Выстрелы с той стороны

Яна Завацкая

Выстрелы с той стороны

Неожиданное и необычное продолжение "Белого Всадника". Особенно

рекомендуется всем, кому "Всадник" понравился.

1

В этот день я поругался со Светкой. Ну не то, чтобы поругался. Нет, просто попрощались как-то сухо... и гулять с собакой я ушел один. И не по аллее около ее дома, где мы обычно бродили. Я сел на троллейбус, проехал три остановки - хотя намордника с собой, разумеется, не было, но к Линде никто не придрался. И ушел в парк. В восемь часов роща уже опустела, спортсмены отбегали свое, рабочие с радиозавода прошли со смены в новый микрорайон за парком. Разве что редкие собаководы, вроде меня, еще могли встретиться - но это нам безразлично... Я спустил Линду с поводка, и она радостно понеслась между соснами, тыча временами носом в землю и деловито фыркая. Мне оставалось предаться грустным размышлениям о Светке. Мы с ней познакомились всего месяц назад. Как-то все странно сложилось... Познакомились в городе, а потом встретились в колхозе, где наши лагеря - моего приборостроительного факультета и ее ветеринарной академии - оказались по соседству. После выяснилось еще, что у Светки тоже есть собака, и у меня появился более-менее приличный предлог заходить за ней по вечерам. И отношения у нас со Светкой были странные... У меня вообще еще никогда не было девчонки. Как, собственно, вести себя с ней? Обнять - вдруг обидится... тем более, Светка. Это же уникальный человек. Во-первых, она меня старше на год. Во-вторых, она... я до сих пор не понимаю, что она нашла во мне. Почему до сих пор терпит. Я ведь самый обыкновенный человек. У меня на лбу можно написать: средняя личность. Я не отличник и не двоечник - в аттестате две тройки. Ничем особым не увлекаюсь... в принципе, техникой - магнитофон могу починить, собрать, с телевизором помочь. Когда-то радиолюбительством баловался. Но кто из мальчишек этими вещами не интересуется? Никаких особых талантов у меня нет. Читать люблю умеренно и в основном фантастику. Еще вот авторская песня мне нравится (слово "барды" не люблю, какое-то оно претенциозное). Визбор, Окуджава, Митяев, Дольский... из-за Дольского-то сегодня и получилось... а почему, спрашивается? Я не договорил... я - самый обыкновенный человек, обыкновеннее некуда. А Светка - она вся, буквально вся необычная. У Макаревича такая песня есть:

Другие книги автора Яна Юльевна Завацкая

Недалекое будущее, вторая половина ХХI века. Мир снова разделен на два антагонистических лагеря. Нет ни рая, ни изобилия, ни фотонных звездолетов. Но есть надежда.

Обложка и иллюстрации в тексте — Ксения Егорова.

http://gaika89.livejournal.com/

Напоминаю:

Яндекс-Кошелек автора — 410012470821603

PayPal — [email protected]

Синагет Ледариэн не помнит своих родителей. Она не знает, кто оплатил ее обучение в престижной школе Легиона. Все, что у нее есть, — неукротимая жажда жизни и способность не сдаваться при любых условиях. Выбраться из любой, самой глубокой ямы; сражаться против судьбы; сохранять верность себе в любом уголке Вселенной и во всех, даже самых тяжелых обстоятельствах; подниматься к высотам богатства и славы — и снова падать, осознавая, что это — не то, что ты ищешь… Она жаждет любви, но есть ли мужчина, способный встать рядом с ней, Дикой Кошкой, повелительницей пиратской империи? Она мечтает о простой искренней дружбе, но это становится почти недостижимым для нее. Она ищет свою Родину и родных людей, но лишь после многих испытаний Родина сама находит ее — и вместе с тем Синагет обретает призвание. Хеппи-энд? Ну что вы, все еще только начинается…

10й век от начала колонизации Квирина. Вот уже 700 лет длится противостояние с цивилизацией сагонов. Книга посвящена деятельности спецслужбы, которая собственно, занята этой борьбой.

