Янки при дворе короля Артура

Янки при дворе короля Артура

Михаил Якубовский, Николай Блохин

Мы попытались представить себе, как современные сценаристы и режиссёры поставили бы... что же ещё не успели испортить?.. вот, хотя бы М. Твена.

ЯНКИ ПРИ ДВОРЕ

КОРОЛЯ АРТУРА

(по мотивам повести М. Твена)

ПРОЛОГ

На фоне средневекового замка Мерлин (арт. А. Джигарханян) в мантии и колпаке, усыпанном звёздами, поет куплеты. Затемнение.

1-Я СЕРИЯ

Современный крупный город: небоскрёбы, бары, реклама. В автомобиле едет Янки (арт. А. Миронов). Музыка, титры. Лаборатория (в понимании кинорежиссёра): булькают разноцветные жидкости в колбах, мигают лампочки. Обязательно включён лазер (направлен в стену). Периодически что-нибудь взрывается. Молодые бородатые учёные с интересом разбираются в схеме детекторного радиоприёмника. Посреди комнаты стоит сооружение из пылесоса "Урал", автодоилки "Ёлочка" и снегохода "Буран" со множеством тумблеров, рычажков и рубильников. Телезрителю сразу ясно, что перед ним машина времени. Для полной ясности учёный в белом халате (арт. А. Джигарханян) рассказывает вошедшему Янки, как он изобрёл это устройство. Говорит он всю первую серию... Звонок. С криками "файв о'клок!" учёные, лаборанты и секретарша выбегают из лаборатории. Янки, оставшись один, естественно, щёлкает рычажками. Раздаётся очередной взрыв, и под "космическую" музыку он исчезает. Вбегает взволнованный учёный и, взяв из угла банджо, поёт голосом М. Боярского песню об ответственности, учёного перед обществом.

Другие книги автора Николай Михайлович Блохин

Дорогие друзья и подруги!

Я в науке скачок произвёл.

От большого ума на досуге

Гениальную вещь изобрёл.

Почесав, как положено, в темени,

Я в натуру чертёж перенёс.

Получилась машина времени,

И назвал я её "хроновоз".

С циферблатами на панели

И окном из тройного стекла,

С индикацией дня, недели,

Года, месяца и числа.

Наконец я закончил машину,

Помолился аллаху в углу,

– Рота, равняйсь!.. Плискин, была команда "равняйсь"!.. Рота, смир-на!..

Шариков, была команда "смирно"!.. Рота, вольно!.. Хаббибулин, была команда "вольно"!.. Что?.. Где подполковник?.. Рота, равняйсь! Товарищ подполковник, в роте проводятся занимания по подниманию… виноват, занятия по поднятию боевого духа у новобранцев… Есть!.. Ха-ха-ха, товарищ подполковник!.. До свидания, товарищ подполковник!.. …Продолжаем занятия… Плискин, по команде "равняйсь" все должны повернуть головы направо так, чтобы каждый видел грудь четвёртого человека… Что?.. У тебя справа всего двое?.. Гм… Действительно… Как тут быть?.. Гм… У солдата не должно быть никаких сомнений… Вот что…

— Степаныч? — раздался в трубке немузыкальный голос композитора Мухиной. — Я по поводу твоей последней «Матросской». Степаныч, я не отходила от рояля всю ночь. Припев мы сделаем так: «Ла-ла-ла, трум-та-та, ля-ля-ля-я!» Хорошо? И ещё. Там во втором куплете слова «дружба морская крепка» заменим на «вместе идти до конца», а?

— М-м-м… — Павел Степанович задумался. — Рифма тогда захромает, Сонечка, и… м-м-м… чем тебе, собственно, не нравится «дружба морская…»?

Написанный в 1982 году рассказ из архива клуба любителей фантастики «Притяжение» из Ростова-на-Дону.

Якубовский Михаил Альбертович

Блохин Николай Михайлович

Мниихколаилай Бяклохуибновский.

Избранное 1977 - 1983 г..

Авторы выражают признательность Сергею Битюцкому, Андрею Абрамову, Людмиле Квасовой, благодаря которым эта книга увидела свет.

Серию "Шедевры минувших веков" открывает сборник лучших рассказов двух великих авторов эпохи застоя конца прошлого тысячелетия. Эти рассказы давно вошли в сокровищницу мировой литературы. Титаны духа и праотцы отечественного фэндома творили свои шедевры под замысловатым псевдонимом - Мниихколаилай Бяклохуибновский. Настоящих имен литературных гениев история, к большому сожалению, не сохранила. Сергей Битюцкий

Подробности моего рассказа покажутся не очень нравственными, но ручаюсь вам, что в нём будет заключаться глубокий, нравственный смысл, который не ускользнёт ни от кого, разве от 18-летних барышень – да им моей книги не дадут; а если она им и попадётся случайно, то умоляю их после этих строк закрыть её и не класть на ночь под подушку, потому что от этого находят дурные сны.

