Всеволод Бобров

Книга об известном советском футболисте, хоккеисте, тренере 1940-1950-х годов Всеволоде Боброве, а также о становлении этих видов спорта в Советском Союзе. Содержит описание знаменитых международных матчей по футболу и хоккею, начиная с 1930-х годов, отношений между игроками и тренерами, спортивной политике СССР.

Отрывок из произведения:

В октябре 1945 года Великобританию охватил футбольный ажиотаж: англичане с нетерпением ожидали прибытия на Острова московской команды «Динамо».

О предстоящих матчах много писали газеты. Их обсуждали в поездах лондонской подземки и в вагонах двухэтажных кардиффских трамваев, за высокими стойками «забегаловок» во время полуденного ленча и в очередях за продуктами. И всюду гостям из России предсказывали серию сокрушительных поражений – с той чисто английской «неизлечимой достоверностью», о которой поведал миру еще Джером К. Джером, описавший лодочное путешествие трех друзей по Темзе, скрасившее тоскливую жизнь пса по кличке Монморенси.

Рекомендуем почитать

Когда серебряные трубы возвещают победу, они зовут на пьедестал не только победителя, они славят СПОРТ: разум и силу, мужество и волю, верность, отвагу и честь; они славят ЛЮДЕЙ, отдавших сердца спорту, зовущих своими делами, своим примером на жизненный подвиг

(без фотографий)

В этой книге рассказывается о знаменитом советском ватерполисте» одном из лучших нападающих мирового водного поло Петре Мшвениерадзе.

Описывая события 40—80-х гг., автор рассказывает о формировании личности своего героя.

По пути Петра Яковлевича Мшвениерадзе пошли и его сыновья — Нугзар и Георгий, ставшие известными, признанными во всем мире ватерполистами.

Книга предназначена для широкого круга читателей.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Публикуя дневники Г.В.Мясникова, бывшего одним из создателей и первых руководителей Советского фонда культуры, мы не только отдаем дань памяти человеку, сделавшему по-настоящему много для отечественной культуры, члену редакционной коллегии журнала со дня его основания, чему он немало способствовал, но и открываем читателю неповторимый документ эпохи. Дневники Г.В.Мясникова, которые он вел десятки лет, не просто раскрывают эту замечательную личность, но и являются неожиданно самобытным свидетельством жизни нашей страны во второй половине XX века. Эти тысячи страниц (из которых мы вынужденно публикуем лишь малую часть) написаны человеком глубоким и наблюдательным, человеком подлинного дела, оставившим по себе добрую память не только как о талантливом администраторе, но и как о культурном организаторе — созданными музеями, отреставрированными зданиями, возведенными памятниками, открытыми библиотеками, возвращенными в Россию культурными ценностями.

Жизнь С. М. Хромченко, рожденного в начале прошлого века, а умершего в начале века нынешнего – это история о том, как юный провинциал, проникшись ниспосланным ему свыше даром, преданно служил ему до последних лет долгой жизни. В не меньшей степени это история жизни его коллег по искусству, прежде всего, по Большому театру.

Настоящая книга посвящена жизни и деятельности выдающегося русского агронома И. А. Стебута (1833— 1923). Свыше полувека он занимал наиболее видное место среди деятелей русской агрономии. С именем Стебута связаны последние годы жизни первого сельскохозяйственного высшего учебного заведения в нашей стране — Горыгорецкого земледельческого института (ныне Белорусская сельскохозяйственная академия) и первые тридцать лет жизни Петровской академии (ныне Московская сельскохозяйственная Академия имени К. А. Тимирязева), в которой он возглавлял кафедру земледелия. Стебут был крупным деятелем сельскохозяйственного образования, особенно женского, и основателем первого в России высшего женского сельскохозяйственного учебного заведения — сельскохозяйственных курсов в Петербурге, получивших наименование Стебутовских. Много сил затратил Стебут и на организацию сельскохозяйственного опытного дела в качестве председателя ученого комитета министерства земледелия. В своем классическом труде «Основы полевой культуры» Стебут заложил фундамент отечественной науки земледелия и растениеводства. Он был и выдающимся практиком-агрономом в своем хозяйстве Кроткое, в частности, в области полезащитного лесоразведения.

В декабре 1971 года не стало Александра Трифоновича Твардовского. Вскоре после смерти друга Виктор Платонович Некрасов написал о нем воспоминания.

В 1783, в Европе возгорелась война между Турцией и Россией. Граф Рожер тайно уехал из Франции и через несколько месяцев прибыл в Елисаветград, к принцу де Линь, который был тогда комиссаром Венского двора при русской армии. Князь де Линь принял его весьма ласково и помог ему вступить в русскую службу. После весьма удачного исполнения первого поручения, данного ему князем Нассау-Зигеном, граф Дама получил от императрицы Екатерины II Георгиевский крест и золотую шпагу с надписью «За храбрость».

При осаде Очакова он был адъютантом князя Потёмкина; по окончании кампании, приехал в Санкт-Петербург, был представлен императрице и награждён чином полковника, в котором снова был в кампании 1789 года, кончившейся взятием Бендер. Приблизительно этот период и охватывают его мемуары.

В ноябре 1917 года солдаты избрали Александра Тодорского командиром корпуса. Через год, находясь на партийной и советской работе в родном Весьегонске, он написал книгу «Год – с винтовкой и плугом», получившую высокую оценку В. И. Ленина. Яркой страницей в биографию Тодорского вошла гражданская война. Вступив в 1919 году добровольцем в Красную Армию, он участвует в разгроме деникинцев на Дону, командует бригадой, разбившей антисоветские банды в Азербайджане, помогает положить конец дашнакской авантюре в Армении и выступлениям басмачей в Фергане. Книга рассказывает о жизненном пути этого замечательного человека. Рассчитана на массового читателя.

«Горячо любила Михаила Юрьевича Лермонтова воспитавшая его бабка, Елизавета Алексеевна Арсеньева, и память о ней тесно связана с именем поэта. Она лелеяла его с колыбели, выходила больным ребенком, позаботилась дать ему блестящее и серьезное для того времени образование, сосредоточила на нем всю свою любовь и заботы. В преклонных летах, частью именно из-за этой беззаветной преданности к внуку, пользовалась она всеобщим уважением и не раз успевала отвращать своим заступничеством серьезную опасность, грозившую поэту. Когда его не стало, она выплакала по нему свои старые очи. Ослабевшие от слез веки падали на них, и, чтобы глядеть на опостылый мир, старушке приходилось поддерживать их пальцами…»

Эмануил ИОФФЕ

ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ ВО ГЛАВЕ РЕСПУБЛИКИ

К 100-летию Петра МАШЕРОВА

Если вспомнить руководи­телей Белорусской ССР пери­ода 1919—1991 годов, то по таким критериям, как популяр­ность, авторитет и всенародная любовь, на первом месте, несо­мненно, окажется Петр Миро­нович Машеров. Этот человек вошел в историю нашей страны как народный герой, как видный партийный и государственный деятель, один из организаторов и руководителей патриотического подполья и партизанского дви­жения в Беларуси в годы Великой Отечественной войны, удостоен­ный двух Золотых Звезд — Героя Советского Союза и Героя Социа­листического Труда. Никто — ни до, ни после Машерова — так долго не возглавлял партийную организацию республики — целых пятнадцать с половиной лет (1965—1980).

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Этих людей боялись.

Этих людей проклинали.

Этими людьми восхищались.

В поисках славы они покидали свои студеные земли и отправлялись бороздить моря и покорять новые территории. И всюду, куда бы ни приходили, они воздвигали алтари в честь своих богов – рыжебородого Тора и одноглазого хитреца Одина. Эти люди вошли в историю и остались в ней навсегда – под гордым именем викингов…

Эпоха викингов завершилась столь же неожиданно, как и началась, – на арену истории вышли новые силы. Старые боги покинули своих приверженцев, героический Север растратил воинственный пыл в междоусобных стычках. И Торгильсу, сыну Лейва, ведомому волей Одина, выпало стать свидетелем заката этой бурной эпохи.

Вадим Шефнер – замечательный поэт и прозаик, потомственный петербуржец. В его невероятных потешных историях «сквозь привычные явления просвечивают чудеса». Его герои изобретают самодельные крылья, сочиняют озорные стихи, переносятся в далекое будущее, попадают на райские острова и в самых отчаянных обстоятельствах добродушно смеются над человеческой глупостью. Существование обыденности, по Шефнеру, в такое небывалое время воспринимается как знак уникальности всего, что время несет с собой...

Всем жителям Земли известно имя Матвея Утюгова, все помнят дату его добровольной кончины, которой был омрачен последний год XX века. Но меня не покидает ощущение, что к имени этого гения, к научному величию его постепенно подкрадывается забвение. Давненько нет ни новых книг о нем, ни научных трудов, ему посвященных. А сколько написано о нем в конце минувшего века! На всех языках и наречиях славили его ученые, писатели, поэты. Что касается журналистов, то те ему прямо-таки прохода не давали. Он, человек великой скромности, всячески отмалчивался, отбрыкивался, отнекивался, – и все-таки не всегда мог отбиться от этой настырной братии, не раз приходилось ему давать интервью. А теперь молчат писатели, молчат журналисты, – и только поэты время от времени посвящают ему свои стихи. Это о нем прочел я недавно в журнале новое стихотворение престарелого поэта В. Инкогнитова. Оно так кончается:

Это книга о судьбе двух женщин – старухе Элизе и ее приемной дочери Лие, живущих на западных островах Кельриона. Лия слепа, но видит удивительные сны, в которых она состоит из света и может летать. В одном из своих снов она встречается с живым штормом, и вскоре узнает, что в нем заключена душа мальчика, убитого собственной матерью двадцать лет тому назад.