Введение в структурную вампирологию

Звездный мост.

К.В.Асмолов (Makkawity)

Введение в структурную вампирологию

Ч.1. Проблема и ее историография.

"Из всех монстров фэнтези наиболее популярным является вампир". Про него создано 254 фильма и написано более тысячи письменных произведений, и редкая ролевая игра, что по фэнтези, что по современности, обходит этого монстра и не включает его в список тех, с кем должны сражаться ее герои.

Эта серия статей не привязана к какой-то конкретной системе. В ней, помимо рассказа о истоках образа вампира, будут даны история появления этого монстра и анализ этого понятия в различных игровых системах с тем, чтобы Мастера, применяющие это существо, делали бы это с большим его пониманием или логической простроенностью.

Другие книги автора Константин Валерианович Асмолов

Первое полное издание главных военно-исторических бестселлеров, разошедшихся рекордными тиражами! ДВЕ КНИГИ ОДНИМ ТОМОМ!

Пытаясь опорочить и дегероизировать наше прошлое, враги России покушаются на самое святое — на народную память о Великой Отечественной войне. Нас хотят лишить Великой Победы. Вторя геббельсовской пропаганде, псевдоисторики-ревизионисты твердят, что Победа-де была достигнута «слишком дорогой ценой», что войну якобы «выиграли штрафбаты и заградотряды, стрелявшие по своим», что Красная Армия не освободила, а «поработила пол-Европы» и «изнасиловала Германию», что советских граждан, переживших плен и оккупацию, чуть ли не поголовно сослали в Сибирь и т. д., и т. п. Враги приравнивают Советский Союз к нацистскому Рейху, советских солдат — к фашистским карателям. И вот уже от нашей страны требуют «платить и каяться», советскую символику запрещают наравне с нацистской, а памятники воинам-освободителям в Восточной Европе под угрозой сноса…

Но нам не за что каяться! Эта книга — лучшая отповедь клеветникам, опровержение самых грязных и лживых мифов о Великой Отечественной войне, разоблачение исторических фальшивок, распространяемых врагами России.

К. В. Асмолов, посещая в 2016–2017 гг. Северную Корею, получил уникальную возможность не только осмотреть достопримечательности страны, но и пообщаться с ее высокопоставленными учеными и функционерами. Путевые заметки и конспекты лекций в сочетании с ответами на «часто задаваемые вопросы», представленные в новой книге Константина Асмолова, позволяют выяснить северокорейскую позицию по ключевым проблемам и по-новому взглянуть на КНДР, абстрагируясь от взглядов на нее и через красные и через черные очки. Издание адресовано как начинающим корееведам, так и всем интересующимся историей Северной Кореи или современной ситуацией в ней.

…А кто сказал, что вопросы оружиеведения — это ТОЛЬКО вопросы применения, изготовления и т. п. оружия как такового? Даже в реальности дело обстоит иначе! А уж в фантастике, где «основным оружием» сплошь и рядом являются боевые животные, — тем более…

Эта тема давно уже заслуживает, так сказать, персонального обсуждения. Во всяком случае, «ляпов» (и, наоборот, очень удачных прозрений) тут накопилось вполне достаточно, чтобы потребовался обширный курс ликбеза и для читателей, и для писателей.

Популярные книги в жанре Культурология

В новой книге теоретика литературы и культуры Ольги Бурениной-Петровой феномен цирка анализируется со всех возможных сторон – не только в жанровых составляющих данного вида искусства, но и в его семиотике, истории и разного рода междисциплинарных контекстах. Столь фундаментальное исследование роли циркового искусства в пространстве культуры предпринимается впервые. Книга предназначается специалистам по теории культуры и литературы, искусствоведам, антропологам, а также более широкой публике, интересующейся этими вопросами.

Ольга Буренина-Петрова – доктор филологических наук, преподает в Институте славистики университета г. Цюриха (Швейцария).

С конца 1980‑х годов, с концом советской власти, в российской печати появился целый поток мемуарной и автобиографической литературы о советском времени, написанной в разные годы (большей частью, после смерти Сталина). Авторы этих мемуаров заняты осмыслением советского — сталинского — опыта в пределах отдельной жизни [1]. От рамки, заданной журнальной рубрикой или издательской серией («Частные воспоминания о ХХ веке», «Мой ХХ век», «ХХ век от первого лица»), до сигналов, разбросанных в самих текстах, такие публикации заявляют о себе как об историзации частной жизни и приватизации истории. Это проявление того, что принято называть «историческим сознанием», понимая под этим самоосознание или самоутверждение за счет соотнесения своего «я» с понятием истории. Исследователи не раз связывали историческое сознание и мемуарно–автобиографическое письмо [2]. Моя задача — выявить следы, источники и ходы такого самосознания в русской мемуаристике, опубликованной на рубеже XXI века. Тот ход, который описан в настоящей статье, начинается именем Герцена и ведет к Гегелю; он опосредован современными исследователями Герцена — Гегеля, прежде всего Лидией Гинзбург.

Эссе о Томасе Манне, Набокове, Льве Толстом и Эрве Гибере.

Вряд ли есть кто-то, кто не знает, что такое богема. Многие, наверняка, даже уверены в том, что могут отличить представителя богемы, от того, кто таковым не является. Некоторые с легкостью дадут определение богеме, а другие даже вспомнят исторические факты, свидетельствующие о том, что богема не только есть, но еще и когда-то появилась. Все это так. И все это должно убедить нас (и скорее всего убеждает), что за богемой не стоит ничего кроме того, что это какие-то люди, объединенные по некоторым признакам в определенную социальную группу. Но есть несколько, казалось бы, незначительных моментов, которые заставляют думать, что не все так уж просто.

Данное интересное обсуждение развивается экстатически. Начав с проблемы кризиса славистики, дискуссия плавно спланировала на обсуждение академического дискурса в гуманитарном знании, затем перебросилась к сюжету о Судьбах России и окончилась темой почтения к предкам (этакий неожиданный китайский конец, видимо, — провидческое будущее русского вопроса). Кажется, что связанность замещена пафосом, особенно явным в репликах А. Иванова. Однако, в развитии обсуждения есть своя собственная экстатическая когерентность, которую интересно выявить

Повесть “Первая любовь” Тургенева — вероятно, наиболее любимое из его собственных сочинений — произведение достаточно странное. Достаточно напомнить, что оно было почти единодушно критиками разных направлений сочтено “неприличным”, оскорбляющим основы общественной морали. И не только в России, но и во Франции, так что для французского издания Тургеневу даже пришлось дописать полторы страницы текста, выдержанного в лучших традициях советского политического морализаторства 30-х годов (мол, что только испорченность старыми временами могла породить таких персонажей, тогда как сегодня…)

Данная статья написана на основе доклада, прочитанного в марте 2000 год в г. Фрибурге (Швейцария) на коллоквиуме “Субъективность как приём”. Пользуясь случаем, хотел бы выразить организатору коллоквиума Игорю Кубанову свою признательность за стимулирующее участие в подготовке данного доклада

"Чудеса всегда живут рядом с нами. Просто иногда случается так, что некое событие, нарушает ход истории, направляя ее в совершенно новое русло. А то, что являлось некогда чудом, теряет свои смыслы и значения, либо же наполняется новыми. Так случилось и с крашенкой (крашеным яйцом) — маленьким чудом, хранящим в себе древнейшее тайное учение, которое позволит нам открыть себя заново."

Эти записи попали в руки автора волей случая. Пачка разрозненных бумаг оказалась частью архива ученого поросенка, сиречь протоколами бесед с братьями и иными лицами. Наф-Наф попытался встать на чужую точку зрения, говоря от имени собеседников влезает в их шкуру. Местами замысел ему удался. Несмотря на огромную степень неопределенности, можно обнаружить в тексте своеобразный диалог.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Павел Асс

Арнольд Шварценеггер

Из серии "Жизнь современных героев"

Шел как-то Шварценеггер по лесу. Глядь, перед ним избушка на курьих ножках. А на крылечке Баба-Яга сидит.

- Здравствуй, Арнольдушка! - ласково так говорит Баба-Яга.

- Здравствуй, бабушка. А откуда ты меня знаешь? - удивился Шварценеггер.

- Ну, кто ж тебя не знает! - добродушно осклабилась старушенция, демонстрируя единственный, зато большой желтый зуб. Чай не из последних добрых молодцев будешь. Много народишку поубивал!

Павел Асс

Автобус N 385

Двери со скрипом распахнулись, и измаявшиеся граждане и гражданки со звериными лицами бросились на абордаж. Организовалась свалка. Здоровые мужчины повисли на дверях, стараясь, оттолкнув всех остальных, проникнуть в желанные автобусные внутренности.

Подбежала дохлая старушка с сумочкой в руке и с криком "Я ветеранка и инвалидка Отечественной войны!" начала бить сумочкой по головам. Мужчины отваливались, как спелые груши, и падали под колеса автобуса. Наверно, у бабки в сумке лежали гантели. Ветеранка, расчистив дорогу, забралась в салон, и оттуда послышался ее крик: "Молодой человек! Уступите место!"

Павел Асс

Басня

Однажды большая щука поймала маленького карася. Приплыла домой и приготовилась поужинать.

- Эй, щука! - пропищал вдруг карась. - Что же это, на ужине только мы вдвоем будем присутствовать? Это нехорошо! Что соседи-то подумают? Да и скучновато нам будет без веселой компании! Сходила, пригласила бы кого-нибудь...

- Кого? - заинтересовалась щука.

- Да хоть рыбака. Я видел, он на берегу сидит, скучный такой. Наверняка, не откажется от ужина!

Павел Асс

Белоснежка

Сан Саныч Сердюков возвращался из командировки в прескверном расположении духа. Недобрым словом поминал он своего соседа по гостиничному номеру Николая. Сосед попался Сан Санычу веселый, словоохотливый и мастер рассказывать анекдоты. Особенно любил Николай анекдоты типа "возвращается муж из командировки". Нехорошо становилось на душе у Сан Саныча после каждого такого анекдотика! Ибо дома осталась жена...

Неторопливый поезд наконец прибыл на вокзал. Сан Саныч подхватил чемодан под мышку и, расталкивая голосистых украинцев, грузинов в больших кепках и прочих гостей столицы, бросился на стоянку такси.