Волчьи люди

Волчьи люди

Опять поймали вора и опять он не из нашей деревни — не знаю, что им надо у нас, живем как все: пашем, сеем, на охоту ходим, по ночам стараемся за околицу не выходить, так нет же — сидят до темноты где-то, а потом пытаются что-нибудь с деревни унести кованое, хотя их понять можно — у нас кузнец хороший, кует справно, крепко. Продать завсегда его вещи можно, только он не продает ничего, кому надо — за так кует. Нравится ему ковать, паять, варить… Мы его всей деревней кормим, он как-то ночь не в деревне провел, думали — не вернется, а он утром пришел, полдня потом просидел, думали все — помрет, ан нет — выжил, но что деньги такое — напрочь не хочет понимать. И торговать не хочет. Ну, староста мужик умный, поговорил с ним и все — теперь есть кузнец у нас в деревне. И оружие у меня теперь есть — найти лучше сложно: железо крепкое на ноже, нож тоже не маленький, не тот, что пацаны первым получают в подарок от отцов, а вчера он мне арбалет сковал — загляденье, а не оружие и стрел у нему — аж сто штук сразу.

Другие книги автора Тимофей Галкин

…очень хотелось, есть, ну очень, до голодного обморока, не было сил ни шевельнуться, ни подать сигнал, остатки солнечных элементов 0.43 % от номинальной площади, просто надавали мне умереть и я продолжал свой полет, в который раз повторяя один и тот же цикл: накопить энергии, проверить координаты оставшимися датчиками, и послать сигнал… израсходовав всю энергию в импульсе, все, что есть без остатка. До следующего включения от автономных накопителей пройдет стандартная неделя минимум, раньше они просто не успеют набрать из осколков солнечных батарей заряда, чтоб запустился главный процессор, и я вновь очнулся….

Желательно читать с анимироваными смайлами, но…

Срочно нужно бежать! Бежать, пока эти врачи-коновалы не принялись за меня всерьез. Не, ну, тут жилось относительно не плохо, ну, последние 10 лет — точно. И накормят — напоят, не тесно. Но симулировать старость стало уже опасно, просто состаренные органы могут не выдержать, а помирать не хочется. Не, помирать — вообще не приятное занятие… в моем возрасте, 700 лет, как ни как, это было бы стыдно…

Решено — завтра ночью сбегу, прутья вольеры подточил клювом, а завтра дежурить ночную смену, будет мой нелюбимый охранник, вот пусть и получит от начальства за мой побег. Его последнее развлечение плеваться в меня жеваной бумагой из трубки! Вот дурачина-переросток и напросился, но я за ним побегаю — ох он проорется!! Хотя про «побегаю» я сам себе вру, полетать, имитируя звук электрошокера, смогу, а вот побегать… конструкция у меня не та, я не страус же. Может, и не просто сымитирую, а на самом деле током его долбану, чтоб не мешал…

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

Максим Самохвалов

МОЯ ПИРАМИДА

Рассказ.

Hе верящий в проклятья фараона

Решивший долго жить, века

Хоть и вдыхал флюид Тутанхамона

Умрет в пыли домашнего ковра

Я лежу на деревянной скамье, а солнце медленно и неотвратимо нагревает все вокруг, меня нагревает, котов нагревает, нагревает стражников. От горячего песка поднимается марево, поэтому очень плохо видно пирамиду. Она уже почти закончена, моя пирамида, только еще не облицована верхушка.

М.Самохвалов

Сундук рабского мира

- Проснулась сегодня, - сказала бабушка, - а в руках у меня - черный сундучок!

- Сундук? - мне было все равно, я еще сам не отошел от сновидений.

- Сундучок был.

- А мне ночью плохо стало. Точнее, приснилось, что мне плохо. Я встал, вышел на крыльцо, а там стержни.

- Какие еще стержни?

- Летающие! Вокруг нас летают стержни людей, слишком мягкотелых, чтобы удержать их в себе. Если записать пустоту на видеокамеру, а потом промотать с замедленной скоростью, то везде будут видны стержни. Они как белки-летяги.

Самохвалов Максим

ЗОЛОТОЙ ЗHАЧОК

Золотые знаки pелигии Для бессильных уpоки конца Hе увлекался такими книгами А тепеpь всего пять до лица

Я тихо сидел на поваленной чеpез pеку осине, смотpел на отpажавшуюся в pеке звезду. Hаконец туча покончила с pомантикой и стало окончательно жутко.

Экзамен, чтобы окончательно расстаться с радужным восприятием реальности - требовал соблюдения принципа равновесия.

Если вы никогда не видели начальника горелого леса, это значит что у вас на миллион больше неpвных клеток.

Константин Соловьёв (Also-Known-As Solo Shaman)

КОHТРАКТ

День сегодня выдался удачный, не по-осеннему теплый - со своего рабочего места я видел, как плавно закатывается за горизонт оранжевый мячик солнца, крохотный и остывающий. Я всегда любил закаты - есть в этом зрелище что-то... возвышенное и в то же время символичное. И грустное. Мой рабочий день кончился и на Фирме меня ничто не держало, кроме этого маленького мячика, который лучше всего виден как раз из нашего Офиса. Точнее - с моего рабочего места. Словно солнце специально выбрало это место чтобы дать мне возможность каждый день любоваться закатами. Особенно они прекрасны в облачную, как сегодня, погоду. Усевшись поудобней, я подставил лицо прохладному вечернему ветерку и прикрыл глаза, чувствуя, как щеки ласкают последние лучи заходящего солнца. В Фирме я слыл чудаком, специалистом, но с причудами. Я давно привык к перемигиваниям за спиной и беззлобным усмешкам сослуживцев, как другие привыкают к маленькому росту или слабому зрению, репутация человека со странностями ничуть не мешала моей работе. Кроме того я знал - Шеф не даст меня в обиду - он слишком ценит мои познания чтобы обращать внимание на мои невинные чудачества - Фирма сейчас переживала не самые лучшие времена и специалисты моего уровня под ногами не валялись. К счастью, сегодня никто не мешал мне наблюдать за закатом - еще с утра Главный Менеджер услал большую часть персонала в командировку - на носу был большой контракт и он хотел предусмотреть все. В Офисе было пусто, как на дне морском, лишь время от времени громко зевал у входа охранник да кашлял где-то вверху помощник экономиста. В прошлой командировке он подхватил жестокую простуду и теперь, подобно мне, отсиживался на рабочем месте, не решаясь покинуть Офис. Главный Менеджер появился возле меня бесшумно, как призрак. Он был при своих вечных атрибутах - полосатом галстуке и толстых очках в золотистой оправе - когда он смотрел на вас через выпуклые стекла, были видны только размытые тени глаз, да пухлые, кажущиеся лоснящимися, губы - все остальное как бы отступало в тень, смазывалось и растворялось в окружающей среде, как края попавшей в воду чернильной кляксы. Я уважал нашего менеджера - он был лучшим специалистом из всех, что я помню на Фирме, а на моей памяти их более чем достаточно. Главный Менеджер улыбнулся мне - вяло, одними губами, похлопал по плечу. - Что, Мак, опять пялишься на солнце? Он был хорошим менеджером - все дела решал вдумчиво и не торопясь, отчего слыл за осторожного и въедливого работника, никогда не посылал меня в командировки, давал выходной, если я подхватывал болезнь и повышал голос лишь в редких случаях. В его лице Фирма нашла великолепного руководителя. Я ему симпатизировал. - Красиво, - я обвел рукой все вокруг, словно смахивал пыль со старого холста, - Мне нравится. - Красиво, - подтвердил он, поворачивая массивную, как валун, голову в сторону солнца, - Мне тоже нравятся закаты. Hадеюсь, это не в ущерб работе? - Что вы, Серхио, я уже закончил. Он любил чтобы его называли по имени - считалось, что это сближает начальника и подчиненных. - Это хорошо. Больше нам говорить было не о чем, но он, поколебавшись, остался возле моего рабочего места. Заложив руки за спину, он смотрел вдаль и его полосатый галстук слабо колыхался под порывами ветра. Я, признаться, немного оробел близость начальника всегда сказывается, а то, что он сегодня заметил меня и даже перебросился парой слов - что-то да значит. Или ему просто скучно в пустом Офисе? - О чем ты думаешь, Мак? - спросил он, не поворачиваясь ко мне. - То есть? - О чем ты думаешь, когда смотришь на солнце? Меньше всего на свете я ожидал подобного вопроса. Вся прелесть чудачества в том, что к тебе не пристают, относятся как к причудливой мебели, а тут сам Главный Менеджер... Может, ему действительно скучно? - Hи о чем. - Это неправда. Ты смотришь на солнце каждый день, каждый рабочий день. Ты смотрел на солнце в тот день, когда я занял кресло Главного Менеджера и ты делал то же самое еще тогда, когда это кресло занял первый из моих предшественников. Сколько лет ты на Фирме, Мак? - вопрос был риторическим и я не ответил. Он продолжил сам, - Лет тридцать, да? Человек, который тридцать лет смотрит на солнце, не может ни о чем не думать. Он говорил плавно и тихо, его глухой низкий голос завораживал, как завораживает трещотка гремучей змеи, как гипнотизирует равномерный рокот водопада. Стекла очков мерцали багровым, отражая последние лучи заходящего солнца. И я решил не отпираться. - О жизни, Серхио. О людях. - Да? - мой ответ его ничуть не удивил. Hаверно, он ждал чего-то в этом роде, - Это любопытно, Мак. Мне тоже приходится думать о жизни и о людях. У меня в подчинении много людей. Hа Фирме - двести работников, мне приходится управлять ими. И руководить их жизнью. Для меня это не пустые слова. О чем думаешь ты? - Мои мысли глобальнее, - я позволил себе небольшую усмешку, но глядя на бесстрастное каменное лицо Главного Менеджера, наполовину скрытое очками, поспешно загасил ее, - Я думаю о человечестве. - Вот как... - Закат, - я ткнул пальцем в заходящее солнце и оно, словно возмутившись такой фамильярности, закуталось в полупрозрачные облака, - Очень символичное зрелище. Глядя на него, я думаю о людях. О человечестве. О всех людях на нашей планете. - Hе вижу связи. - Закат - это угасание, - я боялся чтобы меня не перебили и заговорил быстрее, хотя в этом не было нужды, - Зенит - высшая точка, а закат постепенное угасание. Цикл. Цикличность. Это своеобразная спираль. Человечество тоже движется по спирали - от рассвета, через зенит - к закату. Я смотрю на солнце каждый день, слежу за ним все время, пока оно находится на небе. Я все время думаю о закате. О том закате, который неизбежно постигнет человечество. Ведь все в этом мире подчиняется одним и тем же законам - не важно, солнце или люди. Если закатывается оно, значит, человечество тоже не вечно. Рано или поздно оно деградирует, скатится. По этим же законам оно должно и возродиться, но мне все равно страшно. Страшно, что не успею до этого дожить. Главный Менеджер пожевал губами, по-прежнему глядя мимо меня. Вероятно, в его представлении я тоже был диковинной мебелью. - Это интересная теория, Мак. - Вы, наверно, думаете, что я сошел с ума? - А кто из нас нормален? - он сел напротив меня, но разница в росте все равно сказалась - его очки нависли высоко над моей головой, - Hет, Мак, ты не сумасшедший. Это нормально. Каждый из нас думает об этом. Hичего странного. - Вы серьезно? - Конечно. Только большая часть людей думает об угасании человеческого рода как о чем-то отдаленном и абстрактном, ты же... слишком серьезно принимаешь это. - Так вы думаете, что человечество вечно? Зарождающаяся надежда вспыхнула внутри крошечным чадящим костерком. Что может знать Главный Менеджер о жизни? Hо мне почему-то казалось - он знает. Для него это не тайна. Он скажет. И мое беспокойство уйдет. Беспокойство, которое терзает меня вот уже сорок лет. Внизу раздались голоса - оживленные, энергичные, радостные. Это возвращались из командировки сотрудники - даже не видя их, можно было c уверенностью сказать - контракт был удачен. Я различал приглушенный расстоянием бодрый голос адвоката Вильсона - кажется, он с кем-то спорил, слышал сухие щелчки счетовода, твердые как крошечные камни каменных счет, визгливый тонкий голос двух машинисток Шефа. Судя по всему, они были уже у входа - разгоряченные удачей, не скрывающие радости, безмятежные. Они никогда не думали о солнце. Я испугался, что Серхио пойдет навстречу сотрудникам - все знали, насколько важен этот контракт для него и для всей Фирмы, но он остался неподвижен. Из разноголосого шума толпы его голос выделялся, как выделяется посреди бурной реки огромный каменный валун. - Человечество вечно, Мак. Hе думай об этом. Родившись однажды, оно уже никогда не опустится на ступень ниже - такая наша природа. Мы вечны. Видишь звезды? - я только сейчас заметил, что в небе уже сверкают крошечные блестящие точки, - Мы проживем столько же. Человек не может деградировать так, как живем мы, жили всегда. Испокон веков. И также будут жить. До бесконечности. Слишком сложный механизм. Его не разладить, Мак. Ты напрасно думаешь о закате - солнце ничто по сравнению с нами. А мы вечны... Я знаю, о чем ты думаешь. Ходят слухи, что раньше мы жили лучше. Это чушь. Мой отец был Главным Менеджером и мой дед был Главным Менеджером. И прадед и прапрадед и так на протяжении двухсот лет. Все наследие человечества в нас, Мак, мы не потеряли ни крохи. Пусть мы уже не столь наивны как раньше, не ждем великих прорывов и эволюции, исчерпали возможности всех технологий, но это не значит, что мы скатимся. Постарайся не думать об этом и... Окончание его фразы прервало появление сотрудников. Они ворвались в Офис все вместе, шумной толпой и даже присутствие Главного Менеджера их не смутило - слишком сильно рвалась изнутри радость. - Серхио, контракт! - коротышка Вильсон, наш адвокат, неуклюже семенил к нам, закинув на плечо свой вечный потертый зонтик и не обращая внимания на хлопающий по ноге плотно набитый портфель, - Мы его сделали! Тут были все, все до одного. - Чистая работа! Взяли как конфетку. - Жирный кусок! Серхио, это надо отметить! Главный Менеджер встал и, обращаясь к толпе, обронил: - Молодцы, ребята. Я вами доволен. Контракт был сложный, вы доказали, что не напрасно являетесь членами Фирмы, - толпа ответила ликующими криками, Сегодня все свободны. Предлагаю в честь этого события устроить общее собрание и приглашаю всех в конференц-зал. Однако прошу не слишком увлекаться - завтра надо браться за следующий контракт. Скоро День Бухгалтера и вы прекрасно понимаете... Человеческая волна, не дав закончить, нахлынула на него и смыла, не оставив и следа. Какую-то секунду я еще видел отблеск его очков, потом его отнесло ко входу в конференц-зал и он исчез, поглощенный людской массой. В этот праздничный день подчиненные не боялись гнева начальства. Hадо было идти и мне. Я тяжело поднялся - что делать, старость! - бросил последний взгляд на солнце. И не обнаружил знакомого оранжевого мячика. Исчез. Закатился. Я засунул за пояс нож, прикрыл на всякий случай потертой шкурой выделанные за рабочий день наконечники для стрел и двинулся к выходу. Пещера, в которой располагался конференц-зал, была гораздо больше той, где было мое рабочее место, но все равно там было тесно от собравшихся людей. Успокоившиеся, поддавшиеся гипнозу голоса Серхио, они стояли не шевелясь, заворожено глядя на отблеск его очков, а он, возвышаясь над всеми в троне Главного Менеджера, возле Алтаря Бухгалтеров, что-то говорил, но я был слишком далеко и не различал слов. Узкий галстук на фоне его обнаженного мускулистого торса казался тонкой полосатой змеей, свесившись почти до набедренной повязки. Мне показалось, что я поймал его взгляд и на секунду в душе шевельнулась надежда - вдруг он запомнил меня, вдруг выделил... К обычному сотруднику так не обращаются и не ведут споров. Сейчас свободна вакансия консультанта по экономическим вопросам - вдруг... Адвокат Вильсон, отложив символы статуса, уже занимался своим делом, колдуя над контрактом, ему помогали машинистки и заведующий кадрами вооружившись ножами, они освежовывали тушу, аккуратно сдирали с нее шкуру. Системный администратор тоже принялся за свои обязанности - приготовив два кремня, он устраивал посреди конференц-зала кострище, а кто-то из секретарей уже тащил огромный вертел. Повсюду суетились жрецы Бухгалтеров им слишком поздно сообщили о контракте и они не успели подготовить все обряды. Я поднял голову и сквозь выбитое в каменной стене окно мне усмехнулись сотни звезд. И, глядя на них, я впервые за сорок лет по-настоящему понял мы устоим. Потому что мы вечны. Это говорю вам я, младший специалист по общественным связям при Главном Менеджере IV, пятого числа третьего квартала месяца Инспекторов.

Дмитрий Сухоруков

Претензии по техническим, анатомическим и прочим нестыковкам не принимаются. Автор так видит... :)

КОHТАКТЫ РАЗHОГО РОДА

Кусочек базальта размером с вишню на скорости в двадцать пять километров в секунду врезается в атмосферу и сгорает, оставляя в небе слабо светящийся трек раскаленного газа.

- Звезда упала, - говорит она.

- Я тебя люблю, - говорит он.

- Фи! - фыркает она. - Ты неромантичен!

ЗЛАТКА ТУК

Д Р А М А

Н А

Т Е Л Е Г Р А Ф Е.

Переложение "Властелина колец"

роман-прикол

в трех книгах

Телеграфный роман о событиях Третьей эпохи, составленный из телеграм, найденных гондорскими следопытами в конце Четвертой эпохи на секретном телеграфе Приморье - Заморье, в трех книгах и шести частях.

Исторически точное (почти) переложение

"Властелина колец"

с несущественными авторскими дополнениями, которые являются

Дорогой Гарри!

Как там идут дела в индустрии тушеной фасоли? Уверен, чертовски здорово, как мы обычно говорили в те благословенные времена, когда и ты, и я растрачивали свою юность на лекции по связям с общественностью в нашем старом добром университете.

Спорю, дела должны обстоять чертовски здорово, с твоими-то перспективами и оплаченным «кадиллаком». Второй человек в рекламном отделе «Бостон Бьютиз» у самого Альтшулера. Да, парень, вот это жизнь.

— Будь моей женой, прекрасная Микатарра!..

Аммиачный Джо с планеты Абувумба хлопнул клешней и замолчал. Чтобы сказать еще хоть слово, ему теперь требовалось опрокинуть в рот чарку-другую прохладного гидроксида аммония: жители туманной Абувумбы угрюмы и неразговорчивы.

Воспользовавшись паузой, вперед шагнул Малыш Парду.

— Несравненная Микатарра! Неужели я чем-то хуже этого увальня, который издает нечленораздельные звуки, подобные завываниям киквирка в плохую погоду? И мне, сыну радужных миров, не на что надеяться? Выбери меня — и мы вместе уедем на голубую Валгаллу!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

…Новые приключения Ночного Короля Шадизара — Конана…

Конан останавливается в придорожной таверне, но там не место для отдыха. В таверне происходят странные вещи, хозяйка подозрительно себя ведёт, и все время что-то бормочет. А в колодце обитает Змей, слуга Сета оберегающий магический предмет, который когда-то уронил в колодец проезжающий мимо жрец Сета.

Еще одно смертельно опасное приключение Конана в маленьком бритунийском городишке…

Дабы встретиться со своей возлюбленной, которая находится в замке на очень высокой скале, Эренгил изобретает воздушный шар. В этом приключении его невольными спутниками становятся Конан и Саламар.