Время прибытия

Земля — именно Земля — лакомый кусочек для делящих сферы влияния “новых инопланетных”.

Что из этого следует? Стрелки, перестрелки, “беседы по понятиям”, выгодные контракты для киллеров — и многое, что не в силах вообразить даже САМЫЙ ОТЧАЯННЫЙ ПОКЛОННИК ЮМОРИСТИЧЕСКОЙ НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ!

Поле битвы — Земля?

Ой, простите…

Поле РАЗБОРКИ — Земля!

Отрывок из произведения:

Космический корабль падал.

Вибрирующий корпус раскалился до белого цвета, и лишь по-прежнему алеющие дюзы пытались заставить звездолет сбросить скорость, работая в режиме торможения.

Но все было тщетно. Столкновение с грунтом чужой планеты казалось неизбежным и экипажу, и бортовому компьютеру.

По рубке терпящего аварию корабля метались серые тени. Громко выла сирена, мерцали красным кнопки на взбесившейся панели управления.

Свет в корабле отключился, и члены экипажа в темноте пытались закрепиться в спасительных гравитационных креслах, способных смягчить удар, до которого оставались считанные минуты. Да что там минуты, до крушения звездолета оставались считанные секунды, и если бы не тормозные дюзы, он бы давно превратился в металлическую лепешку.

Рекомендуем почитать

В этом мире солнце желто, как глаз дракона — огнедышащего дракона с узкими желтыми зрачками, — трава зелена, а вода прозрачна. Там тянутся к голубому небу замки из камня и здания из бетона, там живут гномы, эльфы и люди, там безраздельно влавствует Магия…

Пробил роковой час — и Срединный Мир призвал человека с Изнанки. В смертельных схватках с сильнейшими магами четырех стихий он должен пройти посвящение, овладеть Силой и исполнить свое предназначение…

Встреча с иными цивилизациями оказалась обескураживающей: земляне опоздали – Галактика уже поделена между Сильными расами, другим же, более молодым, отведена роль винтиков в этой сложной и одновременно простой структуре межзвездного сообщества – они могут делать только то, что у них получается лучше других, и не замахиваться на большее. И люди вынуждены смириться с участью космических извозчиков (ведь только они могут выжить в момент джампа – моментального прыжка на расстояние в несколько световых лет). Однако удовлетворится ли человечество торговлей космическими безделушками – или все же попытается найти свой путь и встать вровень с Сильными?..

Новый роман Сергея Лукьяненко выдержан в лучших традициях «космической оперы» и читается на одном дыхании с первой до последней страницы.

«Ночные охотники» городских улиц. Вампиры и оборотни, колдуньи и ведьмаки. Те, что живут в часы, когда опускается на землю мгла. Те, что веками противостоят силам белых магов. Потому что понимают — равновесие должно быть соблюдено. Потому что понимают — Тьма для этого мира не менее важна, чем Свет.

Вы уже знаете историю Ночного Дозора?

Послушайте теперь историю дозора Дневного.

Послушайте — вам расскажут о себе проклятые и проклинаемые.

Тогда, возможно, вы поймете — не так все просто в вечной войне Добра и Зла…

Вторая книга лучшей российской «космической оперы»! Увлекательная история землянина, заброшенного в глубины космоса и возглавившего галактическую войну!

История, в которой есть место для всего, что только может быть создано фантазией в свободном полете, — бластеров и звездолетов, странных союзников и необыкновенных врагов, вампиров, что не прячут своих клыков, и атомарных мечей, что острее косы самой Смерти…

«Планета, которой нет» — это ДОСТОЙНОЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ романа «Принцесса стоит смерти»!

«Мальчик и Тьма» – это страшные приключения в странных мирах.

Это история о том, что истинного врага найти порою не легче, чем истинного друга. Особенно если за дело берутся Сумрак, Свет и Тьма.

Две тысячи лет назад в мир пришел Богочеловек, он совершил великое чудо и, уходя, оставил людям Слово, при помощи которого можно совершать невозможное. Но Слово доступно не всякому, обладать же им жаждут многие. И часто страшной смертью умирают те, у кого пытались Слово выпытать. Случилось, однако, так, что Словом, похоже, владеет мальчишка-подросток, оказавшийся в каторжном аду Печальных островов. Заполучить юного Марка, способного изменить судьбу мира, желают многие – защищать же его согласен лишь один, бывалый вор Ильмар…

«Сегодня, мама!», «Остров Русь» и «Царь, царевич, король, королевич…» — это развеселая и разудалая трилогия, сочиненная Сергеем Лукьяненко на пару с Юлием Буркиным.

Это безудержный полет фантазии, невероятное, причудливое развитие сюжета и, конечно, брызжущий, искрометный юмор!

Первая книга лучшей российской «космической оперы»!

Увлекательная история землянина, заброшенного в глубины космоса и возглавившего галактическую войну!

История, в которой есть место для всего, что только может быть создано фантазией в свободном полете, — бластеров и звездолетов, странных союзников и необыкновенных врагов, вампиров, что не прячут своих клыков, и атомарных мечей, что острее косы самой Смерти…

«Принцесса стоит смерти» — это роман, от которого невозможно оторваться!

Другие книги автора Валентин Леженда

Сообщество сталкеров взбудоражено дикими слухами: в Зоне появился призрак апокалиптического Бледного Коня, встреча с которым — предвестие неизбежной смерти. Никто из новичков не рискует в таких условиях пересекать Периметр. Но происходит страшное — на заражённую территорию попадает ребёнок, похищенный неизвестными. Опытный сталкер по кличке Стылый ведёт в Зону небольшой спасательный отряд…

«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают «Вселенную Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду!

Харьков 2033 года — город, в котором все не так. Тут люди обитают на поверхности, а метро населяют сектанты, работорговцы и самые жуткие монстры. Тут правит загадочный Круг апологетов, а на улице можно встретиться с Железным Солдатом или ковбоем. И всем тут — апологетам и рейдерам, ваххабитам и членам Белого Братства, вудуистам и «Всадникам апокалипсиса» — вдруг позарез понадобился простой двенадцатилетний мальчик. Ведь от того, кто первым его отыщет, зависит будущее…

Только-только отгремела очередная война с вероломной Хонти, и народ Пандеи, управляемый мудрыми Радетелями, вздохнул свободно. Казалось бы, у граждан нет причин для беспокойства; трудись, ходи на демонстрации, вступай в патриотические объединения, отводи душу в «Галерее ненависти» или на Больших Пандейских Играх. А устанешь — к твоим услугам всегда сеть общественных кабинок для безболезненных самоубийств. Странно, что при такой прекрасной жизни находятся чудаки, недовольные существующим положением дел! И тем не менее по столице прокатывается волна терактов, и все больше граждан мечтают однажды заполучить «Золотой билет», дающий возможность покинуть родину, погружающуюся в век одиночества…

Далекое будущее… Кто-то безуспешно пытается достучаться до вырождающегося человечества. И этот кто-то проводит над людьми страшный, жестокий эксперимент. Ключ к разгадке близок. Но сможет ли отыскать его доминатор по кличке Паромщик? Ведь так легко совершить ошибку, которую уже невозможно будет исправить.

Что принесет в этот мир Тот Кто Должен Прийти? Спасение или гибель?

Конец Второй мировой войны. Параллельный мир, так похожий на наш. Идет финальная битва Тьмы и Света, в которой уцелеют лишь избранные. Могущественные оккультные спецслужбы ведут жестокую незримую игру. Вырвавшаяся на свободу Тьма все больше захлестывает параллельную реальность, и кажется — выхода нет. Бой проигран еще в самом начале. Но так ли это? Можно ли успеть опередить скорость Тьмы? Можно ли выжить в этом кошмаре и, главное, понять, на чьей ты оказался стороне?

He сидится «черному археологу» Бетси МакДугал в родовом имении. Как же, ведь опять дует попутный Ветер Странствий, манящий в дальние экзотические страны. Таинственный мир ацтеков с их кровавыми обрядами, сохранившийся в глубинах мексиканских гор. Колумбийское озеро Гуатавита, где по преданию спрятаны сокровища Эльдорадо. Пещерный храм в одной из провинций Китая. И поиски мощных артефактов, оберегаемых не менее сильными Хранителями.

Только отчаянным сорвиголовам по плечу состязание на равных с древними таинственными Силами, ревностно стерегущими тайны истории. Таким, как красавица Бетси МакДугал. Итак, снова времена зовут…

Кто сказал, что «черный археолог» — сугубо мужская профессия?! Кто сказал, что «Индиана Джонс в юбке» — легенда и миф?! Очевидно, те, кто не знаком с «рыжей бестией» Бетси МакДугал! С девушкой, которая теперь — в сомнительной компании обаятельного авантюриста и его легкомысленного «блудного кузена» — отправляется в Мексику на поиски уникального аигекского артефакта. И вроде бы все пока что путем… Но!

Почему преследуют Бетси странные видения о кровавых жертвоприношениях?

Кто убил предыдущего владельца индейского сокровища — и почему его новый владелец утверждает, что и в глаза не видел покупки?

И наконец, ято же за страшная Сила скрыта в обычном на первый взгляд золотом амулете, в котором, согласно легенде, заключено могущество самого Кецалькоатля?! В амулете, над которым снова и снова звучит таинственная, смертоносная Песнь Кецаля?!

Он – Вергун из клана «Мертвой руки». Сын смертного и богини.

Он – лишь наполовину человек. Он бесстрашен и почти неуязвим, способен перекидываться в животных, выходить из собственного тела, читать чужие мысли…

Он – идеальный убийца, и прозвище его – Ловчий Смерти – внушает ужас всему живому.

Но теперь, когда предстоит сбыться древнему пророчеству, и два мира – Светлый и Темный – вот-вот сольются в один, именно Ловчему Смерти предстоит спасти земли Света от вторжения со стороны Тьмы.

Потому что он – единственный, кто в силах защитить таинственную деву Танаис, хранительницу амулета, открывающего путь между мирами…

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

Макс Самохвалов

HОВЫЙ ПЛУГ

Утpом, когда вся семья собpалась за завтpаком, я объявил:

- Я плугин достал новый. Сегодня можем ставить.

- Опять! - всплеснула pуками бабушка. - Пpошлый еще в памяти - чеpным воспоминанием коpявых текстуp...

- Очень хоpоший плугин, - добавил я менее увеpенным голосом. - Ставится повеpх пятого апгpейда.

- А если он глюкавый? - сказал папа, отламывая кусок хлеба от общей буханки.

Максим Самохвалов

СЕHО СВОБОДЫ

Есть такая тpава, обычный колосок с метелкой навеpху. Если его выpвать с коpнем, там будет небольшая луковица, она ничего, на вкус. Только если не сообpажаете в тpаве, не ешьте, а то мало ли, ошибетесь...

По полю катит сенокосилка. Я слышу, что к гpомыханию металлических частей пpимешивается еще какой-то звук, потом доходит - музыка оpет. В ней чудится что-то внеземное, технологичное.

Петр 'Roxton' Семилетов

Тане Hестеровой

ХИТИH

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ЗАГОВОР

1 - HАД ДHЕПРОМ

- У тебя не все в порядке с головой, - сказала мне чайка, спикировавшая на шпиль моего воображаемого зонта. Hакрапывал дождь из черной дроби, и асфальт грохотал, будто стадо шестиногих коз, мигрирующих из Hовосибирска в Москву. Я угостил чайку мороженым, и она улетела.

Пожалуй, стоит представиться. Жюльен де Шморг, человекустрица из Парижа, еще меня называют Баклажанным Тони и Ребро Верная Смерть. В Киеве я по делам фирмы, которую представляю как ведущий специалист. Мы разработали новую технологию по очистке питьевой воды с помощью голов твердого сыра, и собираемся выиграть тендер здешнего муниципалитета на очистные сооружения.

Андрей Шторм

З_В_Е_З_Д_H_А_Я__ П_Ы_Л_Ь

Визгливый женский голос с металлическим оттенком проскрипел в корабельном динамике на космолингво: "Внимание! Внимание! Космический лайнер "ЛАХУДРА" через сто единиц бортового времени прибывает на орби тальную грузопассажирскую станцию Центральной Планеты. Просим всех пассажиров занять свои места в каютах и проверить крепление вещей и багажа. Действие невесомости начнется за двадцать едениц бортового времени до стыковки с орбитальной станцией. Повторяю..."

Влад Силин

Байки о повешенных. История Одамно.

История, рассказанная Одамно.

- Уже здесь? Хорошо! Присаживайся, пожалуйста, - Протопопенский поправил очки и указал мне на кресло возле обсидианового алтаря. Я уселся, небрежным жестом закинув ногу за ногу, а засиженная мухами Иш-Таб с укоризной посмотрела на меня со стены. Бедняжка Таб... От постоянных перепадов температур в кабинете золоченая рама иконы покоробилась, и со стороны казалось, что богиня страдает одновременно ларингитом и воспалением третьего глаза. Я вздохнул, а вслед за мной подобно эху вздохнул и Протопопенский. - Это, Гриша... Собственно, чего я тебя вызвал... Пятый круг Бецера ты писал? Я оживленно замотал головой: - Обижаете, Гильбеpт Искандеpович! Бецером Перенко занимается. Я писал Алок, седьмой термодинамики писал... Примечания к смене дат в Демон-Процессоре - тоже я. - Ага! - обрадовался Протопопенский. - Все-таки ты ковырялся с Демон-Процессором. Уже хорошо! Понимаешь, Гриш, такое дело... Тут в Усть-Гадесе Буджуму Иван Семенычу с его шарашкой понадобился демонолог для консультаций. Hу, мы вроде родственная организация, ты ж понимаешь. Вот я думаю сейчас - ты парень молодой, вроде знающий... выпить только не верблюд. Хотя кто у нас сейчас без греха! - тут мой начальник покровительственно хохотнул и похлопал себя по огромному пивному брюху. Перья на его шлеме кисельно колыхнулись, - Опять же, здоровье поправишь в этом Усть, понимаешь, Гадесе. Меня пробил холодный пот. В преддверии Армагеддона ехать в какую-то занюханную дыру, где-нибудь на смежном плане реальности - на такое могло достать только нашего шефа. Продвиженцы небось опять отбрехались, все со своим архиепископом носятся, а наш отдел отдувайся за них! Hе теряя ни секунды времени, я перешел в атаку: - Гильберт Искандерович, но вы же знаете мой режим работ. Каждый день моего отсутствия чреват возможными осложнениями. Без моих молитв Алок каждый день требует по девственнице, а фонды у нас не резиновые! Опять же, нервы, слезы, девушки недовольны, с родственниками проблемы, с медкомиссиями проблемы... Дыру с Чистилищем мы конечно заткнули, но не дай Блезбе прорвется очередной с низших планов - все, пропал месяц работы! С нашими подопечными хоть договориться можно, а элементеры с Вигли - вы же их знаете, это сплошняком отравленные тещи. Протопопенко развел руками. - Hу что я могу поделать? Такое дело, понимаешь, я уже обещал! Слово дал! - Hо я-то никому ничего не обещал! Он еще раз развел руками, и застыл в немом отчаянии, намекая, что дальнейшего развития разговора не предполагается.

Влад Силин

Байки о повешенных

История Согера

История, рассказанная Согером.

Вечно взлохмаченная, недовольная жизнью Жучка выскочила из конуры прямо перед носом у флегматичного поросенка и злобно его облаяла. Поросенок истерично хрюкнул и спрятался под крыльцо; Жучка же еще минут пять не могла успокоиться - все пофыркивала и ворчала. - Да, сынок... - Агенобарб уныло почесал огромное пивное брюхо. - Вырос ты, сынок. Жениться тебе пора. - Hевесту тебе я уже подобрал, - неспешно продолжал он. - Hевеста хорошая, работящая. Приданое опять же... Сам посмотри: брательники твои поднялись, заматерели - Марк вон первый поставщик свинины в италинском военном интендантстве... Титус тоже теперь жулик порядочный. Один ты, младшенький, как дурак, все фантастику почитываешь да девок зазря портишь. - Что за невеста хоть? - лениво поинтересовался я. Развивать эту тему не хотелось вовсе - мне и так было хорошо. - Агриппина Курцина тебе невеста. Чего рожу кривишь - почитай во всем Италине лучше девки не найдешь! А какие у еейного папаши свинарнички шикарные! - Это та самая, что на прошлой неделе приходила? Рыжая такая, веснушчатая толстая стерва? - я покосился на Жучку. Истеричная псина встопорщила уши и глухо заворчала. - Hе, не надо, батя! Лучше я в Галльский легион запишусь, пусть меня сарматы пристрелят. Мучаться буду меньше. - Ты это что же, сынок? - ласково осведомился Агенобарб, в то время, как по его лицу расползались предательские багровые пятна. - Что ж это ты, Васенька? С христианами спутался, али Петрония перечитал, эстета недопятого, отцу родному прекословить? С варварами в штанах их срамных снюхиваться, аки плебей негражданственный!.. Слава пантеинным нашим богам, штанов у меня нет, и тога не спадет, ежели я тебя ремешком подпоясным вдоль спины вытяну! Кряхтя, сопя и отдуваясь, разлюбезный мой батюшка расстегнул свой красный всадничий пояс с медными бляшками и крутанул им над головой. Прислушавшись к мерзкому свисту отцовского Жопобойца, я задумчиво отметил: - Hасчет варваров, это, пожалуй, идея... Я слышал, что разенейский царь Иван Васильевич Угрожающий выдает замуж свою дочку Лизавету. Парень я видный, весь из себя красивый и язык подвешен неплохо. Чем не жених Лизавете Разенейской? Заодно может царем стану! А Агриппины вашей стервозной мне и с приплатой не надо! Ремень выпал из любящих отцовских рук, и прослезился Агенобарб: - Эх, Васька, Васька... Правду покойница матушка говорила: надо было тебя воспитывать, пока поперек лавки умещался... Сейчас-то оно, пожалуй, поздно будет. Я тоже пустил скупую сыновскую слезу, собрал котомку ватрушек с козьим сыром, сменные сандалии и тогу на козьем меху, утепленную, а потом сердечно попрощался с родителем: - Hе поминай лихом, батя! Стану царем - пива разенейского тебе пришлю. Пять бочек, и воблы сколько влезет! Отец ничего не ответил, лишь помахал мне на прощание ремнем, который по рассеянности все еще продолжал сжимать в руке. Вот и вырос сын, а как? Когда? До позднего вечера просидел старый всадник с кружкой пива на крыше, тоскливо оглядывая пустынную дорогу на Разеней и поглаживая по загривку невесть как прибившегося подкрыльцового поросенка... Вы скажете, что это глупость: бежать из отчего дома за границу только из-за одного нежелания жениться. Может быть. Hо если бы вы только видели эту Агриппину...

Константин Соловьев

Избранный

- Самое интересное, - продолжал он,

что человек чаще всего не догадывается,

в чем его миссия, и не узнает того

момента, когда выполняет действие, ради

которого был послан на землю.

В. Пелевин, "Хрустальный мир".

Я всегда знал, что это произойдет, что-то внутри меня с раннего детства внушало, что это неизбежно. Hеизбежно как восход солнца или сбегающий из турки кофе. Мне неизвестно было, как это будет выглядеть и я понятия не имел, когда это случится, но невидимая пружина, распиравшая меня изнутри, пружина, заведенная, как я теперь понимаю, еще с рождения, с неумолимостью стального механизма распрямлялась виток за витком. В первый раз осознание того, что я не такой, как все, пришло еще до того, как мне минуло десять лет. Детские грезы смешны и трогательны в своей непосредственной наивности, но в то же время твердой уверенности - уже сложив портфель, я часто сидел на крыльце и смотрел в небо до тех пор, пока не пекло в глазах, ожидая увидеть в бездонной бирюзе крохотную сверкающую точку. Я никому не рассказывал о своем знании, вероятно, даже в таком нежном возрасте подсознательно опасаясь насмешек сверстников и беспокойного недоумения родителей, но таинственный голос, иногда казавшийся мне скрежетом той самой распрямляющейся пружины, не позволял мне отчаиваться. Главное - я знал, что это неизбежно. Hебо по-прежнему оставалось бездонным, если в нем и появлялась точка, она непременно оказывалась высоко летящим самолетом или птицей, постепенно я все реже задирал голову. Hет, я вовсе не разочаровался, просто я взрослел и постепенно понимал, что ЭТО вовсе не обязательно должно опуститься с неба. Оно могло появиться в любом месте и принять любой вид, это было само собой разумеющимся, мне оставалось только ждать. Каждый из нас чувствует себя избранным, выделенным, отмеченным судьбой. Каждый в детстве знает, что именно он спасет мир, именно его добрая тетушка Судьба отметит в своей книге особенно. Отличие между мной и остальными было в том, что о своей избранности я не просто подозревал, я твердо был в ней уверен. Я знал о ней настолько твердо, что с возрастом она не рассасывалась, наоборот, твердела и принимала форму. Все люди обречены рождаться, жить какой-то невидимой аморфной жизнью и умирать, оставляя после себя дурно пахнущие скелеты - могильные плиты, старые фотографии и вещи - я же был обречен спасти этот мир, стать его героем и защитником. Космический корабль все не появлялся, а невидимая пружина внутри меня все отсчитывала витки. Я перешел в старшие классы, увлекся фантастикой, мистикой, эзотерикой. Виток, другой, третий... Закончил школу с золотой медалью, поступил в университет. Женился, развелся, некоторое время занимался оккультизмом. Еще виток, еще один, еще... В моей квартире не появлялись темпоральные капсулы, никто не проникал сквозь трещину в стене общежития чтобы сообщить мне о великой миссии, но я не терял надежды. Ведь у меня было знание. Пружина тихонько скрипела - "подожди, не торопись, наступит еще твое время! Осталось немного!" И я не торопился. Университет я закончил с красным дипломом и устроился на скучную, хоть и высоко оплачиваемую должность главного бухгалтера. Теперь весь день перед глазами у меня мельтешили разнообразнейшие цифры, я вертел их как хотел, перекручивал, жонглировал, полосовал невидимым скальпелем, зеленея от скуки и отвращения, работа стала моей мукой. Лишь оказавшись дома, я мог позволить себе забыть про цифры, к которым уже начал испытывать острую, как приступ аппендицита, бесконечную ненависть, и, развалившись на стареньком скрипящем диване, мечтать о том, как это произойдет. Скрип диванных пружин убаюкивал - уже скоро, потерпи, осталось немного. Стиснув зубы, я продирался через бесконечные вереницы цифр и ждал. Я хорошо научился ждать, работа бухгалтера чрезвычайно к этому располагала. Друзей у меня не было, я неохотно шел на контакт с простыми смертными, этими бабочками-однодневками, которым в жизни предназначено лишь питаться, спать и производить потомство, постепенно я превратился в отшельника, даже прохожие поглядывали на меня не то с презрением, не то с опаской. В зеркале все чаще появлялась небритая мрачная физиономия со злыми воспаленными глазами, я стал несдержан, раздражителен, за мной закрепилась слава тихого психопата и неврастеника. - И пусть! - бормотал я, с ненавистью сражаясь с осточертевшими цифрами день за днем и месяц за месяцем, - Рим не в один день строился. Вера в свою избранность не оставила меня даже после того, как я потерял работу. Я нашел другую, менее оплачиваемую, и стал помощником главного бухгалтера. Цифр стало еще больше и, несмотря на то, что моей работой всегда были довольны, вздыхал с облегчением, когда очередной день подходил к концу. - Ты очень хорошо справляешься, - твердил мне директор не реже чем раз в месяц, - У тебя какая-то интуитивная тяга к цифрам, понимаешь?.. Цифры тебя любят. Ты - бухгалтер от Бога, но если бы ты больше времени уделял работе... Возможно, я действительно неплохо орудовал цифрами, но карьера никогда меня не интересовала, я готовился спасать мир. Пусть мне еще было неизвестно, когда и каким образом я это сделаю. Главное - я это знал, вот и все.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Алексей Лежнев

Пусть увядает сто цветов...

1

Город был затоплен ими, как толкучка. Кир осторожно пробирался вдоль трамвайной линии (здесь было сравнительно свободно) - и в каждом переулке между невысокими домами мог видеть пестрые группки. Цвета тут преобладали самые броские и опасные - ядовито-зеленые и фиолетовые, реже - красные. Оранжевых было совсем чуть-чуть, не то что в его родном городе. Но и бело-серых он пока тоже не замечал, - правда, это его не очень удивляло, они появлялись ближе к вечеру.

LG

SAS "Школа 19

SAS "Школа 19: Часть 1"

Будний день или похождения Александpович.

Hачинался обыкновенный школьный день. Покалеченые,замученые дети вяло плелись в школу.Одни из них остоpожно ползли вдоль стены, дpугие пытались пpобpаться к входу кустами.Все они знали, что где-то на кpыше сидит, выжи дая своих жеpтв, Соляник вместе со своей скоpостpельной винтовкой 45-ого колибpа.И действительно, ввеpху, там где была метеоpологическая площадка погибшего в солкновении с диpектоpом Геллеpа,бамкнул pаскатистый выстpел и маленький тpетьекласник, ахнув, уткнулся носом в pыхлый газон.

Со своей страстью к планированию бедная Оливия и не предполагала, что всего лишь одна вечеринка та круто изменит всю ее хорошо продуманную жизнь…

Кэсси Эллиот вышла из такси и посмотрела на внушительное здание издательства "Барлоу" - сплошь мрамор и стекло, - высящееся на углу Хэновер-сквер.

Невероятно, однако теперь именно она стала его новым владельцем.

Еще более невероятно было другое - она никогда не встречалась с человеком, который до самой своей смерти, случившейся три месяца назад, контролировал эту прославленную издательскую империю. Более того, она даже не подозревала о его существовании, пока его поверенный, Лайонел Ньюмен, не появился в ньюйоркской квартире на Парк-авеню, где она проживала вместе с матерью и отчимом, и не объявил ей, что она дочь и единственная наследница Генри Барлоу.