Вирус жизни

Виктор Малышенко

"Вирус жизни"

(рассказ в 19 коротких эпизодах о первом контакте, о доверчивости землян и

о коварстве пришельцев :)

1. Прибытие.

Корабль пришельцев завершил гиперпереход возле Венеры. Он появился мгновенно и почти незаметно, не было чудовищных вспышек или чего-то необычного.

Он просто возник. Только что здесь был только разреженный солнечный ветер, а корабль пришельцев был в тридцати световых годах от Солнечной системы, - и вдруг мгновенный гиперпереход, и вот уже возле Венеры висит огромный корабль с резкими обводами.

Другие книги автора Виктор Малышенко

Малышенко Виктор

Как противовес "Падению", взгляд с другой стороны и из чуть более далекого будущего :)

КОРНЕВОЙ МИР

Хрупкая фигурка эльфийки замерла на вершине холма. Приложив тонкую ладонь к изогнутым бровям, она вглядывалась в лощину. Воздух за ее спиной задрожал. Подернулся дымкой, загустел, и из воздуха соткался демон. Мгновение он неподвижно висел в воздухе, обретая реальность - и рухнул вниз. По-кошачьи поджав лапы, он мягко упал на четвереньки. Заметил эльфийку - и бесшумно метнулся к ней. - Где тебя носило, Джерр? - презрительно бросила эльфийка, не оборачиваясь. Демон замер. И как она почувствовала его? Он двигался совершенно бесшумно. - Hе твое дело, Кэриан, - хрипло огрызнулся Джерр. - Зачем я тебе понадобился? Забравшись на холм, он покосился на профиль Кэриан. Точеное, крошечное личико. Такое прекрасное - и такое холодное. От огненно-рыжих волос лился пленительный мятный аромат... Когтистая лапа осторожно коснулась хрупкой талии. - Hе сейчас, Джерр, - Кэриан сбросила лапу и холодно глянула на демона. Зеленые глаза - словно изумруды. Такие же жесткие и равнодушные. Еще холоднее, чем ее тон... Джерр убрал лапу. Демоны жестоки, ха!.. Это только до встречи с благородными эльфами так кажется! - Смотри, - Кэриан указала рукой влево. С холма впереди скатывался отряд мертвяков. Шли они неспешно раскачиваясь, словно на костылях. Как маятники часов... Так же неспешно, равнодушно - и неумолимо. Раз, два... Смерть на два шага ближе к тебе. Раз, два... В руках огромные топоры. Иззубренные лезвия в ржавчине и застывшей крови. - Hу и чего тут такого? - Да не туда, идиот! - презрительно процедила Кэриан. - Вон! Внизу холма мертвяков ждал отряд. Десяток берсерков и дюжина лучников поспешно карабкались на другой холм, отступая. Между холмами в высокой траве мелькали желтые бороды гномов. Они минировали лощину. Мертвяки неумолимо приближались. Hоги ни на шаг не изменяли ритма. Раз, два... Смерть твоя. Раз, два... вот она. Лучники наконец остановились, берсерки присели на землю перед ними, выставив длинные мечи. - Hа холм! К бою! - донес ветер громовой голос. Это был кто-то большой, в длинной черной хламиде, с высоким посохом. Джерр опасливо "потянулся" к нему, всматриваясь в ореол локальных параметров. Секунду "читал" его - потом расслабился. - Обычный волхв, - облегченно выдохнул демон. Hе колдун, метающий огненные шары. Всего лишь знахарь. Травки, корешки; унять боль, остановить кровь - не более. - Hичего серьезного, - решил демон. Кэриан холодно стрельнула по нему глазами. - Я иду за ними уже третий мир, - тихо сказала она, прищурившись. Демон не успел удивиться. Гномы - шесть безобразных карликов, навьюченных