Вокруг Света 1974 № 02 (2401)

Просматриваю, перечитываю дневник, который вел летом 73-го года в экспедиции. Это была наша вторая комплексная экспедиция в Аджимушкайские каменоломни (1 Публикации об Аджимушкае были в следующих номерах «Вокруг света»: № 3 за 1969 год; № 8, 11 за 1972 год; №5, 11 за 1973 год.).

День встреч

Керчь. Гостиница. Утром стук в дверь. На пороге Сергей Сергеевич Шайдуров. Мы познакомились с ним в прошлом году в этом же городе в День Победы. Сергей Сергеевич — известный участник Аджимушкайской обороны. Он был в каменоломнях с мая по август 1942 года. В третьем батальоне капитана Левицкого.

Рекомендуем почитать

Фантастические и приключенческие рассказы из журнала «Вокруг света».

21 июня 1986 года из Беломорска вышел в плавание «Полярный Одиссей». Началась Беломорская комсомольско-молодежная экспедиция журнала «Вокруг света», приуроченная к его 125-летию и посвященная Международному году мира. На борту судна находились журналисты, рабочие, научные сотрудники, преподаватели из Москвы и Петрозаводска. Начальник экспедиции — Вадим Бурлак, капитан — Виктор Дмитриев.

«Полярный Одиссей» — бывшее рыболовецкое судно, восстановленное и отремонтированное энтузиастами из петрозаводского научно-спортивного клуба «Полярный Одиссей» при Карельском отделении Северного филиала Географического общества СССР,— уже совершил не одно плавание в северных водах. На сей раз экспедиция прошла около двух тысяч морских миль вдоль берегов Белого моря с заходами на многочисленные острова и полуострова, со стоянками в поморских деревнях и поселках.

Человек, вдруг встретив старого знакомого, всегда громко выражает свое удивление. Вот так же удивился и, увидав парламент на Темзе, джентльменов в серых цилиндрах — на улицах, двухметровый бобби на перекрестках и всякое такое. Для меня было настоящее откровение, что Англия в самом деле Англия.

Карел Чапек. «Письма из Англии»

У этой страны много названий, но каждый понимает, о чем идет речь, какое бы название вы ни употребили. Самое официальное: Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии. Оно охватывает оба острова — и Британию, и Ирландию, точнее — самую северную ее часть.

Окончание. Начало в № 3

Цена молчания

Александра Пеева вводят в кабинет следователя. Голая, казарменного вида комната. Грязные, в потеках стены. Зарешеченное окно. Еще одна дверь. В нескольких метрах от стола привинченный к полу табурет. Впрочем, обстановка знакомая: как адвокат, он не раз бывал на свиданиях с подзащитными в подобных кабинетах. Только вот вторая дверь... Это непривычно. Куда она ведет?..

За столом — следователь в военной форме, в чине штабс-капитана. У окна — еще двое. С одним он, кажется, знаком: командующий Первой армией генерал Кочо Стоянов. Второй, полковник — мрачная личность. Тяжелые плечи, длинные, как у гориллы, руки. Из-под густых бровей — угрюмый взгляд.

Сказать, словами справочника, что Египет — страна в Северной Африке, значит, не сказать ничего. Любой человек,   мало-мальски  знакомый  с  географией   и  историей  и  побывавший  в Египте,  рассказывая  об этом  государстве,  обязательно упомянет,  что  оно расположено сразу на двух континентах, что по его территории течет самая большая река Старого Света и что это родина пирамид.

Но и это только преддверие настоящей правды о 90-миллионном Египте, занимающем почти миллион квадратных километров, из которых 98 процентов приходится на гористые пустыни. Ибо вся правда о нынешнем Египте — в его прошлом, которым в буквальном смысле слова и живет сегодня страна. И везде — пески, камни, снова пески... Везде, кроме долины Нила, узкой «полоски жизни», слоя плодородной земли шириной от километра на юге до 25 км на севере, в дельте, на которой и выросла древнеегипетская цивилизация.

Это страна дикой природы и национальных парков, содовых озер и уснувших вулканов. Это страна, в которой удивительным образом сочетаются первобытное прошлое и цивилизованное настоящее… С Кенией связаны судьбы многих великих людей, оставивших заметный след в истории ХХ века. Это страна, где проводили время короли и президенты, писатели и премьер-министры, миллионеры и аристократы со всего света…

Король умер, да здравствует королева!

Жизнь королевских семей всегда интересовала европейцев, а династия Виндзоров, правящая в Англии, особенно.

Кончился материк. За окном — белая мгла Ледовитого океана. Каким же хрупким существом кажется человек перед этой устрашающей безмерностью холода. И вдруг — кружка горячего чая со сгущенкой возвращает тебя к той жизни, что цветет, зеленеет, бурлит и меняется... Внизу под тобой в бесконечном однообразии — сморози ледовых полей. Но, всмотревшись, понимаешь, они тоже зыбкие, как все живое и уязвимое.

У Новосибирских островов широкая полынья тянулась на сотни миль; и даже после острова Жохова, который находится в тысячекилометровом отдалении от материка, здесь в высоких широтах клубились облаками разводья и трещины. Во всем этом было что-то дремотное, затаенной мощью постоянно напоминавшее, что идет извечная борьба человека и стихии.

В аэропорту Петропавловска я стоял оглушенный длительным перелетом, перепадом времени и величием природы, неожиданно открывшейся взору. Сопки, вершины которых под снегом, лазурь над головой, воздух, пахнущий океаном. Рыжая осень чуть раньше проскользнула здесь — и зазолотилась, зарделась земля... Камчатка. Собственно, если бы не то письмо и отклики читателей на него, не видеть мне ее красоты.

Автором письма был Анатолий Георгиевич Коваленков, директор Елизовского промыслового хозяйства, писал он о Жупановской ГЭС, построить которую вот уже четверть века рвутся энергетики. Порыв этот, как прилив в океане, то нарастает, то отходит, то вновь нарастает, то опять отходит.

Другие книги автора Журнал «Вокруг Света»

Острова Лофотен — это множество больших и мелких островов, очень острых скал, фьордов и песчаных пляжей — и все это со всех сторон окружено океаном. Добавьте сюда часто меняющуюся погоду и беспрерывно меняющееся освещение — и вы получите картину, которую ни один художник никогда не нарисует, хотя многие пытались.

Острова Лофотен, расположенные за Полярным кругом, — одно из красивейших мест на Земле. Рядом проходит одно из сильнейших в мире приливных течений — Мальстрем. Вся история Лофотенов связана с ловлей трески. В последние годы на острова приезжает все больше туристов. Только в этом году их там побывало 220 000 человек.

Далеко не все из того, что нас окружает, можно увидеть и потрогать руками – многое приходится домысливать и воображать. Математики так и живут в выдуманных ими мирах и пространствах, но вот физики, а особенно техники, не могут успокоиться, пока наглядно не представят себе, как выглядит решение уравнения, куда распространяются волны и в какую сторону дует ветер. Вычислительная математика и компьютерное моделирование могут весьма реалистично нарисовать любой процесс и самое замысловатое явление, но все равно хочется увидеть, как это выглядит на самом деле и как распространяется звук или кружатся воздушные вихри.

В далеких теперь уже 60-х, вскоре после запуска на орбиту первого спутника, а затем и космонавтов, все достаточно быстро поверили – космос покорен. Скоро на Марсе будут цвести яблони, а люди, как однажды сказал Сергей Павлович Королев, начнут летать в космос по профсоюзным путевкам. Бурное развитие космонавтики убеждало многих в том, что так оно и будет! Да и как же иначе – вскоре после полетов Гагарина и Титова на орбите уже курсировали «многоместные» корабли с экипажем из 2—3 человек, в 1965-м Леонов впервые вышел в открытое космическое пространство, в 1969-м первый человек ступил на поверхность другой планеты, еще через год по Луне уже путешествовал «Луноход», передавая ежедневно и даже как-то обыденно снимки лунных ландшафтов, в начале 70-х на орбите Земли появились космические станции, на которых люди проводили не часы и дни, а недели и месяцы, занимаясь научными, исследовательскими и монтажными работами.

С кристаллами простейшей прямоугольной формы мы сталкиваемся ежедневно: столь необходимая на кухне соль имеет, как известно, кубическую кристаллическую решетку. Да и сами соляные «крупинки», похожие на маленькие кубики, подсказывают такое строение решетки. Но столь прозаичны и «неинтересны» по внутренней и внешней форме далеко не все твердые тела. Напротив, разнообразие форм большинства кристаллических материалов удивительно, оно поражает своей причудливостью и зависит от силы притяжения между атомами, образующими твердое тело.

Округлые и рогатые, перламутровые и фарфорово-глянцевые, миниатюрные и гигантские раковины моллюсков олицетворяют для нас естественную красоту и целесообразность. В форме их завитков ученые прошлого искали параллель с устройством Вселенной, математические закономерности, единые для всего живого, совершенные правила архитектоники. В становлении человеческой цивилизации раковины сыграли роль, вряд ли меньшую, чем каменные топоры. Их использовали как первые орудия труда, украшения, деньги. Но главное, глядя на диковинную раковину, следует помнить, что некогда она была неотъемлемой частью живого организма — моллюска, именно ей обязанного самим фактом своего существования.

Остался позади знаменитый Баскунчак. Поезд как бы нырнул под уровень моря, дорога пошла «вниз», в Прикаспийскую низменность, отмеченную сочным зеленым цветом на всех географических картах. И что же? Прежнее иссушенное степное однообразие тянется и тянется за окном. Час, другой, третий мчится экспресс, а кажется, будто он топчется на месте или ходит по кругу.

Спустились сумерки, стало темно, и в заоконной черноте время от времени высвечивались лишь одинокие блики огоньков в далеких хуторах. И только Астрахань наконец перебила тьму спокойными, непропадающими разливами света...

На первый взгляд может показаться, что в мире живой природы, где все подчинено беспощадным законам борьбы за существование, положительные формы межвидовых взаимоотношений – большая редкость и возникновение их возможно лишь при уникальном стечении обстоятельств. Однако чем глубже мы познаем законы этого мира, тем яснее становится, что стратегия выживания, основанная на взаимовыгодном сотрудничестве со своими соседями, нередко оказывается чрезвычайно успешной для видов-участников, принося им стабильность и процветание. Поэтому кооперация и конкуренция естественным образом дополняют и уравновешивают друг друга, пронизывая все уровни организации живой материи.

Неумолимый ход эволюции не раз безжалостно уничтожал на нашей планете живой мир былых эпох, порождая новые, все более совершенные, виды живых существ. При этом образы древнейшей истории, казалось, утрачивались навсегда. До сих пор лишь кропотливый труд палеонтологов, да собственное воображение помогали нам представить, как выглядели канувшие в небытие животные и растения, населявшие Землю в отдаленном прошлом. Сегодня воскресить доисторические миры нашей планеты позволяют новейшие компьютерные технологии.

Популярные книги в жанре Путешествия и география

«От Кургана экспресс мчится по залитым солнцем пашням, где все лето бороздят и ровняют поля стальные чудовища-машины. Необитаемые прежде степи и тундра стали житницей всего света. Красноярск — центр мировой науки и культуры. У берегов Оби пристают океанские пароходы. Сюда беспрестанно подходят по сверкающим рельсам экспрессы. Тысячи заводских труб высятся...»

Будь жив сейчас писатель А. Гостев, около семидесяти лет назад в рассказе «Сибирская фантазия» запустивший свою машину времени, то он, несомненно, удивился бы реальности, жизненности своих мечтаний. А мы, сегодняшние, как-то уже привыкли к словам «Сибирь», «сибирский край», «сибирское ускорение». Каждодневно, а потому буднично звучат они. Не веет от них былой таинственностью, некогда поднимавшей в дорогу первопроходцев. И вовсе теперь не слышатся в них отголоски необозримой, всепоглощающей дали, которая настораживала и пугала когда-то переселенцев.

П оследний раз я был в Аджимушкайских каменоломнях под Керчью в октябре прошлого года.

