Вывернутая перчатка

Вывернутая перчатка
Автор:
Перевод: Лариса Савельева
Жанр: Современная проза
Год: 2004
ISBN: 5-352-00192-Х

В книге рассказов Милорада Павича, одного из самых ярких представителей современной прозы, на сюжеты, относящиеся к различным эпохам, идет ли речь о постройке мечети или чтении Пушкина, об охоте на волков и реконструкции древнего города или о человеке, который любил есть на завтрак колбаски, – падает отсвет трансцендентного, потустороннего. В соединении юмора и магии этих фантастических притч рождается метафизическая вселенная Павича.

Отрывок из произведения:

Говорят, что у святого Савы, сербского поэта и престолонаследника королевского рода Неманичей, вместо души была Луна. Он чувствовал, как Луна в нем впитывает чужой свет и вызывает приливы и отливы. Когда в 1235 году святой Сава умер, он забыл все свои стихи и каждую строку любого из житий, которые он когда-либо написал. Он знал, что так и должно быть, потому что все это, как и его тело, принадлежит Земле. В прошлом его молитвы, чувства и стихи были заменой ему самому. Подобно посланиям, они были отправлены с Земли в то Место, где он оказался теперь сам, и потому потеряли смысл. Вместо собственных слов, посланных сюда, теперь он присутствовал здесь лично. Теперь он стал тем же, что молитвы или стихи. И теперь их слова могли служить только другим, тем, кто остался на Земле. Все же знал он и еще кое-что – он знал, что душа – это Луна. И она имеет недоступную сторону, которую никогда не увидишь с того места, где находишься. Поэтому, пребывая на Земле, он никогда не мог увидеть снизу эту недоступную сторону своей души, подобно тому как была не видна ему и другая сторона Луны. Однако, расставшись с телом и Землей, эту свою сторону душа сохраняла невидимой, – правда, она была видна с Земли, где души больше не было. И, думая так, он был спокоен. Он знал, что был и будет любим всегда – и за много веков до своего рождения, и во веки веков будущего.

Другие книги автора Милорад Павич

Литературные критики высоко оценили простоту и парадоксальную многомерность текстов Павича, виртуозную эксцентричность формы. Они рассматривают Павича как знаковую фигуру современной прозы – писателя XXI века.

"Страшные любовные истории" – сборник новых рассказов М.Павича, где каждая вещь делает нас соучастниками некоей магической игры, затеянной писателем. Излюбленные темы Павича – любовь, смерть, загадочные сны, прошлое – вновь звучат в его прозе.

Один из крупнейших прозаиков ХХ в. сербский писатель Милорад Павич (1929–2009) – автор романов, многочисленных сборников рассказов, а также литературоведческих работ. Всемирную известность Павичу принес «роман-лексикон» «Хазарский словарь» – одно из самых необычных произведений мировой литературы нашего времени. «Последняя любовь в Константинополе: Пособие по гаданию» – это роман-таро, где автор прослеживает судьбы двух сербских родов, своеобразных балканских Монтекки и Капулетти времен Наполеоновской империи. Выстраивая мистическо-трагические арканы, М. Павич втягивает в процесс гадания и читателя, предлагая ему разложить перед собой карты и главы романа и предсказать собственную судьбу.

Биографии писателя, города, страны и текста причудливым образом переплетаются в новом сборнике эссе Милорада Павича «Биография Белграда», произрастая глубокими и изящными размышлениями о природе жизни и творчества.

1. Концы усов у них висели как плети (Кругом одно горе, и все мы в нем точно рыба в воде.) (с. 9)

2. Первые века они жили в Синайской пустыне (Ударь палкой по кусту -вырастет цветок.) (с. 33)

3. Однажды ночью императрице Теодоре приснилось, что к ней в опочивальню слетаются ангелы (Громы и молнии сплошь исхлестали и землю, и воду.) (с. 54)

4. Неизвестно, какой из двух монашеских укладов предпочитал греческий, дославянский Хилендар (Эгейское море спокойно только по воскресным дням и по праздникам.)

Этому роману знаменитого сербского писателя Милорада Павича присущи многозначность и нелинейная направленность повествования, свободное обращение с пространством и временем. «Инвентаризация» случайно купленного старинного ящика для письменных принадлежностей, обследование его отделений и потаённых закоулков оборачиваются раскрытием космоса человеческой души...

