Возвращение Крестного отца

Возвращение Крестного отца
Автор:
Перевод: А Ахмерова
Жанр: Криминальный детектив
Год: 2008
ISBN: 978-5-699-24275-7

Более трех десятилетий назад был впервые опубликован «Крестный отец» — величайший роман Марио Пьюзо. В 2004 году Марк Вайнгартнер написал продолжение этой истории, рассказав о годах, не охваченных в бестселлере Пьюзо и не менее знаменитом фильме Фрэнсиса Форда Копполы.

Итак, 1955 год Майкл Корлеоне только что одержал нелегкую победу в кровавой войне пяти гангстерских семейств Нью-Йорка. Теперь он пытается укрепить свою власть, легализовать бизнес и спасти семью. Для этого ему придется одолеть достойного соперника — Ника Джерачи, бывшего боксера и вышибалу, а нынче — дипломированного юриста, не уступающего ему в жестокости и коварстве.

Наконец-то это случилось! Нашелся человек, не побоявшийся взяться за столь тяжелый труд, — его имя Марк Вайнгартнер, и он набрался мужества и продолжил дело великого Марио Пьюзо, написав «Возвращение Крестного отца». По нашему мнению, получилось весьма неплохо.

Bookmarks Magazine

Читателям этой книги предстоит побывать в Нью-Йорке, Вашингтоне, Лас-Вегасе и даже на Кубе, окунуться в мир политики, юриспруденции и шоу-бизнеса, причем в самых неожиданных ракурсах. Марк Вайнгартнер придал легендарным героям Пьюзо современный облик и создал несколько собственных, не менее ярких персонажей. «Возвращение Крестного отца» — в первую очередь увлекательная история о том, что мы любим, тщательно оберегаем, а иногда смертельно боимся, — о семье.

Из аннотации к американскому изданию

Отрывок из произведения:

Холодным весенним днем 1955 года Майкл Корлеоне вызвал Ника Джерачи на встречу в Бруклине.

Пока новый дон находился в доме покойного отца на Лонг-Айленде, два парня в одежде механиков сидели, апатично уставившись в телевизор. Показывали кукольное шоу. «Механики» ожидали дальнейших указаний босса и одновременно наслаждались пышным бюстом дородной актрисы.

Майкл вошел в украшенную лепниной комнату, которую покойный отец использовал как кабинет, и сел за стол, некогда принадлежавший Тому Хейгену. Стол consigliere

Другие книги автора Марк Вайнгартнер

Более трех десятилетий назад был впервые опубликован «Крестный отец» — величайший роман Марио Пьюзо. В 2004 году Марк Вайнгартнер написал продолжение этой знаменитой гангстерской саги — роман «Возвращение Крестного отца». Эта книга сразу стала бестселлером, а ее автор был признан достойным продолжателем своего великого предшественника. Спустя два года Вайнгартнер написал новую книгу про семью Корлеоне — «Месть Крестного отца».

Начало 60-х годов XX века. Как известно, Коза Ностра без малейших колебаний уничтожает тех, кто встает у нее на пути. Ее не может остановить даже то, что на сей раз этим человеком стал сам президент Соединенных Штатов. Положение осложняется тем, что некоторые из членов семьи президента оказываются тесно связанными с другой известной американской семьей — Корлеоне…

Популярные книги в жанре Криминальный детектив

С.РАЙТ

МАЛЕНЬКАЯ ДЕТАЛЬ

На расстоянии сотни ярдов от охотничьего стана Вальтер заслышал их громкий спор. Они были чем-то взбешены, и это озадачило Вальтера. Он ясно различал звонкий голос Ларри, что-то упорно и гневно отрицавшего, и более густой, но хриплый голос Брика Ганзеля, в чем-то обвинявшего Ларри. Что могло произойти между ними? До сих пор они отлично ладили между собой. Очевидно, хорошо угостились крепкой водкой, которая имелась в большом количестве в ящике Ларри. - Я тебе говорю, ты сделал это! - были первые слова, долетевшие до слуха Вальтера из-за запертых дверей хижины. - Молчи! Я говорю - ты взял их! Я видел твои следы вокруг ограды, это ясно, как день. - Я никогда не брал ни твоих, ни чьих-либо чужих шкур, уверяю тебя! сердито возражал Ларри. - А если ты продолжаешь утверждать, что я вор, то ты сам... - Это ты - подлец, и я убью тебя за это! - зарычал Брик, и не успел Вальтер вбежать в хижину, как раздался револьверный выстрел и громкий вопль раненого Ларри. Дверь распахнулась. Посреди комнаты, хватаясь окровавленными пальцами за грудь, стоял Ларри, и не успел Вальтер охватить взором происшедшую сцену, как ноги его товарища подкосились и он грузно упал на неровный грязный пол хижины. Одна рука его при этом как-то неестественно подвернулась и была придавлена туловищем. Вальтер перевел глаза на другого человека, находившеегося в комнате, на того, который только что застрелил его компаньона. Брик зорко следил за вошедшим своими голубыми, не предвещавшими ничего доброго глазами, и медленно поднимал в руке дымящийся револьвер, пока не навел его дула на грудь Вальтера. - Ну? - прохрипел Брик. - Что - ну? - передразнил его Вальтер. - Ты убил моего компаньона... - Надеюсь, что так, - хрипло расхохотался Брик, - я убью всякого, кто посмеет сказать мне то, что он сказал. Продолжая целить в Вальтера, Брик склонился над убитым и осторожно пощупал его сердце. Рука его при этом обагрилась кровью. - Хороший выстрел! - буркнул он, усмехаясь и показывая неровные ряды своих желтых эубов. Взоры Вальтера снова обратились на убитого. Он никогда не был особенно дружен с ним, но, несмотря на это, они сносно проработали вместе большую часть зимы и имели удачу. Он поймал себя на мысли, что тонкое, худощавое лицо Ларри кажется ему менее привлекательным в смерти, чем оно было при жизни. И он устыдился этой мысли. Как бы автоматически. Он заметил, что Ларри был скверно выбрит и что веки его глаз как-то особенно ярко выделяются белыми пятнами на желтой коже его обветренного лица. Губы полураскрывшегося рта отвратительно отвисли, и сам рот казался от этого больше, чем при жизни. Не будучи в силах оторвать глаз от умершего, Вальтер чувствовал, как в душе его нарастает холодная, жестокая злоба на убийцу. Каковы бы ни были недостатки Ларри, он все же в течении долгих месяцев был его компаньоном, а это большое, неуклюжее животноерелило его, так себе, ни за что, ни про что. Он взглянул в лицо Брику угрожающим взглядом. Это не пройдет тебе даром. Я найду на тебя управу, - медленно и мрачно произнес он. Брик осклабился и покачал головой. - Нет... я думаю ты не сделаешь этого, и знаешь почему? Но, быть может, ты и сам до гадаешься. - Он замолчал, выжидая. - Уж не хочешь ли ты угостить и меня пулей? - насмешливо и холодно спросил Вальтер. - Тогда-то уж ты наверняка попадешь в лапы полиции. - Я и об этом думал... да... Мне казалось, что и с тобой следовало бы прикончить, но теперь мне пришло в голову кое-что другое... получше... Он остановился, жадно следя глазами за Вальтером и, медленно роняя слова, добавил: - Я хочу, чтобы ты попытался доказать, что не ты его убил... Вальтер уставился в немом удивлении на этого странного человека, и ему начало казаться , что Брик сошел с ума. - Как же, черт возьми, ты себе представляешь это? - спросил он с любопытством, - Ведь я видел собственными глазами, что убил его ты. - Но видел ли это кто-нибудь кроме тебя? - возразил ему насмешливо Брик. - Кто мог бы подтвердить твое заявление, что именно я убил Ларри. До сих пор твой товарищ и я были друзьями, между тем как ты с ним недавно подрался, когда вы оба перепились на почтовой станции. Об этом я знаю от самого Ларри. Знаю, что и по дороге домой вы продолжали спорить и переругиваться. Теперь вообрази себе: твоего компаньона находят мертвым, убитым из твоего собственного револьвера. Ведь это твой револьвер, не так ли? Кобура, откуда я его вынул, была помечена инициалами В.С. И после всего этого ты пытаешься доказать, что убийство совершил я. Кто тебе поверит? Попробуй-ка поставить себя на место постороннего человека и взглянуть его глазами на всю эту историю. Вальтер с невольным содроганием почувствовал, как теплая волна крови медленно отливала от его лица. - Мне нет никакого дела до того, что и кто-то подумает! - вскричал он, горячясь. - Я знаю точно, что преступление совершил ты, а не я, этого достаточно. - Не достаточно, впрочем, чтобы спасти твою голову от петли, саркастически заметил Брик. - Я думаю, - добавил он в раздумье, - я думаю, что на твоем месте я постарался бы удрать из здешних мест со всей скоростью, на которую способны твои собаки. - Бежать? - возмутился Вальтер. - Бежать, когда я ни в чем не повинен? Да ни за что на свете! - Это лучше, однако, чем болтаться на виселице, - пожал плечами Брик. Вальтер вздрогнул, как будто веревка действительно коснулась его шеи. Он с необычайной ясностью ощутил эту воображаемую петлю, стягивающую его горло. Да, Брик был прав, и очевидность со всеми ее мельчайшими подробностями была против него. Ему оставалось быть вздернутым за несовершенное убийство или бежать. - Мне, собственно, даже не совсем безопасно повернуться к тебе спиной, криво усмехнулся он. - Я не могу отделаться от чувства, что с минуты на минуту твоя пуля угодит мне между лопаток. - Если бы я хотел это сделать, то, поверь, не стал бы дожидаться, чтобы ты подставил мне свои лопатки, - спокойно возразил ему Ганзель, - и не стал бы рисковать дать промах. стреляя на расстоянии. Нет, мне всего удобнее, чтобы ты убрался отсюда целым и невредимым. Вальтер с минуту раздумывал над последним замечанием Брика, стараясь угадать его скрытую мысль, и, разумеется, угадал. В течении всего этого года он и Ларри удачно охотились. У них было больше двух тысяч шкур, зарытых до окончания охоты в яму. Если бы он, Ларри, бежал, Брик овладел бы их складом и, конечно, сумел бы, не возбуждая ничьих подозренний, спустить меха понемногу скупщикам. Самого Брика постоянно преследовало неудача, и он ничего не скопил. Но, может быть, в этом была виновата его лень. - Могу я взять с собой свою долю мехов? - спросил он, чтоб проверить правилность своей догадки. - Едва ли я соглашусь на это, - съязвил Брик. - Но я дам тебе ровно столько, чтобы ты мог переправиться через границу. Для этого много не потребуется. А там ты уж извернешься, пожалуй, и выгоду сумеешь извлечь из полученного. Я же воспользуюсь вашим складом и очищу его. Весною, когда будет замечено, что ни ты, ни Ларри не выезжаете из области, кто-нибудь зайдет сюда проведать вас и найдет яму пустой, а в хижине - то, что к тому времени останется от Ларри. Тогда вспомнят, что ты уехал отсюда еще зимой и не вернулся. В Штатах ты окажешься в безопасности, а я наживусь на мехах, и оба избежим неприятностей. Если ты будешь настолько глуп, что попытаешься ставить мне палки в колеса, ну, и тогда я не получу шкур, но зато ты лишишься жизни, которая могла бы быть еще долгой и полезной. Одним словом, либо я получаю шкуры, а ты свободу, либо не получаю шкур, а ты получаешь петлю. Выбирай. Вальтер быстро взвесил в своем мозгу создавшееся положение, Ему очень хотелось донести на Брика, даже рискнув для этого собственной свободой и жизнью. Но с другой стороны , - рассудил он, - пока есть жизнь, есть и надежда. Если бы я отказался бежать, то. несомненно был бы задержан, осужден и повешен со всею быстротой канадского судопроизводства. - Я бегу, - мрачно сказал он. - Я был в этом уверен! - передернул плечами Брик. - Ты можешь тотчас же пускаться в путь. Иди запрягай собак, а я, между тем, увяжу твои шкуры. - Чем скорее я избавлюсь от твоего общества, негодяй, тем лучше! - не удержался от новой вспышки Вальтер. - Убийца! - Ну, не начинай ругаться, это не принесет тебе пользы. Я думаю, тебе бы не понрави лось, если бы все твои здешние друзья заговорили о тебе самом как об убийце. Вальтер проглотил проклятие, навертывавшееся ему на язык и бросился вон из хижины. Бежать? Да, он побежит, но не так далеко. Пусть это стоит ему жизни, но он уж су меет допечь этого мерзавца.

– Где же ты, голубчик, изволишь пропадать?

Этот вопрос, заданный недовольным тоном главой частного розыскного бюро «Шерхан»

Павлом Ивановичем Житковым, был адресован сотруднику означенного бюро Сергею Крылову, появившемуся на пороге кабинета своего начальника, который, впрочем, уже второй день был и его кабинетом, с черным сложенным зонтом в руках. Мелкие и крупные капли, падающие с зонта на ковровое покрытие, позволяли предположить, что погода в это октябрьское утро была дождливой.

Абдель Искеру посвящается эта драма в замедленном ритме как свидетельство верной дружбы.

Ф.Д.

* * *

Помещение было уродливым, холодным и странным. В сером свете уходящего дня его размеры как бы расплывались. Свет проникал с больного неба сквозь грязную стеклянную дверь. Несмотря на старый стол со створками и разваливающуюся папку для бумаг, оно никак не походило на рабочий кабинет, не помогали и две скамейки, обтянутые искусственной кожей, сквозь широкие дыры которых вылезал конский волос. Большая часть помещения была заставлена новыми коробками с трафаретными надписями и загадочными предметами, тщательно упакованными в коричневую бумагу.

Иномарка с киллерами, попетляв по кривым арбатским переулкам, остановилась возле небольшого старинного особняка. Сидящий за рулем Огнев нервно осмотрелся: «Вроде бы все спокойно. Типичный старомосковский дворик. Детишки мучают скрипучие качели и копаются в песочнице. Опрятно одетые старушки сидят на скамеечке. Дворник в синем комбинезоне усердно подметает двор, поднимая тучи грязной пыли. Интересный тип! Я бы не взялся описать его внешность. Средний человек без особых примет. Безликий какой-то! Да и возраст точно не определишь. То ли моложавый ветеран, то ли рано постаревший от разгульной жизни тинейджер. Интересно, какой у него взгляд? Из-за темных очков не видно. Зачем они ему в такую пасмурную погоду, от пыли что ли?»

Что связывает Татьяну Зотову и крутого бизнесмена Костю Баргузова? Ведь она — кандидат наук, любящая мать и жена, а он — бандит, один из совладельцев полукриминального центра «Три толстяка». Тем не менее пути их сходятся: преступник становится жертвой, а его жертва — преступницей.

Nina Thomas

The grand jury didn’t return a murder indictment against me. I was so relieved I cried. Now that that was behind me, I had something else on my mind-the women who robbed me. They didn’t follow me from Jimmy’s; they were there at my apartment waiting for me. They had to know that I would be at Jimmy’s, and where I lived. I looked at Teena and wondered how they knew that.

I went home with Shay and Teena. They had a surprise party waiting there for me. “Surprise!” Even though I wasn’t in the mood for a party, I acted like I was having a good time, but my mind was focused on how them women knew where I lived. Sometime during the party, I sat down and watched Teena. She was all over the place, like she always was, being the life of the party. After awhile, Shay came and sat with me. “Something bothering you?”

Если эвтаназия в стране запрещена, это не значит, что её нет. Обязательно есть те, кто за деньги прекращает страдания безнадёжно больных людей, как это делал «Академик» и его люди. Но найдутся и те, кто будет бескорыстно бороться за легализацию эвтаназии, как «Десвешеры». Они заставят услышать себя. Теперь любой человек может покинуть этот мир безболезненно и достойно, а не как изгой или прокажённый в полном одиночестве. Общество научилось уважать выбор этих людей. В специальных центрах, профессионалы помогают людям вернутся к жизни. А если это не возможно, то всё равно помогают…

Прекрасно, когда две души, два одиночества соприкасаются и обретают друг друга, но все меняется, если оказывается, что девушка помолвлена с миллионером, а за ее молодым избранником смерть идет по пятам. Влюбленные не знают, что будет с ними завтра, но не собираются уступать напору злых сил и готовы бороться за свое счастье.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Повесть, написанная в 1902–1903 годах и впервые опубликованная в 1904 году, сделала молодого Гессе в мгновение ока знаменитым. Главный герой повести – крестьянский парень, которому, по словам С. Цвейга, «досталась переполненная мечтами и грезами голова самого Германа Гессе». Поэт Каменцинд мечтает создать «настоящую поэму, великую, отважную песнь тоски, неповторимую оду жизни». Спустя полвека Гессе так охарактеризовал своего героя: «Он не создан для жизни в коллективе, он – одинокий король в воздвигнутом им же самим царстве грез».

Внезапно окно на двадцать четвертом этаже бесшумно раскрылось и человек встал на самый край подоконника. Лиза вздрогнула и отдернула бинокль от лица. Она не хотела видеть прыжок самоубийцы головой вниз на асфальт и украшать память кровавым траурным цветком, который никогда не завянет. Уж я-то себя знаю!

Тем более сегодня – ведь как встретишь Новый год, так его и проживешь.

Лиза, одетая в нейлоновый костюм скалолазки, с ветровкою на плечах, в черной вязаной шапочке стоит на лоджии в сумерках снежного вечера. Свет в квартире за ее спиною погашен, чтобы случайный взгляд с улицы не заметил силуэт молодой женщины с биноклем в руках.

Один молодой человек по имени Ян проиграл в рулетку в казино «Амбассадор» в отеле Балчуг – Кемпински огромную сумму и чтобы срочно выплатить долг, – а играл он на чужие деньги, – наспех продал свою квартиру в районе Таганки за $ 266 000. На гроши, которые остались, после того как Ян расплатился, молодой вертопрах смог купить только жалкую однокомнатную квартирку в старом двухэтажном доме на окраине Москвы.

Окна его комнаты на первом этаже смотрели на большой запущенный пустырь, за которым виднелась кирпичная стена вокруг Рогожского кладбища. Стена местами обвалилась. Пустырь глухо зарос крапивой и чертополохом. Словом, самое несчастное место.

Как обычно маньяк Валентин Назимов не хотел убивать эту девочку тоже. Но он понимал, что когда настанет пора для любви,- девочке станет больно. Очень больно. А Валентин обожал девочек, и он не хотел делать им больно. Не хотел. Он любил до слез их маленькие ручки, голые подмышечки, плоские животики, которые покрывал бессчетными поцелуями, пытаясь молитвой губ унять свое адское вожделение и умолить самого себя дать маленькой жертве хотя бы еще один часок жизни.