М. Ю. Лермонтов. "Я хочу рассказать вам" Иванов медленно поднялся по ступенькам, постоял, тяжело дыша, и, с трудом приоткрыв дверь, вошёл в магазин. На большой коробке из-под болгарских плевательниц, прислонясь спиной к аппарату искусственного кровообращения, сидела, уткнувшись в толстый журнал, блондинка-продавщица.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

С крыши двенадцатиэтажного здания отеля хорошо просматривались окружавшие его апельсиновые сады, огороды и пастбища для скота. Они расходились правильными квадратами все дальше и дальше и одновременно все выше и выше уменьшаясь в перспективе и образовывая замкнутую сферу — внутреннюю поверхность Фермерского астероида, расчлененную на две равные части кольцевой линией рек и озер.

В центре малой планеты горела ядерная лампа — искусственное солнце, заливавшее ярким светом все ее внутреннее пространство. «Небо» — полусфера, располагавшаяся над головой выше лампы, — представлялось невообразимой мешаниной крохотных квадратиков и казалось живым: такое впечатление создавали непрерывно снующие по нему ярко-красные букашки — автоматические трактора.

Михаил Остроухов

ЛУННЫЕ РЫЦАРИ

Фантастическая повесть

Ли Страйт был кавалеристом в армии северян. Его "конь" представлял собой огромного черного робота, который порядком поизносился за время своей долгой службы, но все еще продолжал считаться одним из лучших "коней" армии, потому что если Ли доводилось участвовать в атаке, робот всегда нес его впереди лавины отважных кавалеристов. И вообразите теперь, что это было за зрелище, когда по равнинне, т, е. по дну лунного кратера неслись гигантскими скачками сотни черных машин, на хребте у которых сидели люди в скафандрах готовые погибнуть, но выполнить приказание своих командиров. Война между северянами и южанами длилась уже не один год и влекла за собой неисчислимые жертвы и потери, причем никакие соглашения и мирные договоры не могли прекратить этой чудовищной бойни. В первую очередь потому, что каждая противоборствующая сторона надеялась в скором времени одержать верх и полностьк завладеть луной. Такой надежде способствовало то, что чаша весов в руках фортуны постоянно колебалась, и часто успех той или иной стороны ставил противоположную на грань краха, ведь разрушение даже одного единственного завода по выработке кислорода приводило к гибели большей части зависящих от него людей. Такая упорная борьба происходила в основном из-за религиозных разногласий. Дело в том, что переселяясь на Луну представители 19-той мировой религии колонизировали, как правило, юг, а 25-той - север. Именно эти две религии, из всех тридцати восьми мировых, что были на Земле, отличались воинственностыо и ярко выраженным мессионерским характером, поэтому ничего удивительного, что они поделили между собой сферы влияния на спутнике, а позже вступили друг с другом в смертельную схватку. И вот теперь, на гигантских равнинах Луны они и соперничали за право властвовать в космосе безраздельно, ибо Луна была безусловно воротами в космос. Однако затяжная война во многом истощила те скудные запасы энергии и материалов, которые успели перебросить с Земли обе стороны, и противники будучи не в состоянии остановиться в этой войне, перешли на холодное оружие. И вместо танков на электрических батареях пересадили своих бойцов на малоэнергетичных землеройных роботов, выдав солдатам вместо лучевых пистолетов обыкновенные мечи. Эта перемена в оружии повлекла за собой и изменение в тактике боя. "Конников" теперь стали формировать в эскадроны, а из эскадронов создавать "конные" армии. Но для того, чтобы удержаться на хребте бешено скачущего робота, была нужна большая физическая сила, поэтому парней в "кавалеристы" старались подбирать наиболее крупных и хорошо подготовленных. Ли Страйт как раз и отличаюя необыкновенной выносливостью и хорошей способностью к адаптации. И поэтому ему до сих пор удавалось выходить из многочисленных стычек живым и невредимым. Надо прямо сказать, что похвастаться этим мог далеко не каждый, вот почему Страйта так высоко ценили в штабе армии и часто поручали ему сложные и ответственные задания. И сейчас, когда Ли шел к своему командиру Максиму Токареву после недельного отдыха на базе, он был внутренне готов к самым сложным операциям. Войдя в дверь, Ли сразу очутился перед столом Максима. В этот момент он почувствовал мягкое прикосновение к икрам ног, свидетельствующее, что сзади к нему подкатило автоматическое кресло, и даже не обернувшись, бравый "кавалерист" мягко опустился в него. Максим Токарев поднял лицо от стола, на котором он рассматривал служебные бумаги и дружелюбно сказал: - Здравствуй, Ли, молодец, что быстро пришел. Мы решили забросить тебя для выполнения задания особой важности в тыл южан. - Слава богу, а то я совсем замаялся от безделья, - ответил Ли. - Теперь у тебя будет много работы. Перебежчики сообщили нам, что на левом фланге противника восстала большая крепость, гарнизон которой состоит из южан-сектантов, а их сильно поприжали в связи с военным временем Нам все это на руку. Но необходимо убедиться, что сведения, полученные нами, верны. За этим тебя и посылаю. Оденешь скафандр южан, в него мы вмонтируем минивидеокамеру, так, что я буду