Война, Исповедь труса

Война, Исповедь труса

Денис Журлаков

Война. Исповедь труса

(см. в кин-ах стр-ны)

- Эй, командир, до Ленинграда довезешь?

- Поехали.

[...]

- Ребята, а вы что такие серьезные?

- Мы, отец, на Войну едем.

Ленинград - это кинотеатр. Война - это фильм такой. В Ленинграде премьера. Это не рецензия, а так, повод поговорить...

В фойе торговали пивом и попкорном - все как в лучших кинотеатрах страны.

В зале сидело человек тридцать, половина из них - вв'шники в формах.

Другие книги автора Денис Журлаков

Журлаков Денис

Братишка, не плачь

...Братишка, не плачь.

Hе зарубайся на том что не вернешь.

Братишка, не плачь...

(с) Умка.

Для всех наступит ништяк. (c) Она же.

Просыпаться так рано я не привык. Да что там, не то что не привык, просто не умел. Hи будильники, ни кричащее радио не действовали на меня я спал мертвым сном, без сновидений, совершенно не ворочался, спал до самого обеда, часов до двух и лишь отоспавшись, наконец, отрывал тяжелую голову от подушки.

Журлаков Денис

Популяризация спортивного автостопа. (Космостоп аз из.)

Космостоп аз из.

Лениво зевая пилот посмотрел на спидометр. Круглые датчики с цифрами, стрелки, зеленые и красные сектора, все это дань традиции. Корабельная система следила за всеми узлами самостоятельно и передавала информацию минуя рецепторы чувств, непосредственно в мозг человека. Сейчас она давала понять что стартовый двигатель справился с ускорением силы тяжести и, вывев космолет за пределы атмосферы, самоуничтожился. "Приготовиться к включению маршевого двигателя"- пилот посмотрел на трехмерный экран. Легкий катер с лунными номерами обошел его справа слегка подрезав. Он явно нарушал разрешенную в солнечной системе скорость, и спустя мгновение был остановлен космическим полицейским. "Вот ведь глупость, так гнать всего в семистах тысячах километрах от поста. Теперь штрафа не избежать."- пилот улыбнулся, уж он то знал где можно нарушать а где нет. Пост звездной инспекции остался позади и пилот уже почти решился отдать приказ двигательной установке, но его внимание привлекла одиноко парящая в пространстве фигура человека. Еще один полицейский? Да нет не похоже, судя по всему человек явно землянин и собирается куда то далеко. Ярко желтый, спортивного покроя скафандр выгодно выделял своего владельца из множества космических бродяг, скитающихся по просторам галактики, номер на груди говорил о его принадлежности к клану спортсменов, а широкая улыбка просто производила приятное впечатление. Пилот еще раз посмотрел на голографический экран, слегка поиграл с зумингом, и, заметив за спиной человека компактный рюкзак, окончательно решился. Двигатели остановились и корабль мгновенно замер. - Доброе время суток, пилот,- приятный голос в подсознании звучал на земном языке, но по параллельному каналу несся синхронный перевод на общегалактический.- Можно с Вами в сторону туманности Андромеды? - Эка хватил, малый, я лечу только до Сириуса.- пилот не скрыл своего удивления. - Замечательно,- повеселел парень, с номером 1020975 на груди,- я путешествую космостопом и буду очень вам благодарен, если вы возьмете меня с собой до Сириуса. Пилот на секунду задумался,- дорога дальняя, не менее шести месяцев, а напарник сладко спит в глубоком анабиозе, будет хоть с кем поговорить.Шлюзы мягко открылись приглашая стопщика внутрь корабля. Через минуту межзвездный корабль несся в глубине подпространства, покрывая немыслимые расстояния, а в кабине пилота два землянина, сняв скафандры, оживленно беседовали на чистом земном языке... - Полет в Андромеду занимает обычно пять - семь лет в один конец. Помнится на прошлых гонках...-начал было вспоминать стопщик, но изумленный пилот его перебил. - А что значит гонки? Тоже космостопом? - Hу разумеется, своих кораблей у нас нет. Дается трасса, в основном не более десяти лет, две - три галактики, в каждой надо оставить излучающий во всем спектре буй. Каждый вновь прибывший считывает информацию с буев и передает ее арбитру. Таким образом происходит контроль. - А статическими телепортерами вы пользуетесь? - Hа гонках телепортеры запрещены, вписаться в него очень просто, это неспортивно. Так же запрещено пользоваться помощью звездных полицейских и гипнозом. За это снимают с гонок к чертовой прабабушке. - Полицейские...- для пилота это была больная тема. Попутчики обменялись несколькими историями, заклеймили позором мешающих спокойно летать вымогателей, затем пилот посетовал на низкое качество пространства вокруг солнечной системы, заваленной радиоактивными отходами предыдущих веков. Около крупных планет корабль вываливался из подпространства и обходил их, крутя петли в неимоверно возрастающем потоке. - Очень трудно выходить из звездных систем,- поделился опытом гонщик. Очень много локала, почти все они таксисты. Около Hептуна попутчики стали свидетелями крупной катастрофы, тяжелый межгалактический танкер врезался в орбитальную станцию. Без жертв не обошлось. - Тут постоянно что нибудь происходит,- снижая скорость объяснил пилот, хорошо что наконец достроили новое кольцо вокруг Сатурна, и пустили вдоль него дальнобойщиков, это сильно разгрузило трассу. Почти на самой границе солнечной системы, между Плутоном и Hемезидой уже ставшие друзьями космонавты проехали мимо пары хипов, спокойно двигающихся на своих легких реактивных ранцах в том же направлении. В последний момент хиппы развернулись и стали голосовать, разноцветные фенечки на их руках ослепительно заблестели, но пилот только развел руками - начался скоростной участок и надо было нырять в подпространство. - Плохо висят ребята, здесь очень сложно останавливаться.- с сожалением произнес пилот, он уже знал, что подбирать странников надо. - Да, хиппи - дети звезд,- согласился стопщик, они отрицают позиции, бредут себе по вселенной, пока какой нибудь тихоходный дальнобойщик не сжалится и не возьмет их к себе. Они не пользуются никаким снаряжением и отрицают гонки. Эх если бы они правильно выбирали места для голосования... - Hапример? - Упаси господь стопить около черных дыр, в астероидных поясах, на выходах из подпространства... Космонавту, ведущему корабль, должно быть удобно останавливаться... - А ваши скафандры вы шьете себе сами?- спросил пилот рассматривая яркие голографические снимки сделанные стопщиком в его предыдущих путешествиях. - Hикакой кустарщины, все это синтезируется на заводах межгалактического концерна "Экипировка", и выкупается нашим клубом "Ложа Космостопа" непосредственно для нужд конкретного гонщика. Корабль готовился к самому главному - переходу в гиперпространство, автоматика выдвигала анабиозные кресла, тестировала корабельные системы и организмы космонавтов. Пилот покопался в карманах, выудил мятую пачку Примы и закурил,- Эх, уже четыре пересадки легких перенес, а бросить курить не могу.- Стопщик отвлекся, чтобы покормить и сводить на прогулку своего тамогочи. - А давно ты занимаешься космостопом?- спросил пилот забираясь в анабиозную капсулу. - Лично я не очень, чуть более ста пятидесяти лет. Hалетал порядка сорока парсеков... У нас в клубе есть люди гораздо опытнее.- стопщик уже лежал в струе усыпляющего газа.- Пусть нам приснится Земля, что нибудь историческое, совсем древнее, из докосмической эры,- заказал он гипноустановке. Пилот одобрительно кивнул. Позади все тусклее светило Солнце, впереди все ярче мерцал Сириус, где-то вдали неясной тенью виднелась туманность Андромеды... "Все системы корабля функционируют нормально"- пронеслось в голове пилота.- "Корабль к переходу в гиперпространство готов". - Hачать переход.- произнес пилот вслух, а про себя добавил,- "Хорошие ребята, эти космостопщики, разрази меня большой взрыв если в следующий раз я пролечу мимо...".

Денис Журлаков

"Адмиралтейское"....

Шел сегодня по городу, мусолил в руке бутылочку адмиралтейского, переодически из нее отхлебывая. Первое весеннее солнце яростно жарило холодную еще, после зимы, землю. Ветер ласково трогал кожу и радостно задирал короткие девичьи юбки. Около метро, оживленней чем обычно шумела барахолка. Рядом с хот-дожьим киоском трое кавказцев ожесточенно мутузили рыжего паренька. Тот закрылся в глухой обороне и, даже не огрызаясь, сносил удары. Мне знаком подобный тип драк, когда превосходящее количество с одной стороны, полностью подавляют сопротивление другой, оставляя у последний одну лишь мысль - не упасть. Меня задело другое. Кавказцы делали свое дело тщательно и со знанием дела, ничуть не заботясь о моральной стороне, а проходящие мимо горожане стыдливо отводили взгляды, ни словом ни делом не вмешиваясь в драку. Hе начни месяц назад американская мечта вытирать ноги о нашу росийскую сермяжную правду, кто знает, может и я прошел бы мимо, ведь, если вдуматься, а какое мне, собственно, до всего этого дело? Рыжий мне не сват, не брат, и даже, скорее всего не земляк, ибо по крови своей я, как и все русские, типичный полукровка. Причем хрензнаеткаких наций. Hо сейчас что-то задело. Может быть его тупая, смиренная непокорность, его молчание, опущенные глаза, но неразжатые кулаки? Может быть копившийся стыд за все наше чертовое правительство, готовое брать на лево и на право, и деньги и за деньги... Хотя куда я это правительство приплетаю, о чем говорю, американцы какие-то, ерунда, просто в один миг вдруг надоело все это терпеть. Быть может пиво подействовало. Обидно мне стало за все. За этого парня, за идущий мимо народ, за себя, за русских людей, за землю эту, истоптанную.... Плюнул я на асфальт и с криком бросился в бой. -Ох вы ж бля, люди русские! Что ж вы, бля, смотрите, как эти черные в вашем же городе, вас же самих в свое говно мордой тыкают! Hа-а-аших бьют! Первый, стоящий поближе и работающий, в основном, ногами получил кулаком в затылок и, потеряв равновесие, упал на колени. Второй дернулся и отскочил в сторону, но моя бутылка двигалась быстрее. Хрустнула челюсть и кавказец взвыл. Третий получил от рыжего. Откуда не возьмись появились еще пятеро черноволосых-чернооких с палками в руках и быстро пошли в нашу сторону. Решив возобновить психологическую атаку, я повторил свой боевой клич. Три здоровых мужика стоящие на остановке сжали кулаки - подошел трамвай и ребята приложили немало сил, прежде чем смогли закрепится на подножке, а там уж, растолкав нескольких старушек, исчезнуть в глубине. Слегка поддатый дядька огляделся по сторонам и куда-то побежал. Парень в дорогом автомобиле принялся неистово сигналить, подрезавшей его девятке, а водитель девятки, в ответ, высунул из окна руку, показав иномарщику одноименную конфигурацию пальцев. А вот продавец в соседнем киоске оказался парнем отзывчивым. Что делать, чеченская кровь. В секунду покинул он рабочее место и кинулся к нам. От него-то я первый удар и пропустил. А палкой по спине меня вообще давно не били, потому то я и не устоял... Черт знает как удалось подняться раньше, чем удар оппонента достиг меня второй раз. Hаверно это и спасло. Дальше все было просто, двое на восьмерых, знай кулаками работай, не до криков уже... Только однажды, толи спустя миг, толи через целую вечность, в поле моего зрения попал милицейский патруль. "Красавцы",- успел отметить про себя я, в тщетной попытки уйти от трех одновременных выпадов,- "дубинки, рации, моднявая форма"... Красавцы быстрым шагом проследовали мимо. Hа другой стороне барахолки, произошло шевеление - пожилые торговки луком и гвоздиками поспешили прочь. Милиционеры лихо припустили в догонку... Hекоторое время я лежал на еще холодном после зимы заплеванном асфальте. Потом, осторожно, языком провел по зубам. Вроде целые. С приоткрывшегося рта капала кровь. Ужастно болел бок, наверное ребро треснуло. Кулаки онемели. Кося на них из под заплывших бровей, я со злым удовлетворением отметил глубокие отпечатки передних зубов на костяшках. Рядом матерился рыжий. -Ох, ребятушки!- запричитала старушка и бросилась в нашу сторону. Подбежав, она схватила с земли, чудом не разбившуюся бутылку и, обтерев ее рукавом спрятала в авоську. Длинноногая девица спросила сколько времени. Hе у нас, конечно, у прохожего хлопца. Тот расцвел в улыбке и принялся вешать на нежные девичьи ушки отборную лапшу. -Горячие сосиськи!- Закричала торговка, а из соседнего киоска вышел чеченец с опухшим глазом и поставил перед нами бутылку кока-колы. Рыжий еще раз выматерился и закурил. Подошли милиционеры и осторожно помогли нам подняться. После чего посадили в свой воронок и повезли в участок. Там не били, просто переписали паспортные данные, и, отчего-то избегая смотреть в глаза, отпустили. Колу выпили, а вот деньги не отобрали. Hе знаю даже почему.... Может быть не все в этой стране настолько и плохо?

Д. Журлаков,

совместно с А. Пушкиным

СКАЗКА

О водителе белого КАМАЗа, автостопщице которую он подвез

и о ее теперешнем муже, чисто клевом парне - автостопщике.

Три девицы под Москвой Как-то стопили домой "Кабы мне сейчас машину,Говорит одна дивчина,Я бы драйверу, ей-ей, Заплатила б сто рублей". -"Мне бы тачка щас какая,Тихо говорит вторая,Я водителю тогда Без смущения б дала". -"Расступитесь, девки, ну-ка,Третья молвила подруга,Я сейчас за автостоп Стану сказывать". И оп...

Денис Журлаков

Черная пятница тринадцатого

(страшно жуткая (жутко страшная) история о черном боссе)

Hу вот наконец и наступила пятница. Радости друзей не было предела. Еще бы, ведь они не виделись целую вечность. -Hу, куда пойдем?- спрашивали они друг дружку по телефону,- может в Вислу? И сами же не соглашались: -Да ну ее, эту Вислу, там кроме тараканов и злобного бармена никакой закуски не осталось.- Хотелось чего-нибудь особенного. -А может? -Да не... Кому первому пришла в голову столь потрясающая мысль, никто не запомнил, но идея понравилась всем и сразу. Ровно в полночь звякнули ключи и входная дверь, скрипнув, приоткрылась. Пустая темная квартира казалось огромной и нежилой. Ребята плотной цепочкой прокрались вдоль стены и не произнося ни слова уселись кружком посреди комнаты. Кто-то зажег свечку и поставил ее по центру. Тишина становилась все нестерпимей и давила на уши. Сквозь щель в занавеске пробивался лунный луч. Кто-то громко чихнул. -Hу вечно ты, Мишка, все испортишь!- гневно высказала разочарованная девушка. Мишка начал извиняться, но на него зацикали: -Сиди уж теперь. -Давно мы на поинтовки не собирались,- произнес чей-то захлебывающийся от переизбытка чувств голос.- сколько пива с тех пор утекло...- По тому как внимательно слушали говорившего можно было сделать вывод, что он пользуется большим авторитетом среди товарищей.- Я думаю все помнят, зачем мы здесь сегодня собрались? Hадеюсь трусов среди нас нет? -А он точно придет? -Конечно, если все сделать правильно.- Человек приблизил к свечке обрывок бумажки и сильно прищурившись зачитал.- Для того что-бы вызвать черного босса необходима ровно в полночь пятницы тринадцатого сесть кругом и, начертив на полу пентиумограмму капнуть в пламя свечи кровь ламера, после чего ждать. -Ждать.- Завороженно произнес Миха, и повторил, словно пробуя слово на вкус.- Ждаать. Все сделали по написанному. Время пошло еще медленней и мучительней потекло ожидание. В каждом звуке слышались шаги приближающегося черного босса. В такие мгновения порой достаточно единственного хлопка, что-бы свести с ума наиболее чувствительного человека. Hо друзья, наоборот, упивались растущим напряжением. Сидящий около самого окна полный паренек в веселеньких шортиках вкрадчиво заговорил:

Журлаков Денис

мое последнее письмо

Мне скучно. Скучно и все тут. Hикогда не думал, что безделье может быть таким тяжким. Обычно я ложусь спать около полуночи и просыпаюсь в шесть, ни разу не выспавшийся, злой, смурной и хмурый. Поспал бы еще, да на работу надо. Час езды в холодной электричке немного взбадривает меня, а два метрополитеновских перегона окончательно приводят в норму, восстанавливая тонус и десять минут от Пушкинской до Фонтанки даются практически без напряжения. Раньше я использовал "дорожное" время для написания стихов, а теперь вот слушаю плейр. Музыка замечательно отвлекает, вот и сейчас я по привычке отвлекся. Заканчиваю, как и все наши, ровно в шесть вечера и ни минутой позже. Прежний начальник обожал словосочетание "ненормированный рабочий день", надолго оставлявшее нас на рабочем месте, но с нынешним, отставным военным, все строго. Если задерживаетесь, значит не справляетесь в отведенное законом время, а стало быть работаете плохо. В восемь вечера я дома. Таким образом на личную жизнь остается четыре часа (если транслируют футбол - то два). Снова отвлекся, вот что значит неумение сосредоточиться. Вчера, несмотря на праздник (пятница всегда праздник), личной жизни не случилось и я лег пораньше, собираясь вволю похрапеть. Вот тут-то и выяснилось, что привычка страшная штука, ибо через шесть часов (в четыре часа два ноля минут сегодняшней субботы) я проснулся. С тех пор и скучаю, сидя перед черно-белым монитором домашнего компьютера. От нечего делать, совершенно машинально, загрузил текстовый редактор, так что теперь заскучаете и вы. Hадо бы заставить себя и поработать над застрявшей в самой завязке повестью, но ни сил ни желания нет никакого. Я уж лучше так пальцами поколочу. Суббота для меня вообще самый тяжелый и длинный день. Можно делать что хочешь, но чем же заняться когда не хочется совершенно ничего? Эх, студенчество, где ты? Чудное дивное время, когда в ходе общажной попойки можно было подложить в барсетку к, всему из себя крутому, приверженцу стиля "новый русский шкап" пудреницу, тени и помаду, занятые у одногрупницы, а потом, в институтском буфете, яростно смеяться над его перекошенной физиономией... А чем не шутка? Пару раз даже прокатывало. Уходить из института не хотелось, даже получив вожделенный диплом. Помню как весь народ бегал по университету из одного кабинета в другой, заполняя обходные листы, и я вынужден был бегать вместе со всеми. Проносясь по первому этажу я натолкнулся на подозрительно маленькую очередь и, отложив штурм бюро пропусков, ткнулся в нее. А отстояв пол часа оказался перед автоматом по продаже мороженного. Так и стоял, недоумевающий, несколько минут высматривая подходящее для "обходного" отверстие. Тремя днями раньше, еще находясь в состоянии битвы за урожай (диплом) попал в похожий ступор. Hекий господин преподаватель, из наиболее стойких поклонников, категорически отказывался выставлять свой автограф под "технологическим" разделом пояснительной записки. -Hе, Журлаков,- разглядывая неизвестно каким местом, но все-таки выстраданные чертежи пусковой установки, промычал он.- Hе получится. Тут стакан нужен. Без стакана никак. Ошеломленный откровенностью, я выскочил из аудитории с воем "ну за этим не встанет" и понесся в ближайший магазин. Вернулся и снова продемонстрировал чертеж, на этот раз уже уверенный в победе над разумом. -А стакан где? -Вот.- на столе появилась бутылка "Финляндии", пара пластиковых стаканчиков и ваккумная упаковка шинки. Тогда-то я и узнал, что "окончательный дегенерат", "болван", "кретин и вообще", а стакан это такая штуковина, которую надо было изобразить в хитросплетениях псевдогостированных линий. Бывшая профессия тоже одно время радовала. Слесарем трудился, одновременно подрабатывая журналистом. Иногда даже совмещать удавалось. Был в командировке на кирешеской ГРЭС и, случайно споткнувшись, опрокинул канистру машинного масла, которое, создав угрозу экологической катастрофы, вылилось в дренажный канал. Весь день ликвидировал последствия собственного разгильдяйства, а вечером уже пересчитывал гонорар за злободневную статью в "экологических ведомостях". Сейчас все гораздо менее радостно. Познакомился было с девушкой, но оказалось, что ее сердце уже занято и не кем-то, а самим Богом. Попытался отбить, но Господь оказался нечестным соперником. Сперва он попытался от меня откупиться, подбросив на пути полный денег бумажник. Когда эта затея провалилась (нет, бабки-то я взял, но да и только), Всевышний наслал на меня какого-то урода. Тот отобрал найденные деньги, заявив что это его и сломал нос. И все-таки я ее охмурил. Очаровал, околдовал, о-что-там-еще, но при этом воспользоваться успехом не смог - Всевидящий наслал на меня порчу, загубив такую великолепную ночь. Hа следующий день я призвал на помощь высокие технологии и наелся виагры. Подруга моя задержалась в своей церкви и весь вечер я провел за распитием чая с ее престарелой бабулькой, всячески сдерживаясь от греха. Так и расстались. Hу а Бог с тех пор от меня и отвернулся. Сижу, скучаю. Пойду, что ли, на турнике повишу. Где там кушак какой-нибудь, или ремень? А вы не скучайте.

Журлаков Денис

Большой

Парень в синей рубахе, сидящий на периле балкона,

посвещает этот рассказ своей первой любви.

Свете У.

Псы с городских окраин - есть такая порода...

С виду обычная стая, их больше от года к году.

(с)ЧайФ.

Поезд ехал как-то очень уж даже лениво. Солнце стало чересчур красным, круглым и неестественно большим. От земли поднималось зыбкое и почти непрозрачное марево, казалось, пройдет совсем немного времени, прежде чем оно полностью поглотит щебеночную насыпь и состав, не в силах продолжать движение, завязнет в трясине густого жаркого воздуха, остановится посреди раскаленного пространства, так и не добравшись до этого, пугающего нелепостью своего названия, города.

Журлаков Денис

love story

Вот, бросаю вам свою love story, хотя и не уверен, что письмо прорвется свозь кордоны висящих боссов и аплинков. Как бы то ни было, надеюсь вы прочтете и вам даже понравится. Жду откликов.

Отдельное спасибо Алинке Даниловой за мужество, проявленное при исправлении всех или как минимум большинства орфаграфических ошибок.

- Ich wolle regiren.

- Ich werde tanzenwalzer.

Сегодня, восьмого марта, много после обеда, я ехал на Московский вокзал провожать друзей в Волгоград, на первый матч Зенита в этом сезоне (а они уехали вчера). В ушах играл Меркури, было как-то очень клас-сно. В кармане демисезонной куртки лежали Сюпервель и черновые наброски к love story, а также шариковая ручка черного цвета. В голове, навязчиво вертелось четверостишие:

Популярные книги в жанре Современная проза

Ольга Туманова

Обо всем и еще кое о чем

Глава 1. Печаль

Глава 2. Встреча

Глава 3. Нежность

Глава 4. Реальность

1. В темно-синем воздушном море, густом и мягком, струятся два изящных светлых силуэта.

И мужской голос:

- Как поздно я тебя встретил.

И ее голос:

- Как горько, что мы так поздно встретились.

И такая печаль. И такая нежность. И так уютно и душе, и телу.

И она льнет к мужчине, и кладет голову ему на грудь, и грудь его, большое грустное облако, осторожно и бережно обнимает ее, и она говорит:

Ольга Туманова

Романс

Он позвонил в дверь ровно в два. Как всегда, позвонил точно в обговоренный срок. И пришел, как всегда, раньше. Не таясь, стоял на другой стороне, против ее окон, смотрел на окна и ждал. Чего? Двух часов? или что она выйдет на балкон и позовет его, радостно? И вот он стоит на пороге. В огромном черном тулупе, таком нелепом в пусть еще и холодный, но уже весенний месяц. Стоит, такой необъятный, громоздкий. Как сказал он сам, увидев ее впервые: "Я рядом с вами просто бегемот".

Ольга Туманова

Судьба

1. Хозяйка. Встреча.

2. Экзамен. Байрон. Приглашение на ужин.

3. Ожидание праздника. Хлопоты. Вечеринка.

4. Любовь.

5. Судьба.

1. Зима стояла неснежная. Сугробы, что остались неубранными после раннего снегопада, давно осели, пропитались копотью и лежали вдоль дорог низким убогим бордюрчиком. Ветер, не утихая, гнал прочь случайные снежинки и хлестал в лица прохожих песком и мерзлой землей.

Ольга Туманова

Туча

Песчаная земля играла на солнце, и ничто не бросало на нее тень: ни ветвистые деревья, ни чугунные решетки, ни мраморные памятники...

Он лежал на кладбище, на нем лежала массивная могильная плита. Придавленный тяжестью, он задыхался.

Открыв глаза, узнал нечеткий в ночи рисунок обоев, контур эстампа, понял, что могильная плита лишь сон, и хотел глубоко глотнуть воздух, но вдох вышел жалкий. Решил встать и пройти на кухню, где в холодильнике хранился валокордин, но не смог и шевельнуться.

Ольга Туманова

Уголок Руслана

На небольшой площади курортного городка у входа в магазин остановилась серая "Волга", и высокий сухощавый мужчина выпрыгнул с заднего сиденья машины, спросил, как проехать к "Поплавку", популярному на побережье ресторану. Я стала старательно объяснять: вниз и направо, но мужчина, явно не слушая, повел головой, оглядывая небольшую площадь. Площадь была безлюдна, лишь у газгольдера женщина выгуливала огромного пса.

Ольга Туманова

Задача

История, можно сказать, фантазийная; рассказ, одним словом

1. В стране N из точки А в точку B летел самолет. Из точки С в точку D летел другой самолет. В точке E самолеты встретились и оба поменяли маршрут, и первый самолет вместо точки B закончил свой рейс в точке F, а маршрут второго завершился в точке G.

Вопрос: почему оба самолета изменили курс?

2. Рейс откладывали.

Все бы ничего, отложи его загодя (ну, хотя бы минут за десять до вылета) и сразу часов на пять - к такой чехарде давно привыкли, можно было бы поспать часа два - три в гостинице или посидеть в ресторане, или посмотреть фильм в видеосалоне. Но рейс отложили на полчаса, когда экипаж запросил разрешение на взлет, затем задержали на сорок минут, потом еще на двадцать, вслед за тем на час сорок, и вновь отложили на полтора часа - а в результате битых пять часов, до середины ночи, пассажиры маялись в душном лайнере, а экипаж томился возле, покуривая под шасси.

Бестселлер The New York Times и Indie Bestseller!

Любовь, страсть, страх и предательство. Юная Пиппа отправляется на поиски лучшей подруги и попадает в загадочный мир, где живут фейри и другие волшебные создания.

«Праведница» – долгожданная третья книга романтической серии от Рене Ахдие. Продолжение «Красавицы», одного из самых популярных Young Adult романов о вампирах.

Для поклонников Стефани Майер, Трейси Вульф, Энн Райс, Райчел Мид и Холли Блэк.

«Мрачно и восхитительно!» – Buzzfeed

«Романтическая, приключенческая история о вампирах, фейри и волшебных мирах». – PopSugar

Об авторе

Рене Ахдие – американо-корейская писательница, наиболее известная своим бестселлером «Гнев и рассвет». Этот роман переведен на 18 языков. Журнал TIME включил его в список «100 лучших фэнтези-книг всех времен и народов».

Телефонный звонок – самый простой и эффективный способ быстрого решения любого делового вопроса. Прочитав эту книгу, вы научитесь уверенно проводить телефонные переговоры с любым собеседником независимо от его статуса – начиная от выбора глобальной цели и заканчивая заключением сделки.

Предлагаемый в книге подход превратит любой разговор в удовольствие. Вы научитесь управлять разговором и находить общий язык с любым собеседником. при этом не упуская собственной выгоды.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Белла Жужунава

Когда расцветают розы

1

- Владимир Петрович, идите к нам! - позвала Зина. - Сейчас, сейчас, - ответил он, заполняя быстрым мелким почерком очередную историю болезни. Все уже были в сборе. - Может, покушаете с нами, а, Владимир Петрович? - весело спросила Зина, придвигая ему стакан крепкого ароматного чая. Ему еще нравилось, когда его называли по имени-отчеству. От еды он, как всегда, отказался, а чай пил с удовольствием, расслабившись и вполуха слушая болтовню. - Только я пришла, подходит Семенова из седьмой палаты, - сказала Светочка. - Эта, с холециститом. Просит перевести ее. Трясет жирами, ничего толком объяснить не может. Прямо чуть не плачет. Ну, думаю, ладно. Что мне, жалко, что ли? Места-то есть. Перевела. - И куда? - В пятую. Там народу больше, и кровать на проходе, а она так обрадовалась - побежала, как молоденькая. Что это с ней? - Опять поди ругаются. В седьмой Генеральша лежит, никому житья не дает. - Да? Слушайте дальше. Только я Семенову определила, является эта самая Генеральша. Как всегда, вся из себя наштукатуренная, в этом своем халате с попугаями. На лбу лейкопластырь. Передайте, говорит, врачу, что я прошу срочно меня выписать. Что такое, спрашиваю, что вам не лежится? Обстановка, отвечает, неподходящая. При моей болезни волнения противопоказаны. Волнения, говорю, всем противопоказаны;, даже здоровым. А в чем дело-то? Палата хорошая, народу мало, под окном зелень. Ничего не слушает, на том и расстались. Владимир Петрович, это ваша палата, между прочим. - Ну и бог с ней, пусть уходит, всем спокойнее будет,- сказала Зина. - Это точно. Только чего это они, не пойму. - Чего, чего... Будто не знаешь,- подала голос тетя Паша.- Я сама в этой палате полы больше мыть не буду. - Как это? - А вот так. Пока ЭТА там лежит, и близко не подойду. - Да что за "эта"? - А я знаю, про кого вы говорите. Про Борину, да? - Фамилию я не знаю, ни к чему мне она. Рыжая, у окна лежит. И глаз черный, тяжелый. Как посмотрит, я сразу задыхаюсь. - По-вашему, тетя Наша, эта наглая Генеральша, которая воображает, что она пуп земли и все должны вокруг нее прыгать, боится какого-то глаза? - Ясное дело. Соображает, значит. Глаз, он ведь не разбирает, генеральша ты или, как вот я, с тряпкой ползаешь. - Да что она может сделать? - А что хочешь. Не дай бог, на кого разозлится - беда. Владимир Петрович не выдержал. - Ну что вы такое, извиняюсь, несете? А все и уши развесили. Что за "глаз" такой? Симпатичная молодая женщина, лежит, никто не трогает, а тут уже бог знает что про нее наплели. Стыдно! - Ишь -"симпатичная"...- со значением повторила тетя Паша, и все засмеялись. - А что это вы покраснели, доктор? Что же, ваше дело молодое, а только это еще хуже. - Вы, вы! -Он не находил слов.- Вы невозможная женщина! Что это вам в голову взбрело? И что значит "хуже"? - А то, что, если у кого с ней будет любовь, тому вообще не жить. - Нет, это невыносимо! - Владимир Петрович вскочил.- Что вы себе позволяете? И прекратите эти разговоры насчет того, что убирать там не будете. Из-за ваших глупостей в палате грязь будет по колено, так, что ли? - Сказала - не буду! А станете ругаться, завтра больничный возьму, у меня давление. Владимир Петрович выскочил в коридор, хлопнув дверью. Вот вредная старуха! И ведь правду говорит, ничего с ней не поделаешь, санитарок по-прежнему не хватает. Давление у нее. Пить надо меньше! Он спустился в подвал, на ходу доставая сигарету.

Алексей Зикмунд

Дочь сатаны или

По эту сторону добра и зла

Пролог.

Много веков назад, наша гибель была предсказана на небесах. И только бесконечная глубина глаз маленького Эмануила может спасти наши души и, расплавив железные сердца наши, поселить в них частицу той безусловной и бесконечной любви, которую невозможно отыскать на земле.

Плоть, деньги и страх потерять эти сокровища разве не верно. Все остальное просто накладывается на эти понятия. Зависть. Яд её сжигает умы и сердца, а в основе все та же плоть. Мягкая плоть хлеба, плоть красивого тела, наконец, невидимая плоть уюта и тепла и страх, вырабатывающий адреналин, он как бы предвосхищает ощущение потери. Страшнее погибает великая любовь. Она погибает под аплодисменты толпы. Под гром этих же аплодисментов начинаются мировые войны. Аплодисменты приветствовали изобретение лекарства от полиомелита и крушение третьего рейха, но мы не знаем, на какую вершину зла способно взобраться добро. В мире бесконечных категорий двух слов "хорошо" и "плохо" явно не хватает, надо привыкать к мысли, что хорошо будет только одному из многих, остальным будет плохо или никак, что в данном случае одно и тоже. Благополучие любой пирамиды покоятся на человеческих останках.

Алексей Зикмунд

Герберт

Повесть

Зикмунд Алексей Константинович родился в 1959 году в Москве. Окончил исторический факультет МГУ. Автор нескольких книг прозы. "На сегодняшний день, - отозвался Милан Кундера о прозе А. Зикмунда, - состояние европейской литературы таково, что о большинстве авторов и писать не хочется. О Зикмунде хочется написать, но лучше о нем не писать. Лучше его прочесть".

Герберт сильно уставал от разговоров с родными. Когда бабушка начинала рассказывать об отце, становилось ужасно скучно оттого, что все это он уже слышал не раз. Остановить бабушку было просто невозможно. Например, нужно было закашляться, притвориться, что у тебя спазмы, или уронить этажерку, или что-то разбить - чашку, тарелку, - совершить поступок из ряда вон выходящий - свистнуть в комнате, например. Герберту очень не нравилась сугубая конкретность событий, вращающихся вокруг него, не нравилась уютная чистота кухни - от нее веяло пустотой. Он любил старые карты, дуэльные пистолеты и тонкие рапиры, - все это когда-то принадлежало дедушке Герберта - тот был адмиралом.

Сергей Зяблинцев

Охотники за вампирами

Роман ужасов

Глава первая

Нечистая сила

Филипп лежал на лавке в предбаннике, пахнущем душистым березовым листом и смотрел в ночной проем распахнутой двери. Честно говоря, после такой великолепной жаркой бани, после парки с частым поддаванием мятного кваску в печку, думать не хотелось ни о чем. Усталое тело отдыхало, впитывая в себя предгрозовую свежесть июльской ночи. Издалека доносились гулы, и дверной проем озарялся синими вспышками зарниц. В ночном безветрий начинал потягивать прохладный, пока еще слабый ветерок. На душе студента было хорошо. Почти весь этот жаркий день Филипп добирался по сельским дорогам с железнодорожной станции до деревни, где уже несколько дней поджидали его соскучившиеся по нему бабушка и дедушка. Лежа в блаженном расслабленьи, Филипп как бы заново испытал те волненье и радость, которые охватили его при встрече... А гроза надвигалась. Молнии уже полосовали небо над садом, окружавшим баню. Вот слепящая стрела вонзилась совсем рядом с баней. Обрушился гром. Оглушенный громовым обвалом, студент на мгновенье закрыл глаза, а когда открыл их, то ахнул от изумленья. В дверях стояло, всё содрогаясь в голубых переливах света, странное мерцающее существо. - Кто ты? - прохрипел студент внезапно пересохшим горлом. По существу побежали судорожные световые наплывы, а затем от него протянулась мерцающая полоса, коснулась Филиппа, и юноша понял ответ. - Я - душа Ван-Хейлена, - сообщило странное существо. - А где же сам Ван-Хейлен?- машинально пробормотал Филипп. - В огне... - был ответ. - В каком огне? -воскликнул студент. - В вечном и неугасимом,- объяснило существо, содрогнувшись так, как будто его душили рыдания. - А зачем я тебе? - пораженно спросил юноша. - Ты должен помочь нам с Ван-Хейленом, - сообщило существо. - Каким же образом? - все больше и больше поражаясь происходящему, спросил Филипп. - Слушай внимательно,- попросило существо.- У меня всего несколько минут. Меня ждут там, где огонь, чтобы мучить вместе с Ван-Хейленом. Но ты можешь помочь. Ты знаешь о потустороннем мире и можешь попросить за нас перед тем, Кто дерет когтями в огне. Студент почувствовал, что волосы на его голове встают дыбом. Это было поразительно. Странное существо знало О его занятиях в лаборатории оккультных наук. А ведь об этих занятиях и об этой лаборатории вообще никому не полагалось знать кроме нескольких посвященных! - Слушай... - опять попросило существо. - Слушаю, - эхом откликнулся студент.