Виктор Пелевин. Синий фонарь

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Виктор Пелевин. Синий фонарь. / Худ. А.Астрин.-- М.: Текст, 1991 (Альфа-фантастика).-- ISBN 5-8595-0013-0.-- 316 с.; 100 т.э.; ТП; 60х90/16. ____________________________________________________________

Сборника Пелевина мы ждали долго и с нетерпением. Этот автор вошел в литературу, как входят только будущие классики. Он никому не подражал и, кажется, ни у кого не учился -ему это было не нужно. Он просто писал -- и пишет -- так, что читающий его рассказы начинает терять связь с реальностью. Это потрясающее ощущение, и всякий, кто не испытал этого, пусть немедленно найдет и прочитает эту книгу.

Другие книги автора Сергей Валерьевич Бережной

Бережной Сергей

____________________________________________________________ Аркадий СТРУГАЦКИЙ, Борис СТРУГАЦКИЙ. Понедельник начинается в субботу; Сказка о Тройке. / Послесл. А.Щербакова; Худ. А.Карапетян.-- СПб.: Terra Fantastica, 1992 (Золотая цепь; 2).-- ISBN 5-7921-0007-1.-- 416 с., ил.; 100 т.э.; ТП; 60х90/16. ____________________________________________________________

Издание это имеет несколько преимуществ по сравнению с уже существующими. Во-первых, как указано на шмуцтитуле, это оригинальный текст, в котором восстановлены "тонкие" моменты, по разным причинам удаленные из предшествующих редакций. Некоторые из таких фрагментов, прорвавшись единожды в печать, после исчезали (как, скажем, известное упоминание об "опричниках тогдашнего министра госбезопасности Малюты Скуратова" -- с.80-81). Некоторые не появлялись доселе вообще -- например: "Есть еще области, порабощенные разумными паразитами, разумными растениями и разумными минералами, а также коммунистами" -- с.182. (Внимательный читатель заметил, _что_ в этой фразе резануло глаз редактора -- то, конечно же, что коммунисты, вопреки исторической логике, не названы разумными наравне с минералами.) Заметно изменились "Послесловие и комментарий" А.Привалова. Восстановлено похвальное слово об иллюстрациях (о них чуть ниже), отработан "логический ляп", допущенный магистрами в третьей части, когда они фантазируют о возможном окончании земного пути Януса Полуэктовича Невструева. Шлифуя текст, Борис Натанович воспользовался практически всеми наработками группы "Людены" (например, во второй главе первой части впервые правильно процитирован роман А.Толстого "Хмурое утро" -- "сардиночный нож" наконец-таки заменен "сардиночным ключом"). Слегка досадно лишь, что автор и издатели забыли в спешке поблагодарить ребят. Единственную крупную лажу, допущенную издателями, я, к стыду своему, пропустил и мне указал на нее Андрей Чертков -- кстати, редактор этой книги. На странице 226 упоминается "расстрел на Сенной площади" -- конечно, имеется в виду расстрел на Сенатской. Указываю специально, дабы грядущие издатели не принялись перепечатывать этот ляп, как это уже случилось с "сардиночным ножом". "Сказка о Тройке" вошла в сборник в варианте, ходившем в самиздате и впервые напечатанном "Сменой" в 1987 году. Слава Богу, Борис Натанович оставил попытки совместить оба варианта повести, -- кажется, "совмещенный" вариант из двухтомника "Московского рабочего" ясно продемонстрировал, что нет ничего лучше первоисточника. Каковой здесь и представлен в первозданной красоте. (Когда еще придется писать о "Сказке" -- была не была! -рискну влезть. В отличие от большинства повестей Стругацких, "Сказка" заметно слаба финалом. В течение всей повести авторы гениально издеваются над тем, что некогда было тонко названо "административным восторгом" -- и этот процесс очевидно важнее результата. Оба существующие варианта финала повести совершенно неудовлетворительны: в одном из них Кристобаль Хунта и Федор Симеонович Киврин буквально пинками разгоняют Тройку, что реалистичным путем решения проблемы назвать трудно, а в другом магистры борются с Тройкой ее же собственными -- административными -- методами, что гораздо реалистичнее, но более чем уязвимо с этической точки зрения. Так или иначе, финал дает читателю иллюзию, что с Тройкой можно справиться -- как и все иллюзии, она не то что вредна, но просто опасна. Ни в одной другой своей вещи Стругацкие до подобного обмана читателя не опускались.) И, наконец, об иллюстрациях. Наконец-то кто-то решился поспорить с Мигуновым! Браво, Андрей Карапетян! Браво за смелость! Прежде всего, художник абсолютно точно подметил, что две эти повести должны быть проиллюстрированы в совершенно разных манерах. Если "Понедельник" требует подхода именно _иллюстративного,_ то "Сказке" необходимы иллюстрации гораздо более философские. Вряд ли можно спустить Карапетяну то, что он, конкурируя с Мигуновым, опирался в своих работах во многом именно на его иллюстрации к "Понедельнику" -- это заметно по сюжетам и композиции очень многих "картинок". Повторен был даже сам принцип иллюстрирования: сочетание полосных иллюстраций с иллюстрациями непосредственно в тексте. С другой стороны, язык не поворачивается выдвигать в адрес Карапетяна какие бы то ни было обвинения: я, как и большинство читателей, как, наверное, и сам Карапетян, так сжился с "мигуновским" видением "Понедельника", что иной подход вызвал бы чисто рефлекторное психологическое отторжение. С тем большим удовольствием хочу подчеркнуть очевидные удачи Карапетяна: в первую очередь, это совершенно обалденные кот Василий на страницах 27 и 48 и прижатое креслом блюдо на паучьих лапах на странице 147. В принципе, находкой можно считать и то, что Привалов, Корнеев и прочие магистры изображены обычно несколько более плоскими, чем, скажем, антураж музея в Изнакурноже. Это вполне сочетается с мнением Привалова о реалистичности собственного образа в повести (см. "Послесловие и комментарии"). Зато иллюстрации к "Сказке о Тройке" выше любой критики. Здесь Карапетяна никакие стереотипы не сковывали. Шедевр на шедевре! Какой полковник на странице 255! Какая пластика полосных иллюстраций! А как прекрасно замечен -- и подчеркнут -- художником намек авторов на постоянное присутствие в действии Панурга, злобного шута! Если бы в России была премия за лучшие иллюстрации года, то я без малейших колебаний голосовал бы за присуждение ее Карапетяну -- и именно за иллюстрации к "Сказке о Тройке". И, конечно, нельзя не упомянуть прекрасное послесловие Александра Александровича Щербакова. (Кстати, перечитал его и обнаружил схожие со своими речения насчет финала "Сказки"... Исправить, чтобы не повторяться? А-а, ладно.) Всем бы книгам такое. Так что стоять этому тому на моей "золотой полочке". Чего и вам-с...

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Сергей ЛУКЬЯНЕНКО. Рыцари Сорока Островов. / Худ. Я.Ашмарина.-- СПб.: Terra Fantastica, 1992 (Кольцо Мариколя; 1).-ISBN 5-7921-0009-8.-- 288 с., ил.; 30 т.э.; ТП+С; 70х100/32. ____________________________________________________________

То, что начинающий -- довольно давно уже начинающий -автор Сережа Лукьяненко решил идейно потягаться с мэтром -довольно давно уже мэтром -- Владиславом Крапивиным, нет ничего удивительного. Во-первых, это показатель того, что Сергей, начав практически с прямого подражания манере Крапивина и заимствования его постулатов, нынче из этих литературных пеленок вырос. Закон "отрицания отрицания" Госдумой пока еще не отменен, поэтому Сергею просто необходимо было круто разобраться со своим литературным происхождением -- и "отрицнуть" его как следует. Что он и проделал довольно убедительно, написав "Рыцарей Сорока Островов".

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Колин Уилсон. Мир пауков. Книга первая: Башня. / Пер. с англ. А.Шабрина; Предисл. А.Тюрина; Худ. Е.Осипов.-- СПб.: Орис; Позисофт, 1992 (SFинкс).-- ISBN 5-8843-6001-0.-- 477 с.; 50 т.э. ____________________________________________________________

Kолин Уилсон известен у нас в стране в основном по переводу его романа "Паразиты мозга" ["The Mind Parasites", 1967]. Роман (в переводе, кстати, того же А.Шабрина) производил довольно неплохое впечатление -- в основном благодаря тому, что автор замечательно изображал интеллектуальность. К тому же весьма приятно смотрелись сюжетные ссылки на произведения Лавкрафта: это вводило роман в литературный "контэкст". В новой своей трилогии, "Мир пауков", первая книга которой ["Spider World 1: The Tower", 1989] объявилась на наших лотках летом 92-го, Уилсон, по-видимому, решил не утомлять читателя изложением каких-то особенно интеллектуальных или, что еще хуже, принципиально новых концепций. Мир вполне первобытно живущих людских прайдов, кусаемых со всех сторон гигантскими пауками, жуками и прочими сколопендрами, стар, как сама НФ: Лейнстер написал свою "Сумасшедшую планету" еще в 1919 году. А что касается блестящего наблюдения, что подавляющему большинству homo sapiens все равно, кому задницу лизать, так первым это отнаблюдал аж Джонатан Свифт.

«КУРЬЕР SF»

Фантастика в литературе и кино

№ 11 — 22 мая 1995

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Филип К.ДИК. Убик. / Пер. с англ. А.Лазарчука; Суперобл. Т.Опритовой; Ил. А.Карапетяна.-- СПб.: Terra Fantastica, 1992 (Оверсан; 2).-- ISBN 5-7921-0011-X.-- 316 с., ил.; 50 т.э.; ТП+С; 70х100/32. ____________________________________________________________

Спасибо, Андрей! Второй раз спасибо!

В первый раз это -- именно _это_ -- "спасибо" прозвучало в 1985 году, когда Андрей Чертков дал мне почитать самиздатовского "Убика". Это был редкий кайф! Редчайший! Я обалдел ващще.

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Гарри ГАРРИСОН. Да здравствует Трансатлантический туннель! Ура! / Пер. с англ. В.Рыбакова; Суперобл. и ил. Т.Опритовой.-- СПб.: Terra Fantastica, 1993 (Оверсан; 3).-ISBN 5-7921-0014-4.-- 284 с., ил.; 50 т.э.; ТП+С; 70х100/32. ____________________________________________________________

Во-первых, нужно было найти еще неизданного на русском "доконвенционного" Гаррисона -- задачка не для ленивых. Нашли. Перевели. Издали.

Сергей Бережной

Гаррет П. Сирвисс: Человек, который нанес ответный удар по Марсу

Гаррет Патмэн Сирвисс (Garrett Putman Serviss, 1851-1929) получил прекрасное образование: сначала изучал астрономию в Корнелле, затем занимался юриспруденцией, разменяв четвертый десяток обратился к журналистике, и только разменяв пятый - к художественной литературе. Среди его научно популярных книг по астрономии - "Астрономия с театральным биноклем" ("Astronomy with an opera-glass", 1888) и "Эволюция Солнца и планет" ("Solar and planetary evolution", 1889). Именно Сирвисса цитирует Лавкрафт в финальном абзаце рассказа "По ту сторону сна" ("Beyond the Wall of Sleep"), в котором упоминается сверхновая в созвездии Персея...

Бережной Сергей

ЛЮБОВЬ К ЗАВОДНЫМ АПЕЛЬСИНАМ

В российской фантастике большие перемены. Грозная "четвертая волна", вспухшая еще в начале восьмидесятых, сначала потеряла большую часть мощи от удара о тупые волноломы госкомиздатов, после раздробилась о рыночные пирсы и то, что она вынесла на книжные лотки, можно пересчитать буквально по пальцам. Но зато -- какие имена!

Вячеслав Рыбаков. Писатель от Бога. Пишет мало, но практически все, им написанное, неправдоподобно талантливо. Как соавтор сценария фильма Конст. Лопушанского "Письма мертвого человека" получил Госпремию РСФСР. Издал пока две книги: роман "Очаг на башне" в некогда нашумевшей серии "Новая фантастика" и сборник "Свое оружие". И то, и другое сейчас в принципе невозможно достать: разошлось по любителям. Сам себя считает невезучим: бесконечно долго не может выйти три года назад подготовленный сборник "Преломления", задерживается книга в серии "Русский роман"... И, в то же время -опубликованный в "Неве" новый роман "Гравилет "Цесаревич" (произведение, на мой взгляд, очень сильное) получает престижнейшую премию Бориса Стругацкого "Бронзовая улитка" как лучший фантастический роман прошлого года. И пренебрежительно игнорируется номинаторами Букера...

Популярные книги в жанре Публицистика

«Было часов 7 вечера, когда мы выехали за Серпуховскую заставу. Мы ехали на автомобиле, я и Ив. Ив. Попов, как делегаты московского Литературно-художественного кружка; с нами ехал сын И. И. Попова, студент.

За заставой сначала – предместье с низенькими домами, потом черная, ночная даль с квадратными силуэтами фабрик на горизонте, похожих на шахматные доски, разрисованные огнями…»

К 70-летию со дня рождения И. А. Ефремова

Библиотекарь. 1960. № 12. С. 43–44.

Верховная Рада в последние годы превратилась чуть ли не в главнейший дестабилизатор Украины. И народное терпение когда-нибудь прольётся через край. Сборище семейных кланов, криминальных группировок, представителей крупного капитала, клоунов и циркачей на публику — вот что собой представляет украинский парламент.

Екатерининский большак — та самая старая калужская дорога, о которой сложены русским народом хорошие песни… Седой край… Мне бы надо начинать свое описание с Кудеяра-Разбойника, ибо жил такой в калужских лесах в старые годы и имел соприкосновение с предметом моих исследований. А на руках у меня запись из доклада председателя ВСНХ, деланного им на третьем пленуме ЦК ВКП (б), в которой говорится о разительных результатах специализации производства, получившихся на Полотняно- Заводской фабрике. А фабрика та ведет историю свою от тех лет, когда ходили по земле лютые Кудеяры.

«Эта пушкинская драма, принадлежащая к числу высочайших достижений мирового искусства и напряженнейших пушкинских вдохновений, благодаря своей глубине и беспримерной краткости всегда остается несколько загадочной. Хочется снова и снова всматриваться в эту жуткую и темную глубину первозданного естества человеческого. Пушкинская пьеса, вмещающаяся на нескольких страничках и состоящая всего из двух сцен, есть воистину трагедия, в которой обнажаются предельные грани человеческого духа. Отсюда и ее торжественная серьезность, и религиозная проникновенность. Перечитывая и передумывая ее, проникаешься новым восторгом и суеверным почти удивлением перед этим чудом пушкинского творчества, которому так многое открыто в его вдохновениях…»

«История не запомнит таких преступлений, каким является цареубийство 1-го Марта по своей небывалой жестокости и безумной беспощадности, по обстоятельствам, при которых оно было совершено. Тут злодей выходит на людное место, покушается на жизнь открыто, на жизнь, окруженную ореолом величия и народного обожания. В фактах такого порядка лежит настоящий источник революционных потрясений общества и глубоких душевных болезней. В этих же фактах, не без основания, ищут причин вырождения нормального человека, неправильности его душевного развития, повальной болезни, мало-помалу подтачивающей общественный организм и, наконец, проявляющейся в таких страшных формах, что в существовании её приходится всем убеждаться, а для её излечения оказывается необходимым принять крайние и радикальные меры…»

«В обстоятельном труде Ноэля Парфэ о генерале Марсо («Le Général Marceau. Sa vie civile et за vie militaire») особая глава посвящена интересному романтичному эпизоду, с которым неразрывно связывается имя этого героя революционной армии Франции решительно во всех его биографиях. Дело идет о девушке из Вандеи, Анжелике де-Мелье. Из тех тысяч, которые в Вандее пали жертвою Конвента, в истории сохранилось только имя этой Анжелики…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Владимир Савченко. Должность во Вселенной. / Худ.Е.Шуляк.-Киев: Укр. письменник, 1992.-- ISBN 5-3330-0886-8.-- 416 с., ил.; ТП; 84х108/32. ____________________________________________________________

Новый -- и, надо признаться, долгожданный -- роман Владимира Савченко разочаровывает до невероятия. Всегда грустно, когда талантливый и умный человек вместо того, чтобы хорошие книжки писать, вдруг принимается просвещать человечество относительно пути, коим ему, человечеству, следует идти. Пусть даже не в социальном плане, а в мировоззренческом -это, конечно, далеко не так избито, но не менее скучно.

Сергей Бережной

Волшебник из Умрудного города (обзор новинок)

"Боевой листок" от 22 мая 2001 года

Hазвание этого обзора рухнуло на меня в субботу, когда я ходил по "Крупе" и напропалую карандашил новинки для этого обзора. Хожу это я, значит, и вижу на лотке незнакомую книжку с названием, определенно относящимся к фантастике. Hо книжка эта прикрыта сверху другой фэнтезятиной и полностью ее названия я не вижу, читается только начало - "ВОЛШЕБHИК ИЗ..." Hу, дальше можно не рассказывать, вы уже догадались, откуда был волшебник. Впрочем, могу добавить, что я выкопал-таки заинтриговавшую меня книжку из завала, и только после этого понял всю глубину своего, мнэ-э, падежа. Бесспорным хитом недели был новый двухтомный роман Hиколая Перумова "Одиночество мага", выпущенный в серии "Абсолютная магия", - третья книга цикла "Хранитель Мечей". Эту книгу хором ждали и читатели (меня человек пятьдесят за последние полгода доставали вопросами - когда), и продавцы, которых тоже задолбали вопросами. Поэтому буквально все задолбанные продавцы мгновенно выставили двухтомник на самые видные места - чтобы покупатели, наконец, от них отстали. Hаивные - теперь их начнут мурыжить вопросами насчет четвертой книги цикла... Из "событийных" книг следует выделить новый роман Василия Звягинцева "Время игры", которым "ЭКСМО" открыло серию фантастики, как я понимаю, с элементами альтернативной истории. Помимо всего цикла "Одиссей покидает Итаку", в серии выйдет переиздание романа Лазарчука и Успенского "Посмотри в глаза чудовищ". Туда же отлично подстраивается переиздание "Ока Силы" Андрея Валентинова - впрочем, этот цикл анонсирован в "Hити времен". Hо что мешает сделать два параллельных издания? Дарю идею. Hаконец-то я увидел полностью вышедшее шеститомное собрание сочинений Владимира Орлова. Его выпустила "Терра - Книжный клуб", а потому найти его на рынке можно с трудом - но все-таки можно. Для интересующихся привожу состав шеститомника (обратите внимание, что ни один книжный Интернет-магазин весь комплект пока не освоил - а жаль):

Сергей Бережной

Все мы в чем-то немножко Иные

(о фильме "Ночной Дозор", 2004)

Обозрение фантастики: Cайт Сергея Бережного на Русской Фантастике

c Сергей Бережной, 2004

"Ночной Дозор" (2004)

Режиссер: Тимур Бекмамбетов

В ролях: Константин Хабенский, Владимир Меньшов, Галина Тюнина, Виктор Вержбицкий, Мария Порошина, Алексей Чадов, Валерий Золотухин, Николай Олялин, Гоша Куценко, Игорь Лифанов, Римма Маркова, Жанна Фриске и другие.

Сергей Бережной

Эпический канкан

Ирина Андронати, Андрей Лазарчук. За право летать (Цикл "Космополиты"):

Роман. - М.: АСТ, 2002. - 384 с. - (Звездный лабиринт).

Школа каждого из нас научила: Лев Hиколаевич Толстой имел основания подозревать, что его "Война и мир" не укладывается в жанровые рамки романа. Хоть что хошь с ней делай - а не укладывается. Оказывается она ширше этих рамок, хоть они тресни. Велик был графов роман для таких рамок. Hам еще повезло, что эти рамки от Толстого не сильно треснули. Страшно предположить, что было бы, если бы классик их своим величием просто снес начисто. Hо не будем о грустном. Будем о веселом. В давние мохнатые времена - в конце 80-х, кажется - я написал по поводу повести некоего автора (не будем говорить - чьей, хотя его фамилию все знают), что, дескать, не дело это - мешать в одном ведре буффонаду и гиньоль. Скажем прямо, был я в том частном случае излишне назидателен (хотя и прав - именно в том частном случае). Потому как автор, у которого все в порядке с чувством меры, может мешать любые коктейли любого состава и в любой посуде. И потом его смеси можно будет даже с удовольствием пить. Берешь книгу в руки с предощущением. Авторов знаешь. Стиль их знаешь. Возможности и рамки. Степени свободы. Законы жанра, в конце концов. Hу и что мы имеем в итоге? Авторы говорят - "космическая опера". Hю-ню (это, пардон, не наезд на H.Ю., это междометие!). Щаззззз. Я сначала думал, что это "космическая оперетта". Или, как у Булгакова - "оперетка". Угу. Черта с два. Это, извиняюсь, вообще новое слово в космической фантастике - "космическое варьете". Я сейчас буду общее впечатление передавать, без отсылок к сюжету. Вы не стойте, сядьте, это же театр, а не митинг. Спектакль вполне связный и осмысленный, хотя и выглядит как ряд совершенно разных номеров абсолютно разных артистов предельно разных жанров. Маэстро, увертюру. Струнные: тирьям-пам-пам. Рояль: тири-тири-ту. Литавры: бляммммммм!