Замок пятнистой розы

Один из первых на русском языке роман-фэнтези, написанный в жанре «классического детектива». Магия не позволит убийце уйти от возмездия, да и кто сумеет укрыться от Бога, пусть даже уже и свергнутого? Коридоры Смерти, огненные мосты и ледяные стены, жестокие боги и прислуживающие им чудовищные твари... и в награду храбрецу, с честью прошедшему этот страшный путь, — магический меч, которому в этом мире нет равных! Согласно законам жанра, коварство и подлость будут наказаны, а дружба и благородство восторжествуют.

Отрывок из произведения:

Можно сколько угодно бродить по улицам Реухала, заходя в кабачки и таверны — как в самые дешевые, заполненные с подозрением взирающими на чужака небритыми мускулистыми завсегдатаями, сидящими за неоструганными столами, так и в залы, посещать которые не стесняются самые богатые и уважаемые жители города и даже сам король: когда какой-нибудь известный заезжий песнедел весь вечер тешит слух собравшихся замечательными историями под грустную проникновенную мелодию.

Рекомендуем почитать

Звенят мечи. Бунты потрясают могучую Империю. Горят города. А по дорогам идет человек, умеющий писать и переписывать Историю. Остросюжетное произведение Елены Долговой – автора романа «Сфера Маальфаса», вызвавшего интерес критики и читателей, – предназначено для всех любителей боевой фэнтези.

Одна мысль терзает Великого ярла Айгаслава – он должен узнать тайну своего рождения! Что поможет ему разгадать загадку: волшебный меч или колдовской Источник? В круговорот событий оказываются вовлечены и сам Айгаслав, и окружающие его люди…

Она родилась в мире, который жители других Сутей называют Тихой Пристанью — кто-то слегка пренебрежительно, а кто-то и с оттенком зависти. Уже восемьдесят лет этот мир, неспешно движущийся по пути технического прогресса, не знал войн, но его жителям пришлось заплатить за это высокую цену, введя жесткое ограничение рождаемости.

Девушкам, не прошедшим тест, никогда не доведется испытать радость материнства, молодые люди будут отворачиваться от них, ибо «кому нужна женщина, не способная дать жизнь детям»? Поэтому когда у болезненной девочки Линды, практически не имеющей шансов пройти отбор, открылся дар «моталицы», странницы по мирам-Сутям, она покинула родной Ругиланд без особого сожаления.

Радхаур, граф Маридунский и его друзья отправляются в опасное путешествие. Они задумали найти сердце Алвисида — бога, свергнутого столетия назад, но не знают, сколь могущественные враги встанут у них на пути.

В новом романе мастера отечественной фэнтэзи герой в полном соответствии с канонами жанра проходит путь от беглеца, спасающего свою жизнь, до повелителя могущественной державы. Но трон мало завоевать, его нужно еще и сохранить, укрепляя как собственное положение, так и доверившуюся тебе страну…

Непростой жизненный путь проходит герой романа Сергея Булыги. Головокружительные приключения, смертельные опасности, могущественные враги не в состоянии остановить его. «Блестящая, новая, необычная» — такими эпитетами знатоки награждают фэнтези белорусского автора, доказывающего своими произведениями, что мастерство писателя способно расширить казалось бы раз и навсегда установленные рамки жанра.

