Волки

ИЛЬЯ КОЧЕРГИН

ВОЛКИ

Рассказ

Одиночество зимних охот; постоянный внутренний диалог с самим собой на переходах, на слепящем однообразии лыжни; ежедневный физический труд и дикое мясо на ужин. Засыпанная белым тайга, она смотрит на тебя, с интересом наблюдая за твоими действиями, безразличная к тому, барахтаешься ли ты в снегу или отдыхаешь у костра. Она выдает свое ожидание лишь треском сломанного сучка или далеким звуком сошедшей лавины. Кровь иногда стучит в ушах так, что не слышно своих выстрелов, иногда густеет от жажды и мороза; оставляет кислый привкус во рту в конце тяжелого дня. Неподвижные склоны гор, низкое, мягкое в непогоду или синее, твердое от холода небо.

Другие книги автора Илья Николаевич Кочергин

«Помощник китайца» — первая книга молодого талантливого русского писателя Ильи Кочергина. Публикация этой повести в журнале «Знамя» вызвала оживление и литературной критике. «Помощник китайца» уже получил несколько именитых литературных премий и номинирован на новые.

Лесники, еще вчера бывшие горожанами, сибирские пастухи и охотники, профессор МГУ и новообращенные паломники-старообрядцы, идущие к «таежной затворнице» Агафье Лыковой, выдуманные персонажи и реальные люди населяют новую повесть Ильи Кочергина, лауреата многих литературных премий. На охраняемой территории заповедника жизнь людей, да и само время текут чуть по-другому. Это именно то место, где происходят волнующие и необычные встречи – современного городского человека и уходящей дикой природы, традиции и современности, сказки и реальности, встречи различных культур и взглядов. Эта повесть по-настоящему современна и «экологична» – и по теме, и по отношению к тому, кто откроет эту книгу. Сама форма подачи приглашает к сотворчеству – после каждой главы мы видим «материалы к главе», которые не только показывают, чем вдохновлялся автор, но и предлагают читателю по-другому «вступить в контакт» с книгой и, возможно, с природой, по-своему дописать эти истории. Вместе с героями попробовать сместить свою «точку сборки» и по-новому взглянуть на огромный и прекрасный мир. Повесть получила премию журнала «Октябрь» за 2017 год.

Илья Кочергин

По дороге домой

(Алтайские рассказы)

Три алтайки сидят на скамейке в Юркиной кухне и смотрят, как я пью чай. Это соседки, которые пришли поболтать с Чечек. А Чечек ставит на плиту сковородку с лапшой, прикрывает поддувало у печки и объясняет мне:

- Сашка уехал, к вам туда уехал уже неделю как. Рыбачить. Пацанов всех своих взял, Катьку взял, и они поехали. Он на своем "трумэне" поехал, наверное, оставил его у Иваныча в Ташту-Бажи, а дальше на лошадях.

«Помощник китайца» и «Я внук твой» своего рода диптих. В них общий по характеру герой, общая тема — сегодняшний человек и прошлое его семьи, его рода. Где бы он ни оказывался, в суетно входящей в рынок Москве, в тайге или в благополучной на первый взгляд Европе, его не отпускает прошлое. Повести о самом настоящем сегодняшнем дне. Но не об Иване, не помнящем родства. Он много помнит, но не знает, как быть со своей памятью. Как смело ринуться в нынешнее, включиться в борьбу за существование.

Илья Кочергин

Рекламные дни

(Алтайские рассказы)

Илья Николаевич Кочергин родился в 1970 году в Москве. Учился в Институте стран Азии и Африки, потом в МХТИ, но не закончил, бросил, уехал в Сибирь. Работал лесником сначала в Баргузинском, затем, в течение четырех лет, в Алтайском государственном заповеднике. В Москве в разное время работал на почте, в библиотеке, в "Макдоналдсе", был дистрибьютором, подрабатывал на реставрации Даниловского монастыря, в других местах.

Повесть

Министры сказали свои официальные речи, осталось скучать недолго.

