Возвращение в Террамагус

Возвращение в Террамагус

Семиклассница Улита Кузнецова никогда всерьёз не задумывалась о своём волшебном даре. Да, было у неё какое-то странное кольцо с неизвестным камнем, с помощью которого с раннего детства она могла творить самые настоящие чудеса. Но это было для неё не более, чем весёлым развлечением, о котором, кроме её брата, никто и не знал. И вдруг начинают происходить странные события. Сначала Улита обнаруживает, что из зазеркалья за ней наблюдают таинственные незнакомцы. Затем, во время верховой прогулки, испуганная лошадь заносит её в глухой лес, посреди которого вдруг появляется неизвестная, но очень красивая поляна. На ней в парящей над землёй беседке девочка встречает элегантную пожилую даму, оказавшуюся её родной бабушкой, Аникеей, проживающей, как выясняется, в волшебной стране Террамагус. Рассказ бабушки и дальнейшие события раскрывают Улите тайну её происхождения и вовлекают девочку в водоворот захватывающих приключений и детективного расследования.

Заявление автора: Все права на произведение защищены официально. Автор против выкладывания его текста на иных интернет — прощадках кроме СИ.

Реплика залившего: А нам пофигу!

Отрывок из произведения:

Однажды зимним вечером, когда Лена Кузнецова, сидя в уютном кресле, читала интересную книгу, ей позвонила её лучшая подруга Оля Егорова. Они дружили ещё с детства. Обе любили пикники и экскурсии по историческим местам, обожали лошадей и неплохо ездили верхом, а также с удовольствием катались на лыжах.

Прошли годы. Лена и Оля окончили школу, получили высшее образование и почти одновременно вышли замуж. Им уже не удавалось встречаться так часто, как это было раньше.

Популярные книги в жанре Фэнтези
Автор: Window Dark

У перекрестка они столкнулись лицом к лицу.

— Далековато мы забрались от места первой встречи, — ласково буркнул Воитель.

Впервые они повстречались пять лет назад. В темной лесной прогалине сиял алый шар спелого яблока Горного Короля. Съевший его получал навеки удачу в битвах и прочую милость богов. К заветному плоду потянулись две руки. Отдернулись. И зазвенели, схлестнувшись, два клинка.

— Что надо тебе, чужеземец?

— Эй, девонька, а ты разве из местных?

Лариса осторожно открыла полиэтиленовую штору, загораживающую ванну. Сгусток черных нитей беспокойно кружил вдоль ее бортов. Перемена места, видимо, взволновала его, и теперь он тщательно обследовал свое новое жилье. Если бы все происшедшее касалось только этого непонятного клубка, но это затрагивало интересы всех сотрудников лаборатории аномальных явлений.

Уже две недели лаборатория располагалась здесь (у девушки язык не поворачивался сказать на новом месте;). Лариса с грустью вспомнила солидный корпус с мраморной мозаикой по стенам. Там имелось десять просторных комнат со всевозможным оборудованием, шестнадцать маленьких, в которых хранили реактивы и запасные части, и просторный холл, где пили чай и смотрели цветной телевизор. В общем, имелся имидж солидного научно-исследовательского центра, рассеявшийся теперь на неопределенное время.

Раньше учиться было не в пример легче, нежели в наши многотрудные времена. Особливо, если ученик званием обладал. Маркиз там, или виконт. На худой конец и граф подходил неплохо. А все потому, что в ту эпоху ценилась не высшая математика, а высшее происхождение.

«Чем же легче учиться то?» — спросите вы. Да вот, к примеру, стоит ученик у доски, глазами дырку в полу сверлит, не знает ничего, морда великовозрастная, а коварный учитель ручонки потирает, глазенками хитрыми по сторонам зыркает. «Что, — говорит, — не знаем теорему то, не выучили-с, сударь?» А как же ее было выучить, если сей сударь до утра в кабаке просидел и при всем своем горячем желании не мог до книги дорваться по причине полного не хождения нижних конечностей.

Что ответить, если вопрос задаст девушка ветра? А-а… Вам представляется картинка, где красуется некий Ветер, у которого есть девушка, вопрошающая пустоту, куда какими-то обстоятельствами занесло и вас. В мозгу сразу складывается десяток вариантов. В одном вы получаете от Ветра по физии. В другом нахально уводите девушку из под его носа, чтобы не хлопал ушами. В третьем расстилаетесь перед девушкой ковровой дорожкой…

А все не так…

В день рождения лил дождь. Небо делало вид, что страдает, отгородясь от мира косыми струями. Когда вокруг холодно и мокро, кажется, что весь мир скорбит вместе с тобой по исчезнувшему году. И на душе в этот день скребли безжалостные кошки. Много кошек, и если про них помнить, никогда не почувствуешь себя одиноким и позаброшенным. В компании скребущих когтей жизнь ворочается уныло и неохотно. Особенно, когда над головой небо, забрызганное цементом, а ветер оборачивается стаей до омерзения скользких и противных слизняков. Я боялся, что и встреча окажется склизкой. Встречи и расставанья подчиняются незримым законам. В тот день я выучил один из них. Простейший, надо сказать, закон. Сначала дует ветер, потом приходит девушка. Но нам кажется, что мы живем в мире, где ветра нескончаемы.

С появлением новой начальницы жизнь в летнем лагере становится невыносимой. Повсюду прорастают таинственные флаги, их становится всё больше, а дети превращаются в маленьких монстров. Главный герой начинает слежку за директрисой и выходит на подвал, где спрятана Красная Струна.

Гора стояла не слишком далеко от поселка, но все же в достаточном отдалении, чтобы неискушенный путник принял ее за надвигающееся кучевое облако, готовое закрыть все небо, но пока еще не развернувшееся во всем могуществе. Со мной так и произошло. И пробираясь по нешироким улочкам поселка, я думал о горе, как о чем-то отстраненном, воздушном, эфемерном.

Поселок утопал в зелени и казался в свете солнечного полдня райским уголком. Я внезапно очутился на главной улице, и гора величаво предстала передо мной во всей своей красе. Но до нее по-прежнему было нереально далеко, и я сконцентрировался на более близких вещах. По центральной улице протянулась прерывистая цепочка магазинчиков и кабачков, а также различных строений сферы обслуживания. Я разглядел огромные ножницы, обозначавшие наличие парикмахерской, но равнодушно прошел мимо. Не для того годами росли мои черные, как уголь, волосы, чтобы остаться в безвестной парикмахерской, затерявшись на помойке.

Кто-то шарахается от собственной тени, а кто-то не прочь посягнуть на чужую.

Еще одно приключение нашего знакомого охотника за тенями.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вскоре после взятия Вермахтом города Львова (в конце июня 1941 года) в нем на Яновской улице был создан трудовой лагерь для евреев, который — если верить советскому обвинению в Нюрнберге — одновременно якобы являлся также «лагерем смерти», где постоянно происходили массовые расстрелы. При приближении Красной армии СС приказали снова вскрыть братские могилы и кремировать трупы на огромном костре. После этого еще наличествующие кости были измельчены в «костедробилке» и зарыты или рассеяны на территории лагеря. Так выглядит официальная советская интерпретация, которая опирается на расследования Чрезвычайной государственной комиссии (ЧГК) и показания оставшихся в живых еврейских узников. «Костедробилка», которая (якобы) была найдена в лагере после вступления в город Красной армии, неоднократно упоминалась советским обвинителем в Нюрнберге.

К данному исследованию автора побудили три исторические фотографии этой костедробилки, которые сегодня, кроме всего прочего, представлены на веб-странице американского Мемориального музея Холокоста (United States Holocaust Memorial Museum, USHMM)

Новая, дополненная и исправленная редакция старой (но, кажется, такой всё же новой) повести.

Станция Токийского метро, вид с низкой точки.

Снимок без вспышки, с долгой выдержкой, похожий на привидение пешеход удаляется от нас на заднем плане. Ещё двое видны как размытые силуэты.

На потолке флуоресцентные лампы в узких прямоугольных плафонах. Потолок, покрытый квадратными сегментами (звукоизоляция?). Круглые выступы: вентиляторы, датчики дыма, динамики? Массивные квадратные колонны уходят вдаль. Край лестницы или эскалатора. Мощеный плиткой пол с простым крупным узором: белые круги в квадратной рамке. Чистый пол: на нем совсем никакого мусора, ни окурков, ни прилипшей жевательной резинки.

Fenimore Cooper's Further Literary Offenses

Молодые люди, изучая Купера, вы убедитесь, что полезнее всего изучать его во всех подробностях, слово за словом, предложение за предложением. Ибо каждое его предложение интересно. Интересно оно своим построением — своим особым построением, своим оригинальным построением. Рассмотрим одно-два предложения, чтобы убедиться в этом. Вот отрывок из главы XI «Последнего из могикан» — одного из самых прославленных и восхваляемых романов Купера: