Юркина луда

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

Отрывок из произведения:

Не знаю почему, но в самом начале каждой весны приходит ко мне исправно беспокойное чувство, зовущее в путь-дорогу. И эта моя ранневесенняя дорога обязательно должна лежать на север, туда, где под тяжелыми льдами и глубокими снегами еще спят зимним берложным сном мои голубые озера. И к этим своим озерам я должен, обязательно должен, прибыть раньше всех перелетных птиц.

Это беспокойное чувство весенней дороги приходит ко мне всегда так верно и определенно в общем течении прочих весенних событий в природе, что, честное слово, если бы каждую весну мне удавалось отправиться в этот свой поход-перелет, то дата начала этого моего перелета могла быть весьма заметным фенологическим событием, которое рассказало бы о близкой весне куда раньше, чем первые скворцы, появившиеся над Москвой.

Рекомендуем почитать

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

Другие книги автора Анатолий Сергеевич Онегов

Северный край стал второй родиной писателя–натуралиста А. Онегова. Несколько лет он прожил в заонежской тайге вместе с рыбаками, охотниками, пастухами, вел наблюдения и писал рассказы о заброшенных лесных деревушках, прозрачных озерах, но больше всего о животных — своих четвероногих и пернатых соседях.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

Рассказ опубликован в: «Охота и рыбалка» № 2(58) от 01.02.2008, «Охота и рыбалка» № 3(59) от 01.03.2008

Анатолий Онегов — замечательный русский писатель, классик литературы, посвященной природе, автор многих книг: «Я живу в Заонежской тайге», «Карельская тропка», «Вода, настоянная на чернике», «В медвежьем краю», «Следы на воде», «Лоси на скалах», «Еловые дрова и мороженые маслята», «Здравствуй, Мишка», «Избушка на озере», «Они живут рядом со мной», «Русский мед», «Диалог с совестью», серия книг «Школа Юннатов»… «За крокодилами Севера» — книга, в которую вошли рассказы о рыбной ловле, написанные в самое последнее время и опубликованные в «Российской охотничьей газете», журнале «Охота и рыбалка. ХХI век» и газете «Рыбак рыбака».

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

Анатолий ОНЕГОВ

Еловые дрова и мороженые маслята

Рассказы и повести

Книга состоит из коротких рассказов, объединенных в пять самостоятельных частей: "Еловые дрова", "Снегириное царство", "Дрозды-разбойники", "Мороженые маслята", "Старая береза", - и двух повестей: "Черепок" и "Мирный договор". Основная мысль, которой пронизаны все рассказы и повести, - природу нужно изучать, относиться к "братьям нашим меньшим" с добром, тогда и они отплатят человеку тем же.

Популярные книги в жанре Природа и животные

Владимир Курьянов

ВЕЩИЙ СОН ПЕТЬКИ КУКИНА

Петьке Кукину, как сам он полагал, были по нраву три житейских штуковины. Первая - вздремнуть лишний часок; вторая - мамкины поджаристые оладьи со сметаной, ну, а третьей, наиглавнейшей, страстью, как вообще для любого деревенского мальчишки, конечно же, была рыбалка. Утренний сон и предвкушение завтрака возмущенно роптали против побудки спозаранку, но настоящему увлечению, как известно, не страшны лишения и даже муки. Мечта у Петьки была одна-единствен-ная - выловить ни много ни мало пудового карпа. Такого вот необычайного карпа позапрошлым годом ухитрился вытащить дед Артем в омуте под крутояром. Позже омут облавливали мыслимыми и немыслимыми способами, вывалили туда с центнер каши, перегородили реку лесками донок, но извлечь что-либо подобное, близкое по весу к сказочной рыбе, никому не удалось. "Обрубленный" другими рыболовами старый Артем сначала бранился, гонял мальчишек с донками, "качал права", а потом плюнул на загубленное место, изрек:

Джон МЮИР

СТЫКИН

(Из записок путешественника)

ОБ АВТОРЕ "СТЫКИНА"

Джон Мюир, естествоиспытатель, известный исследователь ледников, родился 21 апреля 1838 года в Шотландии, в городе Дюнбар. И отец его и мать шотландцы. Джон Мюир был мальчиком девяти лет, когда вся их семья иммигрировала в Америку, где отец приобрел себе ферму в малонаселенном в те времена штате Висконсин.

Будущий ученый с детства проявлял необычайную пытливость ума и любознательность. Отец не поощрял его любовь к чтению и запрещал читать по вечерам; мальчик вставал на заре и жадно читал каждую книгу, которую только мог купить или у кого-нибудь достать.

Я. Попиков

ГОЛУБОЙ ОНОН

Давнишней мечтой моей было посетить Забайкалье, познакомиться с тамошними реками и озерами, поудить в них рыбу. И вот, наконец, мне посчастливилось на короткое время приехать в Читу в командировку. В субботу, сразу после рабочего дня, мы уже неслись на ГАЗ-69 по асфальтированному шоссе, проходящему по горным местам, не уступающим по своей красоте Кавказу. Больше пяти часов находились мы в пути. Уже в полной темноте машина остановилась. - Вот и Голубой Онон *, - обрадованно сказал Анатолий Петрович, страстный спиннингист и знаток здешних рек. - А почему голубой? - спросил я. - Завтра сами увидите, почему мы прозвали Онон голубым. Вода в нем очень чистая. Днем, при солнце, она принимает светло-голубую окраску, как небо. Машина стояла на пятачке небольшого котлована под приземистым тополем, ветви которого широко и густо свисали, образуя подобие шатра. В прогалине кустов поблескивал заливчик. - Река Онон протекает в южной части Читинской области (в 200 километрах от Читы), впадает в судоходную Шилку, а последняя-в Амур. Мы прошли на берег. Тишина. Лишь мерно шумел где-то внизу Онон, окутанный легким туманом. Мы стояли очарованные, жадно вдыхая горный воздух, насыщенный речной влагой и запахом еще не отцветшей в этих местах черемухи... Вскоре мы сидели у пылающего костра и закусывали. И, как обычно в таких случаях, каждый старался припомнить и рассказать самый яркий эпизод из своей рыболовной практики. После ужина прямо на земле у костра, на предусмотрительно захваченных с собой полушубках, сморенные долгой дорогой, мы уснули. Но как ни велика была усталость, рыболовный азарт пересилил. Только-только начало светлеть небо, как я проснулся. Разве можно прозевать утреннюю зорьку?! - Успеем, - спокойно произнес Анатолий, - самый жор рыбы, когда солнце выходит из-за гор. Позавтракав и собрав двуручные спиннинги, оснастив леску самодельными вертящимися блеснами типа "Универсалка", мы осторожно спустились к Онону. Утро бодрило прохладой. С юга тянул легкий ветерок. День обещал быть хорошим. Со всех сторон из кустарника доносились разноголосые птичьи голоса. Осторожно ступая, мы подошли к возвышающейся почти отвесно над рекой скале. Здесь сливаются две протоки и образуют довольно широкий разлив длиной до трехсот метров. Каждый из нас выбрал площадку поудобнее, с расчетом, чтобы можно было вываживать рыб прямо на каменистый берег. В горных быстрых реках местные рыболовы подсачеком не пользуются. Сделали первые забросы. Я долго приноравливался к спиннингу и силе течения воды, чтобы блесна с тяжелым грузилом шла у дна, не цепляясь за камни. Поклевок не было, и мои спутники в высоких резиновых сапогах решили уйти за выступ скалы. Там, ниже по течению, заводи и разливы, хорошие тайменьи и сомовьи места. Я, обутый в низкие сапоги, должен был идти берегом через скалу. Это было не так просто, и лучше было не торопиться. Оставшись один, я подошел к самому выступу скалы и, выбрав место поудобнее, стал делать заброс за забросом. Блесну при подмотке лесы на катушке быстро сносило течением. Так прошло около часа, а поклевок все не было. В душу закралось сомнение... Возможно, следует ожидать резкой перемены погоды, поэтому не берет рыба.... Сменил блесну. Привязал "шторлинг", и при втором же забросе лесу натянуло, как при зацепе. Я взмахнул удилищем, желая отцепить блесну, но что это... Лесу с силой потянуло поперек течения. В глубине ходила крупная рыбина! Сердце застучало. На мгновение я растерялся, но тут же включил тормоз катушки. Он не помог - леса быстро разматывалась. Пришлось тормозить пальцем, его обжигало кромкой катушки. Сопротивление рыбины усиливала быстро несущаяся масса воды. Я едва удерживал в руках удилище. Метр за метром, подматывая лесу, я подтягивал рыбу, но вдруг она рванулась и ушла на исходное место. Я напряг все силы и подмотал еще несколько метров лесы. Рыба поднялась на поверхность, показался перламутровый бок, ударила по воде хвостом и с неимоверной быстротой бросилась обратно в яму. Не дав ей опомниться, я снова стал подматывать. Обессиленную, я подвел ее против течения к своим ногам и тут только рассмотрел, что на блесне, тяжело хлопая жаберными крышками, сидел почти метровый таймень. Твердая верхняя губа его была проколота только одним крючком тройника. Секунда промедления, и рыба может освободиться от блесны. Я торопливо схватил тайменя ниже жабер и бросил на камни. Долго любовался я добычей. Затем, окрыленный удачей, с новой силой принялся работать спиннингом. Таймень - рыба парная. Где пойман первый, там обязательно должен стоять и второй. После нескольких пустых забросов в ту же яму произошел уже не "зацеп", а ощутимый толчок, от которого рыболова бросает в дрожь. Сделав широкую подсечку, я почувствовал, что на блесне очень крупная рыбина. Удилище согнулось до предела. Катушка угрожающе затрещала. С надеждой посмотрел я на спиннинг. Было страшно, что он вот-вот разлетится в щепки. К счастью, удилище оказалось крепкое. Таймень тяжело ходил на кругах у самого дна, не поднимаясь выше. Наконец, он сошел со своего замкнутого круга, и я с усилием подмотал несколько метров лесы. Ноги и руки тряслись, меня била лихорадка, известная одним лишь рыболовам. Беспомощно оглядывался я по сторонам, но позвать на помощь было некого. Да и как можно в этих случаях помочь. Разве только хорошим советом. Изо всех сил держал я удилище. Натянутая леса звенела, как струна. Таймень несколько секунд вел себя спокойно, затем остановился и бросился к середине реки вниз по течению. С большим трудом сдержал я его. Ведь если отпустить на несколько десятков метров вниз, то и думать нечего, чтобы вернуть его против течения. А идти берегом мешает выступ скалы. Через некоторое время мне удалось немного подмотать лесу. Тайменя прибивало почти к скале, он поднялся на поверхность и пошел ко мне. Вдруг он остановился, повернулся, показав из воды толстую спину, ударил широким хвостом по воде, подняв столб брызг, и с такой силой рванулся в сторону, что леса сечением в шесть десятых не выдержала и лопнула, словно гнилая нитка. В себя я пришел не сразу. Мелкие капли пота стекали со лба, кружилась голова, в висках стучало. Да, это был таймень. Дальнейший лов здесь продолжать один я не решился и поспешил к друзьям. Взяв свой первый трофей, вскарабкался на сопку, соединяющуюся со скалой, и спустился по западному ее склону к реке. Онон здесь извивается по широкой низменности и примерно в километре подходит ко второй более низкой скале. Анатолий Петрович был там. Мне пришлось потратить много усилий, чтобы пробраться к нему по берегу, заросшему густым ивняком и ольшаником. По веселой улыбке друга ясно - он с уловом. И, действительно, ему можно позавидовать - пять сомят, ленок и щука. Но и Анатолий с восхищением рассматривал моего тайменя. Плес, на котором рыбачил мой приятель, называют соминым. В нем много тайменей, щук и жерехов, или, как их по-местному называют, "красноперов". Анатолий Петрович протянул мне две вертящиеся самодельные блесны цвета красной меди. - Сегодня сомы жадно берут только на эти блесны, - пояснил он. - Не брезгуют ими щуки и таймени. Уже при втором забросе метрах в двенадцати от берега, где в светлой воде видны причудливые вершины поросших мхом камней, на эту блесну у меня села рыба. Энергично подсекаю и вижу, как под водой заходила шустрая рыбина. Включаю тормоз, но добыча, подняв бурун на поверхности воды, успевает уже отнять метров десять жилки. Наблюдавший за всем этим Анатолий Петрович командует: - Не поднимай высоко удилище. Еще ниже держи к воде. Не давай далеко уходить, смелее подматывай. Рыбина упорно сопротивляется, но скоро сдает позиции, и я подвожу ее к берегу. Это, оказывается, жерех, весом килограмма в два. Было удивительно, как он мог своим сравнительно небольшим ртом почти проглотить блесну с широким тройником. В течение одного часа на этом плесе, кроме жереха, мне удалось поймать еще четырех сомят. Любопытный случай произошел в борьбе с одним из них. До этого мне не приходилось ловить сомов на спиннинг в реках с быстрым течением, но я знал, что сом очень подвижен на блесне, и борьба с ним увлекательна. И вот, в один из забросов, - его обычная поклевка: мягкая хватка блесны из-под камня, легкий толчок и внезапное натяжение лесы. Я подсек и тут же вынужден был крепче сжать в руках удилище. Сом бросался из стороны в сторону, пытаясь освободиться. Долго я не мог начать подмотку лесы. Не один метр лески пришлось отдать сому. Затем он как-будто сдался и пошел змейкой ко мне. Дойдя до рубежа, откуда из воды хорошо виден рыболов, освещенный солнцем, сом сделал рывок такой силы, что удилище выскользнуло из моих рук. Я прыгнул за ним в воду и, к счастью, стоя почти по пояс в воде, подхватил его. Вслух обругав сеоя за то, что из-за собственного ротозейства упустил хорошую добычу, я начал подматывать лесу. Но я ошибся. Сом прочно засекся на блесне. При вываживании он продолжал делать верткие рывки, но я уже подводил его к берегу. Вот из воды показываются два уса, затем приплюснутая голова и туловище. Упорно не сдававшийся хищник вскоре был на берегу. Все три крючка прокололи мясистые губы сома. С большими усилиями, с помощью плоскогубцев, мы извлекли тройник из пасти все еще продолжавшего отбиваться хищника. И вес-то его был не более трех килограммов, а какую он показал силищу, борясь за существование! Не менее половины поклевок оканчивались сходом. После подсечки сом начинал ходить под водой, давал подмотать несколько метров лесы, а потом внезапно сходил. По всей вероятности, сомы хватали за грузила, некоторое время тащились на лесе, но при первом же рывке сходили. Это предположение подтвердилось: Анатолий вместо блесны привязал кусочек обыкновенной темно-зеленой банной губки, прикрепив к ней тройничок. Губку сомы стали хватать активнее, чем блесну. Не потому ли, что губка хорошо имитировала водяную мышь, которой любят полакомиться сомы? Утренний жор рыбы в Ононе не утихал еще долго. На плесе продолжалось рыбье игрище, пленяющее душу рыболова... У берегов и на середине реки выплескивались на поверхность щуки и жерехи. Веером разлеталась от хищников рыбья мелочь. Закончив рыбалку, мы долго еще не могли оторвать взоров от этого зрелища. Не хотелось покидать приветливый, живописный берег Онона. С сожалением сел я в машину. ГАЗ-69 рванулся с места и, набирая скорость, пошел к Чите. А через заднее стекло все еще виднелись скалы действительно голубого Онона, покорившего мое сердце.

Иван Соколов-Микитов

Выдры

Ранним утром я проходил берегом знакомой тихой реки. Уже взошло солнце, стояла полная беззвучная тишина. На берегу широкой и тихой заводи я остановился, прилёг на луг и закурил трубочку. В кустах пересвистывались и перелетали весёлые птички. По всей заводи густо цвели белые лилии и жёлтые кувшинки. Широкие круглые листья плавали на поверхности недвижной воды. Над кувшинками летали и присаживались лёгкие стрекозы, в небе кружили ласточки. Высоко, высоко, чуть не под самыми белыми облаками, распластав крылья, парил ястреб-канюк. Пахло цветами, скошенным сеном, береговой высокой осокой.

Петр Иванович СУВОРОВ

ДЖЕК-РЫБОЛОВ

На Вороне, в районе Инжавина, встретили мы старого охотника. Он словно сошёл с перовской картины "Охотники на привале", уселся с нами у костра и чуть не до самого утра рассказывал нам всякие истории, одна невероятнее другой. Он даже и лицом немного напоминал перовского героя. Вот послушайте, что он рассказал нам про свою собаку. Я постараюсь сохранить по возможности даже его своеобразные выражения.

Петр Иванович СУВОРОВ

ХОПЁРСКИЙ ЧЕБАК

Что касается нашего леща и хопёрского чебака, то здесь с первого знакомства заметишь разницу.

Возьмём нашего леща. Хорошая рыба, что и говорить! А ведь далеко не каждый из наших рыболовов может рассказать, что он "сегодня здоровых лещей наловил" на Протве, или на Наре, или на другой подмосковной речке. И рассказать об этом просто, спокойно, как о чёмто обычном, неудивительном, не ожидая от слушателей восклицаний и не рассчитывая поразить их. Обычно у нас рыболов-лещатник заявляет о своих успехах нарочито небрежным тоном, всячески желая привлечь как можно больше доверчивых слушателей и - что греха таить! - нередко выдавая за "хо-о-ро-шего леща" просто маленького подлещика.

Петр Иванович СУВОРОВ

КАК ПИСАТЕЛЬ СТАЛ РЫБОЛОВОМ

Как велика страсть к рыбной ловле, об этом и писалось и говорилось уже очень много. Правда, чаще всего об этой страсти говорят с улыбкой, снисходительно, и говорят не сами рыболовы, а те, кто этой страсти не подвержен. Настоящие рыболовы просто любят своё тихое, безобидное увлечение и делятся своими радостями, успехами и неудачами только с такими же одержимыми, понимающими и сочувствующими слушателямирыболовами. А таких ведь немало, и с каждым годом "племя рыболовов" становится всё многочисленнее и многочисленнее. И, что всего удивительнее, увлечение рыбной ловлей иногда приходит совершенно внезапно, и приходит к человеку, который до этого момента был "вполне нормальным" и не раз смеялся над увлечениями рыбной ловлей.

Первая книга молодого ставропольского писателя Валентина Копылова— о собаках, которые вынуждены жить вдали от людей, в суровой тайге. Во многом трагичный и горестный рассказ наполнен светлой верой в дружбу человека и собаки. В повести звучит призыв к ответственности за судьбу «братьев наших меньших».

Книгу отличают увлекательный сюжет, яркие картины природы, ощущение взаимосвязанности всего живого мира.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.

Для широкого круга любителей рыбной ловли.

Убежденному холостяку Роберту перевалило за тридцать, подружкам своим он потерял счет, на карьере художника поставил крест, и жизнь его давно катится но наезженной и унылой колее. Но втайне Роберт по-прежнему мечтает о любви, которой никогда не знал. И однажды жизнь подкидывает ему шанс – на лондонской улице Роберт сталкивается с ангелом. Имя у ирландского ангела вполне соответствует внешности – Анжела, но вот характер оказался далеко не самым ангельским – своенравным, скрытным, лживым и даже распутным…

Анжела приехала в Лондон из самого сердца Ирландии, где остались чокнутые тетки и абсолютно безумный дядюшка, который последние пятьдесят лет безвылазно провел на чердаке. И всю свою жизнь Анжела мечтала сбежать из родного сумасшедшего дома – куда угодно, хоть в монастырь. И вот она уже почти монашка, работает в приюте для бездомных, ждет причастия, но достойна ли она его?..

Кейт О'Риордан написала не любовный роман и не сладкую сказочку, а смешную, умную и экстравагантную комедию о любви и ошибках, об упрямстве и самообмане. Неповторимый ирландский юмор, самоиронию и абсурд О'Риордан смягчает теплой интонацией и нескрываемой симпатией к своим персонажам.

Нет и не может быть для настоящей женщины дара более драгоценного, чем дар любви. Любви прекрасной и волшебной, страстной и обжигающей, чувственной и святой. О любви, которая приходит неожиданно, чтобы стать светом во тьме и смыслом жизни...

В романе сохранены авторские орфография и пунктуация

Нет на свете ничего прекрасней заросшего русского кладбища на краю небольшой деревни.

Тихое, неприметное издали, лежит оно под густыми купами берез, теряется в зарослях боярышника, бузины и сивой, годами не кошенной травы, что стоит высокой, до пояса, стеной на месте бывшей здесь некогда ограды.

Случайный прохожий, следующий мимо по неширокой полевой дороге, замечает эту своеобразную изгородь, возведенную матерью природой взамен развалившейся человеческой, покосившиеся, но всегда гостеприимно распахнутые ворота, кресты, неброско, но явственно мелькающие меж толстых березовых стволов, заставляющие невольно замедлить шаг или вовсе остановиться.