Если рабу с младенчества внушать, что его рабское положение есть неотъемлемая составляющая единственно правильного и справедливого порядка вещей, вряд ли он когда-нибудь осознает себя рабом. У юного Ландзо и в мыслях не было, что в один прекрасный день роковое стечение обстоятельств заставит его совершить побег и с головой окунуться в неизвестность. На его счастье, нашлись хорошие люди, раскрывшие ему глаза и приложившие немало усилий, чтобы помочь эмигранту с Анзоры не только обрести себя, но и вернуться на родную планету победителем.

Смотреть на Лени было приятно. Мягкий, плавный очерк скулы, глаз, чуть выпуклый, влажный и тёмный. Кошачьи движения. Кель двигался сбоку и чуть сзади от Лени, так, чтобы можно было иногда посматривать. Лени была младшей в группе. Ещё года не прошло, как закончила квенсен, как её распределили в Лору. Она была в разведгруппе единственной девушкой. Из шехи Кларен выбрал всего четверых. Лени – потому что в Медиане она стоила многого. Она была хрупкой, не слишком сильной, безумно талантливой. Бывают иногда такие девчонки, будто статуэтки из серебра. Кель шёл и смотрел, и на губах просыпалось воспоминание, у Лени были мягкие неловкие губы. Шёлковая, как у младенца, щека. Он отводил взгляд и смотрел вперёд, в однотонно-серую вязкость Медианы. Горизонт был размыт, небо и земля, как обычно, почти одного цвета.

Война - омерзительная и грязная вещь, и в этом герои убеждаются все больше. Но деваться им некуда. Тайна кнасторов. Нужна ли на Квирине новая инквизиция?

  Яна Юльевна Завацкая

НЕВИДИМЫЙ МИР

роман

   Пролог первый.

   2017 год, Германия. Школа.

   Рабочий день закончился. Экран компьютера тихо угас, практикантка складывала бумаги. Она задержалась сегодня на работе. Зал обслуживания опустел, уборщицы грохотали тележками и ведрами. Банк был закрыт. Девушка сдернула резинку с волос, хвостик распался, мелированные черно-пегие пряди упали на плечи. Практикантка отколола от костюма бейджик с именем "Ханна Петерс". Вскинула сумку на плечо.

Действие происходит до начала колонизации Квирина, на планете Эдоли. Мир - предшественник. Христианская империя. Христианский социализм. Неоднозначный и суровый мир, где роль госбезопасности выполняет инквизиция, где жизнь людей жестко регламентирована. Где нет нищих, безработных, развивается наука, космические корабли летят к звездам. Можно по-разному оценивать Империю, но те, кто жили в ней - любили ее. Империя гибнет, но из пепла уже поднимаются новые, слабые ростки Будущего.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Было довольно поздно, хотя и не столько, чтоб гостям начинать расходиться. Наступил тот самый момент, когда лакеи уже зевают, но хозяин еще держится. Проиграв с должным небрежением последний червонец, я принужден был встать из-за ломберного стола.

Увы, червонец уносил с собой мои последние надежды свести концы с концами. Я изобразил на своем лице оживление, имея мыслью, чтобы наблюдавшей за мной Ниночкиной маменьке показалось, будто в бумажнике еще, по меньшей мере, несколько сотен, а крепость здоровья моей богатой тетушки уже не вызывает всеобщего восхищения.

На экране появилась яркая надпись: «6 часов 30 минут. Пора вставать», тут же продублированная громким равнодушным голосом прямо в ухо. Джон поморщился, нехотя сел на кровати, зевнул, глядя на экран, и начал медленно спускаться по лесенке со своего третьего яруса. Экраны на обоих нижних ярусах были еще темными - жена и сын вставали позднее.

Джон ступил на пол, и его экран тут же погас. Он протиснулся вначале в ванную, затем на кухню. Чашка кофе уже дымилась на выдвижном столике кухонного автомата. Джон высосал горячую, горьковатую и абсолютно невкусную жидкость, сплюнул осадок в предупредительно поднявшуюся навстречу раковину-плевку и боком-боком выбрался в коридор. Пора было одеваться и идти на работу.

Я не знаю, как определить жанр этой книги. Любитель духовных исканий будет неудовлетворен, не обнаружив здесь очередного Учения, поклонник мистического детектива найдет слишком простой фабулу; достанется и читателю-эстету. Надеюсь, эта книга не станет на полку рядом с томами, пугающими весом и жестким переплетом. Здесь звучат многие голоса: некоторые принадлежат мне, некоторые — другим людям, упоминать которых было бы, наверное, некорректно. Много здесь неправды и вымысла, но таковы законы жанра. Скорее всего, перед вами — бульварное чтиво; если настроиться на эту волну, можно смело получать удовольствие.

СТЕПЬ. Ровная, как оструганная доска, лишь редкие чахлые деревца немного разнообразят унылый пейзаж. И так на многие версты. От горизонта до горизонта, во все стороны спета.

Стук лошадиных копыт по мерзлой земле, разносящийся на два полета стрелы, хриплое дыхание смертельно уставшего коня да замогильный вой всепроникающего ветра — вот и все звуки, заполняющие собой тишину.

Холодный воздух змеей заползает под панцирь скачущего рыцаря, свивая себе гнезда в мелких звеньях кольчуги, холодя сквозь добротный кафтан кожу. Не помогает и наброшенный поверх лат шерстяной плащ. Не в силах спасти от бьющего в лицо ветра стальная решетка опущенного забрала.

Как говорит сам автор, идея этого рассказа пришла к нему в машине, когда он слушал прогноз погоды: что, если эти меняющие друг друга цифры были бы не градусами, а годами?Добро пожаловать в мир, где поворачивая ручку кондиционера, ты меняешь не температуру в комнате, а год, в котором ты живёшь…© leonka

Комната, большая, светлая… Распахнутое окно прикрыто занавесками. Это хорошо, что в окне ничего не видно, только солнечный свет просачивается сквозь белый тюль. Вряд ли оттуда следует ожидать нападения. В комнате порядок, совсем как при ознакомительном визите. Только на столе стоит тарелка с недоеденным супом.

Во время ознакомительного визита Игнат представлялся санитаром, что в принципе недалеко от истины. Стоял с чемоданчиком в руках, рассеянно оглядывал комнату. Подал пальто старенькой докторше Рине Иосифовне, попытался поухаживать и за хозяйкой, но та шарахнулась как от зачумленного. Игнат тогда решил, что прокололся, но нет, в больнице, освоившись в палате и беседуя с Риной Иосифовной, пациентка не вспомнила подозрительного санитара. Значит, она шарахается этаким манером от каждого встречного. Случай запущенный, но не безнадежный.

Оказывается, что машина времени была изобретена не один раз - в разные времена и в разных странах. Но упоминаний об этих изобретениях на страницах истории нет. Почему? Ответ на эту вопрос дает Владимир Малов в своей повести «Открытие Америки».© dukeПовесть из сборника "Фантастика 2009"

Отдых между двумя рейсами, как известно, всегда кончается диалогом с Полубояриновым. Вот и сейчас он загибал пальцы:

— …погода там еще похлеще, чем на Венере, — это в-девятых. Каверны, из которых выбрасывает веселящий газ неустановленного химического состава, — это в-десятых. Черви-людоеды — в-одиннадцатых, хотя это уже не так страшно. Ну, дальше пошли мелочи. Но в целом, повторяю, планета вполне пригодна для эксплуатации.

«К чему бы эта увертюра? — тоскливо прикидывал Рычин. — Не иначе как опять будет навязывать биолога без побочных профессий…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Валерий Заворотный

Кухтик, или История одной аномалии

Несколько слов об авторе:

Валерий Заворотный (1944 г.) много лет работал в области программирования.

Занимался публицистикой, писал сценарии для научно-популярного кино.

С 1994 по 2002 год - заместитель главного редактора журнала "Звезда".