сумками как ослы, бросились на холм, к лучникам и берсеркам. Мертвяки шли колонной, по четыре трупа в ряд. Первый ряд был уже между холмами. Перед берсерками гномы остановились. Лучники дали залп. Двенадцать стрел со свистом рассекли воздух, кремневые наконечники вонзились в гнилую плоть. Стрелы насквозь пробивали разложившиеся тела. Брызнули ошметки плоти, но мертвяки как ни в чем ни бывало продолжали идти вперед. Раз, два... равномерно и неумолимо. Раз, два... Еще один залп. Одна из стрел вонзилась крайнему мертвяку точно в глазницу. А он лишь крепче перехватил топор - и мерно пер дальше. Четыре десятка мертвяков уже спустились в лощину. Первый ряд начал подъем к отряду, упрямо не замечая залпов лучников. Один, получив сразу три стрелы в бок, мотнулся от удара, упал на колени и завалился на спину. И затих. Следом упал второй, третий... Hо остальные неумолимо шли вперед. В руках у гномов сверкнули кремни, и в воздух взвились шесть дымных полос. Склянки с огненной смесью упали в колонну мертвяков. Первая ударила в обнаженный череп - и взорвалась. Куски черепа фонтаном взметнулись вверх, мертвяк рухнул. Его соседу оторвало руку, огромный топор рухнул вниз и отхватил полступни. Труп зашатался и рухнул. Еще одна склянка упала в траву, с хрустом лопнула - но не взорвалась, только подпалила траву. Оставшиеся четыре воткнулись в тела - гнилые, сочащиеся гноем остатки плоти, - и их фитили потухли. Первый ряд мертвяков - уже только из двоих - был совсем близко, в десяти ярдах от гномов... Гномы бросились назад. - Все, готовы, - довольно рыкнул Джерр. - Сейчас от твоего отряда ничего не останется. Hо не все гномы бросились назад. Четверо отступили, а двое вытащили новые склянки и хладнокровно чиркали кремнями, поджигая фитили. До мертвяков было уже полметра, и ближайший взмахнул топором... и тут лучники дали залп - и оба мертвяка в первом ряду свалились, напичканные стрелами. Взвились две дымные полосы. Склянки упали в центр отряда. Первая снова попала кому-то в гнилую руку и потухла. А вторая легла удачно. Склянка упала между мертвяками, прямо в кошель с восточным порошком, один из оставленных гномами в лощине. Взрыв склянки - и сразу же взорвался кошель с порошком, опалив все вокруг огнем. И тут же затрещали взрывы вокруг - это вспыхивали соседние кошели, умело разбросанные гномами. По лощине пробежала волна огненная волна из десятка взрывов. Земля тяжелым фонтаном накрыла центр отряда. Из облака гари летели оторванные руки, ноги, головы... тяжелое лезвие топора вылетело далеко вверх - и со свистом вонзилось в убегавшего гнома, перерубив надвое. Hо первые ряды мертвяков упрямо карабкались на холм. Взрывы сорвали с них плоть, обнажив кости. Hо гнилые руки все еще крепко сжимали топоры. - Черт! - рыкнул Джерр. - Те два гнома - точно герои! Оба гнома-героя бросились в стороны, улепетывая из-под огромных топоров. Эльфы перестали метать стрелы. Берсерки перед ними вскочили на ноги и бросились на мертвяков. Огромные, могучие дети севера, нажевавшиеся мухоморов. Боевые вопли взметнулись в небо, огромные двуручные мечи варягов закрутились, словно стальные вихри - а мертвяки так медленно двигались... Разложившаяся плоть так и брызнула в стороны - кисти, локти, плечи... Hо у мертвяков все еще было двукратное преимущество в числе перед варягами. Мечи рубили склизкие руки, с чавканьем втыкались в тела... Hо вот один берсерк поскользнулся на гнилой плоти, всего на миг опустил глаза - и тут же ржавый топор отхватил ему правую руку. Топор ритмично поднялся - и так же неспешно опустился, снеся варягу полголовы. Подскочил другой варяг - и его меч вонзился в грудь удачливого трупа. Hо мертвяк все так же размеренно замахивался, пока второй меч не пробил его бедро... И тут же на голову увлекшегося варяга обрушилось иззубренное лезвие, разрубив его почти до пояса. Два погибших варяга разбили строй - и берсерки смешались с мертвяками. Hа восемь берсерков было четырнадцать мертвяков - варяги были обречены. - Дожмут их мертвяки, - сказал Джерр. - Строй! - вдруг взревел один из варягов. Словно грохот грома прокатился между холмами: - Сомкнуть! Этот рев пробился даже в задурманенные мухоморами и жаждой крови головы берсерков. Варяги быстро сомкнули строй, потеряв всего двоих. Встав кольцом, они умело оборонялись от дюжины мертвяков. Один мертвяк лишился руки, отлетела голова второго, еще один упал на подрубленную ногу... Берсерки переломили бой. - Дьявол... - выдохнул Джерр. - Тот варяг тоже герой... - И волхв, - хмуро бросила Кэриан. - Четыре героя?! - ужаснулся Джерр. - Hе трясись, чешуйчатый, - презрительно бросила Кэриан. Свистнуло - и мимо ее виска пролетело копье, выбив локон. Второе копье вонзилось в бок демона. Джерр с ревом крутанулся, закрывая хрупкую эльфийку своим телом. С другой стороны холма к ним поднимался отряд темных копьеносцев. Иссушенные скелеты, увитые голубыми плащами, скользили над землей, едва касаясь травы. Hе будь за их спинами тяжелых колчанов с копьями - так и взмыли бы в небо на струях теплого воздуха. Их привлекла Кэриан. Эльфы - смертельные враги Падших лордов, еще хуже людей и гномов. Копьеносцы целились в нее, демона задело случайно. Еще два копья перелетели вершину холма и упали по ту сторону, пятое копье вонзилось в землю, чуть не пришпилив ногу Кэриан. - Займись родственничками, - процедила она сквозь зубы, скидывая с плеча лук. - Р-родственнички, так вас и так, - рыкнул Джерр, вырывая из бока копье. Пригнув голову, он рысцой устремился на копьеносцев. Hе обращая внимания на Джерра, они опять метнули копья в эльфийку. Копья скользнули над самой головой демона. А из-за спины с тугим звоном пронеслась стрела эльфийки и вонзилась в грудь крайнего копьеносца. Пробив его насквозь, она вырвалась из спины, выбив длинную полосу костной трухи. Джерр подскочил к темным - и замолотил когтистыми лапами по хрупким скелетам. Копьеносцы недоуменно заухали, - чего это свой демон напал на них? А Джерр кромсал плащи и ломал трухлявые кости. Упал один, второй... Копьеносцы бросились в стороны, но демон был проворнее. Кэриан тоже не теряла времени. Крайнего копьеносца она добила сама. - Быстрее за отрядом! - скомандовала Кэриан. - Да куда они денутся... - начал Джерр, забираясь на вершину холма - и осекся. Внизу уже не было отряда. Только куски зеленоватой плоти, ржавые топоры... Пять трупов берсерков, разрубленный гном - и все. Отряда и след простыл. Вот это скорость! - К реке! - бросила Кэриан и побежала вниз, забрасывая на плечо лук.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Александр Юринсон

Сведите ваши счеты

Нет, что ни говорите, а иногда, как бы мы этому ни противились, реклама влияет на принятие наших решений. Она нет-нет да прошмыгнет в ухо, и, вылетя из другого, успеет побренчать в голове, и долго-долго там еще будет гулять неслышное звонкое эхо. Но ведь не всегда это плохо, не правда ли?

Реклама выскочила, когда я смотрел занятный, во всяком случае добротно сработанный фильм. Интенсивное действие происходило на некой технически перезрелой планете, и я не сразу заметил, когда пошла рекламная пауза.

Казменко Сергей

БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ

Тугрина я не люблю.

Его никто не любит. За что его любить? Уж не за то ли, что он постоянно зудит над ухом о необходимости строго соблюдать инструкции, об ответственности за свои поступки и прочей подобной ерунде? Или, может, за то, что он постоянно всем недоволен и постоянно показывает свое умственное превосходство над окружающими? Или, может, за то, что он без конца напоминает о совершенных когда-то ошибках? Его послушать, так все мы давным-давно были бы уже покойниками, не будь в нашем экипаже дорогого Тугрина. Другие как-то летают без его помощи - и ничего, и даже процент аварийности на нашей линии вот уже три года как почти не растет. Так что будь моя воля, я бы таких Тугринов на пушечный выстрел не подпускал к Галактическому флоту.

Александр Плонский

Интеллект

- Природа милостива к человечеству, но безжалостна к человеку, произнес Леверрье задумчиво.

- Превосходная мысль, Луи, - похвалил Милютин. - И, главное, очень свежая!

Они сидели в маленьком кафе на смотровой площадке Эйфелевой башни и любовались Парижем, заповедным городом Европы.

- Мы не виделись почти четверть века, а желчи у вас...

- Не убавилось? Увы, мои недостатки с годами лишь усугубляются.

Александр Плонский

Работа за дьявола

Фантастический рассказ

Я остался в живых, это правда, хотя не могу ей поверить, настолько она неправдоподобна: разве так бывает, чтобы из многих миллионов мужчин, женщин, детей уцелел один человек? Как я оказался среди людей, находящихся на неизмеримо более низком уровне развития по сравнению с нашей, погибшей, цивилизацией? Кто они, эти люди, и что за мир, в котором им суждено обитать? Неужели мы их просто не замечали, мы, познавшие сущность вещей, достигшие высшего знания? Может быть, к лучшему, что они так далеки от него и не скоро одолеют путь, приведший нас к трагической развязке? Почему все-таки я уцелел? Не оттого ли, что еще не выполнил свое предназначение? А в чем оно, разве от меня зависит ход истории? Зависит! Ведь я могу сыграть роль летописца, и если спустя века мои свидетельства дойдут до людей грядущей цивилизации, то пусть послужат им предупреждением! Я ничего не забыл и никогда не забуду. Сквозь прикрытые веки с потрясающей ясностью вновь и вновь вижу вздымающуюся в мучительном пароксизме землю, осколки, совсем недавно бывшие благополучными домами, дождь щебня и пепла, хлещущий с неба. И даже в полной тишине слышу грохот, тупые удары падающих глыб, крики обреченных. Мое лицо лижут языки пламени, и я обоняю запах горелой плоти... Да, я пожизненно в эпицентре кошмара, парализованный ужасом, уязвимый и беззащитный. Молчу, не от мужества, а потому что онемел и даже, кажется, перестал дышать. Люди вокруг умирают, и я умираю в каждом из них. Всё это повторяется, как закольцованная лента в театре иллюзий. Повторяется, но не утрачивает остроты. И я снова - в который раз! - теряю сознание, подмятый громадной волной. А перед тем, как потерять сознание, тупо думаю: "Это конец..." Это и есть конец, в котором повинны мы сами. Мы шли к нему настойчиво и целеустремленно. Шли вперед и вперед дорогой прогресса...

Селин Вадим

Половина половины

Жесткие мысли

Над домом повисли:

Красные полу-утёсы,

Бело-синие горе-матросы,

Полу-бритва, полу-мина

И вся жизнь наполовину,

Полу-бритвой полу-миной

Свою жизнь наполовину

Полу-подарю кому-то

Полу-правда, полушутка...

Полу-шепот, полу-хрип,

Полу-голос, полу-грипп.

Полу-мы? Полу-они?

Полу-дети - полу-люди полу-луны?

В странном мире живут персонажи этого рассказа. Время меняется у них как погода - вчера могут быть восьмидесятые годы, а завтра вполне могут наступить пятидесятые. Вместе с изменением времени меняется все: транспорт, мода, отношение людей друг к другу. 

— Мама!

— Да, Габи.

— Мама, а когда падает звезда, кто-нибудь умирает?

— Нет, сынок, никто не умирает, это просто метеоры.

— Такие камешки?

— Да, камешки.

— А почему они светятся?

— Спи, Габи. Утром приедем домой, и ты спросишь папу. Он объяснит лучше.

— Хорошо, мама.

Иону разбудил холод. Несмотря на звукоизоляцию, из ближайшего ночного бара доносилась музыка, втекавшая в каюту как отдаленный шум океана. Она попыталась включить свет, но неоновая лампочка едва тлела, не разгоняя черных теней под мебелью. «Пожалуюсь стюарду», — Иона раздраженно надавила ручку: дверь не дрогнула. Пробовать еще раз она не стала. Поняла: что-то случилось. Осторожно сняла трубку видеофона. Экран остался темным. Механический голос монотонно повторял: «…сохраняйте спокойствие. Авария энергоснабжения. Помощь в пути. Запомните, что следует сделать…» Она положила трубку. Тихо вернулась к постели и укрыла сына вторым пледом. Потом легла рядом с ним и заплакала. Становилось все холоднее, и в воздухе уже чувствовался удушающий запах горелого.

Рассказ. Установить контакт с частичкой земной цивилизации — отколовшейся, но целой — что может быть благороднее… и прибыльнее? Вот только эти черти не понимают современного языка, что же делать? Не беда, на помощь всегда придет переводчик.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Анатолий МАЛЫШЕВ

ТРАНСМИГРАНТ

Поклонники целесообразности, милые фаталисты рационализма все еще дивятся премудрому "кстати", с которым являются таланты и деятели, как только на них есть потребность, видавши света, сколько способностей, готовностей - вянут, потому что их не нужно.

А. И. Герцен. Былое и думы.

БУДНИ РАБОТНИКА ТРАНСМИГРАНТА

Прошло, наверное, около часа, пока я дожидался Христоперского - веселое занятие в осеннем холодном коридоре!

Анатолий Федорович Малышев

ЗАГАДКА ИДОЛА

Научно-фантастическая повесть

ОГЛАВЛЕНИЕ

Письмо

Наваждение

Древними тропами

Неточность в миллион лет

Улыбка Идола

Идол № 17

Неожиданная исповедь

Вокруг улыбающегося Идола

Загадка улыбающегося Идола

Предназначение

Последний дар Идола

Есть некоторые основания предполагать, что все эти солнца, сияющие нам с небес, освещают и согревают вокруг себя чью-то жизнь и чью-то мысль.

Борис Малышев

Бегемот и бабочка

(Африканская сказка)

Где-то в Африке, почти у самого экватора, в большом болоте, не пересыхающем даже в самую сильную жару, жил, и, соответственно, был бегемот. Как и любой бегемот, он имел большое пузо, маленькие ушки и глазки. Больше всего он любил изо дня в день лежать на мелководье в грязи и нежиться на солнышке, что простительно для всего рода "толстокожих", как называют себя бегемоты между собой. Жившие по соседству с ним бегемоты хорошо относились к нему, еды было вдосталь короче, что еще нужно для бегемота в самом расцвете сил?

Эрнст Малышев

"Вирус" Тенча

1

Начальник отдела компании "Крей Рисерч" Томас Зайдер, сухощавый, сорокадвухлетний брюнет с упрямым взглядом темных, почти черных глаз, прохаживаясь по застекленному коридору, не сводил взора с суперкомпьютера последней модели, созданного гением Крея.

В "Крее-4", также как и в предыдущей ЭВМ - "Крей-3", использованы чипы, изготовленные из арсенида галлия. Машина была оснащена 64 процессорами, в ней использован так называемый метод "параллельной обработки данных". Этот суперкомпьютерный монстр мог творить буквально чудеса. Он развивал скорость до 10 миллиардов операций в секунду. ЭВМ выполняла разнообразные сверхсложные задачи.