Возмутитель спокойствия

Если бы в аду выпадало хотя бы с четверть дюйма осадков в год, то Ньюболд, безусловно, занялся бы скотоводством даже там. И, честно говоря, все мы с самого начала почти не сомневались в том, что если угодья, принадлежавшие ему при жизни, чем-то и отличались от настоящего пекла, то далеко не в лучшую сторону; дождя за целый год здесь порой проливалось даже несколько больше заветной четверти дюйма.

Единственным его спасением был западный участок пастбищ, в небе над которым несколько раз в год все же собирались гонимые ветрами с запада дождевые облака, время от времени проливавшиеся на этот крохотный клочок земли обильными ливнями. И вот, когда пастбища к югу и востоку оказывались совершенно истощенными, нам приходилось гнать коров сквозь зубья перевалов, перебираясь вместе с ними на зеленеющий участок. К концу этого путешествия стадо в большинстве своем состояло из тощих коров-доходяг с потухшим взором, изможденных жаждой и бескормицей. Добравшись же до вожделенного пастбища, животные с такой жадностью набрасывались на траву, что многие вскоре начинали мучиться от несварения, а иные и вовсе околевали с пережору.

Другие книги автора Макс Брэнд

Джинго не боялся никого, кроме дьявола, и полагался только на свои сильные руки, но удача изменила ему в городке Тауэр-Крик.

Играя в покер, он стал жертвой жульничества. Без друзей и знакомых отчаянный Джинго вступает в борьбу с бандой игроков и головорезов.

Само появление Ларри Линмауса повергало жителей маленьких городков в ужас, ибо он прослыл налетчиком, грабителем и убийцей. Но вскоре возник повод усомниться, виновен ли он во всех тех прегрешениях, которые ему приписывали, и не стал ли он, в свою очередь, жертвой мошенника.

Роман «Поющие револьверы» — это увлекательное, полное приключений повествование о противоборстве двух крупных, сильных, яростных мужчин. И хотя один из них — не знающий жалости шериф, а другой — беглый преступник, они ведут честную схватку, потому что не в их правилах стрелять противнику в спину.

Одинокий человек с огромной собакой и револьвером появляется в Джовилле — городе, где царит всемогущий Алек Шодресс. Его слово было законом. На стороне бандитов — сила большинства. Но победа — там, где честь, справедливость и Одиночка Джек.

Они пасли стадо, принадлежащее союзу скотоводов, возле Клейрока — тысячу восемьсот кастрированных бычков, окрепших на хороших пастбищах, норовистых, однако поддающихся управе двух ковбоев, даже таких, как Пит Ленг и Лю Шерри, или по кличке Малыш Лю.

В тот день, пройдя по пастбищам расстояние в несколько миль, бычки хорошо насытились сочной травой, так что чувствовали себя удовлетворенно и дремотно, поэтому начали уже ложиться, сначала тяжело плюхаясь на колени, а потом полностью опускаясь на землю, что мало походило на грациозное устройство на ночь мустангов.

Герой романа «Ночной всадник» — блестящий ученый Рэндалл Бирн, человек недюжинного ума, но слабого здоровья, отправляется на Дикий Запад, чтобы набраться сил, и неожиданно для себя становится одним из мужественных отчаянных людей, умеющих выживать в суровых условиях прерий.

В романе «Золотая молния» самый опасный киллер Аляски Менневаль отправляет некоего Била Рейнджера в Калифорнию на поиски сведений об отце и сыне Кроссонах. После многих неудач Билл наконец находит Кроссонов в лесных дебрях. Жизнь отца и сына окутана глубокой тайной. Биллу предстоит вместе с ними стать участником невероятных приключений и кровавых стычек.

Четырнадцатилетний Джон Таннер, герой романа «Дорогой мести», не умел стрелять, скакать на лошади и разбить лагерь в Прерии до тех пор, пока судьба не забросила его на Дикий Запад.

Популярные книги в жанре Вестерн

Тропа взбиралась высоко вверх по крутому склону, уходя, кажется, в самое небо, затем у вершины она делала неожиданный поворот, откуда открывался прекрасный вид на раскинувшуюся меж хребтов долину, покрытую зелеными лесами и лугами.

День клонился к закату, когда на вершину горы выехал всадник на коне необычной масти. Это был чубарый мерин — настоящий аппалуза — белый, с черными пятнами и серой отметиной на левом бедре.

Доехав до поворота, Билл Кеневен осадил коня и, оставаясь сидеть в седле, принялся разглядывать лежавшую как на ладони изумрудную долину в обрамлении таинственной сизой дымки, окутывавшей склоны окрестных гор. Отсюда, с головокружительной высоты, он полюбовался полетом орлов, паривших далеко внизу, на высоте не менее тысячи футов над землей. Его конь раздувал ноздри, принюхиваясь к новым запахам, и настороженно прял ушами, нетерпеливо поглядывая на расстилавшиеся перед ним просторы.

Пригнув плечи под холодным проливным дождем, майор Мак Тревейн сунул руку под полу плаща, чтобы удостовериться, что его запасной револьвер на своем месте. Внезапный порыв ветра — и крупные капли с силой забарабанили по его походной шляпе, покрыв брызгами лицо и руки.

Испытывая отчаянную усталость и терзаясь голодом — он не ел уже почти сутки, — Мак оглянулся на дорогу, по которой плелись вразброд измученные солдаты.

Они больше не представляли собой армии. Как и он сам, это были просто утомленные люди, возвращавшиеся в давно покинутые дома. Когда-то они маршировали гордым шагом, сознавая, что на них возложена особая миссия, а теперь брели со склоненными против ветра и ливня головами, думая только о доме.

Спустившись с высоких голубоватых холмов, я пересек заросшую кустарником низину и оказался в Хеттен-Пойнте, небольшом городке Дикого Запада, разбросанном вдоль каменистого склона мезы note 1, покрытого желто-рыжей ржавчиной.

Это была огромная страна смелых мужчин, где всякий мог стать большим человеком, где каждый стоял на собственных ногах и все богатства принадлежали ему — только протяни руку.

Какое это великолепное ощущение — чувствовать себя молодым и сильным, с полным задора сердцем, упругими мышцами, ловкими движениями! И знать, что где-то в раскинувшемся перед тобой городе существует некто, кому пришлось бы весьма по душе свалить тебя с ног — все равно, кулаком или пулей.

В сыром и вонючем кубрике за обшарпанным столом сидел, широко расставив ноги, чтобы сохранить равновесие при качке, рослый широкоплечий человек. Над его головой раскачивался свисавший с подволока медный штормовой фонарь, в котором чуть теплился огонь. В этом неверном свете человек изучал потертую и испачканную пятнами пота морскую карту.

В кубрике слышался далекий плеск рассекаемых форштевнем волн, ленивое поскрипывание такелажа, храп спящих и хриплое, прерывистое дыхание человека, умиравшего на нижней койке.

Кто-то хотел убить его.

Он понял это, когда открыл глаза и уставился в узкий просвет между домами. Взгляд его остановился на светящемся окне второго этажа в здании напротив.

Из этого окна он упал.

Он лежал неподвижно и вглядывался в освещенный прямоугольник, как будто от этого зависела его жизнь.

Теперь главное — спастись. Он должен Исчезнуть, убраться отсюда, и притом как можно скорее.

Голова раскалывалась. Он коснулся ладонью лица. Руку пронзила острая боль, но он все же дотронулся еще раз. Осторожно ощупал голову… Полузапекшаяся кровь и глубокая рана на черепе. Рука упала на рубашку, пропитанную уже засохшей кровью.

Поселок, фигурирующий в моем повествовании, выдуман, хотя местность, в которой он расположен, вполне реальна. Там существовали три поселения, превратившиеся со временем в города-призраки: Майнерс-Делайт (Услада Горняка), Саут-Пасс-Сити (Город Южного ущелья) и Атлантик-Сити, названный так потому, что находился по ту сторону Континентального раздела, которая обращена к Атлантическому океану. Город в книге больше всего похож на Майнерс-Делайт. Все его жители выдуманы, но очень похожи на тех, кто когда-то прокладывал путь на Запад.

Прямая серая лента шоссе перематывалась под колесами «форда» со скоростью 75 миль в час. Горячий южный ветер гнал через дорогу клубы пыли и похожие на скелеты мячей шары перекати-поля; еще утром Питу пришлось поднять левое стекло, и с тех пор ветер только усиливался. Над желто-рыжей пустыней висело сплошное марево. «Если так будет продолжаться и дальше, придется сбросить скорость, — подумал Пит Палмер. — Видимость и так уже ни к черту.» Было три часа пополудни. Стало быть, он находился в пути уже 74 часа, и за это время выходил из машины лишь для того, чтобы справить нужду. Ел и спал он прямо в автомобиле.

На лице Фредерика Траверса лежала печать порядочности, аккуратности и сдержанности. Это было резко очерченное, волевое лицо человека, привыкшего к власти и пользовавшегося ею мудро и осторожно. Морщины на его чистой и здоровой коже не были следами порока. Они свидетельствовали о честно прожитой жизни, о напряженном, самоотверженном труде, и только. Ясные голубые глаза, густые, тронутые сединой каштановые волосы, разделенные аккуратным пробором и зачесанные вбок над высоким выпуклым лбом, — весь внешний облик этого человека говорил о том же. Он был подтянут и тщательно одет; легкий, практичный костюм как нельзя лучше шел этому человеку, находившемуся в расцвете сил, но в то же время не был крикливым, не подчеркивал, что его обладатель является владельцем многих миллионов долларов и огромного имущества.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Герой романа «Всадники равнин» Питер Росс, которого отец, скотовод с Запада, собрав се средства и заложив ранчо, послал учиться в университет, возвращается домой калекой. Несчастный родитель в отчаянии, а его смекалистый, физически крепкий сын не сдается.Он горит желанием одолеть нищету и для начала принимается грабить на проезжей дороге.

ВИЛЛИ БРЕДЕЛЬ

ПАТЕР БРАКЕЛЬ

Рассказ

Сокращенный перевод с немецкого Л. МАКОВКИНА

"Si Deus nobiscum - Quis contra nos!" ("Если с нами бог, то кто против нас!"). Эти слова выбиты на могильной плите патера Жана Франсиса Бракеля в церкви Сен-Пьер...

13 октября 1914 года немецкие части вступили в Зеебрюгге. Приветствовать их вышел один только католический священник - патер Бракель. Он представился командиру и на вопрос о настроении населения выразил желание поговорить с господином капитаном с глазу на глаз. Менее часа спустя были арестованы сапожник Луи Габелен, старый Этьен Валенкур и адвокат Зиверт Хоогбрек; первые двое - известные в городе социалисты, адвокат - фламандский националист.

Бертольд Брехт

Аугсбургский меловой круг

Во время Тридцатилетней войны некий швейцарский протестант по имени Цингли владел в вольном имперском городе Аугсбурге на Лехе большой кожемятней и кожевенной лавкой. Он был женат на уроженке этого города, и у них родился ребенок. Когда к Аугсбургу подошли католики, друзья посоветовали ему немедленно бежать, но то ли он не хотел разлучаться со своей маленькой семьей, то ли боялся бросить на произвол судьбы свою кожемятню, только он своевременно не уехал. И вот случилось, что он был еще в городе, когда нагрянули королевские войска. Вечером, как только начались грабежи, Цингли спрятался у себя во дворе, в яме, где хранились краски. Его жена с ребенком должна была перебраться к родственникам в предместье, но она до тех пор собирала свои вещи-платья, украшения и постели,-пока не увидела вдруг в окно первого этажа королевских солдат, ворвавшихся во двор. Вне себя от страха, она бросила все как было и убежала из дому через заднюю калитку.

???????? ?????

?????? ?? ????????? ?????

? 100-ыхЄш? ёю фэ  Ёюцфхэш 

?хЁхтюф ё эхьхЎъюую ш тёЄєяыхэшх ?. ????????

??????? - ???? ? ??????? ?????...

?тюЁўхёъюх эрёыхфшх ?хЁЄюы№Єр ?ЁхїЄр эх єЄЁрўштрхЄ ётюхщ яЁшЄ урЄхы№эющ ёшы? ё Єхўхэшхь тЁхьхэш. ? ъюэЎх тхър, юЄьхўхээюую яхўрЄ№? хую ьюуєўхую ЄрырэЄр ш юср эшхь эхяютЄюЁшью ёрьюс?Єэющ ышўэюёЄш, я№хё? фЁрьрЄєЁур?эютрЄюЁр яю?яЁхцэхьє ёЄрт Єё  эр ёЎхэрї тёхую ьшЁр, яю яюяєы ЁэюёЄш юэ єёЄєярхЄ ЄєЄ Єюы№ъю ?хъёяшЁє; ёюэуш, ёючфрээ?х т ёюфЁєцхёЄтх ё ?єЁЄюь ?рщыхь, ьруэхЄшчшЁє?Є эрё Єръ цх, ъръ т уюф? яхЁтюую, ю°хыюьы ??хую єёяхїр ??ЁхїуЁю°ютющ юяхЁ??, ЄхюЁш  ¤яшўхёъюую ЄхрЄЁр тёх х?х т?ч?трхЄ црЁъшх ёяюЁ?, ?¤ЇЇхъЄ юўєцфхэш ?, чрёЄрты ??шщ чЁшЄхы  яю?эютюьє тчуы эєЄ№ эр, ърчрыюё№ с?, їюЁю°ю шчтхёЄэ?х тх?ш, эрїюфшЄ тёх эют?ї яЁштхЁцхэЎхт, ёЄшїш яю¤Єр яюъюЁ ?Є ёюўхЄрэшхь ЇшыюёюЇёъющ ь?ёыш ш шёъЁхээюёЄш ўєтёЄтр, фэхтэшъш яшёрЄхы  фр?Є юсшы№эє? яш?є фы  Ёрчь?°ыхэш  шёЄюЁшърь, шчєўр??шь ърЄръышчь? 30-50-ї уюфют. ?ЁхїЄ ръЄєрыхэ ш ёхуюфэ  - єьхэшхь тшфхЄ№ ьшЁ тю тёхщ хую ёыюцэюёЄш ш яЁюЄштюЁхўштюёЄш, ётюшь юсюёЄЁхээ?ь ўєтёЄтюь ёюЎшры№эющ ёяЁртхфыштюёЄш, ъюЄюЁє? юэ эрч?тры їыхсюь эрЁюфр, ш ёЄЁхьыхэшхь ёфхырЄ№ ўхыютхър фюсЁхх, р ёЁхфє хую юсшЄрэш  ётхЄыхх, яЁштхЄыштхх. ?ЁхїЄ ёўшЄры, ўЄю юэ цшы т ьЁрўэ?х тЁхьхэр: яю хую ёыютрь, ЁрчуютюЁ ю фхЁхт№ ї ърчрыё  Єюуфр яЁхёЄєяыхэшхь, шсю т эхь с?ыю чръы?ўхэю ьюыўрэшх ю чтхЁёЄтрї. ?р яюЁюух ЄЁхЄ№хую Є?ё ўхыхЄш  юэ тёхы хЄ т эрё эрфхцфє: ?юуфр?эшсєф№, ъюуфр сєфхЄ тЁхь , ?? яхЁхфєьрхь ь?ёыш тёхї ь?ёышЄхыхщ тёхї тЁхьхэ, ?юёьюЄЁшь ърЁЄшэ? тёхї ьрёЄхЁют, ?юёьххьё  эрф °єЄърьш тёхї °єЄэшъют, ?юєїрцштрхь чр тёхьш цхэ?шэрьш, ?Ёрчєьшь тёхї ьєцўшэ. ? 100-ыхЄш? ёю фэ  Ёюцфхэш  ?. ?ЁхїЄр шчфрЄхы№ёЄтю ??єЁърья? т?яєёЄшыю эхсюы№°є? ъЁрёштє? ъэшцъє, ёюёЄртыхээє? шч шэЄхЁхёэхщ°шї, ярЁрфюъёры№э?ї ёєцфхэшщ, тч Є?ї шч хую ёЄрЄхщ, фэхтэшъют, яшёхь, ёЄшїют, я№хё. ?хЁш  Єръшї ъэшцхъ (цєЁэры ???? єцх юсЁр?рыё  ъ юфэющ шч эшї, яюёт ?хээющ °тхщЎрЁёъюьє яшёрЄхы? ?юсхЁЄє ?ры№чхЁє, ёхэЄ сЁ№ёъшщ эюьхЁ чр ¤ЄюЄ уюф) яЁхфяюырурхЄ ўЄхэшх ъръ с? ьшьюїюфюь, ъюЄюЁюх Єхь эх ьхэхх ўрёЄю эрЄрыъштрхЄ эр ёхЁ№хчэ?х Ёрчфєь№ .