Я, смерть, или Дао Безразличия

Я - ...

- Я одинок?

- Да, я одинок.

- Почему?

- Глупый вопрос. Если бы я знал, то помог бы сам себе.

- Я не хочу быть одиноким?

- Не знаю. Сначала это угнетает, но потом приходит отчуждение и то же самое одиночество становится необходимым, как воздух.

- Меня бросили?

- Не думаю. Вокруг всегда хватало хороших людей. Думаю, дело скорее во мне. Знаешь, я однажды прошел тест «Какая вы картина», и какой же был результат - «Крик» Мунка.

Другие книги автора Баяндур Погосян

Дыши! Ведь волны над тобой

Не скорбью лижут край стакана,

Когда-нибудь и под водой

Дышать твоя душа устанет.

Без совести они топили

Осиротевшие тела...

И ты тонул, лишенный воли,

Лишь боли приклоняя шею...

А реки слез для них лишь соль

К кровавой трапезе своей.

Наступит подлый час рассвета,

И ты откроешь сердце ей.

Она одна из них. Свобода

Не прикасалась ее губ.

И разобьются неба своды

Она сидит за его рабочим столом и пьет чай. Муха рядом с ее локтем взялась за крупицу сахара, и жадно обсасывает его хоботком.

Он сморит на нее с неприкрытой нежностью и не знает, куда все это их занесет.

А между ними нет никакого отчуждения - будто они тысячу лет уже спят, просыпаются и пьют чай вместе.

Он использует момент, когда никто не смотрит, чтобы выкрасть у нее поцелуй.

А потом они лежат под солнцем - чуть ниже облаков, и смотрят на небо. Он не спал всю ночь, ожидая ее. И она пришла. Как и обещала.

«Может быть, это один из способов узнать по-настоящему одиноких людей... они всегда могут придумать, чем заняться в дождливые дни. И вы всегда можете позвать их. Они всегда дома. Всегда».

Стивен Кинг, «Кристина»

Картонные фигуры, танцующие под грустные вальсы Шопена. Странным человеком был этот Шопен - его вальсы не были предназначены для танцев. Наверное, он не любил танцы. Может, долго сидел и наблюдал, как его избранница танцует с разными кавалерами, а сам не осмеливался подойти к ней, потому что в один миг разучился танцевать. Может, когда-то и в его голове картонные кавалеры в старомодных фраках и цилиндрах крутили свой вечный танец, держа за руки своих картонных дам в пышных, вычурных платьях.

Говорят, жила-была когда-то в одной деревне прекрасная девушка с длинными черными волосами. Она была влюблена в лучи лунного света и каждое полнолуние танцевала у озера под их блеском. Ее белое платье сверкало в те минуты, и она была подобна ангелам.

Жил в той же деревне, что и девушка, и старый священник - старый, как само время. А время сделало его мудрым. В народе верили, что он говорит с самим Господом, и считали его святым.

Хотите - верьте, хотите - нет, но наши герои никогда не встречались, хоть всегда жили в одной же деревне.

С тех пор, как она ушла. "Дафна"

С тех пор, как она ушла, он перестал замечать фиолетовые предметы, если только его внимание не обращали на них.

Он начал иногда кончать раньше времени, и перед сексом его всегда брала мелкая дрожь.

Он начал чаще мастурбировать и реже заниматься сексом.

Он не мог закончить ни одного начатого дела.

Потребовалось очень много смелости, чтобы во всем этом признаться.

Стоит тебе признать свою слабость, выманить и выпустить ее, чтобы больше не пускать внутрь, найдется достаточно мелких и трусливых щенков, которые осмеют тебя, и твоя слабость как пугливая мышь заберется еще глубже.

«Может быть, это один из способов узнать по-настоящему одиноких людей... они всегда могут придумать, чем заняться в дождливые дни. И вы всегда можете позвать их. Они всегда дома. Всегда».

Стивен Кинг, «Кристина»

Картонные фигуры, танцующие под грустные вальсы Шопена. Странным человеком был этот Шопен - его вальсы не были предназначены для танцев. Наверное, он не любил танцы. Может, долго сидел и наблюдал, как его избранница танцует с разными кавалерами, а сам не осмеливался подойти к ней, потому что в один миг разучился танцевать. Может, когда-то и в его голове картонные кавалеры в старомодных фраках и цилиндрах крутили свой вечный танец, держа за руки своих картонных дам в пышных, вычурных платьях.

Популярные книги в жанре Современная проза

Уилл Селф (р. 1961) – один из самых ярких современных английских прозаиков, «мастер эпатажа и язвительный насмешник с необычайным полетом фантазии».

Критики находят в его творчестве влияние таких не похожих друг на друга авторов, как Франц Кафка, Уильям С. Берроуз, Мартин Эмис, Виктор Пелевин.

С каждым прикосновением к прозе У. Селфа убеждаешься, что он еще более не прост, чем кажется с первого взгляда. Его фантастические конструкции, символические параллели и метафизические заключения произрастают из почвы повседневности, как цветы лотоса из болотной тины, с особенной отчетливостью выделяясь на ее фоне. Автор заставляет нас поверить в полную реальность происходящего, которая то и дело подтверждается десятками и сотнями конкретных деталей, заставляя удивляться и сопереживать, восхищаться и утирать слезы от смеха.

Таинства любви отнюдь не сводятся к сексу, - это таинства жизни, таинства природы, таинства женственности, таинства вдохновения, что предстает поэзией и красотой во всех их проявлениях. Новеллы и беседы о любви - это, если угодно, Новый Декамерон.

В предлагаемый советскому читателю сборник включены романы «Жажда», «Нетерпеливые», «Любовь и фантазия», принадлежащие перу крупнейшего алжирского прозаика Ассии Джебар, одной из первых женщин-писательниц Северной Африки, автора прозаических, драматургических и публицистических произведений.

Романы Ассии Джебар объединены одной темой — положение женщины в мусульманском обществе, — которая для большинства писателей — арабов традиционно считалась «закрытой».

Любовью здесь пропитано всё: пляжный песок и стены старых домов, камни мостовых и мрамор столиков кафе. Воздух напоен влекущими ароматами цветов, кофе и незнакомых тел.

Она – бегущая от холода цивилизации, он – гаванский жиголо и сутенер. У них нет будущего, у них есть только сегодняшний день. И пока он не закончился, они будут любить друг друга…

В рассказах известного английского писателя Питера Устинова выведена целая галерея представителей различных слоев общества. В ироничной, подчас переходящей в сарказм манере автор осуждает стяжательство, бездуховность, карьеризм, одержимость маньяков — ревнителей «воинской славы».

В предлагаемый советскому читателю сборник включены романы «Жажда», «Нетерпеливые», «Любовь и фантазия», принадлежащие перу крупнейшего алжирского прозаика Ассии Джебар, одной из первых женщин-писательниц Северной Африки, автора прозаических, драматургических и публицистических произведений.

Романы Ассии Джебар объединены одной темой — положение женщины в мусульманском обществе, — которая для большинства писателей-арабов традиционно считалась «закрытой».

Осуществилось тайное желание героя, Мир обезлюдел, но стал ли он лучше? Как поверить, что все это наяву? Игра становится жестокой, от вопросов не убежать, даже переплыв океан, Горизонт разрывает жизнь героя, рай становится явью и вновь исчезает.

Рулевой теплохода «Капитан» Владимир Нечволода провел первую баржу с тюменской нефтью из Нефтеюганска на Омский нефтеперерабатывающий завод.

Поэт Владимир Нечволода написал об этом стихи:

Мы нефтью пропахли от пят до волос,
Мы черными, рыжими стали насквозь.
Зато, как опара на пенных дрожжах,
Качается жидкое солнце в баржах.

Было это двадцать с лишним лет назад. С тех пор Володя Нечволода поработал на заводе и в редакции, окончил Литературный институт имени А. М. Горького, выпустил несколько сборников стихов — «Наследство», «Под северным солнцем», «На земле моей» и другие, — стал членом Союза писателей СССР. Совсем немало успел он за свои неполные сорок лет. Мы любили его — за дружелюбие, за легкий характер, за постоянную готовность помочь товарищам.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

… Товарищ старший лейтенант, что вы сделали с нашими дембелями? Это же заслуженные и уважаемые люди, а вы.

Рядовой последнего периода службы чуть было не задохнулся от очередного приступа праведного гнева и возмущения по поводу этих издевательств и изуверств над старослужащими солдатами, но так и не подобрал нужного выражения. Я продолжал внимательно его слушать и после короткого молчания слегка насмешливо спросил:

- Ну и что же я?

Сашка Збруев, спасаясь от вымогателей, вынужден уехать в Африку, где формируется команда наемников. В кругу "солдат удачи" он получает кличку Студент. Вскоре наемники отправляются на задание — поддержать готовящийся военный переворот. Но властям стало известно о заговоре. Акция провалилась, и группе наемников пришлось срочно уходить от преследования в джунгли…

Сборник анекдотов и сатирических рассказов из поздне-советского времени.

Автор — один из писателей-сатириков, работавших в «Клубе 12 стульев» под псевдонимом «Евг. Сазонов».

Русская речь слышалась в Югославии по обе стороны фронта: добровольцы из России воевали и за сербов, и за их противников — хорватов и мусульман. Невольно втянулся в сражения и молодой парень, аспирант-историк Андрей, отправившийся в Боснию собрать материл для диссертации. Вслед за возлюбленной сербкой Милицей вступил он на тропу войны и стал отменным бойцом. Но уж никак не думал он, что схлестнуться придется с такими же русскими парнями, глядящими на него через прицел с другой стороны от линии фронта…