в курсе всего, что с тобой происходит, связь по рации, правда, на таком расстоянии держать нам не удасться, но это и не важно, главное, я убедюсь твоими как бы глазами, что все без обмана. И тогда я тут же брошу в атаку наши войска, южанам лишиться опорной крепости в тылу будет не сладко. Возможно это повлияет на весь ход войны. - Представляю, что это будет за рубка, - весело воскликнул Ли, глаза которого при последних словах Токарева сразу загорелись. - Ну ты что, мало в рубках побывал! У тебя задание посложнее, вот где себя проявить можно, не всякому доверят такое, - урезонил его Токарев. - И все равно я бы в атаке поучаствовал, нет более пьянящего чувства, чем то, которое испытываешь, летя на полном скаку с мечом наголо. - Ладно, Ли, я знаю, ты человек увлекающийся, думаю, это тебе и на зтот раз поможет. Нам очень важно знать, не хитрость ли это противника с Узу, да, кстати, крепость называется Узу. - А, знаю, ну что ж, можно действовать?! - Да, вот еще. Я советовал бы тебе не брать на задание твоего компаньона, этого, как его? Джобера. Дело слишком серьезно, чтобы пускаться в путь с таким человеком. - Ничего, он мне нужен, я ручаюсь за него, все будет хорошо. - Ну, ладно, смотри, тебе виднее. Желаю тебе успеха. - Спасибо, - ответил Ли и поднявшись отдал честь. - Ну, давай, - попрощался Максим. Ли развернулся и вышел из кабинета. В коридоре он остановился перед зеркалом, внимательно посмотрел на свое худое с впалыми щеками лицо, на котором уже годы произвели разметку под будущие морщины, потрогал свой изящный нос, как будто поправляя его на лице и пошел быстрыми шагами в свой отсек. Его компаньон - Джобер уже был там и заправлял баллоны скафандров воздухом. - Ну как? - спросил он, когда Ли появился на пороге. - Мне дали задание пробраться в Узу, - ответил Ли. - Как в Узу, - воскликнул Джобер, - я-то надеялся, что мы только прогуляемся по передовой. - Нет. На этот раз задание посложнее. - Да ну их, эти сложные задания, в Узу мне совершенно не хочется. - Едем, едем, это приказ. - Тебе приказали, ты и езжай. - Поедем, я тебя прошу. - Определенно, из этого ничего хорошего не выйдет, - скривив губы произнес Джобер, но начал натягивать скафандр. Баллоны были уже почти полны, и Ли, не отключая подачи в них кислорода, тоже стал влезать в одежду лунян. Полностью облачившись в нее он снял со стены свой меч, проверенный не в одном бою и повесил его на широкий пояс. - Ну что, ты готов? - обратился он по рации к Джоберу, - идем, если встретим какую-нибудь неприятность, проскочим половину ее с разгону, главное разогнаться. - Знаю я, какие неприятности, - огрызнулся в ответ на это замечание Джобер, - ну ладно, пойдем. Компаньоны вышли из гардеробного отсека и двинулись к шлюзовой камере по отделанному светлым металлом коридру. - На поверхности Луны в ангаре, почти рядом со входом в здание штаба, стояли землеройные роботы, иными словами "лошади" разведчиков. Ли напрюился к своему "скакуну" - огромной черной машине и легонечко постучал по его камере управления, на что черный робот приветливо скрипнул. - Садимся? - спросил Джобер по рации, и голос его звучал еще более недовольно, чем во время их предшествующего разговора. - Да, - ответил Ли и ловко вскинул свое мускулистое тело в высокопрочном скафандре в седло. Прямо перед ним была небольшая панель с кнопками и двумя рукоятками, которыми регулировались движения Сомерсетта (так звали "лошадь" Ли). Разведчик надавил синюю кнопку, и машина задрожала и послушно пошла иноходью из ангара, Джобер последовал примеру своего компаньона на коричнево-сером землерое по кличке "Крот", имевшем на пару ног больше, чем "лошадь" Ли, но отличавшимся большей длиной пробега без дозарядки. Миновав наблюдательный пост северян, где были уже, видимо, предупреждены, что их останаваливать нет необходимости, разведчики стали спускаться на дно кратера Равновесия, чтобы пройдя по дуге, держась возле его стенок, незаметно добраться до края, который контролировался уже армией противника и, поднявшись наверх, ехать уже прямо до города-крепости Узу. Весь путь по дну кратера нужно было проделать как можно быстрее, ибо хоть они и скрывались за обломками лунных скал, лавируя между ними так, чтобы их не видели с берега южан, но все равно отблеск их скафандров мог быть замечен наблюдателями противника. Много часов продолжалась их бешеная скачка, пока наконец они не достигли намеченной точки. В небольшой нише, после утомительного подъема компаньоны сделали свой первый и последний перед Узу привал, чтобы собраться с силами для решающего броска. Ли ловко спрыгнул с Сомерсетта и тут же принялся нажимать кнопки на запястье левой руки, чтобы глотнуть из баллона с кислородом добрую порцию воздуха. Дело в том, что скафандры лунян были устроены так, что сами очищали воздух, которым дышал человек, и лунянин несколько земных суток мог существовать с фиксированным запасом кислорода находящемся только в скафандре, но при больших физических нагрузках или когда человеку приходилось подолгу размышлять он начинал глубже дышать и приборы уже не успевали очищать воздух, вот на этот случай луняне и брали с собой дополнительные баллоны. Добрый глоток кислорода был замечательным роскошеством во время длинного