Несколько слов о книге:

"Роман-сказка для детей старшего и пожилого возраста", - как шутливо обозначил жанр своей книги автор, - представляет собой замысловатый сплав романа-памфлета о России последних десятилетий и повествование о жизни "маленького человека" в водовороте тех лет. Эта книга не о политике, хотя на её страницах можно встретить пародии на всех известных политиков 70-х 90-х годов. Жизнь и приключения героев романа протекают на фоне "брежневского", "горбачевского" и "ельцинского" периодов. По сути, это краткая история развала "старой" и нарождения "новой" России.

ВИТОЛЬД ЗЕГАЛЬСКИЙ

ПИСАТЕЛЬСКАЯ КУХНЯ

Перевод с польского Е.Вайсброта

Гарри уселся в кресло, обвел мрачным взглядом комнату и уставился на открытую дверь, которая вела в мастерскую. Там, опутанные серпантином лент, вперемешку с грудами магнитовизионных табличек, громоздились кучи приборов. Обычно Гарри как-то их не замечал, но сегодня этот кавардак возмутил его. Во рту было горько и болезненно сухо. От встречи в стратобусе с ухмыляющимся Реви у Гарри остался неприятный осадок.

Брубейкеры… Богатый и влиятельный род. Глава семейства мечтает лишь о том, чтобы удачно женить своих сыновей. С его легкой руки старший сын, Бру, уже обрел свое счастье, теперь на очереди два других брата — Мак и Бак…

Игорь Зенин

Глупый ангел

Совпадение имён и названий прошу считать нелепой случайностью.

Простите меня, я выдёргиваю информационную чеку...

