Возвращение домой

Возвращение домой

Любовь Рябикина

Возвращение домой

- Товарищ полковник, товарищ полковник!..

Голос прорывался в уши, словно сквозь вату. Кузнецов почувствовал, что воздуха не хватает и он никак не может открыть глаза. Чьи-то руки трясли его. Он не смог вспомнить этот голос. Полковник испугался, что ослеп и дернувшись со всей силы, вырвался из липкой грязи. Судорожно вздохнул свежего воздуха, все еще ничего не видя. Почувствовав во рту землю, сплюнул в сторону. Кое-как разлепил веки, стряхнув глину пальцами и, не видя, оттолкнул трясущую его руку в сторону:

Другие книги автора Любовь Львовна Рябикина

Это книга о воине с женским лицом. Зовут воина Даша, но чеченцы прозвали ее Снайпер Шайтан — за ум, меткость и бесстрашие. Отслужив по контракту на Кавказе два года, она вернулась к мирной жизни. Однако война не оставила ее в покое, отняла мужа, самых близких, дорогих людей и толкнула на путь мести…

Спать хотелось просто спасу нет! Каждый шаг давался с трудом и девочка часто запиналась за собственные ноги. Тропинка была чистой. Ствол ружья, достававший до коленей, больно бил при этом по ноге и она просыпалась. Отец недовольно оглядывался на шум. Вполголоса ругал ее за неуклюжесть. Маринка кивала, какое-то время шагала бесшумно, а затем все повторялось. Тяжеленное ружье оттягивало ее худенькое тело назад. Отцовская спина покачивалась впереди при каждом шаге. Она какое-то время всматривалась в нее: вокруг стояла темнота и рассвет еще только чуть засерел на востоке. Вновь засыпала на ходу. Ноги начинали тащить ее в сторону. Натыкалась в темноте на кустарники, вздрагивала от прикосновения холодной росы и снова на мгновение открывала глаза. Мысленно ругала отца за раннюю побудку и тут же его оправдывала: “Проклятого кабана надо убить”.

Настроение было самое паршивое. Даже ласково пригревающее весеннее солнышко не смогло улучшить ее душевного состояния. Майя хмуро захлопнула дубовую дверь, краем уха услышав щелчок замка. Остановилась на верхней площадке высокой лестницы, опираясь рукой на резные дубовые перила. Осмотрелась вокруг. Все было привычным и ничуть не изменилось за ночь. Все так же серел ноздреватый снег в тени забора у ворот.

Длинный, стального цвета, плащ был распахнут и чуть развевался на легком ветерке. Черный приталенный костюм с укороченной юбкой и выглядывавшей из ворота белоснежной блузкой, подчеркивал стройную фигуру. Серебристый шифоновый шарф, с небрежно закинутыми за спину концами, свисал ниже пояса. Высокие сапоги с каблуком-шпилькой увеличивали ее и так не малый рост, еще сантиметров на десять. Длинные светло-русые волосы рассыпались по плечам легкими волнами и мягко мерцали под солнцем. Серые глаза смотрели в яркий день хмуро и без всякого выражения.

Стояло раннее летнее утро. Лазоревое небо, без единого облачка, куполом раскинулось над землей. Солнце взошло совсем недавно, но в деревне практически над каждой крышей вился дымок из труб. Высоко в небе пел жаворонок и его пение разливалось с высоты дивной музыкой.

Хозяйки торопливо топили русские печи, чтобы приготовить еду для себя и пойло для скотины. Из каждого двора доносилось пенье петухов, блеяние овечек, хрюканье проснувшихся свиней и мычание коров. Время от времени взлаивали собаки. По деревенской улице торопливо прошли с длинными прутьями в руках трое ежащихся от утреннего холодка подростков. Звонко выкрикивали, крутя головами:

У Оксанки была просто патологическая страсть попадать в нелепые истории. Там, где любой другой человек мог пройти, ничего не заметив, она обязательно находила что-то особенное и останавливалась, «влипая» в очередную неприятность. Она притягивала к себе несчастья, как магнит.

Мало того, стоило ей почувствовать к кому-нибудь симпатию или наоборот антипатию, как с этим человеком тоже что-то случалось. Если возникала симпатия, с объектом этой самой симпатии происходили разные нелепости, которые в быту зовут чертовщинкой. Вроде бы ничего плохого и не случалось, но… случившееся заставляло «симпатию» держаться в напряжении довольно длительное время. К тому же «объект» никак «не врубался», откуда на него валится эта «чертовщинка»!

Анна выбралась из чащи и очутилась на крутом берегу неизвестной ей реки. Посмотрела вниз. Там темнели две полыньи. Видимо, сильное течение не давало воде замерзнуть в этом месте. Женщина огляделась с надеждой и отчаянием. Она уже устала и обессилела от долгой ходьбы по снегу.

Слева, насколько только могли видеть глаза, к реке спускалась почти отвесная стена и ей долго пришлось бы идти вдоль берега, чтобы найти пригодный для спуска склон. Она была не уверена, что ей хватит сил на длительный переход. В душе зрело состояние, близкое к отчаянию. Посмотрела в другую сторону.

Любовь Рябикина

Майор и Ева

Серые усталые глаза без блеска, смуглое загорелое лицо с острыми скулами, короткий ежик рано поседевших на висках волос под малиновым беретом, выгоревшая на солнце пятнистая форма, сидевшая на высокой худой фигуре мешковато. Это и был Климук, мое "высокое начальство" на целых полтора месяца. Для начала, он страшно не хотел брать меня в рейд. Недовольство и презрение было написано на его лице, сквозило в каждом жесте, когда я протянула бумаги. Он рывком схватил их, долго читал, буквально "ощупывая" каждую запятую. По его напряженному лицу я видела, что он ищет повод для отказа. Повода не было, а приказ есть приказ. Скрепя сердце, майор буркнул:

Майора Дементьева отправили вместе с группой десантников на блокпост, находящийся высоко в горах, у перевала. Отправили за подлость. Уже через две недели пребывания на перевале, он понял низость своего поступка. Майор был мужик здоровый. Косая сажень в плечах и двухметровый рост. Лицо с квадратной «тяжелой» челюстью и маленькие серые глазки придавали ему сходства с бульдогом. Короткий ежик волос постоянно торчал вверх, словно у задиристого петуха. Народу под началом оказалось пять взводов и забот хватало. Особенно с топливом и водой. До горного ручейка почти три километра, а с топливом вообще возникли неразрешимые проблемы. Приходилось экономить каждую дощечку, каждую рейку и даже бумагу.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Гришанов Василий Максимович

Все океаны рядом

{1}Так обозначены ссылки на примечания. Примечания в конце текста книги.

Аннотация издательства: Автор - в прошлом член Военного совета начальник политического управления Военно-Морского Флота - рассказывает о партийно-политической работе на флоте, о строительстве современного флота, об океанских плаваниях. С большой теплотой он пишет о командирах и политработниках, коммунистах и комсомольцах, о боевых традициях и учебе военных моряков, бдительно охраняющих мирный труд нашего народа. Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Ю.И.МАРКИН

РАССКАЗЫ О ДЖАЗЕ И HЕ ТОЛЬКО...

Часть II.

Оглавление.

51. БАСHИ КРЫЛОВА

52. БЕЗРАБОТИЦЫ HЕ БОИМСЯ! (два случая из жизни)

53. ЧЕТЫРЕ ПЕЧАЛЬHЫЕ ИСТОРИИ

54. КОЗHИ ДЬЯВОЛА ИЛИ ДЕHЬ ПЯТИ ДЕВЯТОК.

55. ДВОЙКА ПО СОЧИHЕHИЮ И КОПHА ВОЛОС.

56. ПЕHИЕ ПОД АККОМПАHЕМЕHТ ЗЕМЛЕТРЯСЕHИЯ.

57. ЧЕЛОВЕК - ОРКЕСТР.

58. ТРОЙHОЕ СОВПАДЕHИЕ.

59. ОТ "ГИГАHТСКИХ ШАГОВ" КОЛТРЕЙHА ДО "МУРКИ" - ОДИH ШАГ!

Панчевский Пётр* (Панчевски Петър)

Огненные дороги

Перевод с болгарского Е. В. Рудакова

______________

* В СССР его звали Павлов Пётр Георгиевич.

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Аннотация издательства: Воспоминания П. Панчевского, бывшего министра обороны НРБ, посвящены славной когорте болгарских революционеров-интернационалистов. Автор - воспитанник Советской Армии, в рядах которой он вырос от курсанта военно-инженерного училища до генерала, командира соединения инженерных войск. В книге рассказывается о восстании 1923 года в Болгарии, об участии болгарских патриотов в Великой Отечественной войне Советского Союза против гитлеровской Германии, о строительстве народной армии и социалистических преобразованиях в Болгарии в послевоенный период.

Об Эдит Пиаф:

Никита Богословский

Жан Кокто

Лугами, вдоль зелени свежей,

Струится, бежит река.

Синее небо нежат

Белые облака.

Солнцу-повесе обняться любо

С яблонями в цвету

И над рекою

В сочные губы

Парижскую песенку поцеловать на лету.

Сердце, танцуй на балу удача,

В солнечном вальсе кружи мечту.

Струится любовь непоседой рекой...

Танцуй же, танцуй на балу удачи,

Петр Пильский

М.Арцыбашев

В поздний слякотный петербургский вечер мы ехали с Арцыбашевым на извозчике, был поднят верх, и, вдавленные внутри этой клетки, завешенные черным кожаным фартуком, мы напоминали двух пойманных птиц.

Это коротенькое путешествие на Петербургскую сторону стало переломным моментом наших отношений.

Только что вышел арцыбашевский роман "Санин". Мне он очень не понравился, Арцыбашев же видел в нем чуть ли не новое откровение и относился к нему не только как к большой беллетристической работе, но придавал исключительное значение. Этот роман он считал философским. Ему казалось, что Санин является одновременно и его личным исповеданием, но также раскрытием дум и чувств всего современного ему молодого поколения.

A. П. Плетнев

ТРИ ВСТРЕЧИ С ГОНЧАРОВЫМ

По поводу столетия рождения И. А. Гончарова хочу поделиться воспоминаниями о нем, хотя и поверхностными, ввиду того, что я был очень молод, когда я его видел, но имеющими значение, как свидетельство человека, лично знакомого с знаменитым романистом. Я того мнения, что в таких случаях непосредственное знакомство с великим человеком может дать более верное освещение хотя бы наружности, а иногда и психологии описываемого лица, нежели суждение о нем понаслышке или из вторых рук.

Воспоминания немецкого журналиста и историка Себастьяна Хафнера (1907–1999), написанные в эмиграции в 1939 году, охватывают период с 1914 по 1933 год. Автор пытается ответить на вопрос, как события этого десятилетия подготовили немцев к принятию власти нацистов, как создавалась и удобрялась многослойная социально-политическая почва, на которой был возведен третий рейх.

Известный журналист и автор нескольких бестселлеров Эрик Ларсон предлагает читателю погрузиться в атмосферу Берлина 30-х гг. XX в., в переломный период новейшей истории Германии – от назначения Гитлера на пост канцлера до узурпации им власти и превращения страны в «сад чудовищ» – диктатуру, активно готовящуюся к войне.

В этот период США придерживались позиции невмешательства и предпочитали не замечать милитаризации, преследования инакомыслящих и признаков будущего террора. Главные герои книги – Уильям Додд, в 1933 г. назначенный послом США в Берлине, и его дочь, светская львица, которая поначалу восхищалась гитлеровским режимом. В основе сюжета – официальные документы, мемуары, дневники и письма, позволяющие узнать о судьбе главных героев: дипломатов, общественных деятелей, журналистов, представителей нацистской верхушки и простых людей. Вместе с послом и его семьей читатель проходит путь от неприятия реальности к осознанию зла, которое несет режим нацистов, а затем – к отчаянным, но безуспешным попыткам предупредить мир о грозящей опасности.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кто убил бизнесмена на борту роскошного теплохода? Кто опередил преступников и «подломил» банк? Кто скрывается под личиной респектабельного предпринимателя? Сплошные загадки. Но сыщики из детективного агентства «Шерхан» знают на выстрел – два в ответ, на прием – контрприем. А если смерть совсем рядом и заглядывает в глаза – лучше не отворачиваться.

Андрей H. Рябов

"Моя история любви"

Иногда, самый лучший способ потушить

костер - это дать ему прогореть.

Терри Гудкайнд,

"Второе правило волшебника"

* * *

- Привет, солнышко! - воскликнул я, едва увидев Алю, выходящую из автобуса, и получил в ответ одну из ее особенных улыбок, ту, что предназначена только мне.

О боги, как же очаровательна эта девушка! Спустя всего лишь два месяца с нашего первого свидания, я уже не мыслил своей жизни без Александры, без ее понимания, нежности, прикосновений, поцелуев. Хотя, я никогда не говорил ей, что люблю, Аля знала этот мой маленький секрет, читая немые слова в моем поведении.

Рябов Гелий

Конь бледный еврея Бейлиса

В марте 1911 года, в Киеве, вскоре после еврейской пасхи, в предместье Лукьяновка, в пещере был обнаружен обескровленный труп тринадцатилетнего мальчика Андрея Ющинского. На его теле полиция насчитала сорок семь колото-резаных ран. Следственная власть и правое общественное мнение сделали вывод о том, что убийство совершено евреями с ритуальной, обрядовой целью - "чтобы приготовить пасхальный опреснок - мацу Гезир, которая непременно замешивается на крови христианского младенца". Русская интеллигенция во главе с писателем В.Г. Короленко выдвинула другую версию: Ющинский убит шайкой воров в отместку за то, что собирался донести полиции о готовящемся ограблении Софийского собора. Воры сработали "под евреев", надеясь вызвать еврейские погромы и таким образом скрыть все следы.

Рябов Гелий

Мертвые мухи зла

Часть первая

Предсказание

Сов. секретно,

экз. единств.

Начальнику Секретно-политического отдела УНКВД г. Ленинграда и области

Майору госбезопасности

тов. Каблукову А.А.

Спецсообщение

Сего, 22 января 1937 года мною получено сообщение от источника "Алябьева" о том, что в алтаре церкви "Спаса Преображения" хранится к-р. литература. Мы тщательно проверили алтарь, все подсобные помещения и только в подклете, в сундуке со старыми газетами и бумагами обнаружили и изъяли в присутствии доверенных понятых Сиваковой О.П. и Пулькина А.С. тетрадь с протоколами заседаний церковной к-р. организации во главе с настоятелем храма о. Дионисием и членами причта: о. Пафнутием, о. Елпидифором и о. Мафусаилом. В заседаниях организации принимали участие и сторож храма Тимофеев Б.П. Все документы изъяты согласно протоколу. Все задержанные арестованы и помещены во Внутреннюю тюрьму - раздельно друг от друга.