Як

Дональд Биссет

Як

Далеко-далеко, так далеко, что и не доберешься, жил в горах Тибета як.

Конечно, от чего-то далеко, а от чего-то близко. От снегов и льдов, например, от холодного ветра и дождя со снегом, от влажной травы и отвесных скал - совсем близко. Когда весь день бушевала буря, солнце пряталось за тучи, и в ураганных вихрях носились черные вороны - все это было близко.

А вот магазины и книжки с картинками, мороженое и жаркий камин, кино и дети, бегущие в школу, - это было очень далеко.

Другие книги автора Дональд Биссет

 Повесть-сказка английского писателя. Иллюстрации и оформление А. Маркевича.

Дональд Биссет

Про поросенка, который учился летать

Однажды поросёнок - а звали его Икар! - пришёл к Волшебному источнику и попросил исполнить его желание. Ему давно уже хотелось научиться летать.

- Если тебе очень хочется, я могу сделать так, что ты полетишь, - сказал Волшебный источник. - Но только для этого тебя сначала надо превратить в птицу.

- Нет, я хочу быть поросёнком! Поросёнком, который умеет летать, - сказал Икар.

Дональд Биссет

Все кувырком

Жила-была на свете ворона Алиса. Ленивей вороны свет не видел. Иногда она засыпала прямо на лету, и ей снились самые диковинные сны.

Однажды она так крепко заснула, что полетела кувырком, и, пока летела, ей приснился сон - сон кувырком...

Кошка Мурр любила ловить мышей. Она увидела в корзине с бельём двух мышек и потихоньку подкралась к ним.

- Смотри-ка, вон кошка! - сказала одна мышка другой. - Сейчас мы её поймаем!

Встреча с новой книгой похожа на встречу с новым человеком. Симпатия возникает сразу, приходит постепенно или не возникает вовсе.

В книге Биссета "Забытый день рождения" замечательные герои, атмосфера доброты, сказочной безмятежности.

Самое интересное для меня — придумывать рисунки Какими должны быть тигр Рррр, поросёнок Икар, Крококот, корова Энна- бель?.. Воображение работает, когда стоишь в очереди за хлебом, едешь в метро, даже во сне, по-моему.

Дональд Биссет

Га-га-га!

Жил на свете гусёнок, по имени Уильям. Но мама звала его всегда Вилли.

- Гулять пора, Вилли! - говорила ему мама. - Зови остальных, га-га-га!

Вилли очень любил гагагакать, сзывая всех на прогулку.

- Га-га-га! Га-га-га! Га-га-га! Га-га-га! - так и пел он всю дорогу.

Однажды на прогулке он встретил котёнка. Симпатичного чёрного котёнка с белыми передними лапками. Вилли он очень понравился.

Биссет создал мир коротких сказок, не только воплотил свои задумки в двух прославивших его книгах — Забытый день рождения и Путешествие по реке Времени, — но и осуществил телепостановки из лучших своих сказок. Биссет ещё и художник и сам оформляет свои книги. Также он отличился как изобретательный театральный режиссер, сам поставил свои сказки на сцене Королевского Шекспировского театра в Стрэтфорде-на-Эвоне и даже сыграл в них с десяток небольших ролей. Он придумал и поселил в Африке зверя, которому никогда не бывает скучно: одна половина его состоит из Обаятельнейшего Кота, а другая — из Находчивого Крокодила. Зовут зверя Крококот. Любимый друг Дональда Биссета — тигренок Рррр, вместе с которым Дональд Биссет любит путешествовать по реке времени до конца Радуги. И так умеет шевелить мозгами, что его мысли шуршат. Главные враги Дональда Биссета и Тигренка Рррр — Вреднюги с именами Нельзя, Несмей и Стыдись.

Дональд Биссет

Кузнечик и улитка

Жил-был на свете кузнечик, ужасный гордец, звали его Дэнди. Ещё когда он был маленьким и только учился прыгать вместе с другими кузнечиками, он всегда прыгал выше всех. Но учитель говорил ему:

- Дэнди, ты должен учиться не только большим прыжкам, но и маленьким.

- Нет, - отвечал Дэнди, - я кузнечик особенный, не как все. Я признаю только большие прыжки.

Так он и не научился делать маленьких прыжков. Однажды он вышел из дому попрыгать и повстречался с улиткой Оливией.

Дональд Биссет

Бац!