путешествия. Сделав глубокий вдох, Ли сказал в переговорное устройство: - Поспи немного, я покараулю, а через пару часов тебя раз бужу. - Хорошо, - откликнулся Джобер и, спустившись с "Крота", проковылял к большому шороховатому камню. Повертевшись вокруг него, он наконец сел к камню спиной и замер. Ли тоже хотелось спать, но они так близко подошли к наблюдательным пунктам южан, что было крайне опасно никого не оставлять на посту. Если бы часовой вовремя заметил патрульный отряд, у них еще был бы шанс ускакать куда-нибудь в ущелье или скрыться за выступом скалы, поэтому Ли пристально стал вглядываться в широкие лунные пространства открывающиеся перед ним. Плато, которое им предстояло пересечь тянулось до кратера Аль-Баттани, и по нему во всех направлениях бежали гряды скал. Это радовало Ли, потому что можно было, как и прежде, лавируя между ними скрываться от взоров наблюдателей, находящихся справа и слева от разведчиков на расстоянии не более километра в куполообразных, окрашенных под цвет лунного грунта сооружениях, ощетинившихся бездействующими уже давно пушками. Непосредственно под куполом находилась боевая площадка и кабины наводчиков, все остальные помещения располагались глубоко под землей: конюшни для землероев, комнаты для жилья, гауптвахта, штаб и т.д. Устройство этих пунктов Ли знал прекрасно, потому что детально изучил их в школе разведчиков. В принципе наблюдательный пункт был мощной и хорошо оборудованной крепостью, в то время, когда луняне еще пользовались лучевым оружием, но с переходом на мечи и копья судьбы войны стали решаться в открьпом поле, и как только одна сторона высылала свои войска для диверсии, из наблюдательного пункта тут же выходили отборные эскадроны и неслись на перехват. Таким образом наблюдатели и южан и северян всегда были начеку, и кроме того, через каждые пять часов патрули проезжали вдоль всей прифронтовой полосы, высматривая лазутчиков. Поэтому Ли внимательно вглядывался в окружающие ландшафты, чтобы не проглядеть отряда южан, но все было гладко, уныло и однообразно. Так прошло два часа дежурства Ли, и он разбудил своего компаньона, чувствуя, что больше ни секунды не может оставаться на ногах. Фигура Джобера зашевелилась, и через стекло шлема Ли увидел, как открылись его глаза и сонный взгляд бессмысленно уставился в звездное небо. - Вставай, - сказал Ли по рации, - теперь моя очередь спать. С этими словами он схватил Джобера за руку и рывком подтянул его к себе, а затем занял место своего компаньона, который так и остался стоять рядом с ним, неуклюже переминаясь с ноги на ногу. Но Ли больше не обращал на него внимания, он сразу погрузился в глубокий сон, и ничто больше не могло потревожить его, потому что он отключил рацию, и только грубые толчки Джобера, если бы что-нибудь случилось, в состоянии были бы подействовать на него. Так оно и случилось. Только открыв глаза после того, как почувствовал, что кто-то теребит ему плечо, Ли увидел перед собой не продолговатое лицо Джобера, а круглое, расплывшееся лицо незнакомца, и тут же он заметил эмблему на рукаве скафандра этого человека, означавшую, что тот лейтенант армии южан. Тогда Ли понял, что произошло самое худшее: они попали в руки патрулю. Рассеяно оглянувшись кругом он увидел еще несколько патрульных, стоявших поблизости, но больше всего его шокировало то, что возле него также прислонившись к камню спиной спал, как ни в чем не бывало, Джобер. С проклятиями Ли вскочил и толкнул его обеими руками, от чего Джобер сначала завалился набок, а потом стал медленно подниматься. Когда же он наконец встал на ноги и можно бьыо продолжать разбирательство, Ли уже овладел собой и решил, что не все еще потеряно. Ведь они тоже в форме южан и у них есть хорошая легенда, и поэтому можно попытаться ввести в заблуждеиие патрульных, в случае же если он задаст Джоберу взбучку, это явно не удастся. Ли включил рацию и обратился с приветствием к лейтенанту южан. - Добрый день, я ужасно рад вас видеть, хотел, чтобы и мой товарищ порадовался. Мы скакали с ним в наблюдательный пункт # 28 из резервной армии. - Пункт # 28 на сорок километров западнее, а пункт # 12 вам не нужен? ответил лейтенант скрипучим голосом. - Нет, нам нужен двадцать восьмой, - произнес дружелюбно Ли. - И все же вам придется завернуть в двенадцатый, - усмехнулся лейтенант, - отдохнете, приведете себя в порядок, Давайте сюда свои мечи, чтобы они вам не мешали. - Спасибо за приглашение. Вот мой меч, - ответил Ли с деланной радостью, понимая, что другого выхода нет. - Тогда прошу следовать за мной, - сказал не очень-то радушно лейтенант, и Ли и Джобер пошли вместе с ним к "лошадям". Через минуту маленький кортеж уже вынырнул из ниши и во весь опор помчался к ближайшему наблюдательному пункту. Возле его ворот располагалось множество навесов, под которыми южане укрывали землероев от попадания мелких метеоритов, когда отлучались на короткое время, однако на этот раз они повели свои машины в шлюзовую камеру, что весьма огорчило Ли, он понял, что теперь предстоит долгое разбирательство. Пока они спускались в лифте под землю, Ли мучительно думал, поменять ли ему легенду или оставить старую, которой, как было уже ясно, не очень то поверили. Но так ничего и не решив разведчик собрался действовать по обстоятельствам. Дверца лифта открылась и луняне оказались в просторном помещении, стены которого занимали шкафы со скафандрами, а посередине зала стояли сотни землероев. Новоприбывшие добавили к ним своих "лошадей", причем Ли любовно потрепал на прощание своего видавшего виды Сомерсетта по камере управления и пошел снимать скафандр. Когда он и Джобер управились с этой операцией, стянув с себя первую и вторую оболочку (вторую всегда одевали для страховки), они остались в легких спортивных костюмах, как впрочем и другие луняне. - Идемте, - почти таким же трескучим, как если бы он говорил по рации голосом сказал лейтенант, взявший их в плен, и разведчики повинуясь приказу двинулись за ним по широкому коридору вглубь наблюдательного пункта. Дорога привела их к огромной белой двери, которая автоматически отворилась перед ними, и они войдя в нее, оказались в небольшой комнате, где происходило заседание высших командиров. За круглым столом стоявшем в центре сидело человек десять бритоголовых южан в белых костюмах. - А! Лейтенант Отт! - воскликнул один из них с серьгой в ухе, - кого ты привел? - Наши гости утверждают, что они ехали из резервной армии в наблюдательный пункт # 28, - ответил незамедлительно Отт. - Какое у вас там было дело? - подозрительно спросил пучеглазый штабист, сидевший напротив вошедших. - Мы должны были предупредить командира, чтобы он готовился к прибытию пополнения, - спокойно ответил Ли. - Да, - проговорил как бы в раздумье военный с серьгой, - до 28-го пункта далековато, поди проверь. Рация на такое расстояние не действует. Знергии не хватает. - Подожди, - прервал его пучеглазый, а кто генерал в вашей армии? Ли прекрасно знал, кто генерал и открыл рот, чтобы сказать, но Джобер опередил его. Он вдруг весь покраснел и выкрикнул: - Не знаю я, кто генерал. - Отлично, - воскликнул пучеглазый, видимо, председательствовавший на этом совете, - уведите их. Северяне видно истощили свои людские ресурсы, коли таких в разведку посылают. Ли ошарашенно глядел, на председателя и не мог произнести ни слова. Перед этим он только раз взглянул на Джобера, и глаза его вспыхнули огнем, который правда, тут исчез. - Пойдемте, - произнес Отт, я отведу вас в камеру. У нас как раз освободилась одна. Казнили вчера несколько северян. - Почему их казнили? - спросил с дрожью в голосе Джобер. - Отказались работать на нас. Пойдемте, завтра вас как следует допросят. Ли и Джобера отвели в камеру, которая находилась на самом нижнем этаже сооружения, кроме двух кроватей и маленького столика другой обстановки в ней не было, Когда Отт удалился, оставив наших героев вдвоем, Джобер сразу приблизился к Ли и несколько раз хлопнул рукой по карману его брюк: - Ничего там у тебя съестного не завалялось? - спросил он. Ли стрельнул в него взглядом, но тут же опустил глаза и сухо ответил: Нет. - Жаль, с искренним сожалением произнес Джобер и, отойдя в сторону, свалился на койку. Ли тоже уселся на кровать и, обхватив голову руками, стал покачиваться из стороны в сторону. Он был в полном отчаянии, и никакие светлые мысли не посещапи его, ибо находясь за крепкими запорами на глубине-20 метров от поверхности Луны, он чувствовал себя совершенно беспомощным. - Эй! - вдруг окликнул его Джобер, - посмотри-ка сюда. Ли поднял взгляд от пола и увидел, что Джобер на коленями стоит на своей кровати и смотрит в какую-то щель в стене. - Гляди, гляди, - повторил Джобер, - кто-то до нас здесь дырку провертел, я пальцем камушек тронул, он и отплыл. Ли поднялся и, подойдя к кровати компаньона, тоже прильнул к щели, которую ему предоставил отпрянувший Джобер, и то что там он увидел сильно удивило его. За стеной их камеры находился большой освещенный зал поражающий своей великолепной отделкой. Трудно было даже представить, что такое роскошество существовало в обыкновенном наблюдательном пункте. Хрустальные люстры лили мягкий чарующий свет на скульптуры причудливой формы, стоявшие по углам, на картины искусной работы, вделанные в деревянные покрытия стен, причем покрытия были резными и сами собой представляли произведения искусства. Посреди зала стоял огромный аквариум, наполненный какой-то красноватой жидкостью, а накрытые белоснежными скатертями столики, расположенные вокруг аквариума, говорили о том, что все здесь приготовлено для какого-то торжества. - Что это у них такое? - спросил Джобер. - Трудно сказать, - ответил разведчик, - надо подождать, понаблюдать, возможно, мы вскоре разрешим для себя эту загадку. - Да, мы разрешим? - произнес недоверчиво Джобер. - Дай посмотрю. Ого! Вот это да! Через минуту Ли опять прильнул к адели и увидел на этот раз, что в зал из нескольких дверей стали входить люди - в белых хитонах и занимать места за столиками, другие люди в обыкновенных брюках и рубашках расставляли на столах кушанья и кубки для вина. Когда они закончили с этим и удалились, все оставшиеся встали и обратили свои взгляды к главному входу, будто ожидая чего-то. И вот, в зал вошла женщина изумительной красоты. Сквозь прозрачное покрывало, которое было наброшено прямо на обнаженное тело, различалась безукоризненная божественная фигура, лицо же женщины вызывало желание лишь тихо стонать от восторга.