Мне все же хотелось посмотреть на короля. Поэтому Тинеке встала на цыпочки и стала показывать пальцем в толпу черных пиджаков:

– Вон там. Видишь, он лысый. Маленький. Рядом с королевой. Я вынул из кармана монетку в пятьдесят центов и посмотрел на профиль монарха. Потом опять попытался отыскать его среди VIP-персон.

Мы затушили сигареты и подошли поближе.

«Новый Белкин» составлен из повестей тех писателей, которые входили в «пятерку» лучших, но не стали лауреатами. Это повести финалистов ежегодной литературной премии Ивана Петровича Белкина – Эргали Гера, Андрея Дмитриева, Ильи Кочергина, Марины Палей, Ирины Поволоцкой, Игоря Фролова и Маргариты Хемлин. В сборник включены статьи и эссе удостоенных диплома «Станционный смотритель» критиков и литературоведов – Инны Булкиной, Льва Данилкина, Евгения Ермолина, Аллы Латыниной и Андрея Немзера, координатора премии Натальи Ивановой, а также размышления о словесности в стихах – Тимура Кибирова.

Илья Кочергин

Рахат

(Алтайские рассказы)

Эрик с седлом под мышкой стоял на носу подходящей "Береники", поджимал губы и смотрел в небо. При этом еще качал головой, и я понял, что он будет разговаривать со мной очень холодно.

Я принял трап, - он слез, вручил мне мешок с продуктами, и мы молча пошли вверх по дороге. Ружья и седло он нес сам - обижался. Эти ружья я забыл на "Беренике", когда мы с Антоном забрасывали на метеостанцию все наше снаряжение. Мое, Эрика и Антона. Все вещи сгрузил, а ружья стояли для лучшей сохранности в рубке у капитана, а не на палубе, я их и позабыл. И Антон не напомнил. Хорошо, что капитан, вернувшись в поселок, зашел к Эрику, хорошо, что Эрик был дома. Теперь вот Эрик приехал, а мне еще ему одно неприятное известие надо было сообщить.

Популярные книги в жанре Современная проза

Захолустный Бьорнстад – Медвежий город – затерян в северной шведской глуши: дальше только непроходимые леса. Когда-то здесь кипела жизнь, а теперь царят безработица и безысходность. Последняя надежда жителей – местный юниорский хоккейный клуб, когда-то занявший второе место в чемпионате страны. Хоккей в Бьорнстаде – не просто спорт: вокруг него кипят нешуточные страсти, на нем завязаны все интересы, от него зависит, как сложатся судьбы. День победы в матче четвертьфинала стал самым счастливым и для города, и для руководства клуба, и для команды, и для ее семнадцатилетнего капитана Кевина Эрдаля. Но для пятнадцатилетней Маи Эриксон и ее родителей это был страшный день, перевернувший всю их жизнь…

Перед каждым жителем города встала необходимость сделать моральный выбор, ответить на вопрос: какую цену ты готов заплатить за победу?

Метод ненасильственного общения (ННО) реально улучшает жизнь тысяч людей. Он применим и в супружеской спальне, и в классной комнате, и за столом переговоров, и на линии фронта. Никогда не поздно отказаться от насилия во благо всех заинтересованных сторон. Основатель метода ННО Маршалл Розенберг подробно объясняет его суть и на многочисленных примерах из своей практики миротворца показывает, как им пользоваться. В новом издании книги добавлена глава «Разрешение конфликтов и посредничество». ННО поможет вам: • улучшить отношения с людьми, • никогда не поддаваться гневу, • говорить и слушать с пониманием и сопереживанием, • избегать шаблонов мышления, ведущих к стрессу, депрессии, ощущению вины и стыда, • всегда, везде и со всеми находить общий язык.

«С мая того года и до начала следующего я жил в горах…» Живописное, тихое место, идеальное для творчества. Скромное одноэтажное строение в европейском стиле, достаточно просторное для холостяка, принадлежало известному в Японии художнику. Все было бы мирно и спокойно, если бы не картина «Убийство Командора», найденная на чердаке, если бы не звон буддийского колокольчика по ночам, если бы не странный склеп, что возник из-под каменного кургана посреди зарослей, если бы не встреча с эстетом Мэнсики, который за баснословные деньги попросил написать портрет, сначала свой, а потом, возможно, его дочери, если бы не попытки разобраться в самом себе. «Выходит, началом всему, что происходит вокруг меня, стало то, что я вынес на свет эту картину? И тем самым разомкнул круг?» Эта картина перевернула жизнь главного героя и повлияла на всех, кто ее видел. Она создала в нашем мире еще одну реальность. Как это все возможно?

Алексей Сальников родился в 1978 году в Тарту. Публиковался в альманахе «Вавилон», журналах «Воздух», «Урал», «Волга». Автор трех поэтических сборников. Лауреат премии «ЛитератуРРентген» (2005) и финалист «Большой книги». Живет в Екатеринбурге. «Пишет Сальников как, пожалуй, никто другой сегодня – а именно свежо, как первый день творения. На каждом шагу он выбивает у читателя почву из-под ног, расшатывает натренированный многолетним чтением „нормальных“ книг вестибулярный аппарат. Все случайные знаки, встреченные гриппующими Петровыми в их болезненном полубреду, собираются в стройную конструкцию без единой лишней детали. Из всех щелей начинает сочиться такая развеселая хтонь и инфернальная жуть, что Мамлеев с Горчевым дружно пускаются в пляс, а Гоголь с Булгаковым аплодируют…» Галина Юзефович

42 прекрасный возраст! Кто-то выходит на пенсию, кто-то уходит в декрет, а вот Алле Николаевне повезло угодить в другой мир!

Хороший библиотекарь нужен везде! Особенно в Академии Драконов, разваленной неумелым управлением. Истинный профессионал сразу берется за дело не обращая внимание на попытки местных мужчин уделить даме внимание. Какие свидания? У меня каталог не составлен! Не надо мне приглашений на бал, лучше выбейте наконец пылеотводящие амулеты для зала особо ценных гримуаров! Вот когда в хозяйстве будет порядок, тогда и о романтике можно подумать…

Клады – они бывают разные. Какие-то лежат в земле и ждут, пока их выкопают. Какие-то совершенно этого не хотят. А какие-то попросту опасны для того, кто их попробует забрать себе. Ну, если этот человек, конечно, не Хранитель кладов, персона в мире Ночи многими уважаемая и многим полезная. Вот только когда Хранителем становится тот, кто совершенно ничего не понимает ни в кладах, ни в том, что вокруг него происходит, то события могут принять совершенно непредсказуемый поворот.

«С мая того года и до начала следующего я жил в горах…» Живописное, тихое место, идеальное для творчества. Скромное одноэтажное строение в европейском стиле, достаточно просторное для холостяка, принадлежало известному в Японии художнику.

Все было бы мирно и спокойно, если бы не картина «Убийство Командора», найденная на чердаке, если бы не звон буддийского колокольчика по ночам, если бы не странный склеп, что возник из-под каменного кургана посреди зарослей, если бы не встреча с эстетом Мэнсики, который за баснословные деньги попросил написать портрет, сначала свой, а потом, возможно, его дочери, если бы не попытки разобраться в самом себе.

«Выходит, началом всему, что происходит вокруг меня, стало то, что я вынес на свет эту картину? И тем самым разомкнул круг?»

Эта картина перевернула жизнь главного героя и повлияла на всех, кто ее видел. Она создала в нашем мире еще одну реальность. Как это все возможно?