В дыре в стене в комнате в доме в переулке в городе в стране в мире во Вселенной жила-была мышка. Звали её Элис.

Как-то раз Элис лежала на перинке, ела сыр и наблюдала за пауком на потолке, который старался перепрыгнуть с одной балки на другую.

Он висел на длинной нитке и изо всех сил раскачивался. Раз - туда, два обратно, три - туда... Бац! - он набил себе здоровенную шишку о балку и пополз назад к паутине. Настроение у него испортилось.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Несколько лет назад, читая о четырех советских солдатах, попавших «в относ» в Тихом океане, вспомнил я одну старую «мирскую оказию».

Читатель, мне кажется, без комментариев оценит разницу между старым временем и новым: в прежние времена погибавших поморов никто не искал, никто не писал о них.

Архангельские поморы, бывало, хвалились: «Морскую беду терпеть нам не диво, но когда что за обычай, то весьма сносно».

Эна Трамп

СКАЗКИ БЕЛОГО ВОРОНА

ОДИН ЧЕЛОВЕК И МОРЕ

Партизанские отряды занимали города. Приезжали комиссары, расходились кто куда. Поезда и самолеты барабанщиков везли. Из каких краев далеких, поглощая сотни ми*?..

И терялся в спешке, в тряске опоздавший не один...

Это присказка, не сказка. Сказка будет впереди.

Город стоял на берегу моря. Он был поэтому не похож на все другие города.

В этом городе была всего одна улица - но уж зато какая широкая, прямая и красивая, каких поискать. По краям этой улицы росли стройные кипарисы, и еще китайская мимоза и магнолии, розы и акации, а то, например, настоящие пальмы и ровные подстриженные кусты лавра, засушенные листья которого только в магазинах и продаются в других городах, чтобы класть их в суп, - здесь же можно было нарвать этих листьев прямо на улице и положить в суп, но никто так не делал. То есть, может и делали, - жители этого города, ведь все они работали в ресторанах или специальных суповых ларьках, что стояли по краям этой улицы. Но те, кто приезжал в этот город - им бы и в голову не пришло сорвать листик-другой вкусно пахнущего лавра, чтоб положить в суп. Разве они затем приезжали в этот город, чтобы варить суп? Нет, они приезжали посмотреть на море.

Геннадий Трошин

Рассветы

Не спалось. Так бывает со мной на новом месте, где все поначалу кажется непривычным и требуется время, чтобы обвыкнуть. Мы только вчера приехали в небольшой поселок на берегу Волги. Решили провести отпуск здесь, вдали от городской суеты. Хозяйка дома Дарья Никитична оказалась приветливой маленькой старушкой с румяными щеками, которых так и не коснулась сеточка морщин.

- Места у нас привольные, не заскучаете, - нараспев говорила она, приглашая нас в дом. - Парного молочка вволю попьете, свежих яичек покушаете. У меня корова своя и куры.

Геннадий Трошин

Серебрянка

Было начало мая. Косяк плотвы двигался по протоке к мелководному заливу, где стояли заросли прошлогоднего камыша. Еще неделю назад рыба покрылась твердой сыпью и чешуя стала напоминать наждачную бумагу. В этом брачном наряде плотва и спешила на нерест, возбуждая любопытство у окуней и щук.

Теплая вода дала знать о близости залива. На мелководье ходуном заходил камыш. Мелкие, с зеленоватым оттенком икринки, словно грозди винограда, густо усыпали стебли. Плотвички потеряли всякую осторожность. Щуки, не таясь, сновали между ними, хватали приглянувшуюся добычу, ерши жадно поедали икру.

Геннадий Трошин

Танюшкина рыбка

Было жарко. Полуденный зной загнал непоседливых кур под широкие, как зонтики, лопухи репейника, а лохматого, не в меру бойкого пса Полкана в угол конуры, стоящей и без того в тени у сарая. Лишь одни мухи полусонно кружили у раскрытых окон и монотонно жужжали, навевая дремоту. Мы сидели с Танюшкой на крыльце, наслаждаясь покоем и уютом после недавней дороги из города в деревню, куда приехали к бабушке в гости. Танюшка терла кулачком глаза и сладко зевала. Жара тоже разморила ее. Я уже хотел было подняться, чтобы отнести дочурку в кровать, как на крыльце появилась бабушка и допросила сходить за мягонькой водичкой для стирки на озеро, а то колодезная, по ее словам, очень уж жесткая и мыло совсем не дает пены.

