В трубе

– Пять часов. Пора кончать! Ты слышишь, Давыдов?

– Сейчас. Что? Что ты сказал? Иди, Коля, иди домой. Я немного задержусь. Да нам и не по пути... – Давыдов вновь склонился над своей моделью.

Николай Семёнов, хитро улыбаясь, уселся возле своего токарного станка.

– А ты чего не идёшь? – спросил Давыдов.

– Я тоже решил задержаться и окончить работу.

Давыдов нахмурился, но ничего не ответил. Они как будто хотели пересидеть друг друга.

Рекомендуем почитать

СТРАННОЕ впечатление производили эти руины времен римского владычества древней Лютецией, затерявшейся среди домов Латинского квартала. Ряды каменных полуразрушенных скамей, на которых когда-то рукоплескали зрители, наслаждаясь кровавыми забавами, черные провалы подземных галерей, где рычали голодные звери перед выходом на арену… А кругом такие обычные скучные парижские дома, с лесом труб на крышах и сотнями окон, безучастно смотревших на жалкие развалины былого величия…

Началось с простокваши. Даже не с простокваши, а с молока, которое почему – то не захотело скиснуть.

Павел Иванович Симов, учитель школы при совхозе «Заря», пригласил своего приятеля, молодого рабочего совхоза Зиновия Лукьянова, которого он называл «Зиночкой», прийти в воскресенье на обед.

– Простокваша будет! – (Зиночка был большой любитель простокваши.)

Однако полакомиться простоквашей не удалось: молоко не скисло. Жена Симова, Ольга Семеновна, была смущена, выслушивая упрек мужа.

– Поздравляю!

– От души поздравляю! Тебе повезло, Левка. Со школьной скамьи и, можно сказать, прямо в капитаны воздушного корабля.

– Ну, корабль—то мой на привязи! – со смехом ответил Леопольд Миллер.

– Ему вдвойне повезло. Слушайте! Не перебивайте! – старался перекричать всех черноволосый живой Дунский. – Во—первых, этакое назначение...

– По заслугам, брат!..

– Подожди, не перебивай, Завачкин! Во—первых, этакое назначение, а во—вторых, этакая помощница. Ты будешь идиот, Левка, если не предложишь Зое руку и сердце. И я бы на твоем месте никогда не спускался на землю. Вы будете небожителями. Вы сможете пользоваться безоблачным счастьем – ведь твой «Кондор» парит выше облаков. А ты, Зойка, ты станешь родоначальницей нового человечества, рожденного на небе!

Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуговками, поклонился, подал на подносе письма и газеты, сказал:

– Утренняя почта, сэр! – и вышел, тихо ступая.

Лэйт быстро перебрал письма, отбросил их в сторону и, прихлебывая кофе из маленькой чашечки, принялся за чтение местной газеты, Он скользил глазами по заглавиям, как бы ища чего – то, и наконец остановился на одной статье и начал внимательно читать ее.

Другие книги автора Александр Романович Беляев

На 2-й стр. обложки рисунок В. ЛОГОВСКОГО.

«Константин Эдуардович Циолковский космический человек. Гражданин Эфирного Острова…

Математик, физик, астроном, механик, биолог, социолог, изобретатель, «патриарх звездоплавания» Циолковский мыслит астрономическими цифрами, считает миллионами, биллионами, миллиардами. Бесконечность не устрашает его…»

Эти слова принадлежат Александру Беляеву. Ученый-мечтатель и писатель-фантаст… Они оба мечтали о покорении космоса, оба, пусть в разных областях, работали над «великой задачей XX века».

Исследователи творчества Циолковского и Беляева обнаружили переписку между ученым и писателем.

Открыта еще одна страница, которая рассказывает о большом внимании Циолковского к фантастике и о глубоком интересе романиста к идеям космических полетов.

Переписка впервые опубликована на страницах «Искателя».

Спольдинг вспомнил счастливые, как ему казалось, минуты, когда он положил в портфель аттестат об окончании политехнического института.

Он инженер-механик, и перед ним открыт весь мир. Для него светит солнце. Для него улыбаются девушки. Для него распускают павлиньи хвосты роскоши витрины магазинов, для него играет веселая музыка в нарядных кафе, для него скользят по асфальту блестящие автомобили.

Правда, сегодня все это еще недоступно для него, но, быть может, завтра он возьмет под руку голубоглазую девушку с ярко-пунцовыми губами, сядет с ней в блестящий автомобиль, поедет в лучший ресторан города.

Александр Романович Беляев (1884 — 1942) — первый советский писатель, посвятивший всю свою творческую жизнь работе в жанре научной фантастики. Им создана целая серия увлекательных и оригинальных произведений, в занимательной форме популяризирующих интереснейшие вопросы науки и техники. В его книгах воплощены мечты о полетах в мировое пространство, о передаче мыслей на расстояние, об освоении Арктики, покорении морских глубин, овладений атомной энергией, о продлении человеческой жизни.

В настоящую книгу вошли широкоизвестные произведения А. Беляева. «Голова профессора Доуэля» (1937) — о враче-преступнике, использовавшем в корыстных целях исследования и опыты талантливого ученого, и «Человек-амфибия» (1929) — о смелой попытке усовершенствовать природу человека, дать ему возможность освоить глубины океана.

Закон причинности – это бесконечно сложный механизм из зубчатых колес и шестерен. Кто бы мог подумать хотя бы о такой связи явлений: в Свердловске молодой ученый Меценко предложил своему другу – летчику Шахову осмотреть его лабораторию. Шахов осмотрел ее, похвалил работу товарища и ушел. Только и всего. А из-за этого визита старший радист в Гонолулу едва не сошел с ума. Редактор «Нью-Йорк трибюн» разбудил по телефону среди ночи сотрудника, ведущего отдел «Новости науки и техники», заставил его писать статью, которую потом еще и не принял. Советские граждане Барташевич и Зубов целые сутки ужасно волновались, а с самим летчиком Шаховым случилось такое, чего он всю свою жизнь не забудет.

А.Р. Беляев — один из зачинателей советской научно-фантастической литературы, создавший за свою короткую жизнь более двадцати повестей и романов, несколько десятков рассказов, множество очерков, критических статей, пьес, сценариев. В сборник вошли как и хорошо знакомые читателям произведения (“Вечный хлеб”, “Последний человек из Атлантиды”, “Прыжок в ничто”), так и малоизвестные (“Золотая гора”).

Содержание:

Вечный хлеб

Последний человек из Атлантиды

Прыжок в ничто

Золотая гора

“Он обгонял время… и звал вперед…” Послесловие М.А.Соколовой

Иллюстрации: С.Ю. Ермолова

Послесловие: М.А. Соколовой

Александр Беляев – один из основоположников советской фантастики. В своих произведениях, написанных еще в 1920—1930-е годы, он предсказал современные достижения трансплантологии, генной инженерии, биохимии. В одном из его романов появился прообраз современных орбитальных станций. Но прежде всего его творчество – это гимн свободе, воспевание человека, пытающегося победить земное притяжение.

Представляем лучшие романы Александра Беляева.

Впервые повесть была опубликована в журнале «Всемирный следопыт» (1930, № 1–2). При жизни автора ни в одну из его книг не включалась, а в послевоенные годы переиздавалась неоднократно. Литературным первотолчком к работе над «Хойти-Тойти» мог послужить Беляеву рассказ французского писателя Мориса Ренара «Доктор Лерн» (под названием «Новый зверь» он был переведён на русский язык в начале двадцатых годов), в котором человеческий мозг пересаживают быку. Однако Беляев насытил не новую сюжетную коллизию новым научно-познавательным и социальным содержанием.

Впервые я узнал о профессоре Вагнере много лет тому назад. В одном журнале, который теперь трудно разыскать, я прочитал забавную историю – «Случай на скачках».

На Московском ипподроме был большой день. Афиши оповещали о «грандиозной программе», о высоких денежных призах и драгоценных призовых кубках, об участии в скачках лучших лошадей, наездников, русских и иностранных, о встрече мировых чемпионов. Скопление публики было необычайное. Завсегдатаи бегов и скачек указывали новичкам на знаменитых наездников и красивых, выхоленных до блеска призовых лошадей, называли их звучные имена, вспоминали их родословную, победы, рекорды, резвость, имена владельцев и заводов – словом, все, что может интересовать завзятого поклонника тотализатора.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Содержание:

Пришельцы, роман, перевод с английского Г. Швейника

Наследие звезд, роман, перевод с английского М. Гитт, А. Шарова

Иллюстрации: В. Иванов

Кони встали на дыбы. Рвущие губы удила, натянутые поводья, косящие замученные глаза… Кони сделаны с большой любовью, они как живые. Всадники выглядят гораздо хуже — это солдат и матрос времен гражданской войны, у них перекошенные ненавистью грубые лица, они что-то орут и изо всех сил рвут поводья. Знамя, за которое они держатся, должно быть красным, но оно зеленовато-бурое, такое же, как кони и люди. Зачем было так любовно выделывать коней, если вблизи их никто не видит — они установлены на крыше нашего театра, и только с верхних этажей противоположного здания можно разглядеть их полностью. Однажды я случайно оказался на крыше и увидел коней вблизи. После этого они снились мне каждую ночь в течение месяца, да и теперь частенько снятся. Если у всадников пустые глазницы, отчего их лица кажутся зловещими и ужасными, а классовая ненависть просто брызжет с лиц, то у коней прекрасно сделанные глаза, влажные, черные, настоящие. Кажется, кто-то заколдовал коней, выкрасил их в грязно-зеленый цвет, усадил им на спины ненавистных всадников и подставил их всем ветрам, дождям и снегам на крышу. И вот уже пятьдесят пять лет кони несут солдата и матроса над городом, — солдат и матрос кричат "ура" и цепко держат кровавое знамя, и некому расколдовать несчастных коней, потому что колдун давно умер, а заклинание забылось.

Научно-фантастический рассказ

Уравнение не решалось.

X — сумма углов увеличивалась до бесконечности. Я проверил расчеты на электронном универсале. Он подтвердил мои данные.

И все же уравнение имело решение, должно было иметь, Иначе уловителя не построить.

— Послушай-ка, — сказал Володя, — если ты не допустил ошибки в расчетах, остается одно — ты не учел чего-то.

— Чего именно?

Я не особенно доверял Володе, зная его склонность к философствованию и слепым экспериментам. Я помнил, как однажды электронный универсал начал путать и нести чушь и ни один инженер не мог обнаружить неисправности. В конце концов Володя признался, что это он соединил дополнительной связью несколько блоков, чтобы посмотреть, что из. этого выйдет. Из «эксперимента» ничего не вышло. Но Володя не успокоился. И сейчас он повторил то, что я от него слышал уже не один раз:

В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось. Полковник Российских Войск Космического Назначения Денис Молодцов должен сделать все, чтобы предотвратить гибель Земли…

На опытной биостанции «Заря-Рокша» российским ученым впервые удалось воссоздать живого мамонтенка. Но успех праздновать пока рано. Отечественные чиновники и западные бизнесмены не останавливаются ни перед чем, чтобы погубить уникальный проект…

Аборигены далекого мира воздвигают огромную башню, перед загадкой которой пасуют представители земной цивилизации… Вернее, сразу нескольких земных цивилизаций…

Василий Головачев, Антон Первушин, Александр и Людмила Белаш и многие другие в традиционном ежегоднике «Русская фантастика»!

Яхта сэра Генри Эддера, проходя по одному из притоков Амазонки, садится на мель. Капитан яхты уверяет, что еще четыре дня назад никакой мели на этом месте не было...

В непростую ситуацию попадают герои нового романа В.Клименко. Оторванные от привычного окружения, да и своего времени они вынуждены идти "туда, не знаю куда", чтобы разыскать "то, не знаю, что"...

Книги новосибирского автора отличаются завлекательным сюжетом, калейдоскопом приключений, оригинальными идеями, запоминающимися персонажами. Не стал исключением и этот сборник, рассчитанный на любителей фантастической литературы.

Содержание

Ловцы ветра

Резервация для чудаков

Если назвался волшебным хирургом, будь готов к тому, что тебя попросят лечить не только больные и ушибленные коленки. При этом последствия лечения могут оказаться самыми непредсказуемыми.

Русские и американские ученые и инженеры создали новые необыкновенно мощные космические корабли, способные достичь окраин Солнечной системы. Однако, известие о приближении к Солнцу планетоподобного тела, угрожающего столкновением с Землей, заставляет отложить экспедиции…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В книге – впервые переиздаваемый после 1927 года роман малоизвестных советских авторов. Их герой Роман Владычин в наполеоновской Франции пытается преобразовать историю в соответствии со своими представлениями и идеалами.

Название надо писать полностью заглавными буквами, чтобы соблюсти тройственную авторскую волю и не истолковать однозначно ту двусмыслицу, которая в нем заложена. Ведь «Бесцеремонный роман» – это была бы характеристика произведения, а «бесцеремонный Роман» – характеристика героя. Авторы хотят, чтобы оба смысла мерцали читателю то враздробь, то вместе, наш долг – уважать их желание.

В первый том избранной прозы Сергея Маркова вошли широкоизвестный у нас и за рубежом роман «Юконский ворон» – об исследователе Аляски Лаврентии Загоскине. Примыкающая к роману «Летопись Аляски» – оригинальное научное изыскание истории Русской Америки. Представлена также книга «Люди великой цели», которую составили повести о выдающемся мореходе Семене Дежневе и знаменитых наших путешественниках Пржевальском и Миклухо-Маклае.

Пораженных странной болезнью Джага и Кавендиша подбирают и выхаживают люди из поселка Робель. От них Джаг узнает о смертельной опасности, которую несут им миллионы ядовитых лягушек-мутантов, и что единственный путь к спасению перекрыт невесть откуда взявшимися танками другой эпохи – целой дивизией "королевских тигров", выстроившихся в боевые порядки...

Ползуны.

Демоны.

Рабы разумных бактерий, вырвавшиеся из-под контроля ученых, – и «прародители Зла», пришедшие из бездны Небытия Они сеют смерть и ужас на улицах наших городов, безжалостно уничтожая всех, кто пытается с ними бороться.

Ползуны захватывают ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ТЕЛА.

Демоны сражаются за обладание ЛЮДСКИМИ ДУШАМИ.

Но наше оружие равно бессильно и против тех, и против других.

Как же остановить ЗЛО?!