Вертопрах

Вертопрах

Рассказ Аделаиды Котовщиковой «Вертопрах» был опубликован в журнале «Искорка» № 8 в 1976 году.

Отрывок из произведения:

Тени стали длинными. Море внизу, под горой, лежало огромное, тихое, лимонно-жёлтое. Стволы сосен отсвечивали красным. Сильно пахли цветы табака. На южный посёлок спускался вечер.

Пятиклассник Серёжа Глазов, ударом ноги открыв калитку, зашагал по дорожке. Дверь на веранду была открыта. Серёжа вошёл в комнату и с порога огляделся.

Вся троица дома. Первоклассница Галка за столом сосредоточенно рисует. На полу, среди разбросанных игрушек, трёхлетняя Таня что-то сердито шепчет кукле, должно быть, бранит за проказы, которые сама же натворила. Санька скрючился на диване, подобрав колени к подбородку и уперев в диван острые локти. Перед ним раскрытая книга, а уши плотно заткнуты пальцами.

Другие книги автора Аделаида Александровна Котовщикова

Дорогой читатель!

Нет ли у тебя дела, занятия, которое тебе особенно нравится? Наверно есть. Большинство ребят чем-нибудь увлекается. У одних это — футбол, у других — туристические походы, у третьих — рисование или музыка, у четвёртых — шахматы. А вот один мальчик больше всего на свете любил решать задачи. Попадётся ему замысловатая задачка — и он всё забудет, ни на что не обращает внимания. Чтобы заполучить интересные задачи, ученик второго класса Матвейка Горбенко готов был и в чистописании, которое терпеть не мог, постараться, и за любого лодыря решить всё, что задано, даже тайком решить… Словом, и на хорошие и на, прямо скажем, неважные поступки шёл ради своей любимой арифметики. И сколько же с ним всяких происшествий случилось из-за его увлечения задачами, цифрами.

А пятиклассница Стеша Федотова любила птиц. Она наблюдала за ними, изучала их повадки, а иной раз и приручала. Весной, осенью и зимой — как раз в учебное время — в тех местах бывает особенно много птиц: они там зимуют, задерживаются при перелётах. Ведь Матвей, Стеша и многие другие ребята жили и учились в школе-интернате на юге, в Крыму.

Не сразу Матвейка привык к интернатским ребятам, — очень скучал без папы, который уплыл на корабле в далёкую экспедицию, без бабушки, тосковал по умершей маме. Да тут ещё на Соню Кривинскую разозлился ужасно…

О том, как и с кем подружился Матвейка, что произошло со Стешей и с «Окуньками», как прозвали ребята близнецов Окуньковых, с дядей Чертополохом, с Томкой Руслановой и Костей Жуковым, с пятиклассниками Мишей и Сашей, мечтавшими поймать шпиона, ты узнаешь, прочитав эту книгу.

В книге три повести разных лет: «Лягушка Пятнушка», «Пять плюс три», «Кто бы мог подумать?». Эти повести говорят детям о самом важном для растущего человека — о долге, о доброте, честности, умении жить с людьми, о культуре общения, — обо всём, что помогает стать настоящим человеком.

Жизнь первоклассницы Зойки полна неожиданностей, и радостных и огорчительных.

Этот детсад не похож на ленинградский. Завтракают, обедают и полдничают здесь на террасе. В саду растут кипарисы, высокие-превысокие, торчат как вытянутое свечкино пламя, только пламя светлое, а кипарисы тёмные, почти чёрные. И пальмы растут, а ведь их только на картинках увидишь. И магнолии с огромными глянцевыми листьями и цветами — с большую чашку величиной. Таких деревьев в Ленинграде нет. По стене дома вьётся глициния, вся в лиловых цветочках, и пахнет так сильно, что хочется чихнуть. Вдали горы зелёные, лесом, как шкурой, покрытые, а над ними ещё горы, лиловатые, прозрачные какие-то… И не поймёшь, близко или далеко синеет море.

Повесть Аделаиды Котовщиковой «Кто моя мама» была опубликована в журнале «Костер» №№ 7–9 в 1959 году.

В повести «Кто моя мама» писательница рассказывает о девочке Гале. Галя рано потеряла родных. Девочка часто думает о том, кто же была её мама, и пытается о ней что-нибудь узнать.

Не лёгкая жизнь сложилась у Гали, но в трудные минуты девочка не одинока: ей помогают друзья — взрослые и дети.

Молоденькая учительница антипкинской начальной школы Мария Васильевна Стержнева сидела на своей половине избы, отделенной занавеской от хозяйской, и, уронив голову на стол, горько плакала.

Но почему, почему так случилось? Значит, она плохой педагог? Не за свое дело взялась? Что же, переменить специальность? На первом же году работы? Уйти и… бросить третьеклассников?! Нет, нет! И с какой стати, собственно? Третьеклассники же у нее успевают. Из восьми учеников трое — круглые отличники. У Пети Веселова тройка по чтению, но он известный увалень, говорит, будто кашей рот забил. Да у Мани Задыкиной тройка по арифметике. Больше и отметок плохих нет. А разве она снижает требования? Нисколько!

Люди иногда врут нечаянно. Не хотят врать, а врут. Так случилось с Колей Травниковым.

В школе на перемене Сева Белов похвастался:

— А у меня что-то есть! А у вас-то и нету.

Он вытащил из кармана перочинный ножик, повертел им перед носом у ребят и прищелкнул языком.

Сразу протянулось несколько рук:

— Покажи-ка! Откуда у тебя? Дай подержать! — руки были мальчишечьи, девочки на ножик едва взглянули.

Коля замер от зависти, и ему стало ясно, что все восемь лет своей жизни он мечтал как раз о таком ножике.

Книга о детстве современного ребёнка, который стоит на пороге новой жизни, связанной со школой.

Для младшего возраста.

Популярные книги в жанре Детская проза

Сенька стоял на мосточке через речку Гремянку и смотрел в воду. Впрочем, речки сейчас никакой не было, просто ручей. А вот весной здесь и верно настоящая речка, настоящая Гремянка. Вода в ней бурлит и гремит, заскакивая через высокий берег на луг и разливаясь по нему до самого леса. Зато весной в Гремянке почти нет рыбы. Вернее, и есть она, да поймать ее никак нельзя. А сейчас ловится. Выше, за плотиной, даже окунька можно поймать граммов на двести.

За окном шел дождь. Занудный, мелкий, переходящий в ливень и вновь мелкий. Ели и сосны не шумят под дождем, как березы и осины, и все равно их слышно. Это, видимо, ветер. Струи дождя заслоняли стекла, и там, на улице, такие же струи хлестали по хвое и стволам деревьев, как хлестали вчера вечером, и днем, и утром, и позавчера, и позапозапозавчера, и все это лето.

Ветер, просто ветерок, раскачивал стволы елей и сосен, и, мокрые, они шумели не так, как сухие: они вроде вздыхали, или дышали, или вспоминали о молодости своей, когда были другие, не такие лета. Им, восьмидесятилетним, было что вспоминать.

В 1937-м году новый артековский лагерь «Суук-Су» принял детей из воюющей Испании. В окружении новых друзей, вожатых и пионеров Артека к маленьким испанцам постепенно возвращается детство.

Повесть о дружбе детей с милицией, о совместных делах со взрослыми, помогающих воспитанию подрастающего поколения.

В повести рассказывается о жизни ребят большого города, об их веселых и серьезных делах, заботах и приключениях, о том, как зарождается и крепнет настоящая хорошая дружба.

Шофер тронул Васю за плечо:

— Ну, дружок, выкатывайся! Приехали.

— Знаю, — мрачно сказал Вася. Он пошевелил онемевшими ногами, вздохнул и вылез из кабины. Разбрызгивая цепями грязь, машина рванулась во мглу. «Куда же идти?» — не сразу сообразил Вася. Дождь хлестал с осенней яростью. Тускло, словно через занавес, пробивались огни деревни. Поправив на спине мешок, Вася пошел по скользкой дороге. Стучать в ворота — не скоро услышат. По старой привычке, он перемахнул через плетень. В темных сенях взвизгнул Буйный. Закинув лапы на плечи паренька, лизнул горячим языком щеку. Вася обрадованно обхватил пса, потрепал за холодные уши.

Васька Егоров демобилизовался в декабре сорок пятого года.

Получил денежное пособие, полпуда муки вместо сахара шесть килограммов жевательной резинки в розовых фантиках. Муку продал в Бресте, жевательную резинку — в Ленинграде, на Андреевском рынке. Потом продал все материно и на то жил — раздумывал, то ли пойти учиться, то ли устроиться на работу.

Соседка Анастасия Ивановна уговаривала:

— Иди к нам, Вася. Тебя возьмут с дорогой душой, только заикнись я, что ты ученик Афонин. Вася, мы Эрмитаж ремонтируем — от желающих отбоя нет. А работаем знаешь как? Слезы к горлу — как чисто и радостно. Секретарь обкома часто к нам приезжает, Вася, и смотрит, и любуется. Наверное, сам мастер. Знает все тонкости. У нас, Вася, все беление на молоке, темпера на курином яйце. Специальная ферма есть для нашего дела, там и коровушки, и курицы. И думать нечего. Давай, Вася. Считай, что сам Афоня тебя просит.

 Повесть "Девочка в бурном море" посвящена советской пионерке, в дни войны находившейся в нейтральной северной стране, затем в Англии и возвратившейся со своей матерью домой через моря Ледовитого океана. С честью пронесла Антошка свой пионерский галстук сквозь нелегкие испытания военного времени.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В книге «Встречи» Юрий Терапиано передает нам духовную и творческую атмосферу литературной жизни в эмиграции в период с 1925 по 1939 г., историю возникновения нового литературного течения — «парижской ноты», с ее обостренно-ответственным отношением к делу поэта и писателя, и дает ряд характеристик личности и творчества поэтов и писателей «старшего поколения» — К. Бальмонта, Д. Мережковского, З. Гиппиус, В. Ходасевича, К. Мочульского, Е. Кузьминой-Караваевой (Матери Марии) и ряда поэтов и писателей т. н. «младшего поколения» (Бориса Поплавского, Ирины Кнорринг, Анатолия Штейгера, Юрия Мандельштама и др.).

Отдельные главы посвящены описанию парижских литературных собраний той эпохи, в книге приведены также два стенографических отчета собраний «Зеленой Лампы» в 1927 году.

Вторая часть книги посвящена духовному опыту некоторых русских и иностранных поэтов.

Текст книги воспроизведен по изданию: Ю. Терапиано. «Встречи». (Нью-Йорк. Изд-во им. Чехова, 1953) и представлен читателю благодаря электронной библиотеке «Вторая литература»: www.vtoraya-literatura.com

Учитывая большие хронологические рамки и объем исследуемого материала, авторы монографии избрали ключевые этапы истории: генезис и первые века русского монашества, общежительная реформа преподобного Сергия Радонежского и митрополита Алексея, распространение пустынножительства и рост числа монастырей в XV‑XVI вв., полемика по поводу типов монастырского устройства и задач монашеского служения, монастыри XVII в., значение секуляризации XVIII в. для монашества и монастырей, русское старчество, юридическое положение монастырей в XIX в., возрождение института монашества в наши дни.

Для исследователей истории России и Русской Православной церкви, студентов и широкого круга читателей.

Работа посвящена известному философу США Хилари Патнэму (род. в 1926 г.), чьи идеи и творческие поиски в немалой степени определяют “лицо” американской философии наших дней. Выбрав в качестве связующей темы в творчестве этого философа его исследования по проблеме реализма, автор выявляет внутреннюю логику в эволюции его взглядов (от “научного реализма” к концепции “внутреннего реализма” и к реализму здравого смысла) и показывает соотнесенность этой проблемы с широким спектром изысканий Патнэма в методологии науки, философии языка, гносеологии и философии сознания. Изложенный в работе материал позволяет составить общее представление о современных подходах и методах решения одного из центральных философских вопросов – проблемы реализма.

В авторской редакции

Рецензенты:

доктора филос. наук: М.И.Панов, А.Л.Никифоров

Макеева Л.Б. Философия Х.Патнэма. – М., 1996. – 190 с.

В 1930–1932 годах Н. Н. Урванцев руководил научной частью экспедиции Всесоюзного арктического института на Северной Земле, где осуществил вместе с Г. Ушаковым первое географическое и геологическое обследование островов. За экспедицию на Северную Землю Урванцев был награждён орденом Ленина.