Другие книги автора Андрей Легостаев

ПИТАТЬСЯ АКРИДАМИ

К IV веку христианство распространилось в странах Малой Азии и Северной Африки, усвоило восточный мистицизм и породило такое явление, как отшельничество. Отшельники удалялись в пустыню, где предавались самосозерцанию и молитвам. В соответствии с повелением Христа быть как птицы небесные, которые не сеют и не жнут, а господь питает их, отшельники питались подножным кормом: акридами и диким мёдом (именно так написано в "Евангелии от Матфея" о жизни Иоанна Крестителя, а затем эту же формулу многократно повторяли авторы житийной литературы). Что такое дикий мёд - объяснять не надо, а акриды это саранча, которой и сейчас немало в тех местах. Во время нашествия саранчи её ели все, и бедные и богатые. Саранчу сушили впрок, жарили, пекли и ели сырой. В Каире или Дамаске во время нашествия саранчи падали цены на мясо, ибо кто же станет покупать говядину, когда есть акриды? То есть, акриды и дикий мёд - не самая плохая еда. Hу а когда не удавалось сыскать гнездо диких пчёл или количество акрид резко снижалось, отшельники с полным безразличием к самим себе сидели голодными. Таким образом, авторы житийной литературы, упоминая акриды и дикий мёд, имели в виду, что в жизни бывает то густо, то пусто. Hо русский читатель понял акриды совершенно иначе. Русские кузнечиков не едят, так что акриды были сочтены за что-то отвратительное, служащее измождению плоти, и выражение "питаться акридами" стало равнозначно тому, чтобы жить впроголодь, соблюдая самый строгий пост. И даже дикий мёд, упоминаемый в паре с акридами, положения не изменил, его обычно просто опускают.

День добрый, уважаемый All!

Спасибо всем за теплые слова, в адрес моего романа. Со многими мыслями я, естественно, не согласен, но — IMHO… Предлагаю Вашему вниманию забавный фрагмент и предысторию создания романа.

«Шахриярскую царицу»я написал за сутки — начал в шесть часов вечера и, с перерывом на нормальный сон, закончил в четыре дня следующего. Относился я тогда ко всему этому крайне легкомысленно и было то аж в 91 году, где-то в октябре месяце. Тогда я по заданию издательства, в котором состоял, работал над редактурой крайне мерзкой эротической романы — меня поразило, насколько там все несвязно сюжетно, насколько серьезно, без тени юмора и герои и автор относятся к действу и насколько пошло: мне приходилось убирать многочисленные «клиторы», «влагалища»и даже «межножья»… да… И я решил написать нечто подобное, но: 1) весело; 2) увлекательно; 3) описывать постельные сцены (ради которых задуман рассказ) предельно откровенно, но по возможности без пошлостей. И еще: меня всегда поражал образ странника (рыцаря, ковбоя, частного сыщика), болтающегося бесцельно по миру и совершающего приключения, друг с другом не связанные и с отрывом от жизненного пути героя — приключение: роман или фильм… Я не могу врубиться в психологию такого героя — ну никак, хотя понимаю — есть такие. И в «предыстории»к «Шахриярской царице» сделал ну очень робкую попытку понять. Следующим шагом в этом направлении был собственно «Наследник…»

Дж.ЛЛОРД

РИСТАЛИЩА ТАЛЛАХА

1

Реальность - ярче, сложнее и... страшнее любых, самых изощренных человеческих фантазий.

Так думал Ричард Блейд, сотрудник секретного подразделения Британской разведки MI6A, выходя из небольшого уютного кинотеатра в самом сердце Лондона. Хваленый фильм не вдохновил опытного странника по чужим мирам, более того - не принес никаких чувств, кроме раздражающей скуки и и тоски по настоящим мирам. Живым, реальным мирам, где пахнет плотью и страданием, где оружие, будь то меч, пистолет, или бластер поднимают не для того, чтобы стращать, а чтобы убивать. Насмерть. Навсегда. Не убьешь ты - убьют тебя, старая как жизнь истина, которую напрочь забывают создатели таких вот фильмов.

Двадцать семь миров распахивали перед ним свои врата; он странствовал по их бескрайним океанам и континентам, сражался и любил, спасался бегством и искал сокровища, обретал и терял друзей, карал несправедливость, бился с людьми и чудовищами, водил армии в сражения и сидел в осаде, штурмовал замки средневековых баронов и базы инопланетных пришельцев. Пираты Альбы, дикие конники-монги, амазонки Меотиды и Брегги, ньютеры Тарна, катразские хадры, гладиаторы Сармы, чудодеи Иглстаза подчинялись ему, шли за ним, обуреваемые тягой к свободе, к золоту или власти. Он был героем и победителем, властелином и полководцем, конкистадором и неутомимым любовником, ибо всегда рядом с ним шла прекрасная женщина.

Итак, Ричард Блейд, пророк.

Дж. Лэрд, оригинальный русский текст.

Двадцать семь миров распахивали перед ним свои врата; он странствовал по их бескрайним океанам и континентам, сражался и любил, спасался бегством и искал сокровища, обретал и терял друзей, карал несправедливость, бился с людьми и чудовищами, водил армии в сражения и сидел в осаде, штурмовал замки средневековых баронов и базы инопланетных пришельцев. Пираты Альбы, дикие конники-монги, амазонки Меотиды и Брегги, ньютеры Тарна, катразские хадры, гладиаторы Сармы, чудодеи Иглстаза подчинялись ему, шли за ним, обуреваемые тягой к свободе, к золоту или власти. Он был героем и победителем, властелином и полководцем, конкистадором и неутомимым любовником, ибо всегда рядом с ним шла прекрасная женщина. Случалось, он выступал и под иной личиной…

Итак, Ричард Блейд, властелин.

Предисловие М. Нахмансона.

Пересказ с английского М. Нахмансона и С. Нахмансона.

Брак рыцаря Уррия с дочерью озерного короля не принес ему счастья. Главный герой романа стоит на пути к разгадке многих семейных тайн. Но фоне увлетательного повествования о штурмах замков и битвах с драконами распускается яркий цветок поэтической легенды.

В книгу включен также роман «Коридор Судьбы», издание которого давно и с нетерпением ждали многочисленные любители фантастики.

Показаны живописные горы на фоне странного фиолетового неба и синего солнца. У крутого обрыва, огороженного перилами, толпа грязных людей в лохмотьях, полулысых, со струпьями на лицах, внимает оратору. Маленький толстый человечек, тоже со струпьями, в драном смокинге и столь же рваном цилиндре, с которого так и сыплет радиоактивный песочек, вдохновенно вещает:

— Леди и джентльмены! Сегодня финальный поединок самых сильных, самых ловких, самых бесстрашных мужчин нашего времени. Победитель получат главный приз! — Cняв цилиндр и смахнув набежавшую слезу, он махнул рукой.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Тайэре (Нина Новакович)

Легенды Средиземья

Предисловие

"Зачем нам сон - ответа не дано,

Зачем нам знать, что мы когда-то жили?"

Тэм

Что делает наpод - наpодом? А не пpосто толпой, случайно объединенной общим местом жительства? Язык? Hет, одним языком говоpили и говоpят pазные наpоды. Обычаи? Hет, они меняются с течением вpемени. Hаш ответ на этот нелегкий вопpос - легенды.

Та "сумма мифологии", котоpая у каждого своя - и все же одна у всех. Тот язык - символов, аллегоpий, обpазов - котоpый pебенок постигает пpежде, чем учится говоpить. Колыбельная матеpи и сказка, услышанная от бабушки... Каpтинка в книге.

Ольга Ведерникова

"Hам не дано предугадать, как слово наше отзовется..."(Ф.Т.)

Без названия пока.

Старый маг Альред сидел в просторном кресле у камина и в задумчивости щелкал пальцами. При каждом щелчке возле кресла зарождался миниатюрный вихрь, из которого выпрыгивала здоровенная серая крыса, и, злобно сверкнув глазками, убегала в угол, где ныряла в дырку в полу и начинала шуршать. Когда из воздуха соткалась сто четырнадцатая крыса, в каминную залу, скрипнув дверью, вошла немолодая женщина. Это была жена Альреда. Она держала в руках огромную мокрую тряпку. - Опять?! Альред подскочил в кресле. Последняя крыса получилась недоделанной, без хвоста, без ушей и с синей шерстью. - Я просто задумался, Мадена, - виновато произнес он.. - Сию минуту убери всех мерзких тварей из залы! - Да, сейчас, - он опять щелкнул пальцами. Копошение в углу прекратилось, но недоделанная крыса не исчезла. Она покосилась на мага и невозмутимо проковыляла через всю залу. - Мутант, - вздохнул Альред, - теперь она неуязвима для магии. Мадена выразительно посмотрела на мужа и метнула с крысу мокрую тряпку. Та ловко вывернулась и скрылась за приоткрытой дверью. - Сиятельный Кинас опять прислал тебе ученика, на этот раз какого- то оборвыша, - проворчала Мадена, -иди на него посмотри.

…неправдоподобно белые кафельные стены. И мертвый неоновый свет, опоясывающий камеру, скрадывает тень.

— Вы готовы?

Никак не привыкну к этому тусклому голосу. И глаза над голосом тоже тусклые, даже и не глаза, а две гладкие свинцовые бляшки, но оторваться от них нет сил; поэтому сегодня я опять не сумею увидеть это лицо, хотя из раза в раз обещаю себе, что заставлю себя его разглядеть.

Кто знает — возможно, удайся это, и я найду наконец силы сказать: «Нет!»…

— Я, Тан-Тлух, Ветер-В-Лицо, восьмой из рода Крюгер, говорю: не будет больше так, как было раньше!

— Я беру твое слово, Тан-Тлух. Но помни: сказанное здесь доносится до Предков!

Неподвижным, как всегда, было тяжелое, словно вырезанное из мореного дуба лицо Внемлющего. И голос звучал мерно, без гнева и страха, словно не топор сверкал в руке Тан-Тлуха, пришедшего с оружием к Дому Завета. И Тан-Тлух почувствовал, что кровь его становится жидкой и сердце не верит рукам. Предки слышат! Сила их обернется против него и выжмет из груди дыхание, если посмеет он угрожать Внемлющему.

Эл ВИККЕРС

ДОЛЛАР ЗА ДУШУ

Последняя теория Джорджа касалась человеческой продажности.

- Каждый имеет свою цену, - заявил он как-то. - Причем цена эта обычно вполне доступна.

Я знал, что насмешки лишь подзадорят его, и потому возразил:

- Имеет, но не каждый.

- Ошибаешься, слабое место есть у всякого. - Он умолк, глядя мне в глаза. - Вопрос лишь в том, чтобы нащупать эту слабость и воспользоваться ею.

На меня пахнуло холодным ветерком из кондиционера. Библиотекарь бросил на нас косой взгляд.

Василий ВЛАДИМИРСКИЙ

У МОРЯ

...Прощаясь с городом, Тарус задержался у знакомого с детства памятника. Мраморный юноша в длинном старомодном сюртуке вот уже который век удивленно разглядывал с высоты своего постамента маленький хрустальный глобус, вмонтированный в брусчатку мостовой. Древний скульптор прекрасно сумел передать озадаченное и слегка обиженное выражение, застывшее на его лице. Hа площади Первопроходцев было пыльно и безлюдно. Шумело близкое море. Hад вокзалом, служащим домом для старого Открывателя Пути Эльсона, молча кружилась стайка птиц, высокое белое солнце стояло почти в зените. Прикрыв глаза ладонью, Тарус огляделся по сторонам в поисках ближайшей скамейки. За дни, проведенные в городе, он встретил всего пару десятков человек, и после пестрой суеты Столицы, вечной сутолоки вокзалов и разноязыкого шума иностранных Миссий это казалось слегка непривычным. Он бросил взгляд на мраморного юношу, как ни в чем не бывало стоящего под палящим солнцем, и отвел глаза. Именно этому молодому Открывателю Пути и Дипломату (подумать только: человек, живший в эпоху Ближнего Радиуса, еще мог позволить себе разбрасываться подобным образом!) посчастливилось подписать Договор с миром, где был впервые доказан постулат о шарообразности планет. Hа население только что открытых миров, даже довольно значительно обогнавших Империю в области философии и искусства, способности имперских Дипломатов всегда производили сильнейшее впечатление. Hу, а если не производили... В этих исключительных случаях Имперская Канцелярия, поскрипев-поскрипев, раньше или позже решалась послать войска - и тогда поступь Империи не мог остановить никто. И, хотя сам Тарус никогда не испытывал особого доверия к подобным методам, до самого последнего времени эта почти бескровная тактика оправдывала себя. Один за другим все новые и новые миры, зачарованные открывающимися перспективами, присоединялись к Договору, нерушимым гарантом которого служила вся мощь Империи. Десятки тысяч Дипломатов и Открывающих Путь, Воинов и Следопытов, не покладая рук трудились на благо родины порой в неизмеримой дали от дома... "В самом деле, - подумал с иронией Тарус, трудно противостоять государству, рядовые граждане которого могут взглядом гнуть стальные балки, усыплять многотысячные толпы, за несколько часов изучать любые иностранные языки, а, главное, одним усилием воли открывать дорогу в запредельные, неведомо где лежащие вселенные..." Как правило, предложение Имперского Пакта о Сотрудничестве в сочетании с небольшой публичной демонстрацией Дипломатами своих способностей производили эффект разорвавшейся бомбы. Коренное население впадало в панику, кто-то неприменно начинал призывать к крестовому походу против непонятных чужаков, кто-то искал подвох в тексте Договора, кто-то благодушествовал в волнах эйфории... Hа периферии то и дело вспыхивали волнения, по континентам бесцельно мотались многотысячные армии и толпы паломников, местная аристократия спешила продемонстрировать свою независимость - или, напротив, лояльность... А в итоге границы Империи вновь и вновь неуклонно расширялись. По крайней мере, так обстояло дело до самого последнего времени. ...Hаверное, исходя хотя бы из теории вероятности этого нужно было ожидать гораздо раньше, подумал Тарус. Канцелярии давным-давно следовало разработать план действий на подобный случай - и довести его до сведения всех членов Корпуса Дипломатов. Тогда Ороносский Союз не свалился бы нам как снег на голову. В своей экспансии Империя просто не могла в конце-концов не столкнуться с кем-то или чем-то, равным ей - а то и превосходящим - по мощи и по стремлению к безудержной экспансии. Быть может, такова судьба всех империй?... Тарус вспомнил свою последнюю встречу с представителем Ороносского Союза. Это произошло в мире, который одни из его обитателей называли Юс-Хардин, а другие - Коолан. В тот день они сидели в саду Ороносской Миссии, и Тарус безуспешно пытался завязать беседу о торговом статусе этого мира. Hа представителе Союза была коричневая домотканая рубаха, такие же штаны и подбитая светлым мехом безрукавка. Слева на груди алел смутно знакомый Тарусу цветок с характерным треугольным бутоном - аудиенция была неофицальной, и ороноссец не упустил случая еще раз подчеркнуть этот факт. Вольготно развалившись в кресле, посол Союза задумчиво поглаживал тугую бороду, и маленькими глотками пил легкое белое вино. Мечтательный взгляд его был направлен вдаль - казалось, он совсем не слушает вкрадчивый, гипнотезирующий голос Таруса. Hаконец посол Союза оторвался от бокала, и, обезоруживающе улыбнулся: - Hе стоит стараться, друг мой. Я побывал в некоторых из имперских миров, и готов согласиться - да, вы неплохо там поработали. Hо здесь... Увы, тут ваш номер не пройдет. Это наш мир. - Он лениво махнул рукой, и сорвавшаяся с безоблачного неба молния беззвучно ударила в ближайшее дерево, привратив его в мелкие щепки. - Как видите, мы тоже кое-что умеем, - продолжал он в опустившейся тишине. - И хотя за нами пока стоит меньшее количество миров, на случай конфронтации - к которой мы, само собой, ни коим образом не стремимся - у Союза найдется раза в полтора больше обученых Воинов, чем у вас, и они, поверьте, мало уступают вашим. ...Тарус тряхнул головой, отгоняя назойливое воспоминание. В тот раз ему действительно так ничего и не удалось добиться. Переговоры зашли в тупик, вылившись в бесконечные прения по одному из подпунктов Соглашения о свободе торговли, а мысль о том, что Ороносский Союз и впрямь мало чем уступает Империи, мешала сосредоточиться на главном. Удивительно, просто невероятно, что это столкновение произошло лишь сейчас. Тарус попытался представить две равновеликие империи, зародившиеся на разных концах Вселенной: малопревлеательные бесформенные клубки, медленно и неуклонно разрастающиеся, вытягивая навстречу друг другу подрагивающие щупальца... Зачем? Чтобы сплестись в смертельном поединке?... Чем дальше простирались границы государства, тем больше странных и неожиданных вещей и явлений встречалось на пути у первооткрывателей. Hеужели именно способность вовремя притормозить и оглядеться по сторонам, разобраться с тем, что уже удалось заглотить - это и есть то качество, которого сегодня так не хватает Империи?... Тарус вздохнул. Когда чиновник из Имперской Канцелярии предложил ему провести недельку-другую в родном городе, Тарус с радостью ухватился за эту возможность. Боже! Он даже не представлял себе, насколько изменился за эти годы. Тишина и близкий шорох моря уже не успокаивали душу, бездонная синева над головой нагоняла тоску, сонное безделье открывало дорогу меланхолии. В постоянных разъездах он почти позабыл, как выглядят поселения родного материка: маленькие провинциальные города, в которых зачастую нет даже собственного Открывателя Пути и куда неделями приходится добираться на перекладных - как и сто, и двести лет назад. Пустоши, поросшие диким дроком, голые, обожженные ветром скалы фиордов... Он вновь и вновь, еще и еще раз спрашивал себя: неужели далекий мир, ставший колыбелью для народа Ороносского Союза, выглядит сегодня таким же заброшенным и пустынным? Или это только наша беда?... Тарус в последний раз посмотрел на мраморного героя времен Ближнего Радиуса, и поднялся со скамьи. Даже здесь, в родном городе у кромки моря, где прошло его детство, ему так и не удалось избавиться от этих проклятых вопросов. Вздохнув, он устало двинулся по обочине аллеи в направлении Вокзала, загребая ногами высокую сухую траву.

Волошин Алекс

Кул расказ by me:)

Ошибок - тьма.;)

1

- Акра, где Акра? Позовите ко мне Акру, и поживее, вы слюнтяи! приказал человек, в голубой, вышитой золотом мантии. Hа вид ему было лет сорок. Черные, как копоть волосы опускались до плеч. Меч, вероятно древний, судя по внешнему виду, болтался на кожанном поясе, обтягивающим туловище война. Да, он был войном. Самый прославленный воин во всем Аире единственном царстве на южной земле. Также он был королем. Он - Дарик, единственный и вечный король Аира.

Вурсак Антон

Джон Рейвен

Джон Рейвен осторожно крался вдоль стены, окружающей Замок Проклятых. До пещер оставалось еще несколько миль, а он должен был добраться туда до темноты. До того, как фраги выйдут на охоту. Его плащ взмок и прилип к телу, кровавая мозоль на ноге болела нестерпимо, меч при каждом шаге бил по бедру, превратившемуся в один огромный синяк. От болот, окружающих Замок Проклятых с северо-запада уже наползали сумерки. Внезапно за спиной послышался шорох. В вечернем сиреневом полумраке тускло сверкнуло лезвие меча. Джону повезло это была всего лишь парочка болотных людей - существ гигантского роста с коричневатой кожей, покрытой отвратительного вида бородавками и струпьями. Они оскалили желтые зубы, глаза их налились кровью а из глоток послышался вой, захлебнувшийся от неслыханной злобы каким-то хрипом. Несколько ударов меча быстро покончили с ними. Одному Джон отрубил голову и она покатилась по траве, разбрызгивая во все стороны какую-то черную жидкость. Другой получил удар прямо в сердце. Джон глубоко воткнул лезвие меча в землю, чтобы очистить его от крови, потом привычным движением убрал в ножны. Внезапно в кустах раздался еще какой-то чуть слышный звук, похожий на стон. Держа руку на рукояти, Джон сделал несколько скользящих шагов вперед: сквозь пожухшую листву его взгляд различил фигуру человека, уже немолодого в изорванном бархатном с золотом одеянии и короткой бородкой. Руки человека были связаны за спиной, а во рту наподобие кляпа торчал огромный кусок древесины. Обычно болотные люди не брали пленных, человека, попавшего к ним в руки они просто раздирали на части своими могучими лапами и пожирали. Так что если этого старика оставили в живых, значит они действовали по чьему-то приказу, только вопрос в том, кто может отдавать приказы болотным людям? "Дьявольское отродье"-пробурчал старик, когда Джон освободил его от пут - "спасибо тебе, благородный рыцарь, ты освободил могучего волшебника..

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Прежде всего должен признать, что все произошло по моей собственной вине. Детей бить нельзя, даже если это такое несносное существо, как Дженнифер! Впрочем, я и шлепнул-то ее каких-нибудь три—четыре раза…

Конечно, любой психолог скажет, что я был не прав, и нельзя было даже делать вида, будто я собираюсь ее наказать. Но, окажись на моем месте самый флегматичный и самый терпеливый из воспитателей, он отшлепал бы ее вдвое сильнее. Разве можно допустить, чтобы сопливка пяти с половиной лет от роду, пусть даже это ваша собственная дочь, стригла под пуделя гордость семьи — кошку, да к тому же вашей электробритвой стоимостью в двадцать два доллара!..

Рэб Залман Лейб (Абельский)

Маараль из Праги

Вступление

Тернист и своенравен путь к добру, пониманию истины. И если душа не дремлет, если чувства устремляются не только к жизненным удовольствиям и добыванию их любыми путями, то открывается удивительная дорога, находящаяся в стороне от суетности преходящего и ведущая к источнику вечных ценностей к книге.

Книга, которая пришла к тебе, дорогой читатель, приоткроет страницы жизни одного из истинных праведников мира сего - Маарала (Еуды Ливо), великого еврейского ученого XVI века.

Настоящее издание открывает знаменитую эпопею американского фантаста Фрица Лейбера «Сага о Фафхрде и Сером Мышелове»; знакомит читателя с двумя неунывающими приятелями – варваром-северянином по имени Фафхрд и коротышкой по прозвищу Серый Мышелов. Задиры и отчаянные рубаки, авантюристы и искатели приключений – два друга странствуют по удивительным землям мира Невона, бьются с чудовищами и колдунами, любят и ненавидят.

Впервые выходящая на русском языке книга `Мечи и Ледовая магия` рассказывает о новых приключениях едва ли не самых популярных в мире фэнтези героев. Фафхрд и Серый Мышелов – северный воин-гигант и юркий хитроумный воришка – бесшабашная парочка, чье неотразимое обаяние, любовь к авантюрам и умение попадать в самые невероятные истории покорили сердца миллионов читателей и принесли их создателю Фрицу Лейберу множество литературных наград.

В `Мечах и Ледовой магии` герои, соблазненные прелестями двух юных дев, преследуя их, оказываются на самой окраине Невона. Тут-то им и предстоит проявить все, на что они способны, так как местные обитатели хоть и разнообразны по виду, но весьма едины в своем стремлении уничтожить незваных гостей.