Заклинание клинка

Катарина Кэр

Заклинание клинка

Том первый увлекательного фантастического сказания, написанного новым магическим талантом.

Моему мужу, Говарду, который помог мне гораздо больше, чем сам полагает. Без его поддержки и преданности я никогда не закончила бы этой книги.

Б л а г о д а р н о с т и.

Я очень благодарна следующим моим друзьям: Барбаре Дженкинс в особенности, которая положила начало моей карьере, подарив мне когда-то давным-давно мою первую игровую фантазию. Алисе Брайтин, моей матери, которая оказывала мне моральную поддержку и неизменное одобрение и, что самое важное, подарила превосходную пишущую машинку. Элизабет Помейд, моему агенту, которая взялась за осуществление эксцентричного проекта и фактически реализовала его. Грегу Стаффорду, чья вера в мое мнение о его произведениях помогла мне в оценке моих собственных. Конраду Балосу - самому лучшему на Западе специалисту по ремонту пишущих машинок. И особенно - Джону Джекобсену, самому лучшему товарищу по играм, которого я когда-либо имела в детстве.

Другие книги автора Катарина Керр

Колдун, владеющий тайным искусством двеомера — «внутреннего зрения»... Лихой наемник — самый смелый и жестокий из «серебряных клинков», продающих свои мечи за золото... Юный наследник знатного рода, в сердце которого нацелено немало ножей, — и его прекрасная, не знающая страха возлюбленная...

Высокие Владыки Судьбы уже сплели их жизни в единую нить. Только вместе смогут они противостоять силам Тьмы, грозящим уничтожить земли Дэверри. Ибо связывают их не только множество предыдущих жизней, но и могущественная магия Света. Магия, способная одолеть чары тьмы! Добро пожаловать в мир Дэверри!

Война между людьми и эльфами уже ПРЕДРЕШЕНА, и она унесет тысячи и тысячи жизней. И ни магам, ни воинам, хранившим ранее хрупкое равновесие в мире Дэверри, уже не остановить ход событий. Остается лишь молить о помощи Высшие Силы мира – Стражей, таинственных Хранителей знаний древности. Но и в рядах Стражей нет единства – и никто не в силах предугадать, во благо или во зло людям пойдет их вмешательство…

Наступают дни мрака. Дни скорби. ДНИ ИЗГНАНИЯ!..

Добро пожаловать в мир Дэверри!

Гибель угрожает эльфам Запада – и вся великая сила их древней магии не сможет отвести нависшую над ними таинственную опасность. Считанные недели остаются народу Эльсион Дакар – если на помощь ему, издавна враждовавшему с людьми, не придут ЛЮДИ. Колдунья Джилл и наемник Родри. Загадочная Деллашандра и насмешник Саламандр. На этот раз они попытаются изменить предначертанное ВМЕСТЕ!.. Наступают дни свершений. ДНИ ЗНАМЕНИЙ. Дни, когда возможно НЕВОЗМОЖНОЕ!

Добро пожаловать в мир Дэверри!

Колдун, владеющий тайным искусством Двеомера — «внутреннего зрения»… Лихой наемник — самый смелый и жестокий из «серебряных клинков», продающих свои мечи за золото… Юный наследник знатного рода, в сердце которого нацелено немало ножей, — и его прекрасная, не знающая страха возлюбленная… Они еще не знают друг друга… Но Высокие Владыки Судьбы уже сплели их жизни в единую нить. Только вместе смогут они противостоять силам Тьмы, грозящим уничтожить земли Дэверри. Ибо связывают их не только множество предыдущих жизней, но и могущественные Чары кинжала…

Добро пожаловать в мир Дэверри!

Красавица Джилл – одна из лучших «наёмных клинков» мира Дэверри, и её отвага и воинское искусство вошли в легенды. Но теперь, когда её наречённого похитили, лишили памяти и продали в рабство чернокнижники-убийцы из секты Ястребов, девушке не поможет никакая сила меча. Чтобы спасти любимого, ей придётся призвать на помощь могущественнейшую магию – чары дракона!..

Популярные книги в жанре Фэнтези

Актарсис. Яугон. Два мира. Параллельных, смежных — неважно, как их обозначить. Главное — они есть. Совсем рядом, почти что видимые, ясно ощущаемые многими людьми. Мир Добра и Света, Счастья и Справедливости. И мир Зла и Тьмы, Горя и Смерти… Иногда кажется — протяни руку, и коснешься материи параллельного мира, ведь она — материя — вплетена в нашу реальность как шерстяная нить цветного узора вплетена в шерстяной же платок. Совсем близко, настолько близко, что порой холодок пробегает по телу. Чуть сощурить глаза, и вот он — чужой, в чем-то схожий, но явно отличающийся мир. Мир с иными законами, иными обитателями. Мир, представляемый в разные времена и разными народами по-разному, названный десятками разных имен, обладающий сотнями вымышленных свойств. Протяни руку — и ты коснешься его. Прищурь глаза — и ты сможешь его увидеть. Но какой же именно из двух таких непохожих один на другой миров ты увидишь — зависит только от тебя…

Читатель, ты наконец дождался и в твоих руках третий том «Полумертвых душ» с совершенно неслучайным подзаголовком «Соседки». Дело в том, что в селе Горенка, имеющим теперь все шансы прославиться похлеще Диканьки, неожиданно, как чума, появились «соседки», к тому же хорошенькие, как куклы, и готовые, на первый взгляд, исполнить любое желание. Кто они? Оборотни, путешественницы по времени или жертвы древних заклятий? И атмосфера в беспокойном селе становится напряженной, как перекур на пороховой бочке. А где-то рядом люди любят друг друга и бродят в обнимку по тенистым бульварам самого замечательного и мистического города в мире – Киева, ставят милый детский спектакль, который оказывается страшнее того, что мы называем жизнью, и проваливаются в средневековье, пытаясь, однако, приспособиться и к жизни во дворцах. С переменным, разумеется, успехом. Одним словом, приключения в Горенке продолжаются, и ее обитатели тщетно пытаются выбраться из лавины обрушивающихся на них событий, которые застают врасплох даже бывалого читателя и не дают ему оторваться от повествования, которое с каждым новым томом становится все более и более увлекательным.

В Бескрайнем Океане, много южнее тех мест, где обитает Бородатый Змей, затерялся один маленький, всеми забытый остров. Точнее, это был даже не остров, а высокая, почти отвесная скала, которая своей вершиной уходила едва ли не до самых облаков. На том маленьком острове жили найраны. Их было очень много, тысячи и тысячи; жилища их, теснясь одно к другому, лепились меж камней и поднимались до самой вершины скалы. Однако только нижние жилища были обитаемы, а чем выше, то есть чем дальше от воды, тем чаще и чаще попадались брошенные гнезда. И, наконец, выше хижины старого Уллу уже не селился никто. Когда-то, говаривал Уллу, найраны занимали всю скалу от подножия до самой вершины. А в рунах было сказано, что прежде на острове жили враги, найраны же пришли из-за моря и истребили их и заселили их жилища, но, правда, не все, а лишь те, что были близко от воды.

Путишествия Подорожника заводят его далеко от дома, судьба дарит ему еще один шанс или наоборот жестоко насмехается… границы Рокад нерушимы или…

Проснувшись, Гейс еще долго лежал с закрытыми глазами и слушал порядком надоевшее бормотание дождя. Что поделать, но последний четвертый весенний месяц, эта маленькая скучная планета неизменно целиком и полностью отдавала непрерывному монотонному ливню. Отбросив одеяло, он потянулся, зевнул, глядя в залитое водой окно, и поморщился – в комнате стояла влажная духота. Идти на работу страх как не хотелось, перспектива залезть обратно под одеяло, накрыться с головой и проспать до лета, выглядела гораздо привлекательнее. Но быстро меняющиеся цифры синего таймера бесстрастно указывали на то, что если он сейчас же не вылезет и из кровати, не оденется и не поплетется на работу, на его место мигом найдется масса желающих. На такой неприлично мелкой, но густонаселенной планете, как Антиса, всякий, кто умудрялся заполучить более-менее приличную постоянную работу, дорожил своим местом, в глубине сердца лелея надежду когда-нибудь улететь из этого тесного мирка с ничтожными жизненными перспективами. И Гейс не являлся исключением, его тоже манили судьбоносные, ярчайшие маяки далеких больших планет. Их туманные моря и континенты, величественно плывущие в бездонных глубинах космоса, сначала снились Гейсу по ночам, а в последнее время стали мерещиться и наяву, настолько сильно надоела ему однообразная жизнь на Антисе. Но пока что не представлялось возможным вырваться к далеким туманным континентам, необходимо было накопить на свой собственный кораблик. Если же выезжать на общепассажирских кораблях, то цена билета, плюс необходимо-обязательная сумма на адаптационные сроки равнялась стоимости небольшого поддержанного корабля. Таким образом, захолустные планетки вроде Антисы препятствовали утечке народных масс к манящим маякам больших миров, а прекрасные большие миры этим же методом пытались снизить количество желающих испортить своим присутствием их заповедные континенты.

1. Для нового русского.

Народ издавна питался этим калорийным продуктом — икрой, да и вам она, видимо, уже успела изрядно поднадоесть. Но иногда все-таки можно, следуя старинным традициям, взять ложку работы Фаберже, инкрустированную яхонтами и бриллиантами в народном стиле, достать из холодильника банку икры, и навернуть под пиво.

2. Для старого еврея.

Встав под окном нового русского, постарайтесь чем-нибудь привлечь его внимание. Увидев Вас, он запустит в Вашем направлении первым попавшимся под руку предметом. Это будет трехлитровая банка икры. Подождав еще немного, Вы сможете подобрать и ложку работы Фаберже, инкрустированную яхонтами и бриллиантами в народном стиле.

Кинжал просвистел в воздухе, и вонзился в деревянный щит, который висел на стене. Это была вежливая просьба трактирщика утихнуть.

Красивая танцовщица извивалась на сцене, под довольное улюлюканье завсегдатаев таверны. По трактиру плыл тяжелый сигаретный дым, смешиваясь с запахом спиртного и приобретая от этого сильный, терпкий аромат.

Над Ликадоном воцарилась ночь, и в разных районах этого города ночь была разной. В торговых все было тихо и безлюдно еще с вечера, когда весь товар был распродан, а покупатели разошлись. Днем эти места наполнялись шумом и гамом, криками торговцев, которые наперебой расхваливали свой товар и плачем прохожих, у которых что-то украли. Жилые районы тоже были пусты. Простые горожане редко задерживались на улицах после захода солнца. Ну а в промышленных районах, которые пользовались недоброй славой, жизнь только начиналась…

Холодные и чистые воды Сейма, недавно освободившегося ото льда, казавшиеся черными в темноте ночи, безлунной и беззвездной, текли с едва слышным плюскотом, словно боялись разбудить прикорнувший на высоком правом берегу град Путивль, окруженный рвом, глубиной в сажень и шириной в две, затем земляным валом высотой в восемь аршин с внешней стороны и в три аршина с внутренней, увенчанным деревянными стенами с четырехугольными башнями, у которых островерхие кровли были почти в два раза выше остального строения, из них две срединные башни, более высокие и широкие, Андреевская и Троицкая, были проезжими, с образами святого и праздника на воротами, в честь которых были названы, остальные – глухими, а одна из наугольных башен, самая ближняя к реке, была Тайнинская, с подземным ходом. За стенами находился княжеский двор, каменная соборная церковь святой Богородицы с куполом, крытым белым железом, которое в солнечный день так блестело, что больно было смотреть, и две деревянные, съезжая изба с тюрьмой, дворы воеводы, тысяцкого и бояр, а также осадные дворы для простонародья на случай военного времени. Ниже по течению раскинулся вдоль реки посад, в свою очередь огражденный осыпью с дубовым тыном из толстых остроконечных бревен, поставленных тесно одно к другому. Там располагалось еще одиннадцать деревянных церквей, некоторые совсем маленькие, рассчитанные только на семью и дворню того, на чьи деньги была построена. Примерно посередине посада находилась большая торговая площадь, окруженная лавками купцов и мастерскими богатых ремесленников. От площади к городским стенам шли богатые дворы: гридей, священников, купцов, а в другой стороне селился народ поплоще, и чем беднее, тем дальше от городских стен. Несколько домов, особенно в бедной части посада, пустовало: кто помер от морового поветрия, кто разорился и пошел побираться, кто подался в другие края искать лучшей доли.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Роман Дианы Кэри погружает читателя в исторические глубины эпопеи «Star Trek». Действие его происходит за двадцать пять лет до того, как Джеймс Кирк появился на борту «Энтерпрайза». Перед читателем предстают неизбежные конфликты между человеческой философией, мечтаниями, надеждами и той жестокой реальностью, которая зачастую служит фоном для столкновения различных разумов.

Джойс Кэри

Герой нашего времени

Пер. - Н.Волжина.

Полуденное солнце белым лучом, точно прожектор, пронизывало пыль и косым четырехугольником легло на пол детской. Муха, застрявшая между оконными рамами, зажужжала, как циркулярная пила; примолкла и снова принялась жужжать, но уже на другой ноте, точно пила вошла в более мягкую древесину. На полу сидел на корточках маленький мальчик - крепыш с волосами, отливающими бронзой, и строил вокруг ромба солнечного пятна стену из синих и красных кирпичиков.

Джойс Кэри

Молодость бывает только раз

Пер. - Л.Беспалова.

Ярмарка была в разгаре - шел пятый час жаркого сентябрьского дня, а пекло все сильнее. На рыночной площади надрывались кто во что горазд двадцать каруселей, высоко в воздухе густым облаком желтого дыма стояла пыль - казалось, это курится разгоряченная, возбужденная толпа. В ней, как в прикрытом валежником костре, то и дело что-то ворошилось. С первого взгляда толпа представлялась темной, монолитной массой - так плотно деревенские жители в выходных костюмах сбились в кучу перед ларьками. Но если всмотреться, в массе наблюдалось клокотание и так же, как из подернутого пеплом костра вдруг выбивается язык пламени, из толпы выбивалась компания девиц или парней. Эти перекрикивающиеся, пересмеивающиеся юнцы там и сям прокладывали себе дорогу сквозь толпу, выбирая для прорыва наиболее трудные, неприступные участки.

Джойс Кэри

Новые женщины

Пер. - М.Кан.

Сэмюел Томпсон, государственный служащий, был единственным сыном знаменитой Афинии Баттерсби, лидера движения за женское равноправие. Говорят, у нее первой зародился план поджигать почтовые ящики. Это она придумала шляпу для суфражисток и написала книгу, в которой доказывается, что Шекспиром была на самом деле королева Елизавета. Однако женщинам нынешнего поколения стыдно смеяться над Афинией. Они ей многим обязаны. Она была мужественным человеком, с сильным характером, немало потратила усилий, чтобы добиться для них права голоса и немалым при том поступилась - в частности, собственным чувством юмора.