Юрова гора

Повесть «Юрова гора» — трагическая история, произошедшая в Крево в те далекие времена, когда Беларуси досаждали крымские татары.

Отрывок из произведения:

Все, кто в эти полуденные минуты августовского дня находился на городской площади перед зданием костела в Крево, сначала услышали громкий цокот копыт: со стороны Сморгонской улицы галопом несся всадник. По тому, как болталась его голова и сутулилось тело, можно было подумать, что это резвится подгулявший шляхтич. Одновременно в той стремительности, с которой приближался верховой, и особенно в той отчаянной страсти, с какой он понукал взмыленную лошадь, сквозила несомненная тревога и даже отчаяние. Гнать вот так, не жалея, бедное животное мог только безумец. Всадник находился еще далеко — а на площади уже воцарилась настороженная атмосфера: люди недоуменно переглядывались и готовы были встретить гонца криками осуждения.

Другие книги автора Юрий Аркадьевич Татаринов

Любовно-исторический и мистический роман о страсти хана Батыя во время нашествия его орды на белорусские земли.

Книга посвящена истории малых городов Гомельской области: Ветка, Добруш, Буда-Кошелево, Чечерск, Жлобин, Рогачев, Мозырь, Калинковичи, Светлогорск, Паричи, Речица, Хойники, Наровля, Октябрьский, Житковичи, Туров, Петриков, Лельчицы.

Повесть об истории любви основателя древнего белорусского государства короля Миндовга и о причине ухода во Псков его вассала князя Довмонта.

Книга посвящена истории малых городов Минской области: Несвиж, Столбцы, Дзержинск, Борисов, Молодечно, Заславль, Марьина Горка, Смолевичи, Жодино, Узда, Копыль, Слуцк, Клецк, Березино, Червень, Смиловичи, Мядель, Вилейка, Воложин, Ивенец, Раков, Логойск.

Книга посвящена истории малых городов Гродненской области: Большая Берестовица, Свислочь, Волковыск, Мстибово, Зельва, Лида, Вороново, Ивье, Сморгонь, Островец, Ошмяны, Щучин, Желудок, Мосты, Кореличи, Мир, Новогрудок, Дятлово, Слоним.

Книга посвящена истории малых городов Брестской области: Барановичи, Новая Мышь, Ляховичи, Ганцевичи, Ивацевичи, Коссово, Береза, Жабинка, Каменец, Высокое, Малорита, Ружаны, Пружаны, Дрогичин, Иваново, Пинск, Лунинец.

Книга посвящена истории малых городов Витебской области: Орша, Толочин, Верхнедвинск, Миоры, Докшицы, Глубокое, Шарковщина, Браслав, Городок, Шумилино, Бешенковичи, Лепель, Ушачи, Чашники, Сенно, Дубровно, Поставы, Видзы, Освея.

Популярные книги в жанре Историческая проза

Лев Бердников

Русская жизнь Лейба Неваховича

версия для печати (68789)

╚ ▀ √ ⌡ ╩

Термин "русскоязычный писатель" был, кажется, пущен в ход во времена горбачевской перестройки. Его придумали писатели-почвенники, выдававшие себя за истинных патриотов России, дабы отмежеваться от пишущих на русском языке инородцев (читай: евреев).

Однако, первый еврейский культурный деятель, вполне отвечающий определению "русскоязычный писатель", появляется в России еще в начале XIX века. Жизнь и судьба этого литератора весьма поучительны, ибо ему √ на удивление "патриотам"! √ удалось соединить в себе то, что казалось им несоединимым: заботу о судьбе евреев и горячую любовь к России и русскому народу. Речь идет о публицисте, драматурге и философе Иехуде Лейбе бен Ноахе, или, как его называли на русский манер, Льве Николаевиче Неваховиче (1776-1831).

Творчество  украинского  советского  писателя  Бориса  Комара   хорошо известно на  Украине.  Его  произведения  для  детей  и  юношества  получили признание  -  в  1984  году   Борису   Комару   присуждена   Республиканская литературная премия им. Леси Украинки.