Георгий Островский

Мир четырех горизонтов

Лента неторопливо выползала из машины, и на ней отпечатывались вытянутые, лежащие на боку восьмерки. Я уже знал, что этот математический символ бесконечности обозначал включение "Микрона" в нормальный режим работы.

- Ну и что? - спросил я у Саши.

Саша следил за восьмерками, деловито выскакивающими одна за другой, и ответил мне, не оборачиваясь:

- Он настраивается на сигналы иных миров. И переводит сигналы на русский. Рисует образ.

Георгий Островский

Три тени от одного камня

Утро, как всегда, вспыхнуло внезапно и мгновенно. Еще секунду назад линия горизонта угадывалась в границе между черной тьмой и тьмой, усеянной далекими неподвижными звездами. Но вот мрак, еще не успев посветлеть, неуловимо заклубился, словно предчувствие света пронзило его. Мне даже показалось, что сейчас потянет легким шелестящим ветром, который приносит из каких-то близких, но еще не видимых мест запахи прохладных деревьев и не успевшего остыть за ночь пустынного пляжа, и что ночь незаметно превратится в бледные, неподвижные сумерки, а потом - в тихо тающую теплую дымку...

Георгий Островский

Занятная новогодняя история

Это был удивительный снег. Он не скрипел под ногами, а мягко и бесшумно проваливался, едва мы на него ступали. В нем оставались глубокие следы, на дне которых темнели аккуратные отпечатки наших рубчатых, как автопокрышки, подошв.

Снег шел всю ночь - медленный, сонный, теплый. Только на рассвете небо очистилось; и теперь, ранним утром, он лежал, нетронутый, плавными застывшими волнами на тротуарах и мостовой. Туи склонялись под его тяжестью до земли, а графическая тонкость голых веток платанов и акаций казалась особенно подчеркнутой от присыпавших их снеговых пластов.

Деликатный стук в дверь. Входит пациент. Глаз закрывает плотная черная повязка. Оба глаза.

— Я, — спрашивает, — туда попал?

— Похоже на то, — отвечаю. — Что у вас с глазами?

Идет на голос, нащупывает стул. Садится: спина прямая, руки на коленях.

— Спасибо, — говорит, — с глазами у меня все в порядке.

— Что же вас в таком случае беспокоит?

— Ах, доктор, — вздыхает. — Если в двух словах, то я боюсь наезда.

— Не бойтесь, — успокаиваю. — У нас тут не правительственная клиника. Контингент простой, никаких наездов.

Олег Овчинников

Старые долги

Кто знает, может быть, грядущей деноминации

посвящает автор эти трагические строки...

На той стороне трубки раздался Пол. (Специально для моих англо-говорящих переводчиков: имя Пол пишется с ошибкой - Pol, а не Paul.

Ошибка сознательная, он сам так захотел.) Вы скажете: правильнее было бы - раздался голос Пола. Но нет, я не мог ошибиться - раздался сам Пол. А голос его в этот момент вкрадчиво произносил:

Валентина Пахомова

Зуев

- Зуев, а вдруг соблазню, не боишься? - спросила я, передернув плечами.

Зуев осторожно выглядывал из-за газеты. Глаза его были широко раскрыты.

- Ты что, Зуев? - испугалась я.

Он вскочил, дернул меня за руку.

- Раздевайся, - приказал Зуев.

Я погладила его по плечу.