Не о ком. Всё... Кажется, что уже написал всё, что можно. Нет никакой мысли, ни какого желания, опять окунать перо в чернила, включая компьютер... Вдруг происходят события, будоража истерзанный мозг, натягивая нервы до звона перетянутой гитары. Просыпается память, недоумённо протирая глаза... Сердце гранатой разрывается на части, качая кровь для питания мозга, который в режиме трёхкратных перегрузок на грани инсульта пытается опять что-то понять, что бы обеспечить спокойствие истерзанной душе... Как красиво я говорю!!! Может, послать всё подальше, начать пить водку, став обычным "россиянином"? Не могу, не получается. ...Эти мысли летали долго в голове... Как-то я шёл по пляжу. Что-то было не так, пугало спокойствие, и лёгкий холод в груди одновременно. Ни с того, ни с сего я загадал: если сейчас из-за поворота выйдет обнажённая по пояс девушка, то та, о которой я думаю, станет моей женой... Буквально через несколько метров мне попался на глаза двойник той, о которой я думал. Лежащая на песке, вытянувшись в позе бревна, без верхней части купальника, вместо него накрытая тряпкой похоронного цвета... "Этого ещё не хватало", - подумал я, шарахнувшись от неё, как чёрт от ладана... Сделав ещё несколько шагов, я испытал невероятно чистую радость, ясную, светлую, нежданную и прекрасную... Из-за моего загаданного угла вышла молодая девушка, с идеальной, как у Таис Афинской фигурой, с идеально выточенной грудью, голая по пояс, в ярко-жёлтых, цвета солнца, плавках купальника. Русо-рыжие волосы были аккуратно собраны в хвостик. Красавица шла, слегка пританцовывая... Упругая красивая грудь лишь слегка колыхалась в такт движениям её тела, обладая при этом, удивительно гармоничными размерами... Я чуть было с ней не столкнулся... Через неделю я начну писать, словно под диктовку, в бешенном режиме, "Вихри неба"... Это решение придёт спонтанно, хотя о "Вихрях", как я вспомню, мысли подсознательно возникли ещё в декабре, когда Анастасия спросила меня: "Ты мне поможешь?", и я сразу ответил: "Да!". Именно в этом месте, как и в декабре, в начале апреля я испытаю снова очень светлую и чистую радость, и, не понимая, с чем это связано, недоумённо начну крутить головой. Первое, что возникнет в голове - это мысль, что рядом находящееся кафе ассоциирующееся с ранчо американского президента Буша. Мелькнёт мысль: "Ни с этим ли связана просьба Анастасии?". В голове мелькнут пять жрецов, повеет холодом, но яркое весеннее солнце сразу выжжет всё, возвращая меня опять на землю, окуная в старую грусть... И всё это забудется... Вот она - великая адаптационная способность мозга - забывать то, что не надо, но вспоминать тогда, когда это необходимо. Я надолго забуду о потаённой мысли, несформированной, слепой и глухой. Но именно "Вихри неба" взбудоражат на расстоянии одного человека, который, не читая их, в свою очередь, легко и просто, сам того не подозревая, перевернёт меня... И тогда я вспомню об этой обнажённой красавице с пляжа, как и о многих других, одетых и раздетых, с которыми приходилось говорить, смеяться, неистово любить, ласкать и страдать... И замысел "Глупого ангела" предопределит то место, где я встречу два знака, невероятно совпавших по своему значению и по сути мною самим... Ведь эта девушка, о которой я думал, и эта красавица, что вышла из-за кустов, - всё это произойдёт на пляже... "Неоком"... То есть о всех сразу... Кстати сказать, этот пляж, точнее берег, раньше принадлежал военному училищу (которое готовит разведчиков!), и пляжем вообще не считался. Купаться было запрещено в виду опасного состояния берега. Но наши "защитники отечества" быстренько его прибрали к рукам, обустроили, удобрили братвой и бандитами, подмазали деньгами где надо, и организовали самый настоящий "Лас Вегас" местного значения, создав весьма эффективный насос по выкачиванию денег. Возникает простой и законный вопрос: в чём отличие бандитской вооружённой братвы от этих военных? Эта книга - об одном человеке. Об одной девушке. Она постоянно встречается мне на пути, меняя внешность и возраст, путая события и искривляя пространство. Она - везде и нигде... Я буду писать ТОЛЬКО О ГЛУПОМ АНГЕЛЕ, собрав его по частям из разных временных и пространственных участков этой истерзанной планеты. Я буду лепить его спокойно и методично, шаг за шагом, при этом разбирая его по косточкам, выворачивая его душу на изнанку, сам сжимаясь в комок от боли. Я стану паталого-анатомом, делающий вскрытие души в постели и во время прогулки, во время залпов салютов и в тот момент, когда мы с Ангелом пьём чай, пиво или водку. Я это буду делать безо всякого удовольствия, поверьте... Что испытывает паталого-анатом, когда вскрывает труп? Радость? Удовольствие? Наслаждение? Облегчение? Оргазм? Ничего он не испытывает... Он делает свою работу, такую же, как и техничка, моющая пол. Он пытается понять, почему, по какой причине, из-за чего умер человек. Тоже самое буду пытаться понять и я. И всего лишь... Разница в одном - я должен понять Ангела только тогда, когда он спокоен и откровенен. Когда он находится в нормальном физическом состоянии. Мне не достаточно того, что он просто жив - ведь, будучи живым, он может быть рассержен или быть больным. Нет, мне нужен спокойный и откровенный Ангел. Другими словами, я должен стать АНТИПАТАЛОГО-АНАТОМОМ. Ради чего всё это? Всё очень просто... Я хочу, чтобы Глупый Ангел был счастлив. Счастлив по-настоящему. Счастлив навсегда... Я никогда о нём не узнаю - ведь их очень много, этих Глупых Ангелов. Очень много. И нельзя объять необъятное... Вряд ли я один смогу это сделать. Но за мной придут другие. Сделают лучше, чем я. Проще... Мудрее... ... Я уже писал, что одному из Ангелов я посвятил эти строки: Храни меня, мой милый ангел, Я доверяю все тебе... Нет, ты не бог, ты - ниже рангом, Но верю я твоей мечте. Это был только припев. Саму песню она так и не услышала - писал я её долго, постоянно возвращаясь, переделывая и перечёркивая. Есть одна тонкость, связанная с техникой исполнения, которая наложила отпечаток на весь текст... В итоге получилось вот таких три куплета: