Вопрос времени

Магдалена Ковальчык

ВОПРОС ВРЕМЕНИ

Перевод: M.W.

Я родилась в маленькой деревушке у подножия гор. Кем была моя мать я не знаю. Через пару дней после рождения меня у нее отобрали. Впрочем, во время родов этого никто и не заметил. Все были слишком уж заняты матерью. Когда же ей стало полегче и ей захотелось дать мне грудь - тут все и началось...

- Она истекает кровью! Уберите дитя! - разорвал тишину маленького помещения крик кормилицы.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Дмитрий Тарабанов

ВРЕМЯ ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ

рассказ

Олегу Овчинникову. Чудеса и впрямь случаются.

Пропихивая руки в рукава старенькой дутой куртки, я случайно глянул на запечатанную коробку счетчика на стене. Пломба была на месте беспорядочно намотанные ниточки и бляшка печати - но диск не двигался. Даже красная полоска деления замерла у края. - Ир, а у тебя счетчик повесился, - сказал я. - Да ну? - она стояла возле зеркала и потягивалась. Домашний топик желтого цвета был заляпан бурыми пятнами кофе. - Ей богу. - Я намотал на шею шарф с белой эмблемой "Пума" и застегнул курточку. - Интересно ты электричество отматываешь. У себя что ли так сделать. Электрокамины мне за месяц уже, наверное, столько намотали... - я протянул ей потертый пакет с "нюшными" зарисовками. - Подержи, пожалуйста. - Что за глупая привычка надевать обувь после того, как курточку напялишь? - она приняла ручную кладь и воровато извлекла перехваченный резинкой рулон бумаги. Пакет выскользнул из ее рук и распластался на полу. Внутри что-то звякнуло. - Ты мне карандаши так все побьешь, - проворчал я. Ирка хихикнула. Развернув зарисовки, она недовольно скривилась. - Что ты сделал с шеей? - простонала она. - И грудью! Бумагу чуть насквозь не протер... - Меньше вертеться надо было, - я выпрямился. - Настоящая ню по определению позирует недвижимо в течение двух часов. - По определению, у меня задница затекла, - перекривляла она. - На таком морозе лежать с одной драпировочкой... - Тебя бы в Грецию к киникам. Приняли бы с распростертой душой, - я забрал у нее ватман и, скатав, снова скрепил резинкой. - Поклонники женских красот, киники эти? - она выгнулась перед зеркалом, собрав темные волосы в нечто фонтанообразное. Смотрелась она вполне самодовольно. - Циники, по-нашему. Ирка изумленно уронила руки, потом собралась и показала язык. - Я пойду, - я кивнул в сторону обитой подранным поролоном двери. - Гонорар скоро? - Как продам. Открывая замок входной двери, я снова посмотрел на счетчик. Он не то, чтобы не вертелся, даже не жужжал. Замер. Или, скорее, замерз. - Научишь, как ты это делаешь. - Что - делаешь? - Отматываешь счетчик. - А я его не отматываю, - она дернула плечами, отчего просторный желтый топик с когда-то ультрамодной фразой "Tomy Girl" подпрыгнул. - Это он сегодня сам. Протестует. - Электрикам скажешь... - я вышел за дверь и помахал рукой. - Давай, закрывайся. Выхолаживаешь квартиру. Простудишься - меня виноватым сделаешь. Киник. - Как продашь, заходи еще, - она подмигнула и хлопнула дверью. Как продам, обязательно зайду, - пообещал я себе и, отыскав в неожиданно опустившейся тьме лестницу, стал спускаться.

Дмитрий ТАРАБАНОВ

ВСЕ КЛЮЧИ ОДНОЙ ПЕЧАТИ

рассказ

1

Флоренция, 11 Ноября 1999 г. Кабинет Ричарда Брайтона.

- Это почерк нубнов, - заключил Ричард, рассматривая при помощи лупы рисунок на форзаце книги. - Поэтому я сразу решил, что она краденая. - Нубны, - повторил Рудольф, осторожно перенимая из рук архивариуса книгу. - Никогда не приходилось о них слышать. Ричард покачал головой. - Это не из-за вашей неосведомленности, уважаемый мистер Ваннерманн. Нубны просто следят, чтобы о них знало как можно меньше людей. Или вообще не знали. - Довольно странный экслибрис. Видно, что работал профессионал, но я не знаю ни одного частного коллекционера с таким символом библиотеки. - Вы все еще не желаете согласиться, что книга принадлежит племени полузабытых монахов. - Знаете, Ричард, не каждый день появляются конкуренты с такими книжками, - он любовно прогладил пальцами кожаную поверхность книги. - Это человеческая кожа, не так ли? - Прошу прощения, но вы ошиблись. Книга принадлежит периоду, когда переплет делали более гуманными методами. А конкурентами, как вы сказали, у них больше прав считать вас. Сколько вы уже этим занимаетесь? - Не меньше четырнадцати лет, - ответил Рудольф. - Вынужден согласиться, что вы весьма преуспели. - Спасибо за комплимент, - пальцы коллекционера ощупывали узорное теснение. - Расскажите мне о них побольше. - Мистер Каупман вас не заждется? - Я думаю, его это не затруднит. В конце концов, здесь есть неподалеку хорошее кафе, и он непременно туда зайдет, если посчитает мое отсутствие скучным... - Тогда о нубнах, - Ричард снова взял в руку бронзовое перо и принялся вертеть его вокруг оси. - Это племя монахов, если можно так выразиться, которое живет где-то в западной Европе. Намного древнее, чем тамплиеры. Успешно пережили времена инквизиции, поскольку никогда не считали за цель встревать в судьбу государства. Концентрировали в своих руках исключительно книги. - Собирали обыкновенную библиотеку или оккультную? - Оккультную. Причем, то ли нубну, то ли сам случай заботился, чтобы книги в Монастыре оказывались в единственном экземпляре. Если порыться в архивах, можно найти не одну историю странных пожаров, в результате которых сгорал весь тираж определенной книги, а авторский экземпляр пропадал прямо из рабочего стола. - Простите мое невежество, но ни об одном пожаре я не слышал. Наверное, их уже давно не было. Сами понимаете, в издательствах теперь отличная противопожарная система, да и писатели хранят произведения преимущественно в файлах. - А как же насчет вашего друга Каупмана? - спросил Ричард. - О, это совсем другой случай. Он ведь поэт. Такую вещь, как стихи, довольно сложно представить на экране компьютера. Это из той части литературы, которую нужно по-прежнему писать при свете свеч и на пергаменте, - Ваннерманн усмехнулся. - И насколько же велика их библиотека? - Сам не видел, сказать не могу. Могу только предполагать. - И? - Велика. Наверняка, крупнейшая из оккультных в Европе. И в библиотеке этой хранятся отнюдь не случайные книги. Рудольф подал книгу Ричарду. - А это тоже неслучайная? Ричард смерил Ваннерманна чуть ли не презрительным взглядом. - "Дыхание дьявола" - почти легендарная книга. Она просто чудом у вас оказалась. - Вы же сказали, что уверены в том, что книга краденая. - Ну, не так уж просто унести что-то из библиотеки нубнов. И если кому-то это удавалось, то только методом кражи. Ненадолго, правда... - Что значит "ненадолго"? - напрягся Рудольф. - Вы же не верите в мистику. - Правда. С книгами не может быть ничего связано, кроме обыкновенных предубеждений и труда тех, кто их создавал. - Я тоже так думаю. Но знаете, случаются в жизни неожиданности, совершенно незакономерные, но постепенно превращающиеся в закономерность... - Избавьте меня от этого, - рассмеялся Ваннерманн. - Лучше расскажите об экслибрисе. - Ну, для начала, - сказал Рудольф, открывая книгу на форзаце, - рисунок и надписи выполнены кровью. - Ритуальный рисунок? - Нубны верили, что заключают пакт с Люцифером, отдавая души только за уверенность, что с книгой не случится никакая беда. Совершенно фанатическое предубеждение. - Согласен. - Некоторые буквы, например "m" и "n" внизу перечеркнуты. "t" еще перевернуто. Это совсем сатанинский манер. Не думаю, что кто-то, кроме нубнов, может так подписывать. - А подражатели? Вы не исключаете эту возможность? - Есть один способ проверить, - пожал плечами Ричард. - Какой? Архивариус повернулся к камину и бросил книгу в огонь. - Черт вас побери, что вы делаете? - Рудольф вскочил, и бросился к камину. Ему чудом удалось оттащить книгу от огня. - Ну что, убедились? - не оборачиваясь, спросил Ричард. Книга не пострадала ничуть. Такая же гладкая кожа и такие же желтоватые по краям страницы. - Вы знали об этом, - заявил Ваннерманн. - Откуда? - Я же сказал, что бывают незакономерные явления, которые потом, в последствии, становятся закономерностями. - Расскажите поподробней? В дверь прихожей позвонили. - Наверное, это мистер Каупман. - Предположил Ричард, вставая. - Я открою. - Не нашел, видно, кафе, - пробубнил Рудольф, возвращаясь за стол и продолжая рассматривать экслибрис. На рисунке изображалась кольцевая гряда гор, в центре которой, в огромной рытвине, полыхало пламя. Не возникало сомнений, что экслибрис изображает вход в ад. Ваннерманн готов был поклясться, что никогда не встречал гравюры такого рода. Надпись сообщала: "Все ключи одной печати". Шум голосов перенесся из прихожей в кабинет Ричарда. - Мистер Каупман вас уже заждался, - заметил архивариус. Затем повернулся к только что вошедшему гостю: - Не выпьете чаю? - Думаю, нам уже надо идти, - часто закивал седовласый Каупман. - Рудольф, пойдемте. - Секундочку, у меня еще один вопрос. Я смогу найти монастырь? - Нубнов? Рудольф кивнул. - Вы можете поискать по гравюре. Некоторые мои знакомые уже так делали. И знаете, холодная логика много чего может сделать. - Не думаю, что это самый действенный метод. - Я тоже. Проще будет, если я сам дам наводку. Может все-таки по чашечке чаю? Вы любите бергамот?..

Олег Аркадьевич Тaрутин

УМЕНЬШИТЬ - УВЕЛИЧИТЬ

- Ну вот, с первым вопросом, кажется, разобрались.Откинувшись на стуле, председатель товарищеского суда оглядел зал. - Факт залития Орловыми нижележащих Пазиковых установлен нашей комиссией, и сумма ущерба в ориентировочной сумме. .. словом, стоимость ремонта примерно восемьдесят-сто рублей. Так, Ксения Карповна?

- И сумма подлежит вручению пострадавшему,-добавила ведущая протокол пенсионерка Ксения Карповна Крупнова, член товарищеского суда.

Сергей ТИЩЕНКО

ВСЕГО ТРИ СЛОВА

"Вселенная бесконечна в пространстве и во времени"

(древнее заблуждение)

"...важную роль в формировании структуры видимой нами части Вселенной на начальной стадии ее расширения играли звуковые волны...

(научный факт)

Астрофизик я. И всегда был астрофизиком, что бы ни говорили обо мне мои собратья по науке, рыцари радиотелескопа и спектрографа. Я решал свою задачу и не моя вина, что в ответе получился неожиданный результат: так часто бывает. А если не я - все равно это был бы кто-нибудь другой.

Сергей ТИЩЕНКО

ЗАМАЗКА

С потолка нудно капала вода...

Старик глубоко вздохнул и передвинул таз чуть левее. Сейчас же капля упала на пол, тяжело ударив по доскам.

"Чтоб тебя!.." - подумал старик и поискал глазами, что бы туда можно еще подставить? Кряхтя, поднялся и подставил под падающую каплю глиняную с отбитым краем кружку. Капля глухо стукнула о дно. Старик угрюмо усмехнулся. С каждым дождем таких капель становилось все больше. И скоро подставлять будет нечего.

Сергей Торенко

Экскурсия

"Интересно, есть ли в мире что-либо прекраснее Херсонеса ранней весной," - думал Эйв блуждая среди руин. Возле него шла девушка. Эта пара выделялялась среди местных (в это время года здесь бывают лишь немногие туристы - не сезон). Эйв был высоким темноволосым украинцем, кожа имела природный чуть смуглый оттенок. Волос вот уже месяца четыре не касались ножницы. Под сдвинутыми темными очками поблескивали темно-коричневые глаза. Hа лбу под линией пробора белел шрам. Одет был Эйв в черные джинсы "CK" и легкую серую футболку. Hа плече висел старенький фотоаппарат "ФЕД". Под руку он вел девушку. Девушка была в синих джинсах с серебряной пряжкой и в легкой футболочке с орнаментом на ботанические темы. - Hу как нравится? - спросил Эйв. - Эйв, ты хочешь что бы я поблагодарила тебя в двести пятьдесят пятый раз? - Послушай, мы ведь договорились называть друг друга цивильными именами... - Ладно. Ты прав здесь очень красиво. - Так-то, Тигренок. Тигренок шутливо надула губки, сделав вид, что обиделась. Потом они оба засмеялись. Идея называть друг друга истинными именами не прижилась. - Hет, все-таки жаль, что нельзя побродить по заполненным и живым улицам этого городка. Что скажешь, Эйв? - Возможно, через пару тысяч лет кто-то будет то же говорить о Киеве... - Киев - вечный город. Вероятнее через пару тысяч лет люди смогут проводить свои каникулы в прошлом, бродя по живым улицам Трои, Афин... Херсонеса... - Hаселение этих городов незаметно увеличится в три-четыре раза за счет туристов из будущего, - в тон ей ответил Эйв. Они снова улыбнулись друг другу. Эйв открыл фотоаппарат. - Слушай, Тигренок, примостись-ка ты среди этого архитектурного ансамбля в дорико-ионическом стиле. "Ансамблем" Эйв назвал шикарную кучу развалин. "Отличный получится снимок", - подумал Эйв наводя резкость и нажимая спуск на фотоаппарате.

Александр Торин

Мы - пионеры, дети рабочих

(Две истории про лигу скаутов и о том, как с ней бороться)

История первая. Взвейтесь кострами.

Меня с некоторых пор периодически мучает вопрос, на который я так и не смог найти ответа: существует ли какая-нибудь связь между Лордом Баден-Пауэллом и городом Баден-Баденом, в который, расстроившись, по слухам очень любил уезжать Тургенев?

А началось все с нескольких дней, проведенных в Лондонской гостинице имени Лорда Баден-Пауэлла, в самом что ни на есть центре скаутского движения. С тех пор я подозрительно отношусь к лиге скаутов. И, как это не парадоксально, время от времени тоскую по исчезнувшим с лица земли советским пионерам.

Александр Торин

Ночь в Цветущих садах Бомбея

Все в жизни Лени Цыплова в течение последних трех недель складывалось на редкость неудачно. А началась полоса невезения ровно девятнадцать дней назад, когда он летел в самолете, совершающим рейс Москва-Сан-Франциско. И черт его дернул взять с собой эту проклятую книжку.

Дело в том, что бывший аспирант кафедры вычислительной математики Цыплов всегда славился среди друзей своим обстоятельным подходом к жизни, зачастую граничившим с занудством. Неудивительно, что получив приглашение на работу в Америке, Леня решил всесторонне подготовиться к жизни в новых условиях, и отправился в районную библиотеку. Там на интересующую Леню тему обнаружилась толстая, зачитанная до дыр книжка с интригующим названием: "Кремниевая Долина. Краткий очерк нравов и экономической географии". Но тут навалились дела, книжка пылилась на столе, а Цыплов получал визы и подписывал бесконечные обходные листы. Пришлось пойти на преступление против совести: книжка была временно похищена, а Леня твердо решил, что проштудирует книжку в самолете и вышлет ее обратно по почте.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Неонилла КОВАЛЬСКАЯ

ЛЮБОВНАЯ МАГИЯ И МАГИЯ ЛЮБВИ

Если бы кто-нибудь знал формулу счастья и мог ее подсказать! У каждого оно свое, единственное и неповторимое, но одна составная чacть ее известна всем - это любовь! О ней мечтают все, за нее готовы заплатить самую высокую цену, ибо с ней преодолимы любые тяготы и трудности жизни. И нет ничего страшнее потерять этот праздник, этот сладкий плен. Но нередко бывает так, что теряем. И причины здесь разные, но об одной из них хотелось бы поговорить сегодня- это о бездумном обращении к практике любовной магии: ворожбе, привороту, отвороту, разного рода присушкам, отсушкам...

Неонилла КОВАЛЬСКАЯ

Уроки шаманизма

Долгое время о шаманизме было принято говорить насмешливо-иронично, как о средоточии невежества и суеверий. И для такого мнения как будто были основания. Ритуал шамана - камлание - пляски и пение под бубен до исступления сильно напоминал истерический припадок. Да и сами шаманы, судя по описаниям, были нервные, истеричные люди, близкие к состоянию измененного сознания и склонные к нервным и эпилептическим припадкам. Однако при более глубоком изучении выясняется, что шаманизм вырос из древней народной медицины. Но если древние целители - ведуны и знахари считали причиной болезни предмет, проникший в тело, то, по представлениям шаманов, болезнь - это вселение злого духа, которого нужно изгнать из тела больного, или похищение его души, которую нужно вернуть на место. Для выполнения этой таинственной миссии так называемые черные шаманы приносили духам кровавые жертвы, умерщвляя скот. Под поздним влиянием черного шаманства возникло представление, что душа шамана путешествует к божествам, в чем ему помогают культы животных, наделенных сверхъестественными свойствами души. В Сибири, например, наиболее распространенным был культ медведя, Но, кроме черных, были и белые шаманы, общавшиеся с божествами земли, прилетавшими к ним в виде белых птиц лебедей. Белые шаманы в отличие от черных не впадали в экстаз, ограничиваясь пением и разговорами. Многие современные исследователи считают, что исторические корни белого шаманства уходят в глубь веков к древним индоиранским и индоевропейским верованиям. Существует даже мнение, что шаманство- ветвь буддизма.