Геннадий Трошин

В Тихом озере

Пробудившееся утро постепенно разгоняло ночную темень. В прибрежных зарослях камыша и осоки стало светлее... Уже без труда можно было различить ярко-зеленые стебли и листья растений, личинок насекомых, прилепившихся к ним. Здесь, под широкими листьями кувшинок, и расположилась в засаде Травянка, где цвет ее спины, зеленовато-серых боков почти сливался с цветом подводных зарослей. Затаившись и чутко улавливая малейшее движение воды, она зорко следила высокопосаженными выпуклыми глазами за тем, что делалось вокруг, и вспоминала не столь далекие добрые времена, когда сюда стайками собирались не только мальки, но и рыбешки покрупнее, чтобы полакомиться личинками и водорослями. Сейчас их с каждым днем становилось все меньше и меньше. Многие ушли по протоке в соседнее Глубокое озеро, других съела она сама и Голубое Перо, оставшиеся последними щуками в этом Тихом озере.

Ованес Туманян

Братец-барашек

Двое сирот

Идут вперёд.

Дорога в зной нелегка..

Жара палит,

И пыль пылит.

Ни речки, ни родника...

Сестра Мануш постарше была,

Крепилась она в пути.

Она бы жажду перенесла,

Но братец не мог снести.

Идут, идут и видят они

Глубокий след, в нём стоит вода.

"Сестричка-джан, мне так хочется пить!

Ты дашь попить мне, сестричка, да?"

Ованес Туманян

Храбрый Назар (в сокращении)

Было ли, не было - жил один бедняк, по имени Назар. А был он, этот Назар, человек ни к чему не способный и ленивый. До того труслив был, до того труслив, что один и шагу лишнего не ступит, хоть убей. С утра до вечера всё около жены держался. Куда она - туда и он. Потому-то и прозвали его трусливым Назаром.

Вышел однажды ночью этот трусливый Назар вместе с женой за порог. Вышел он за порог, видит - ясная, лунная ночь, и говорит:

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дональд Биссет

Коровы и ветер

Однажды под тенистым деревом на лугу лежали коровы. Они жевали траву и клевер, а вокруг гулял ласковый Южный Ветер, и коровам было так тепло, так приятно.

- Какой милый этот Ветер! - говорили они между собой, пережевывая зеленую траву. - Надо что-нибудь ему подарить. Только вот что?

- Знаю! - сказала рыжая корова. - Давайте купим ему теплую меховую шубу, чтобы укрыть его от злого, холодного Северного Ветра.

Дональд Биссет

Красная шапочка Комодо

Жила-была на свете Рыбка. Вместе с другими рыбами она плавала в море, и ей казалось, что море под ней тёмное-тёмное. Чем глубже, тем темней. А когда она смотрела вверх, то видела голубое небо и в небе красную шапочку.

"Вот бы мне эту красную шапочку!" - мечтала она. И однажды она попрощалась с остальными рыбами и поплыла вверх, вверх и вверх, пока не доплыла до самой морской поверхности. Куда ни глянь, вокруг было море, на море большие корабли, а над морем - синее небо, белые облака и красная шапочка.

Дональд Биссет

Крякающий почтовый ящик

Жил-был на свете почтовый ящик. Он был очень красивый и очень аккуратный почтовый ящик - все письма, какие опускали в него, он бережно хранил и отдавал только почтальону.

А соседом почтового ящика был уличный фонарь, верный его друг.

Когда темнело, фонарь освещал улицу, чтобы прохожие не заблудились, а еще чтобы они увидели почтовый ящик и не забыли опустить в него письма.

Но однажды фонарь сказал почтовому ящику:

Дональд Биссет

Кукареку и Солнце

Жил-был петушок-на-крыше. Звали его Кукареку. Сделан он был из меди, кроме одной ножки, которая была железная. Кукареку сидел на высоком шпиле церкви, а церковь стояла на вершине холма.

Из-за этого холма каждое утро вставало Солнце. И казалось, что от Солнца до церковного шпиля совсем близко, так близко, что Кукареку, если бы захотел, мог достать до Солнца своим медным крылом.

По утрам Солнцу всегда хотелось есть. Любимым его завтраком был ломтик поджаренного хлеба, или, как говорят англичане, тост.