство при Митридате, поведали нам греческие мифы об аргонавтах. Берусь утверждать, что описанное греками путешествие было не путешествием греческих искателей золотого руна, а экспедицией египетского флота царицы Хатшепсут, и сюжетом для поэмы об аргонавтах послужили сведения об экспедиции из могильника Хатшепсут, впоследствии уничтоженные скорее всего создателями "греческих" мифов. Уже длительное время (со времен Исаака-Ньютона) существует гипотеза о фальсификации исторических сведений, относящихся к эпохе античности. Кратко эта гипотеза сводится к тому, что периода античности в истории Древнего мира не было, а все исторические материалы и литературные памятники, относимые к эпохе эллинизма и Древнего Рима, были изготовлены в средние века. Это относится и к поэмам Гомера, и к иным историческим сведениям о становлении и развитии древних государств Европы (Греции и Рима). Тему фальсификации древней истории, или ошибочности современных построений истории Древнего мира, поднимали в своих работах И. Ньютон, Н. Морозов, А. Фоменко и Г. Носовский. Не будем здесь рассматривать их аргументы, а примем за истину хотя бы то, что "древнегреческие" мифы являются лишь мифами, то есть пересказами событий, в действительности бывших в истории. Таким образом, "греческие" мифы об аргонавтах также подтверждают нашу гипотезу о посещении Колхиды древнеегипетскими путешественниками. Последним и самым убедительным аргументом в пользу нашей гипотезы является тот факт, что в наши дни сохранились на Черноморском побережье Кавказа, а именно в Абхазии, "живые" свидетельства посещения египтянами в древности берегов Понта Эвксинского, то есть остатки экспедиции царицы Хатшепсут. Сведения об этих "остатках" я почерпнул в небольшом очерке журналиста Владимира Дробышева, опубликованном в сборнике "Антологии таинственных случаев" ("Молодая гвардия", М., 1977). Очерк озаглавлен "Негры в краю золотого руна" и повествует о чернокожих жителях абхазских сел Адзюбжа, Меркул, Челоу, Тхин и Ачандар. Это говорит о том, что в наши дни еще проживают потомки негров-абиссинцев, прибывших на берега Черного моря с экспедицией египетской царицы. О древности чернокожих поселений свидетельствует и тот факт, что о них упоминал еще и Геродот. По-видимому, часть мореходов была оставлена посланцами Египта на берегах Понта Эвксинского, это могли быть представители народа страны Куш, зависимой от египетской империи. Самым значительным выводом из описанной истории считаю преднамеренность уничтожения сведений об экспедиции царицы Хатшепсут в связи с фальсификацией истории Древнего мира, а именно в связи с формированием истории "Древней Греции" и "греческого эпоса". Данный эпизод подтверждает и гипотезу Фоменко - Носовского о "короткой" истории Древнего мира: одновременность правления царицы Хатшепсут и понтийского царя Митридата VI Евпатора (около 100 года до н. э.), так как только в это время территория Абхазии входила в понтийское царство, да и само государство Понт (не Пунт!) существовало в промежутке 302-64 годов до н. э. Следовательно, время правления Египтом царицы Хатшепсут передвигается из глубины веков более чем на 1000 лет! Кроме того, устанавливается связь египетской цивилизации с Причерноморьем.

Леонард Ташнет

Автомобильная чума

Меня зовут Куперман, Эл Куперман. Я - ответственный секретарь Ассоциации промышленников Нью-Фоллса. И, несмотря на хороший заработок, не пожелаю этой должности и заклятому врагу. Нельзя сказать, что Нью-Фоллс чем-то отличается от других городов. Трудности у нас те же самые; старые дома ветшают, новые строятся слишком медленно, словом, как в любом американском городе. Взять, к примеру, брошенные автомобили. Даже думать о них не хочется. На улицах полно машин, брошенных владельцами. А как выглядит эта рухлядь? Разбитые стекла, вспоротая обшивка, снятые колеса. Брошенные автомобили как бельмо на глазу. К тому же игры, которые затевают в них дети, могут привести к печальным последствиям. Вы спросите, почему городские власти не убирают эти автомобили? Все упирается в расходы и ведомственные разногласия. Санитарная служба говорит, что это не их работа, но соглашается вывезти автомобили за дополнительную плату. На свалках это старье не жалуют, потому что оно занимает слишком много места. Взять их на буксир нельзя, так как девяносто процентов брошенных автомобилей - без покрышек, а добрая половина и без колес. Поэтому они стоят и стоят у тротуаров, пока полиция не соблаговолит, а это случается довольно редко, увезти две-три штуки. В конце концов муниципалитету пришлось обратиться к услугам фирмы, занимающейся вывозом брошенных автомобилей. Но вскоре какой-то проныра выяснил, что фирма с выгодой продает эти машины да еще дерет с города за вывоз три шкуры. И вот тогда президент нашей ассоциации Мартин Смит решил, что этим делом должны заниматься именно мы. По его указанию я обратился к владельцам десятка фирм, которые могли бы нам помочь, и передал Смиту их условия. - Это грабеж! - проревел он в ответ. Тогда я написал письмо редактору журнала "Городское самоуправление" с просьбой к читателям присылать нам свои предложения по поводу того, как можно решить проблему. Письмо напечатали, но откликов я не получил. Но вот однажды моя секретарша принесла мне визитную карточку, на которой я прочел следующее: "ПЕТЕР ГАМИЛЬТОН, доктор философии. ПЕРЕВОЗКИ". - Он просил передать, - усмехнувшись, добавила секретарша, - что может помочь вам с автомобилями. Уникальный тип! И пригласила в кабинет высокого, стройного мужчину. У него были длинные, до плеч, волосы, шляпа, усы, ярко-голубая расшитая рубашка, красные джинсы, сандалии на босу ногу, гитара за спиной. Эта личность жмет мне руку и говорит на прекрасном английском языке: "Сэр, я могу вывезти из Нью-Фоллс все брошенные автомобили за одну неделю". - Да? - спрашиваю я. - Вам известно, сколько их тут? - Конечно, сэр, - отвечает он. - Девятьсот восемьдесят шесть. Я подсчитал. Увезу все, можете не сомневаться. За каждую машину вы заплатите по десять долларов. Я попытался узнать подробности, но он в них не вдавался. Сказал, что сделал какое-то изобретение, что был профессором органической химии, стал безработным и теперь ему нужны деньги. Я связался со Смитом, который долго не мог поверить, что мы так дешево отделаемся. Эксперимент назначили на утро следующего дня, во вторник. Мы ждали Гамильтона на улице у старого канала. Вдоль тротуара стояло шесть разбитых автомобилей, без колес, с выпотрошенными двигателями. И вот подъезжает Гамильтон на большом грузовике, останавливается, откидывает задний борт, который становится трапом, и вытаскивает из кузова две бочки, сетку с бутылками, мешалку с крышкой, длинный, свернутый кольцами шланг и распылитель. - А где ваши помощники? - спрашиваю я. - Мне они не нужны, - отвечает он. Смит поворачивается ко мне, и его брови удивленно ползут вверх, как бы говоря, что он не верит обещаниям этого чудака. Гамильтон достает из одной бочки пригоршню зеленых гранул, добавляет их к черной жидкости из второй, перемешивает то и другое деревянной лопаткой и закрывает крышку мешалки. Потом берет несколько аккордов на своей гитаре. - Должна пойти реакция, - поясняет он. Затем подсоединяет шланг к выходному патрубку мешалки и к распылителю. Достает из сетки бутылки, стеклянной пипеткой набирает из каждой по нескольку капель и через маленькое отверстие в крышке выливает в мешалку. Закрывает отверстие липкой лентой, садится на крышку и, аккомпанируя себе на гитаре, поет модную песенку "Куда исчезли все цветы?". От начала и до конца. Смит медленно наливается желчью и поглядывает на меня со всевозрастающей яростью. А Гамильтон тем временем спокойно заканчивает песню, берется за распылитель и направляет струю на ближайший автомобиль, когда-то бывший щегольским "корветом". Машину покрывает оранжевая пена. Гамильтон тщательно опрыскивает все наружные поверхности, даже днище. Потом отступает назад и говорит: "Смотрите". Пена дымится, твердеет, идет пузырями. "Корвета" уже не видно. Спустя пять минут нет и дыма. - Пока мы ждем, можно заняться и другим автомобилем, - говорит Гамильтон. - Пены у меня хватит, - и направляет распылитель на старый "форд", что стоит на другой стороне улицы. Минута, две - и "форд" исчезает под оранжевым чехлом. Смит не отрывает взгляда от первого автомобиля. И подзывает меня. - Гляди! Вы когда-нибудь видели, как сдувается воздушный шар? Или нет, как тает снеговик под весенним солнцем? То же самое происходило и с закованным в пену "корветом". Он дрожал и медленно сжимался. Капот и багажник уползали в кабину. Машина принимала сферическую форму. Скорость сжатия возросла, и скоро на земле лежал оранжевый шар размером с большой пластиковый мяч, каким играют дети на пляже. Шар испускал столько тепла, что мы не могли подойти ближе чем на десять футов. - Как вам это нравится? - спросил Гамильтон. "Форд" в это время претерпевал то же превращение, что и "корвет". Смит покачал головой. - Не понимаю, что происходит. А что вы собираетесь делать с этим... с этим шаром? - Нет ничего проще. Как только он остынет, а охлаждение можно ускорить, поливая шар водой, я отвезу его на свалку на этом грузовике. Он не займет много места. - Но как вам это удалось? - Использовал некоторые достижения прикладной химии, - ответил Гамильтон. - Эта пена - придуманная мной композиция на основе производных уретан-полиэфирпласта... И он наговорил довольно много, по праву гордясь своим изобретением. Но учтите, я могу ошибиться в терминах, так как в колледже меня учили химии только один семестр. - Она представляет собой особое бороазотистое высокомолекулярное соединение, - продолжал бубнить Гамильтон, - с объемными гетероцикличными боковыми цепочками, часть из которых содержит атомы молибдена. Отсюда и оранжевый цвет. - Ясно, что дело темное, - кивнул я. - В чем заключается суть процесса? - Я добавил активатор к мономеру из этой бочки, чтобы началась полимеризация. Когда я распылил полученную смесь, кислород воздуха, действуя как катализатор, превратил полимер в очень длинные цепочки с... как бы это сказать, с крючочками по бокам, которые, сцепляясь, образовывали фибриллярную пространственную структуру. Новое вещество быстро затвердевает, и при этом отдает присоединенные гидраты. Вследствие этого пространственная структура сжимается наподобие белковой пленки, выставленной на воздух. Когда она принимает более-менее сферическую форму, скорость сжатия увеличивается в результате действия сил Ван-дер-Ваальса. От выделяемого при этом тепла органические волокна обугливаются, а металл нагревается чуть ли не до температуры плавления и легко деформируется, заполняя свободное пространство. Внутреннее давление дробит обугленные волокна в гранулы и сплавляет металлические детали воедино. Созданный мною полимер сохраняет прочность при высоких температурах, поэтому наружная оболочка не лопается. Конечный продукт реакции перед вами. - Гамильтон кивнул на оранжевый шар. - Я получаю контракт на вывозку брошенных автомобилей? Смит крепко пожал ему руку. - Он ваш! Можете начинать прямо сейчас. Оплату я гарантирую. Более того, обещаю вам премию. Вы получите ровно десять тысяч долларов, если уберете все машины за неделю. Я попрошу мэра разрешить вам пользоваться пожарными гидрантами, чтобы ускорить охлаждение этих шаров. Я позвоню ему, как только вернусь к себе. - Заметано! - Гамильтон хлопнул в ладоши. - Приступаю немедленно. Через неделю, во вторник утром, я приду за чеком. Должен отметить, Гамильтон недолго работал в одиночку. Вокруг начали собираться толпы людей. С четверга он уже не вывозил оранжевые шары. Их растаскивали горожане. Одни украшали ими лужок перед домом, другие использовали их вместо ограды, третьи устанавливали на детской площадке. Во вторник утром я пришел пораньше и позвонил Смиту, чтобы узнать, готов ли чек для Гамильтона. - Я скоро приеду к тебе, - сказал Смит. - Я как раз думаю об этих десяти тысячах. Но я слишком хорошо знал Смита и знал, что обещание он дал сгоряча и теперь, конечно, о нем жалел. Смит приехал в десять часов. Спустя несколько минут появился Гамильтон. Теперь он был в кожаной жилетке на голое тело и голубых брюках. - Доброе утро, - говорит он. - Пришел, как и договаривались. Ваши улицы свободны от автомобилей. Если кто-то снова бросит одну-две машины, полиция без труда уберет их. За мной никаких долгов. Могу я получить деньги? Смит сидит за моим столом. Он надувает щеки, свистит, его пальцы складываются в пирамидку на полированной поверхности. - Молодой человек, у меня чек на пять тысяч долларов. Мне кажется, что означенная сумма - весьма приличный заработок за неделю, тем более что поставленная перед вами задача оказалась легче, чем ожидалось. А учитывая, что вы работали только пять дней, получается по тысяче долларов за каждый из них, - и протягивает чек Гамильтону. Глаза Гамильтона метают молнии, но голос тих и ровен. - Сэр, мы договаривались о десяти тысячах. - Чепуха! - отвечает Смит. - В этом штате устная договоренность не имеет силы. - Вы пожалеете об этом, - очень, очень спокойно говорит Гамильтон и уходит. Я попытался было убедить Смита отдать Гамильтону всю сумму, но ничего не добился. - Что он сможет сделать! Притащит назад старые автомобили? - вот и все, что я услышал в ответ. Чек на пять тысяч лежал в моем столе целую неделю. Я надеялся, что Гамильтон передумает и придет за деньгами. Но он не появлялся, и я решил, что бывший профессор чересчур принципиален. По мне, даже половина лучше, чем ничего. Все это произошло в мае, а с середины второй недели июня зарядил дождь, который лил и в субботу и воскресенье. Обычно я не обращаю внимания на погоду. Все равно надо работать, идет ли дождь или светит солнце. Но на среду у нас намечалось важное событие. Один из астронавтов родился в нашем городе, и мы готовили парад в его честь. В воскресенье вечером синоптики сообщили, что дождь прекратился и к утру даже высохнет асфальт. Меня это вполне устроило. У нас хватало времени, чтобы до среды развесить транспаранты и флаги. После программы новостей мне позвонил Смит: - Хорошо, что дождь кончился. Я договорился о фейерверке после парада. - И потом добавил: - Между прочим, Гамильтон в Нью-Фоллсе. Держу пари, завтра он явится за деньгами. Пошли его ко мне. - А где он пропадал? - Не знаю. Серлат, начальник полиции, сказал, что патрульные видели его грузовик на улицах города. Утром он точно придет за чеком. Полицейские заметили, что грузовик у него на последнем издыхании - из всех щелей хлещет вода. Гамильтон вернулся в Нью-Фоллс не за деньгами. Мы убедились в этом ранним утром. Как всегда, сев завтракать, я включил радио. - Дорожная служба предупреждает о заторах на дорогах двадцать один и двадцать три, ведущих в Нью-Фоллс, в результате многочисленных столкновений автомобилей на центральных улицах. Водителям рекомендуется объезжать Саус-авеню, Хай-стрит и Мэдисон-стрит из-за состояния дорожного покрытия. Бюро погоды аэропорта говорит, что при температуре воздуха плюс восемнадцать градусов образование льда на асфальте невозможно, что бы там ни утверждал инспектор Моунс. Пилот вертолета сообщил нам... Я так и не узнал, какое зрелище открылось пилоту. Я прыгнул в машину и поехал в ассоциацию. Но добраться туда мне не удалось. Ардсли-террейс, где я живу, выходит на Норт-авеню. На перекрестке машины пытались объехать два столкнувшихся автомобиля. На моих глазах одну из них занесло, и она присоединилась к двум первым. Асфальт блестел как после дождя, хотя тротуары уже высохли. Я вернулся домой и позвонил в полицию. - Мистер Куперман, - сказал мне заместитель начальника, - это невероятно. Дороги такие скользкие, что сцепление между колесами и асфальтом полностью пропадает. Будто едешь по голому льду. Мы надели цепи на колеса патрульных машин. Необычное явление захватило только центральные улицы - Хай-стрит, Мэдисон-стрит, Норт- и Саус-авеню, Сентрал-авеню и Колумбус-авеню. Но и этого хватило с лихвой. Можете представить, какая получилась пробка. Да еще это проклятое скольжение. И всплески эмоций, за которыми следовали новые столкновения. Все знают, что делается на улицах города во время внезапного снегопада. Нам пришлось еще хуже. Кто мог ожидать появление льда в июне?! Я не отходил от радиоприемника весь день. Солнце поднималось все выше, а состояние дорожного полотна ухудшалось с каждым часом. Блестящая пленка на асфальте твердела. Дорожное управление округа направило в Нью-Фоллс машины с песком, но они не смогли преодолеть автомобильные заторы. Можете мне поверить, это был кошмар. Надо отдать должное Смиту. Он первым догадался, что наши беды исходят от Гамильтона. И позвонил мне, чтобы узнать его адрес. Адреса у меня, естественно, не оказалось. Тогда Смит распорядился передать по местному радио и телевидению срочное сообщение для Гамильтона: "Для вас выписан чек на полную сумму. Пожалуйста, немедленно позвоните". Гамильтон не отозвался. Специальные команды работали всю ночь, пытаясь очистить улицы, и во вторник, к полудню, освободили одну полосу движения. Парад, назначенный на среду, пришлось отменить, так как полиция и санитарная служба подсчитали, что им потребуется пять дней на наведение порядка. При помощи химиков мы выяснили, что произошло. По мокрому после дождя асфальту распылили вещество, содержащее какое-то кремний-органическое соединение. Влага способствовала его равномерному растеканию по мостовой. Образовавшаяся гладкая, как стекло, пленка прочно прилипла к асфальту. Разумеется, тут не обошлось без Гамильтона. За десять тысяч, которые сэкономил Смит, городу и округу пришлось выложить в десять раз больше, чтобы вычистить асфальт, увезти побитые машины, оплатить пребывание в больнице жертв аварий. К счастью, никто не получил серьезных травм. Прибавьте к этому выплаты страховых компаний. Не говоря уже о том, что жизнь в Нью-Фоллсе замерла на целую неделю, никто не мог добраться ни до работы, ни до магазинов. В общем, Гамильтон расквитался с нами сполна. Даже Смиту пришлось признать, что он ошибся. Из этой истории мы извлекли хороший урок. Два урока. Первый - надо всегда выполнять данное обещание. И второй - никогда не связываться с идеалистами, которые ставят принципы выше наличных. От них можно ожидать чего угодно.

Леонард Ташнет

Практичное изобретение

Я человек практичный, не то что мои сыновья, хотя они и умные ребята. А ума у них хватает, ничего не скажешь. Не родись они близнецами и достанься этот ум одному, а не двоим, так все ученые в мире, вместе взятые, ему и в подметки не годились бы. Ну да и сейчас им жаловаться не приходится - оба отличные инженеры и на самом лучшем счету в своей фирме. Называть ее не буду, ребятам это не понравится. Я их хорошо знаю. Я ведь сам их вырастил, а это, позвольте вам сказать, было совсем не так легко, мать их умерла, когда им только восемь лет исполнилось. У Ларри есть свой конек - лазеры. Ну, это такой способ посылать свет. Как это устроено, я не знаю, потому что я-то в колледже не обучался, не до того было. А Лео - фокусник-любитель, и, надо сказать, это у него ловко получается. Ну и вместе они напридумывали много всяких фокусов и номеров. Подвал у нас битком набит всяким их оборудованием. Вот об этом-то я и хотел рассказать. Ларри придумал аппарат для Лео, чтобы создавать всякие оптические иллюзии. Ну, знаете: словно бы и видишь что-то, только на самом деле этого тут и нет. Как-то там зеркала приспосабливают. А Ларри приспособил лазеры и начал делать голограммы, как он их называет. Это вроде как картинки, но только вовсе и не картинки. На негативе одна мешанина из точек и всяких завитушек, а если спроецировать его на экран, то вид такой, словно этот предмет можно кругом обойти. Так вот, значит, Ларри сделал нашему Лео аппарат для голограммных иллюзии. Он проецировал изображение прямо в воздух. При помощи зеркал. Они меня позвали и показали. Просто поверить невозможно! В воздухе плавает совсем настоящая шкатулка, или ваза с фруктами, или букет - ну просто что хотите. Даже кучка мелкой монеты. И тут мне в голову пришла мысль. - Прямо как настоящие, - говорю я. - Жаль, что вы не можете эту иллюзию сохранить насовсем. Обрызгали бы их плексигласом, что ли, ну как цветы сохраняют. Это я вспомнил про сувениры, которые продают в лавках для туристов, всякие штучки в прозрачных кубиках. Ребята так и покатились. - Папа, - говорят они хором (они всегда говорят хором), - это же только иллюзии. Это же не реальные деньги. Их на самом деле тут нет. - Реальные - нереальные...

Светлана Таскаева

(Сие предание записано в Ближнем Хараде Бэльтиром Умбарским)

Давным-давно жил в степи князь. Было у него много земли, табунов и золота. Вот однажды вознамерился он пойти войной на соседей, что владели не меньшими богатствами. Однако и войско их было не меньше войска князя. И тогда надумал он искать помощи и союза. За землями князя высились горы, где жил, как говорили, некий колдун, что умел высвистывать ветер, вынимать след и видеть в огне. К нему князь и отправился. Долго ли коротко ли, миновал он высокие горы и жаркую пустыню и приехал к огромной башне. Вершину башни скрывали облака, а окружала ее стена огня. Однако ж расступились пред князем языки пламени, и подъехал он к вратам крепости. Встретили его там и проводили внутрь. Долго подымался он по мрачным витым лестницам, и чудилось ему, будто слышит он плач младенца. А надо сказать, что незадолго перед тем жена принесла ему сына. Потому счел он сие недобрым знаком, но не отступился. И вот, ввели его в огромный зал высотой в тысячу шагов, что освещался сиявшими подобно снегу кристаллами, и оставили там одного. И узрел он впереди себя высокий трон, а на нем - человека в черных ризах. И склонился перед ним князь, но приветствовал как равного себе. Тогда вопросил колдун, зачем он пришел в его владения, где смерть подстерегает глупого и грозит неосторожному. В душе князь вельми устрашился, но гордо отвечал, что, дескать, явился за помощью и за союз даст немало, а посему нет нужды в угрозах. Рассмеялся тогда колдун и спросил: "Чего же ты желаешь?". Молвил ему князь: "Владею я многими землями, табунами и несметными сокровищами, однако ж хочу, дабы восток и юг, север и запад покорились мне, и сделался я господином над ними превыше иных владык. А буде подсобишь мне в сем, то и я тебя не оставлю и поражу врагов твоих, кои, как ведомо мне, весьма многочислены". Отвечал ему колдун, нахмурясь: "Hет нужды мне ни в помощи твоей, ни в подмоге, о смертный, ибо веком и ты, и подобные тебе всего лишь мотыльки против меня. Мнишь ты себя владыкой страны, а не знаешь, что и власть твоя, и самая жизнь ныне в опасности, и не от меня". Взмахнул он рукой и подал князю малое зеркальце. "Скажи мне, что зришь ты в нем?" - вопросил колдун у князя. "Вижу я своего советника и своего воеводу", - отвечал тот. "А кого еще?" - "А еще своего брата". "И о чем ведут они речь?" - "А о том, дабы лишить меня жизни и царства, - отвечал князь, разгневавшись, - Hо сие лишь обманные чары, и нет в том правды". Усмехнулся колдун, хлопнул в ладоши, и видение исчезло: "Так если просишь о помощи, то скажи, что дашь мне взамен?". "Поистине, - обещал князь с готовностью, - все, кроме моего меча и жены. Хочешь моих коней и мои сокровища? Скажи слово, и они твои". Снова засмеялся колдун и молвил: "А ежели попрошу я у тебя меч, который не хочешь ты отдать мне?". "Поистине, не ведаешь ты, о могучий, обычаев степи, когда говоришь так, - отвечал князь, - ибо что есть муж доблести без меча своего отца?" - "А коли дам я тебе в обмен на меч отца твоего оружие невиданное и волшебное?". Взмахнул колдун рукой, и вот уже сжимает он чудесный меч, изукрашенный самоцветными каменьями и златом. Змеи вились по его рукояти, клинок же был черен как ночь, и лишь края лезвия сверкали подобно молнии. Взирал на него князь и дивился. "Поистине, великий ты умелец. Давай же сразимся, и если ты победишь, то обменяемся мы мечами", - сказал он колдуну. "Поистине нет, ответствовал тот, - ибо сие мне невместно. А ты, должно быть, просто трус, что боится остаться безоружным". От этих слов возгорелась душа князя, вынул он из ножон свой булатный клинок и бросил его к ногам колдуна: "Hе приди я сюда за союзом и помощью, лежать тебе мертвым за таковые слова. Забирай мой меч, а твоего мне не надо". Колдун же в ответ подал ему чародейный клинок и молвил: "По чести, отныне это оружие твое, ибо я - хозяин своего слова". И принял князь меч. Тогда вдругорядь приступил к нему колдун: "А чем так дорога жена твоя, что не хочешь и ее отдать, как меч?". "Поистине, не ведаешь ты, о мудрый, обычаев степи, когда говоришь так, - отвечал князь, - ведь она родила мне первенца". "Разве не стоит их жизнь силы и власти?", - вопросил колдун. "Hо скажи сам, о преискусный: зачем человеку и венец и меч, когда никто не приимет их после него? Поистине, жажду я силы и власти, дабы передать их наследнику моему", - сказал князь. "Так не отдашь мне своих в обмен на помощь? Что тебе до них: у тебя будет еще много женщин, которые принесут тебе сыновей". Долго князь молчал, а потом вымолвил: "Hо зачем тебе жизнь несмышленого младенца? Могу я отдать его тебе в слуги, когда войдет он в возраст." "Поистине, не нуждаюсь я в слугах. Да и без меня есть кому взять их жизни", - сказал чародей, и снова явилось в зеркале видение. "Что видишь ты и слышишь?", - вопросил он. "Вижу я ближних моих, что злоумышляют против меня и сговариваются убить нынче ночью жену мою и сына", - сказал князь, и тяжело стало у него на душе, ибо не успел бы он вернуться домой и спасти их. "Вот, умри они сегодня, неужто перестанешь ты искать славы и могущества, о владыка табунов?". И ничего не ответил колдуну князь. "Подумай-ка еще раз: за жизни, которые и не стоят-то ничего, дарую я тебе столь многое, чего ты вообразить не можешь", - молвил колдун, - "Смотри же снова в зеркало". И глянул князь и увидел, как рождаются и рушатся города и страны, как самый камень превращает в пыль время, меняя облик мира. И узрел себя - вечно неизменным, живым и бессмертным. И ужаснулся он и рек: "Ты ли владыка вечности? Как помешаешь ты смертной душе ступить на палубу черного корабля?". И отвечал ему тот: "Поистине, был Я прежде этого мира. Как смеешь ты вопрошать, что в Моей власти, а что - нет? Hо, видно, не из тех ты, кто принимают Мои дары. Ступай же прочь, нет у Меня боле времени для тебя". И поднялся он, дабы удалиться. Hо преклонился перед ним князь и рек: "Если даруешь Ты мне вечность, то сделаю я все, что велишь Ты. Лишь прикажи." Долго смотрел на него тот, кого называли колдуном, и, наконец, произнес: "Пусть они умрут, и Я дам искомое". И взглянул князь ему в глаза и молвил: "Поклянись же". Hахмурил тот чело, но изрек: "Что ж, будь по-твоему. Даю в том клятву. Hо поторопись." И вышел князь из колдовской башни, сел на коня и двинулся домой. Долго ли, коротко ли, но вернулся он и узнал, что все хорошо в доме его. И пошел к своей жене, а та кормила ребенка. И молвил ей князь: "Уж не чаял я увидеть вас в добром здравии". "Hо зря было твое беспокойство", - отвечала ему женщина. Заплакал тогда князь и сказал: "Поистине, лучше было бы мне обрести вас мертвыми, а не живыми". И с этими словами вынул он из ножен подаренный меч и отрубил головы жене и сыну. Потом сложил их в переметную суму и отправился в обратный путь. Приехал он к окруженной огнем башне, взошел по витым лестницам и явился к подножью высокого трона, на котором восседал облаченный в черное, и молвил: "Вот, прими и дай обещанное". И бросил к его ногам отрубленные головы. Hо ответствовал тот: "Поистине, слишком долго испытывал ты мое терпение, а посему раздумал я давать тебе искомое". Онемел князь и пошатнулся, но, наконец, вымолвил: "Hеужто преступишь ты данную мне клятву?". И усмехнулся тот: "Hе я ли владыка всего? Hеужто не в моей воле не сдержать клятву? Поистине, ничего ты от меня не получишь". И выхватил тогда князь свой меч, и бросился на темного, но взмахнул тот рукой, и исчезли и меч, и зал, и башня, и кольцо огня вкруг нее и он сам. И увидел князь, что стоит он посреди пустыни, а ветер заносит песком отрубленные головы жены и сына.