Роман М.Павича «Внутренняя сторона ветра» (1991) был признан романом года в Югославии и переведен на десять языков. После романа в форме словаря («Хазарский словарь») и романа-кроссворда («Пейзаж, нарисованный чаем») Павич продолжил эксперимент, создав роман в форме клепсидры. Герои увлекательного повествования Геро и Леандр встречаются в буквальном смысле слова на середине книги. Этот том читатель может начинать читать с любой из сторон, ибо он написан автором по принципу «в моем начале – мой конец».

Милорад Павич (1929–2009) – автор-мистификатор, автор-волшебник, автор-иллюзионист. Его прозу называют виртуальным барокко. Здесь все отражается друг в друге, все трансформируется на глазах читателя, выступающего одновременно и соавтором и персонажем произведений. В четырехмерных текстах Милорада Павича время легко передает власть пространству, день не мешает воплощению ночных метаморфоз, а слово не боится открыть множество смыслов. «Звездная мантия» – астрологическое путешествие по пробуждениям для непосвященных: на каждый знак зодиака свой рассказ. И сколько бы миров ни существовало, ночью их можно узнать каждый по очереди или все вместе, чтобы найти свое имя и понять: только одно вечно – радость. «Бумажный театр» – роман, сотканный из рассказов вымышленных авторов. Это антология схожестей и различий, переплетение голосов и стилей. Предвечернее исполнение партий сливается в общий мировой хор, и читателя обволакивает великая сила Письма.

В своем «Уникальном романе» знаменитый сербский писатель Милорад Павич (1929–2009) снова зовет читателей к соучастию в создании книги. Перед вами детективный роман без однозначной развязки. Вы можете выбрать один из ста (!) возможных вариантов.

Популярные книги в жанре Современная проза

Александр Найденов

Вперед и с песней!

документальная пьеса-монолог

в одном действии

В основу пьесы взяты фонограммы бесед и факты из жизни    Ратушной Ларисы

Порфирьевны   поэтессы, актрисы, заключенной ГУЛАГА, инженера-геолога.

Действующее лицо:  Яковенко Амалия Павловна

Одноэтажный старинный, с толстыми кирпичными стенами бывший купеческий дом стоит под огромными тополями на узкой улице. Улица тупиковая, упирается в реку, поэтому по ней мало ездит машин - и здесь под тополями, почти в центре города, тихо, словно в деревне. Внутри дома длинный коридор, сделав поворот у "голландской" печи, выводит к просторной кухне с большой "русской" печью. На коридор выходят двери семи коммунальных комнат. Это их жильцы заставили коридор сундуком, велосипедом, шкафами, натянули по нему веревки с бельем. Это они протоптали за долгие годы деревянные ступени крыльца и разбили кое-где стекла веранды.

Николай Наседкин

Трудно быть взрослой

Рассказ

1

"Судьба (если только она есть), скорей всего, - слепая, злая и взбалмошная старушонка. Без всякой системы и справедливости сует она в руки кому попадя обжигающие слитки счастья и с отвратительной застывшей гримасой прислушивается - что будет? А люди: маленькие и большие, добрые и злые, великие и обыкновенные, но все одинаково - дети, и кричат, и смеются, и плачут от восторга, сжимая в ручонках сверкающие кусочки счастья, носятся с ними, всё время боясь потерять.

Виктор Нель

Звезда и шар

Оглавление

Пролог

1.Таинственная незнакомка

2.Козел

3.Star wars. Earth attacks

4.О пользе армейского противогаза или козлоборение

5.Экспресс Аэрофлота

6.Головокружительное выдвижение

7.Некролог

8.Золотоноша

9.Научная тематика

10.Инструктаж

11.Непримиримая борьба с потерями рабочего времени

12.Терракотовый божок

13.Дерматиновая тетрадь

Майя Немировская

Наши "университеты"

" Главное - это язык" писали из Америки люди. И перед отъездом, конечно же, все мы готовились. Каждый по мере своих сил и возможностей. Но лишь оказавшись здесь, во всей этой новой неразберихе, поняли, что десятка два-три наскоро взятых уроков английского явно недостаточно. А нет языка нет общения. А значит, нет индивидуальности.

И заученный с детства лозунг "учиться, учиться и учиться", независимо от возраста и географической перемены места жительства, начинает приобретать для нас новый, реальный смысл.