Она родилась в 1575 году за толстыми стенами замка Святого Эльма, где ее отец был комендантом. Дон Альваро, давно уже обосновавшийся в Италии, снискал милость королевского наместника, но навлек на себя враждебность народа и дворянства Кампаньи, которых ожесточили злоупотребления испанских чиновников. Никто, однако, не смел усомниться в его честности и знатности происхождения. При содействии своего родича, кардинала Маурицио Караффа, он женился на внучке Аньезе де Монтефельтро, Валентине, последнем отпрыске, в коем исчерпал себя род, щедрее всех других наделенный дарами. Валентина была прекрасна — светла лицом и стройна станом; слагатели сонетов в Королевстве Обеих Сицилий не находили слов для описания ее совершенств. Озабоченный угрозой, которую подобное чудо красоты могло представлять для его чести, по характеру не склонный доверять женщинам, дон Альваро держал жену в почти монастырском уединении; жизнь Валентины проходила либо в унылых калабрийских поместьях мужа, либо в обители на острове Иския, где она пребывала во время великого поста, либо в тесных сводчатых комнатах замка, где в подземельях томились подозреваемые в ереси и враги королевской власти.

Стояло начало осени 1944 года. Несколько написанных на фронте рассказов свели меня с литераторами родного города Кирова, куда я вернулся из госпиталя. Видимо, за неимением более подходящей кандидатуры меня определили в технические секретари писательского отделения. В мои обязанности входила переписка с начинающими авторами, ведение нехитрых дел и главное — забота о продовольственных карточках для писателей.

В первый же вечер я забрал домой всю местную литературу — всего-то навсего десяток книжек, и ни на обложках, ни в оглавлениях не нашел ни одного известного имени. С предубеждением, которое может продиктовать лишь самоуверенность юности, я небрежно листал сборники. Передо мной мелькал калейдоскоп авторов, тем, жанров, ничем не задерживая моего внимания. И вдруг:

Иногда мне, как малым детям,

снится, будто летать умею.

Но охвачены болью плечи,

как отхлестанные кнутом.

Крылья заживо обрубили,

значит, душу мою убили,

и швырнули меня на землю,

в непринявший, чужой мне дом.

Но рассвет зажигает свечи,

на плечах заживают шрамы,

и довольно раскинуть руки,

чтоб в пречистое небо лететь.

Я ребенок малый. Я верю -

дочь простит и полюбит мама,

Юрий Герт

Прозрение

Прозрение?.. Нет, самое-самое начало прозрения... В Москве, Воронеже, Алма-Ате и других городах в сороковые годы стихийно складывались кружки "зеленой" молодежи, которая сравнивала окружающую жизнь с романтическими идеалами, ради которых совершалась революция, за которые умирали их отцы в Великую Отечественную. Молодежь была настроена бунтарски. Результат?.. В Москве трое участников кружка - Борис Слуцкий, Владик Фурман, Женя Гуревич - были расстреляны, девятеро получили по 25 лет. Поэт Анатолий Жигулин в повести "Черные камни" рассказывает о молодежной организации в Воронеже, за участие в ней он отсидел много лет в лагере. Дора Штурман, будучи студенткой Алма-Атинского университета, получила за "участие в подпольной антисоветской группировке, занятой контрреволюционной подрывной деятельностью", 5 лет заключения.

«У чёрного моря» - полудокумент-полувыдумка. В этой книге одесские евреи – вся община и отдельная семья, их судьба и война, расцвет и увядание, страх, смех, горечь и надежда…

  Книга родилась из желания воздать должное тем, кто выручал евреев в смертельную для них пору оккупации. За годы работы тема расширилась, повествование растеклось от необходимости вглядеться в лик Одессы и лица одесситов. Книжка стала пухлой. А главной целью её остаётся первоначальное: помянуть благодарно всех, спасавших или помогших спасению, чьи имена всплыли, когда ворошил я свидетельства тех дней.

  Всем им, и увенчанным, и обойдённым официальным признанием, кому ни дерева именного, ни медали, ни льготы мало-мальской – им эта вот книжка негромкая, памятник самодельный,

каждому, чьё имя мы не удосужились расслышать в глухоте прошедших десятилетий, и каждому, кто на этих страницах назван.

Впервые на русском! Яркий любовно-драматический исторический роман о женской судьбе во время Первой Мировой войны. От автора бестселлера "Платье королевы". От автора, написавшей лучший исторический роман года по версии USA Today и Real Simple.

Когда «лампы гаснут по всей Европе», над миллионами людей сгущается тень…

Леди Элизабет мечтает быть независимой, путешествовать по миру и – вот выдумщица – выйти замуж по любви. Она сбегает из родительского дома, мечтая стать полезной обществу. Но Первая мировая война вносит страшные коррективы в судьбу миллионов.

Так из леди Элизабет она становится просто Лилли, попадает в прифронтовую зону, где перевозит раненых с места битвы в полевой лазарет.

Будущее туманно, все близкие люди далеко и, кто знает, живы ли. Но даже во тьме можно отыскать источник света.

«У Дженнифер Робсон определенно есть дар описывать стремления и надежды простых людей в эпоху перемен». – Shelf Awareness

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Лиссабон начала XVI века.

Город купцов и моряков, ростовщиков и трактирщиков, умных, образованных монахов, просвещенных иудеев, изучающих священные тексты Торы и мистические тайны Каббалы.

Город, в котором порой происходят ЗАГАДОЧНЫЕ СОБЫТИЯ…

Убит знаменитый лиссабонский каббалист Авраам Зарко. Тело почтенного мудреца найдено при обстоятельствах, повергших в шок всех, кто его знал.

КОМУ помешал старик ученый?

Племянник и ученик великого каббалиста намерен разгадать тайну гибели Зарко, даже если ради этого ему придется вновь и вновь рисковать собственной жизнью…

Во славу Силы Умиротворения

Однажды я открыл глаза. Довольно неожиданно после нескольких лет мучений на больничной койке, когда с реальностью меня связывал только слух, и то, через раз. Авария, старые травмы и толика удачи - единственный выживший, как-никак, только что-то оно меня не радовало... до этого момента.

Так, первый ступор прошел, можно начинать анализ. И что же мы видим? Пыль на каменном полу и какие-то тени. Галлюцинации? Не будем категорически отбрасывать этот вариант. Поднимать взгляд тоже пока не стоит, если ситуация априори бредовая изначально, то напряжение органа, от информации с которого отвык, приведет к ступору номер два. Не то, чтобы я куда-то торопился, но стоит для начала провести ревизию. Не дергаться, нет, просто постепенно погружаться в себя, благо, я оттуда последнее время почти не вылезал.

Зло в мире можно победить, но возможно ли убить его?

Ведь Тьма, уничтоженная однажды, ждет лишь часа, чтобы вернуться вновь. Ждет и набирается сил.

Позабыл, позабыл об этом Ричард Сайфер, Искатель Истины! Ибо победил он шимов, подземных духов, и вернул в мир магию. А с магией возвратилось в мир и затаившееся доселе Зло.

И на волоске висит теперь не только жизнь возлюбленной Ричарда Кэлен, но и судьба всего мира. Ибо сноходец Джегань, побежденный однажды, жаждет отмщения, и теперь власть его — много выше, чем раньше. Снова отправляется Искатель Истины сражаться с сестрой Мрака. Отправляется, чтобы победить — или погибнуть. Отправляется, чтобы кровью своей заслужить право на постижение Шестого Правила Волшебника…

Трилогия «Тореадоры из Васюковки» Всеволода Нестайко переведена на двадцать языков и внесена в Особый Почетный список им. Андерсена как одно из величайших произведений мировой литературы для детей. Спустя 40 лет первая часть трилогии — «Необычайные приключения Робинзона Кукурузо» — вышла в новой авторской редакции с новыми эпизодами.