Ян Веруш Ковальский

Папы и папство

Введение

Слово "папа" происходит от греческого papas, что значит "отец". В раннем христианстве верующие называли так своих духовных руководителей, монахов, священников, епископов. На рубеже II и III вв. в восточном христианстве титул "папа" присваивался патриарху Александрийской церкви. На Западе же этот титул носили епископы Карфагена и Рима. Самая ранняя известная нам надпись "папа" была обнаружена на стенах римских катакомб св. Каликста. Она датируется концом III в. Начиная с раннего средневековья наименование "папа" фигурирует в церковных документах как общепринятый титул епископа Рима, а в 1073 г. папа Григорий VII заявил, что право носить титул "папа" принадлежит только римскому епископу. Следует, однако, отметить, что до сегодняшнего дня официальная номенклатура, используемая в католическом церковном праве, не употребляет слова "папа". Его заменяет выражение Romanus Pontifex (римский понтифик, или верховный жрец), заимствованное из языческой терминологии древнеримской религии, в которой коллегия понтификов под руководством верховного жреца (Summus Pontifex) отвечала за организацию официального государственного культа. В церковном языке выражение Romanus Pontifex отражает две главные функции папы: он является епископом Рима и одновременно понтификом, т. е. главой всей католической церкви. Это требует хотя бы краткого объяснения. В соответствии с современной католической доктриной епископ Рима унаследовал все те атрибуты власти, какие имел апостол Петр, возглавлявший коллегию двенадцати апостолов - наивысшую инстанцию основанного Христом церковного института. И поэтому, как Петр был главой церкви, так и его законные преемники обладают властью над всем католическим миром и его иерархией. Это так называемый тезис об апостольском наследовании, который появился на рубеже II и III веков н. э. в произведениях христианских идеологов и после длительной эволюции нашел свое окончательное выражение в принятом на I Ватиканском соборе (1870 г.) догмате о верховенстве папы. Опирается он на две предпосылки. Первая состоит в том, что коллегиальная власть, осуществлявшаяся двенадцатью апостолами, подчинялась Петру, а вторая - в том, что Петр был епископом Рима и передал власть своим преемникам. Не входя в теологические тонкости обеих этих предпосылок, следует отметить, что ни одна из них не нашла до сего времени подтверждения в науке о первоначальном христианстве. До сих пор еще до конца не выяснен и весьма противоречивый вопрос о том, какую роль играл Петр среди апостолов. И все говорит за то, что он не был первым епископом Рима. Во-первых, потому, что римская христианская община оформилась наверняка раньше, чем кто-нибудь из апостолов мог добраться до столицы империи. Ни в послании, адресованном около 58 г. н. э. римлянам, ни в тех посланиях, которые позднее в самом Риме были написаны к христианам Малой Азии, апостол Павел из Тарса ни словом не упоминает о пребывании Петра в Риме, а это он не преминул бы сделать, если бы этот факт был ему известен. Во-вторых, в I в. н. э. христианские общины развивались под коллегиальным руководством совета старейшин, или пресвитеров, которых лишь в исключительных случаях кое-где называли епископами. Как пишет известный библеист священник Ян Стемпень, "термины "пресвитер" и "епископ" появляются в христианских документах с I века как синонимы, обозначающие руководителей христианских общин. Слово episkopos не означало еще единовластного епископа, преемника апостолов, единого главы местной церкви. С этим новым значением данного слова мы встречаемся впервые только в начале II в. у св. Игнатия Антиохийского (Eklezjologia sw. Paula. Poznan, 1972. S. 339). К тому же, если даже мы согласимся с тем, что Петр приехал в Рим и принял там мученическую смерть (о чем упоминает более поздняя христианская традиция), он не мог быть епископом Рима и назначить своего преемника, поскольку (как единодушно утверждают историки христианства) института единоличной власти епископа в этот период еще не существовало. Кроме того, известно, что ни один из апостолов не употреблял титула "епископ". Добавим также, что традиция о пребывании и мученичестве Петра в Риме до сих пор еще не доказана бесспорными свидетельствами. Начатые по указанию Пия XII (1939-1958) раскопки в подземельях ватиканского собора обнаружили, правда, следы какого-то захоронения (они не редкость в подземельях Вечного города), но о каком-либо распознании могилы или останков св. Петра не может быть и речи.

Дм.Коваленин

Лучший способ потратить деньги,

ИЛИ ЧТО ДЕЛАТЬ

В ПЕРИОД ОСТРОЙ ДЖАЗОВОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ

космополитические анархии Харуки Мураками

- Скажите, вы любите деньги?

- О, да! Я очень люблю деньги! На них можно

купить свободное время, чтобы писать...

Из интервью Харуки Мураками журналу

"Нью-Йоркер", 1995.

Overture

Книги этого странного человека могут довольно серьезно изменить ваше отношение к японской литературе. Ибо ТАКОЙ японской литературы даже самый "продвинутый" наш читатель еще не встречал. Романы и рассказы Харуки Мураками вот уже более 20-ти лет покоряют сердца и воображение читателей в Америке, Канаде, Корее и Западной Европе - а бурные волны российской истории, как ни досадно, на полтора десятилетия задержали появление книг одного из самых экстравагантных писателей сегодняшней Японии на русском языке.