Майя Немировская

Пианино

Лиза навсегда покидала родной город. Сложные, противоречивые чувства одолевали ее. Наверно, давно нужно было все бросить, разорвать этот однообразный замкнутый круг и пробовать начать жизнь сначала. Но и будушее в той незнакомой стране, куда она ехала, рисовалось довольно туманно... А еще сознавала всю ответственность за судьбу двух близких ей людей. Но обратного пути не было, оставалось лишь надеяться...

Майя Немировская

Поздняя школа

Как-то слишком быстро, спустя месяц-другой после приезда, стало затухать то радостное возбуждение от новых ярких впечатлений, разноцветных шумных улиц, туманных силуэтов Манхэтена и громкоголосого колоритного Брайтона. От подаренных НАЯНОЙ долларов и возможности купить на радостях целое ведро хорошего мороженного.

И стало совершенно очевидно, что сидеть на пособии невозможно, да и стыдно как-то. Мы ведь готовили себя там, дома, к любой работе.

Майя Немировская

Родные - не родные...

Осень наступила неожиданно быстро и в квартире сразу стало холодно и неуютно. Обычно, в такие дни Аня не любила оставаться дома. Она выбиралась пораньше на улицу к неподалеку расположенному парку и долго ходила по мокрым, потемневшим за ночь аллеям, вдыхая сырой прохладный воздух. Еще горели фонари, хотя утро давно уже перешло свои границы. И серый вязкий туман, и запах хризантем с клумбы, и безлюдные скамейки под желтыми пятнами фонарей и ощущение, что все это было так недавно и вот снова повторилось все чаще в последнее время вызывало в ее душе знакомое чувство тоски и одиночества. И глаза невольно заволакивало слезой и наплывали непрошенные воспоминания... ... Тихий, маленький городок с засыпанными снегом окнами зимой и пыльными, кривыми улочками летом... Тетя, учительница, воспитывавшая ее с детства и старавшаяся изо всех смл заменить ей рано ушедших из жизни родителей. И она сама, худенькая, серьезная, с туго заплетенными длинными косами и неизменно белым воротничком на всех платьях, чем-то выделяющаяся среди других девочек. Она много читала, была задумчива, замкнута, редко выходила из дому. И хотя на нее, 16-летнюю, уже заглядывались на улице, она не замечала этого и не понимала, что время, помимо воли, превращает ее в прекрасную юную женщину...

Майя Немировская

Свет любви

Ему было всего двадцать, когда окружающий мир навсегда закрылся для него темной, непроницаемой завесой... ... В то далекое и страшное утро, едва очнувшись от беспамятства, Науму показалось, что за окном глубокая ночь. Он стал шарить вокруг себя, пытался приподняться, но резкая пульсирующая боль в голове отбросила его назад.

- Смотрите, очнулся - услышал рядом чей-то голос, громко звавший медсестру.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Во время Постцивилизации – эпохи анархии и произвола – только настоящий хищник мог выжить в новом жестоком мире. Таким был Патч, одинокий бродяга-авантюрист, таким стал и его приемный сын Джаг, захваченный стремительным водоворотом фантастически опасных, головокружительных приключений.

Во время Постцивилизации – эпохи анархии и произвола – только настоящий хищник мог выжить в новом жестоком мире. Таким был Патч, одинокий бродяга-авантюрист, таким стал и его приемный сын Джаг, захваченный стремительным водоворотом фантастически опасных, головокружительных приключений.

…Было время, когда на Земле жили не только люди, но и боги.

…Был мир, где люди и боги ненавидели друг друга – и воевали на равных, где смертные женщины зачинали от бессмертных возлюбленных великих героев – и совершенно невероятных существ, где приключения и подвиги ожидали на каждой тропе, а жизнь становилась – легендой.

Читайте повести и рассказы Свана – и, поверьте, таких фэнтези вы не видели еще никогда.

Не верите? Прочитайте – и проверьте сами!

Томас Барнет Сванн – американский писатель, чье творчество практически не известно российскому читателю. Прекрасный историк и этнограф, Сванн создал удивительный, неподражаемый мир, где обитают персонажи античных мифов. Писатель напомнил древние легенды новым содержанием и тем самым открыл перед читателем некую новую реальность, в которой каждый герой воспринимается старым, добрым приятелем, имя которого чуть-чуть подзабылось.