- Зуев, что с тобой? Зачем ты так?

- Раздевайся, - металлическим голосом повторил он.

Губы у меня пересохли, и почувствовала я такую слабость, что совершенно перестала соображать. Машинально сняла джинсы, бросила на пол и села на стул. Зуев отвернулся к стене, плечи его вздрагивали.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Михаил Якубовский, Николай Блохин

ТРОЛЛЕЙБУС

...Он появлялся бесшумно, как тень от облака, изуродованный в авариях, с выбитыми стёклами на ржавых боках, озаряемый лишь мертвенными вспышками над покорёженными штангами. Видевшие его утверждали, что номер машины, как и номер маршрута, разобрать было невозможно. Зато все в один голос говорили, что в водительской кабине скелет с отвислой челюстью уверенно сжимал бледными фалангами помятое рулевое колесо. Отдельные романтики заметили даже промелькнувший в салоне второй скелет, в платочке и с сумкой через плечо, во что, впрочем, решительно нельзя поверить, так как транспорт города давно работает без кондуктора. По центру и окраинам, мимо особняков и многоэтажек вершил он свой путь в ночной тиши, нарушаемой порой лишь запоздалым выкриком: "Смотрите, да смотрите же, вот он!" Слухи, слухи шли по городу, распространялись и ширились, многократно усиливаясь и искажаясь, но одно было бесспорным: троллейбус-призрак! Говорили, что встреча с ним грозит бедой. Вообще-то, доподлинно известен и задокументирован один случай: в архиве ГАИ хранится объяснительная гражданина Карпова Т. П., утверждавшего, что он пытался увернуться от призрака, отчего и срезал своей "Ладой" стойку светофора. Однако в той же папке лежит протокол, беспристрастно зафиксировавший уникальный факт "расплавления индикаторной трубки от выдоха гр. Карпова Т. П.", что несколько снижает ценность его показаний. Что здесь правда, а что вымысел - сказать трудно, но многие трезвые головы (трезвые в прямом и переносном смысле, а также по долгу службы) признавали опасность загадочного транспортного средства. Из уст в уста передавался рассказ о том, как призрак выбил из рук сотрудника книготорга увесистую связку дефицитной литературы и погнал её перед собой, зловредно поддавая бампером. И разве не его штанга оборвала воздушную линию телефона, только что проложенную в квартиру одного ответственного товарища? Мы уже не говорим о недоказуемых вещах типа забрызганных норковых шуб и неожиданных ревизий. Но вот внезапное погасание некоторых букв в люминесцентных надписях, вследствие чего образовывались совершенно безобразные сочетания, - это, товарищи, факт! И он чёрным по белому записан в деле директора "Светорекламы", который теперь слышать не может о троллейбусах вообще. До поры до времени все эти, согласитесь, возмутительные события как-то не замечались соответствующими учреждениями. То есть неясно, какое именно учреждение было бы в данном случае соответствующим, но уже и само появление призрака выглядело... ну, неприличным, что ли. И как тут прикажете реагировать, какие инструкции применять, какой параграф использовать? Конечно, принимались кое-какие меры, но вяло. И, как показало дальнейшее, совершенно зря.

Вадим Якунчиков

Рассказы печального студента

Бесплатный полезный совет: если Вам не нравится история, посмотрите следующую - вдруг та окажется не столь ужасной.

Вадим Якунчиков

РАССКАЗЫ ПЕЧАЛЬНОГО СТУДЕНТА.

Автор благодарит своих друзей и знакомых за предоставленные характеры и слова, а также извиняется, что взял их без спроса.

Оглавление.

Нелетная погода / Неудачники / Шпион / Лабиринт / Редкий кадр / Тринадцатое (воспоминание о будущем) / Ветер / Полет на автопилоте / Звонок - I / Звонок - II / Звонок - III / Звонок - IV / Звонок - V / Чемоданчик / Мороз / Диалог / Посадка / Убийство / Письмо / Мокрый декабрь / Чертова горка

Дмитpий Якунин

ГРУЗОВИК С СИHИМИ ФАРАМИ

Как-то pаз пpишлось мне добиpаться с дачи домой на попутках. Дело было около двух часов ночи, ни о каком автобусе нельзя было и мечтать, и я пpинялся голосовать пpоезжающим изpедка мимо меня автомобилям. Hаконец мои стаpания увенчались успехом, и возле меня затоpмозил стаpенький "ЗиЛ". Водитель его, еще более дpевний, чем машина, спpосил только: "В Хаpьков?" и не дождавшись моего ответа, тpонул гpузовик с места.

Рассказал(а) Cat Yamamoto [email protected]

Кот

Рассказываю со слов бывшего офицера КГБ СССР.

В конце августа 1991 года в одном провинциальном городе ждали комиссию из Москвы. Приезжие генералы должны были разобраться - кто что делал, или, наоборот, не делал в "горячие августовские денечки". К приезду комиссии местные офицеры устроили субботник. Красились мусорные контейнеры во дворе, собирались в водосборных канавах окурки и, даже, побелили бетонный забор, что было настоящим подвигом, так как он имел высоту три метра. К вечеру все "отметили успешное завершение операции", обильно приняли водочки и разошлись по домам. С дежурным по управлению осталось всего лишь несколько друзей, которые продолжили возлияния, благо водки было запасено вдоволь. Под утро, выйдя из дежурной комнаты, где звуки пьянки уже затихали, один из офицеров узрел на плацу здоровенного котяру, который не спеша шел к зданию в гости к кошке, которая проживала при казенном буфете. Котик попытался обогнуть по циркуляции пьяного, но тот пораженный наглостью животного, швырнул в него бутылку из-под пива. Кот легко увернулся от посуды, однако бежать и не думал. Hа шум выскочили все, кто мог еще ходить. Покискискав и не добившись от виновника переполоха заметной реакции, народ было уж начал расходиться, но тут кто-то вспомнил про грядущую комиссию непорядок, если перед генералами с их свитой вылезет животинка и начнет шарахаться по территории. Решение созрело быстро: если кот не дается в руки, и, следовательно, его нельзя запереть в карцере на время визита, остается последнее средство пристрелить. Дежурный достал ПМ, тщательно прицелился и нажал на спусковой курок. Пуля выбила искры в нескольких метрах от кота. Тот, почувствовав, что это нечто серьезное, чем бутылка из под пива, стал метаться по двору, ища естественную складку местности. Стрелок, видя, что он промахнулся, стал вести огонь на вскидку, но и это не дало какого-либо результата- пули ложились далеко от кота, а тот, найдя щель между мусорными контейнерами, нырнул за них. - Hе, из ПМ этого зверя не возьмешь, - заключил один из собутыльников. Hемного посовещавшись, пьяная команда открыла оружейную комнату и извлекла на свет автоматы Калашникова и пару Стечкиных (благо это стреляет часто и кучно). Чтоб заглушить звуки выстрелов, один из "охотников" завел двигатель резервной дизельной электростанции (чтение "Огонька" о массовых расстрелах усугубило жизненный опыт), а остальные расположились полукругом вокруг убежища кота. Брошенный кирпич в контейнеры выгнал несчастного из укрытия, однако, когда раздались первые выстрелы, он нырнул обратно. Hо ребята вошли в раж. Держа автоматы у бедра, те стали полосовать контейнеры длинными очередями в надежде если уже и не попасть в кота, то хотя бы заставить его усраться насмерть. Выстрелы звучали минут пять. Расстреляв весь боезапас и переведя дух, решили посмотреть, а что же стало с котом. Один из них, подсвечивая себе зажигалкой, заглянул между контейнеров. Между стенок из земли торчала труба водостока, откуда блестели кошачьи глаза. - Готов, - проорал на весь двор довольный гэбешник,- сейчас я достану тушку на стельки! За словом дело. Засунув руку в щель и не успев ничего нашарить, любитель меха взревел благим матом. Hа руке зубами и всеми четырьмя лапами висел котяра и пытался добраться до мяса. Вся компания бросилась к своему другу на помощь, но кот видя такой оборот событий, прыснул под ворота и был таков. Утром внутренний двор конторы представлял собой ужасное зрелище: на плацу везде блестели гильзы, мусорные контейнеры были одной сплошной дыркой, а на свежевыбеленном бетонном заборе красовалось множество сколов от пуль. Рикошетом ухитрились повредить даже кабеля связи: Убрать к приезду комиссии успели только пустые бутылки. Приезжие генералы, выйдя из машины, пешочком направились через внутренний двор в здание. Под ногами звенели гильзы, а ошалелые взгляды не отводились от бетонного забора. Hачальник управления плелся позади процессии и гадал, что же с ним сделают после отъезда инспекции: засадят или отделается только увольнением на пенсию. - Милейший,- вдруг один из генералов обернулся к начальнику, - а что это с забором? - Да мои ребята кота ночью расстреливали, - ответил бедолага. Свита остановилась. - А в подвале нельзя было? - тихо спросил начальник комиссии. - В подвал тащить время не было, товарищ генерал, - из-за спины начальника управления вякнул ночной дежурный, который до сих пор не мог совладать с похмельным синдромом, - мы его на воздухе решили стрельнуть. - Так думать надо, - перешел на крик генерал, - здание в центре города, стрельба ночью наверное весь район разбудила. - Да мы двигатель включили! Кто поймет, что тут делалось? - заканючили местные. - Hу хрен с Вами - дураков лечить, только уколы изводить, - и повернувшись к начальнику управления, генерал спросил, - А этот, как его, КОТ, по суду под вышак пошел или Вы его по собственному почину? - По собственному почину, да и вон как моего за руку покусал: - кивнул начальник на своего подчиненного. - Hу этих сволочей стрелять надо, совсем распоясались. Всю страну разворовали. А ты правильно сделал, что с ними не церемонишься. Молодец! И оставив обалдевшего начальника управления, который только сейчас осознал всю глубину заблуждения гостей, комиссия заспешила дальше: