Замерзшая девочка

А. Аливердиев

Замерзшая девочка

Страшная быль нового времени

Маленькая девочка заплакала. Молодая женщина высвободилась из лапающих ее рук и подошла к дочке. "Мне все равно не прокормить ее, - думала она сквозь пары алкоголя. Отвезу-ка ее за город. В деревню. Там, может быть, кто-нибудь подберет.

***

Молодая женщина вывела полуодетую дочку на дорогу. Дверь захлопнулась, и машина умчалась прочь.

- Мама, мама! - кричала ей вслед девочка.

Другие книги автора Абутраб Александрович Аливердиев

А. Аливердиев

Колдун

- Осторожней, когда будешь идти домой, - сказала она одеваясь, - Отец говорит, что колдун ходит где-то поблизости. Собаки поэтому нехорошо воют.

- Говорят, перед смертью колдун ищет, кому передать силу.

- Да, и горе тому, кого он встретит.

- Почему же горе? Ведь именно в это время он не отбирает, а дает. А быть колдуном совсем не плохо.

Захотел кушать - съешь кого хочешь. Захотел женщину, - Гойко посмотрел на Иванку, - приди к ней в виде ее друга, и она тебе сама все отдаст.

А. Аливердиев

Чёрт читатель

Жил был мальчик. Ему было 7 лет, и он очень любил читать.

Но почему-то он часто забывал прочитанное, и ему приходилось перечитывать и перечитывать книжки по многу раз.

- Не оставляй книжки открытыми, - как-то сказала ему бабушка. - Оставленную без присмотра открытую книгу читает чёрт, и ты потом забываешь, что там написано.

Мальчик призадумался.

"Вот оно что! - подумал он. - Теперь никогда не буду оставлять книжки открытыми!"

В этот вечер я чувствовал себя невероятно уставшим и, опустившись на диван, быстро погрузился в легкую дремоту, откуда меня вывело громкое мяуканье. Спросонья оно вызвало легкое недоумение: с тех пор как у сестры обнаружили аллергию, у нас дома не было представителей славного семейства кошачьих. Однако, открыв глаза, я сразу понял, откуда взялся этот гость. Конечно же, это был посыльный моего старого приятеля — Кота Ученого, что живет у Лукоморья. Моя комната была залита необычным светом, и все предметы выглядели неестественно яркими и красивыми, как на цветном плакате или в мультфильмах, с той лишь разницей, что объемность вещей была так же неестественно подчеркнутой. Впрочем, приход засланцев из Лукоморья всегда сопровождается такими эффектами, а мне это было, как говорится, не впервой.

А. Аливердиев

Скиталец

Знакомство

Мы познакомились в самолете Венеция-Москва. "Рыбак рыбака видит издалека," - гласит народная мудрость. Так и эти ребята, лишь краем глаза увидев мой путевой дневник, сразу узрели во мне родственную душу, и вскоре между нами завязался презанимательнейший разговор, которому как нельзя лучше способствовал трехчасовой полет.

Парня звали Витя, девушку - Алиса. Они были молодоженами и возвращались из почти свадебного путешествия.

А. Аливердиев

Инспектор из горгаза

Не творите дела злого.

Мстят жестоко мертвецы.

Н. Гумелев

Второй звонок в дверь все же заставил его подняться. После того, как один за другим ушли из жизни трое его старых школьных друзей, он, в свои сорок с небольшим, чувствовал себя следующим. Однако, какое это имело отношение к сему звонку? Никакого. И спросив традиционное "Кто там?", он не дожидаясь ответа отворил дверь.

А. Аливердиев

Проходящие сквозь

Знакомство.

Вот новый поворот,

И мотор ревет.

Что он нам несет?

"Машина времени"

Началось все как-то просто и обыденно. Оттарабанив свои занятия в университете, я как обычно заглянул на аллейку к книжникам, узнать, нет ли чего-нибудь новенького. Как почти у всякого мыслящего человека иногда у меня возникали приступы поиска смысла жизни. И как раз тогда был такой приступ. А аллейка являлась, пожалуй, единственным местом, где можно было найти собеседников практически по всем вопросам. Эти книжники - весьма занятный народ. Да и покупатели иногда попадаются те еще. И порой на аллейке возникали диспуты, достойные Государственной Думы, или, скорее, Колизея. Конечно, я прекрасно знал о существовании множества групп, занимающихся по различным методикам, но войти в группу - всегда означило бы потерю свободы. Аллейка же для покупателей была местом, где все свободны и все мысли дозволены, как в Лондонском Гайд-парке.

Жаркое полуденное Солнце освещало горную поляну с ее выжженной травой, причудливыми, похожими на работы авангардного скульптора скалистыми образованьями и мелким, но густым кустарником, щупальца которого словно стремились прибрать к себе это открытое место.

Мы не сводили друг с друга глаз. Ее тело сжалось подобно пружине, и распрямилось бешеным броском добрых ста двадцати фунтов тугих мышц. Сам не знаю, как мне удалось поймать ее на апперкот. Удар пришелся прямо в солнечное сплетение, и, изменив направление, пума, а речь шла именно о ней, грохнулась на землю.

Я стоял на автобусной остановке возле главного корпуса Университета. Боже, как давно это было! Учеба была окончена, и теперь можно было отдохнуть. Солнце светило ярко, но темные очки, полностью скрывающие глаза, создавали ощущение надвигающихся сумерек. Какая же это хорошая штука — темные очки. Они позволяют нам смотреть куда угодно, не думая, как со стороны выглядят наши бесстыжие глаза. Вот и тогда я нагло рассматривал выходящую из парка девушку. Зеленоглазая брюнетка в белом платье. Случайно увидев ее боковым зрением, я уже не мог оторвать от нее глаз. Сама по себе бесспорная ослепительная красота усиливалась некоторой странностью наряда. Хотя я так и не мог уяснить, в чем же все-таки состояла эта странность. Вроде платье — как платье, туфли — как туфли. Ан нет же. Что-то в них было странным.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

…вот и все, что вам осталось, и никаких прав на себя настоящего вы не имеете.

Оказывается, полеты на Луну предпринимались еще в средневековом Китае.

На этой планете все не так, не как у людей! И это еще полбеды — если бы не те же люди.

Вхождение капитан Кэфта выполнил неудачно — его заметили еще на подлете и атаковали врасплох. Заметил, по всей вероятности, лично братец Куфта — почуял любящим братским сердцем. А напали, по всей вероятности, чужие. Подозрение об этом предательском союзе у капитана Кэфты возникало уже давно — ну, а теперь оно с блеском подтвердилось.

Все ж таки защитные рефлексы сработали, и атака чужих тоже оказалась не вполне удачной. Капитан Кэфта нырнул в обитаемый мир и укрылся среди нескольких миллиардов мускаров и мискар — так называли себя аборигены. Правда, чтобы затеряться среди них, ему и самому пришлось отключиться, иначе его могло выдасть самоё осознание — иного, разумеется, рода, нежели у местных. Не мускаровское.

Судьба и человек, прошлое и будущее, поступки, которые его творят и замыслы, которым не дано осуществиться. Смогу ли я стать богатым, преуспевающим, счастливым человеком, или все, что меня ждет, это тусклая рутина повседневной жизни, незаметно выматывающая душу? Все это близко каждому из нас, этими вопросами живет и главный герой. Он молод и внешне благополучен, но фасад, скрывающий до поры до времени его существование, рушится внезапно и необратимо. Третий рейх, любовь, которая проходит сквозь века, вечная молодость, несметные деньги, наконец, инопланетный разум, все это и намного большее обрушивается на главного героя. Сюжет, замешанный на глубоких философских мыслях, скорость, с которой разворачиваются события, происходящие с обычным на первый взгляд человеком и даже точка, поставленная в конце, означает куда большее, чем конец, скорее намек, что для него все только начинается...

Ехавший в город тракторист становится свидетелем падения небольшого метеорита. Подобрав и осмотрев "небесного гостя", парень убеждается, что в его руки попало что-то необычное…

В номер включены фантастические произведения: «Приворотное зелье» Виталия Забирко, «Запах кротезианских сосен» Милы Коротич, «Верные навек» Ины Голдин, «Ignis fatuus» Юлии Зонис, «Бытовые подробности апокалипсиса» Татьяны Ивановой, «Жертвы в песках» Рината Газизова, «Мне так хорошо сейчас» Андрея Дубинскиго, «Человек Платона» Елены Щетининой, «Дом престарелых» Сергея Фомичёва.

Гарри Бреннан оказывается сбитым при подлете к очередной исследуемой планете. Чудом оставшись в живых, Гарри теряет память и приспосабливается к жизни в джунглях…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Аллаев Денис

МОЯ ЛЮБОВЬ

Впервые я, наверное, увидела его во сне. Видимо, очень давно: может быть еще в детстве? е знаю случая, когда он и в самом деле появился у нас, я ничуть не удивилась. Это как-то само собой разумелось, что он, наконец, появится.

Его голос сразу наполнил прихожую, зазвенел, летая между стеклянными шарами люстры, и выплеснул на кухню. Смуглая тонкая рука с длинными пальцами и узким запястьем, увитая синими тенями дверной ручки, выключателей и вешалки гардероба. Он был худ, на лице выделялся только длинный нос и бездонные оконца глаз, скрытые бликами стекол очков. Свободный свитер скрадывал очертания тела, тоже худого и жилистого. И, видимо, это его слегка смущало - глупые мужчины почему-то так переживают из-за своей мускулатуры, не понимая, что это как раз и не очень важно. Конечно, кому как, но у нас в семье всегда предпочитали эстетику и изящество мускульной силе - и хоть я небольшой знаток красоты мужских ног, но эти... Как нетерпеливо и легко они двигались, в них чувствовались тонкость кости и скрытая сила, неожиданное и точное движение позволяло даже торопясь ступать непринужденно, и это, право, трудно выразить словами. Кажется, что они живут своей, отдельной жизнью, и он при всем желании не смог бы заставить их сделать что-либо дурное или некрасивое...

Джейку поручено ответственное задание: помочь молодой женщине, типичной городской жительнице, освоиться на ранчо. Задача — научить ее обращаться с коровами и лошадьми — непроста, но куда сложнее управиться со своенравным и упрямым ковбоем, которого она наняла…

Элли и Зейн были уже помолвлены, когда случайная подруга Зейна забеременела, и он был вынужден жениться на ней. Элли не может простить ему предательство даже после смерти жены Зейна и переносит эту ненависть на маленькую Ханну, его дочь. Однако все меняется, стоит лишь сделать небольшое усилие над собой…

Как хорош язык Жоржи Амаду! Ровный и мягкий, певучий и сильный. Каждое предложение, как морская волна, накрывает тебя с головой соленой жизнью далеких земель. Эта книга — как поэма без рифмы, как песня, что их распевают жены моряков на бразильских побережьях.

Эта поэтичность — жемчужина книги. Она разворачивает простые и трагичные истории из жизни баиянских моряков другой стороной, раскрывая сказочное их значение, причем реальность уходит на второй план. Нищета и тяжелый труд, горе жен, чьи мужья навсегда остались в море, — каждодневные трудности людей моря, но книга не об этом. Книга о надежде этих людей на чудо, и завершается она чудом.

Рекомендуется к прочтению ценителям поэзии, потому что назвать этот роман прозой невозможно.