Стоял пронзительный, холодный осенний день. Еще вчера грело, даже сквозь одежду, крымское солнце, было тепло и тихо. А сегодня неожиданно похолодало, и над щемяще знакомыми буроватыми горбиками каменоломен потянулись гряда за грядой с севера, с близкого Азовского моря, тяжелые тучи. Мы сидели с Сергеем Михайловичем Щербаком, заведующим отделом истории обороны Аджимушкайских каменоломен, в беленькой чистенькой хатке, и Сергей Михайлович в первый раз растапливал печку. В этом домике была когда-то скромная резиденция «деда Гробова» — Данилы Ильича Гробова, аджимушкайского сторожа и смотрителя. Но теперь все неузнаваемо перестроилось и изменилось.

— В етер с перевала, слабый — один-два метра, температура минус четыре. Как поняли?

— Хорошо, поняли. Заходим...

Диалог командира вертолета Ми-10К с руководителем полетов состоялся. Землю слышно плохо: ущелье изгибается и затеняет передатчик, а на прямую мы еще не вышли.

Наш «летающий кран» набирает высоту. Слева и справа — скалы. Вертолет летит по ущелью. Впереди перевал: мрачный, темно-серый, с пятнами снега во впадинах, небольшое озеро — как блюдце. Рядом едва заметные опоры ЛЭП. Мы устанавливали их в прошлом году...

 

Никарагуа — страна молодая, а если точнее сказать — страна молодых. По официальной статистике, больше половины населения Никарагуа — дети и молодежь до двадцати пяти лет.

Рассказывая о времени борьбы с диктатурой, никарагуанцы постоянно употребляют слово «чавалос» — ребята, парни, — и всем слушающим без объяснений ясно, что речь идет о партизанах, о подпольщиках, о революционерах. До сих пор в Никарагуа вспоминают, что национальная гвардия считала своим главным врагом молодых и расценивала молодость как преступление, заслуживающее смертной казни без суда и следствия. Никогда не забудут в Никарагуа те дни, когда озверевшая солдатня в последние часы своего всевластия врывалась в городские кварталы, в селения, устраивала охоту за молодыми.

«После продолжительного периода засухи почти по всей Эфиопии идут долгожданные дожди...» Даже вдали от Африканского континента эти газетные строчки вызывают облегчение. Как же радуются сезону дождей миллионы жителей Эфиопии, крестьянской страны! Правда, дождь не всегда благо — в некоторых районах страны проливные дожди в прошлом году вызвали наводнения. Вся эфиопская земля жаждет живительной влаги. Стране, не зря получившей в древности название «хлебной корзины Востока», очень нужен сейчас хороший урожай.

Третий год пробиваются через болотистую тайгу Сахалина строители газопровода Оха — Комсомольск-на-Амуре. В сентябре 1985 года они провели уникальную операцию — уложили на дно пролива Невельского глубоководную часть дюкера. Сейчас на мысе Погиби строители ведут подготовительные работы, чтобы в летнее время приступить к наращиванию стальной нитки перехода через морскую преграду.

Вертолет Ми-8 взял на подвеску срочный груз и, пересекая Сахалин с востока на запад, направился к мысу Погиби. Машина пронеслась над плотными массивами тайги, обошла высокие вершины горного хребта. Промелькнули внизу озера северосахалинской лесотундры, за которыми открылось освещенное солнцем полотно пролива Невельского. Остров и материк почти рядом. Так кажется с высоты, и лишь игрушечные силуэты транспортных судов говорят о том, что это не так. Вообще-то здесь самое узкое место Татарского пролива — всего семь тысяч метров с небольшим. В годы Великой Отечественной войны строители проложили с Сахалина на материк нефтепровод. Его подводный дюкер они опускали на дно зимой, с поверхности льда. А сейчас на мысе работает передовой отряд строителей газопровода Сахалин — г. Комсомольск-на-Амуре. Нитка газопровода уже пролегла вдоль восточного побережья Сахалина почти по всей трассе Даги — Оха. Ее многокилометровые плети строители подведут и сюда, к мысу Погиби. Газовая магистраль пересечет болотистую тайгу и многочисленные реки. Трудными километрами ведут ее к проливу монтажники. Нелегко давались переходы через реки Эвай, Вал и Пильтун. Да сколько их на пути, вроде небольших, но в половодье бурных...

Поезд шел в белую ночь, шел от Перми на север. Светлые блики на темной бегущей воде, черные пики елей, и в бледном небе — луна, полная, без света. Плыли, белея, стволы берез, и крутые пригорки, и высокие травы над сонными озерцами...

Мы приближались к Березникам.

Город выходил к Каме частоколом заводских труб, а за рекой лежало Усолье, темнел силуэт собора, синели леса. Еще не так давно они росли и здесь, на плоском левом берегу, где раскинулись Березники. Город родился полвека назад и своим появлением был обязан геологам.

Придет день, и посланец Земли проложит курс к Венере. Ступит на Марс. Увидит в иллюминатор космического корабля и другие планеты. Но какие бы маршруты ни прокладывали штурманы Вселенной, в их благодарной памяти вечно будет жить великий пример первого звездного пилота человечества — Юрия Алексеевича Гагарина. Мы, его современники, даже через двадцать лет воспринимаем рывок за пределы Земли так, словно он состоялся вчера. О том, как начиналась эра пилотируемых полетов, сегодня рассказывает ведущий конструктор корабля «Восток», которому посчастливилось работать под руководством Сергея Павловича Королева и последним провожать Юрия Гагарина в полет.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вездеход полез в гору. Подъем крутой и продолжительный, а наверху сплошная стена из облаков. Отчаянно скрипя, машина доползла до верха. Сразу лязг металла о камни стал глуше. Мы в облаке. Нос вездехода упирается в серый податливый кисель, он ползет вслепую, упорно, пока не глохнет мотор. Все вылезают, Мы прибыли к месту нашего назначения — на плато к леднику ИГАН.

Нас девять человек. Фототеодолитный отряд отдела гляциологии Института географии АН СССР, сокращенно ИГАН, которым руководит гляциолог Дмитрий Цветков. У него две правых руки — геодезисты Юра Перегудов и Саша Бруевич. Две левых — картограф Лариса и Наташа, медик по профессии и кулинар по призванию. Плечи экспедиции, ее рабочий — ваш корреспондент. И если продолжить аналогию — ноги экспедиции — три водителя вездеходов, три Володи — Лепилин, Довжко и Михалев. Последний «по совместительству» еще и научный сотрудник отдела гляциологии ИГАНа, член ученого совета Полярно-Уральской экспедиции института, автор многих известных у нас и за рубежом научных трудов.

С узкого восточного мыса Карантинного острова хорошо виден город: взбирающиеся наверх улицы, порт. Красные, синие, зеленые портальные краны, вздрагивая, то поднимают, то опускают свои треугольные головы. Они словно танцуют, в их движениях чувствуется ритм...

В небольшой бухте мороз прихватил льдом только береговую кромку. Сварщик в толстой брезентовой робе, откинув назад защитную маску, махнул рукой:

— Пошел, пошел... Еще один пошел...

В прошлом году мы рассказали о научно-спортивной экспедиции Восточно-Казахстанского обкома комсомола, участники которой пешком пересекли две грандиозные пустыни нашей страны — Кызылкум и Каракумы. Недавно экспедиция закончила новый маршрут, и он опять был необычен: на надувных лодках через Аральское море. Наконец, когда материал об этом смелом путешествии готовился к печати, ребята совершили сверхмарафонский лыжный пробег Усть-Каменогорск — Москва длиной 4500 километров.

Это случилось на Каспии, на богатейшем газовом месторождении Бахар. Рано утром на скважине номер семь — одной из многочисленных скважин, что расположены в открытом море, — прозвучал сигнал тревоги. Авария! Трубы скважины, дававшей до миллиона кубометров в сутки, не выдержали колоссального давления. Где-то, произошел разрыв, и поток газа, сотрясая фермы основания, с ревом рванулся к поверхности.

Бригада специалистов, занимающаяся укрощением газовых фонтанов, через три часа уже была на месте. Удалось подвести к скважине трубы и начать закачку в ствол воды и глинистого раствора. Пошли напряженнейшие часы работы. Натужно гудели двигатели насосов, раствор поступал в скважину... Казалось, еще немного, еще с десяток часов такой работы — и аварию удастся ликвидировать. Но тут и произошло то, чего все втайне боялись.