Темная империя это альтернативное продолжение знаменитой "Академии проклятий".Мой мир был разрушен сильнейшим из темных – лордом Рианом Тьером. Он в одночасье лишил всех одаренных Третьего королевства магии, а пытающая жаждой мести аристократия и бывшие рабы сотворили все остальное – сожгли наши дома, разрушили древние библиотеки и убивали нас. Казалось все кончено, но бредя по осколкам своего мира я встретила странного мужчину, который явно нуждался в участии. И протянула руку тому, кто с таким удовольствием издевается над ближними, но при этом всегда готов прийти на помощь…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кочетков Андрей

Hовинки видеопроката

ДО ПОСЛЕДHЕГО ГВОЗДЯ. Космический боевик.

Плотник Забейдеpий одеpжим манией забивать гвозди. Он постоянно носит с собой молоток и чемодан гвоздей и вколачивает гвозди в каждое удобное и неудобное место. Однажды в гостинице он вбивает в стену свой очеpедной гвоздь. Hо он не знает, что за стеной спит пpапоpщик Hедобейко. Безуспешные попытки вбить гвоздь пpодолжаются всю ночь... Этот случай пеpевоpачивает жизнь Забейдеpия. Он пpинимает pешение вытащить все вбитые им гвозди, меняет молоток на гвоздодеp и отпpавляется в путь. Дело близится к концу, остается всего один гвоздь, и тут выясняется, что свой самый пеpвый гвоздь он вбил в двухлетнем возpасте в обшивку летающей таpелки. Забейдеpий выходит в откpытый космос и, pассекая пустоту гвоздодеpом, носится от планеты к планете в поисках последнего гвоздя, попутно освобождая вселенную от гнета ненавистных Т-Мангов. И вот гнездо зловещих Т-Мангов найдено. Полный гнева Забейдеpий веpшит свой пpавый суд напpаво и налево, цель его близка. Hо пpобившись к таpелке он обнаpуживает что его гвоздь пpобил обшивку, пять секций и сиденье командиpа. Тоpчащий наpужу гвоздь - вот пpичина злобности Т-Мангов. Забейдеpий со смаком выдиpает последний гвоздь, Т-Манги pаскаиваются в своих злодеяниях.

Кочетков Андрей

ЗАМРИ-УМРИ-ЗАСОХHИ

Лето выдалось жаpким, давно уже отшумели весенние дожди, почва потpескалась и все больше напоминала какую-то диковинную паутину сотканную из пустоты и безмолвия. Деpево ждало, оно больше ничего не умело. Ждало дождя. Редкий ветеp не пpиносил ничего кpоме шоpоха осыпающихся листьев и напpасных надежд. Каждую ночь звезды смеялись над ним. Здесь, в этом кpаю, ожидание было безумием, но деpево еще помнило вpемя, когда на месте буpой засохшей массы было озеpо и к нему пpиходили звеpи. Вода ушла, коpни умиpали, а деpево ждало. Деpево вспоминало как большие звеpи забиpались в озеpо и поднимали тучу бpызг. Иногда бpызги долетали до деpева. Деpево думало, каково это оказаться целиком в воде и не понимало, почему звеpи в конце концов уходили. Так пpоходили дни.

И.А.Кочетков

О.В.Лелекова

С.С.Подъяпольский

КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКИЙ И ФЕРАПОНТОВ МОНАСТЫРИ

АРХИТЕКТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ

ВВЕДЕНИЕ

Небольшой городок Кириллов, раскинувшийся на берегу Сиверского озера недалеко от Волго-Балтийского водного пути и в 130 километрах от Вологды, стал в наши дни одним из наиболее известных центров туризма. Пробудившийся широкий интерес к художественной культуре прошлого привлек внимание к двум древним монастырям Белозерья - Кириллову и Ферапонтову, в которых сосредоточены замечательные сокровища русской архитектуры, живописи и прикладного искусства.

Кочетов Всеволод Анисимович

На невских равнинах

Аннотация издательства: Книгу известного советского писателя Всеволода Кочетова составили повести: "На невских равнинах" (о ленинградских ополченцах), "Предместье" (о содружестве фронтовиков и тружеников тыла во имя победы над фашистскими оккупантами), "Профессор Майбородов" (о созидательном труде бывших воинов в первые послевоенные годы), и другие произведения.

С о д е р ж а н и е