В голубом свете Пенанга

Макс Даутендей

В голубом свете Пенанга

Малайская куртизанка Габриэла Татото, которая весной путешествовала на английских пароходах по Малаккскому проливу и Китайскому морю - от Пенанга до Гонконга, лето обычно проводила, отдыхая на своей вилле в Пенанге. Ее белый дом стоял посреди большого темного сада с лужайками. Вместо цветочных клумб вдоль решетчатой ограды тянулись длинными рядами высокие, в рост человека, голубоватые фарфоровые вазы. В них росли букетами тигровые лилии в желтых и красных пятнышках. Стройные пальмы со смоляно-черными опахалами листьев высились гордо, как сумрачные павлины, вокруг белой виллы. У самого входа в сад широко раскинуло свои ветви электриновое дерево с пунцовыми цветами, и россыпь их алела в воздухе, точно брызги крови из-под ножа мясника. Казалось, сад отражал в своих красках саму переменчивую душу куртизанки, воплотив ее в изысканности ваз, сумрачности пальм, сладострастной красноте и обнаженной чувственности электриновых деревьев.

Другие книги автора Макс Даутендей

В этой антологии собраны практически неизвестные широкой публике переводы рассказов умело вовлекающих читателя в атмосферу страха и тайны; повествующих о загадочном, непостижимом, сверхъестественном.

В сборнике представлены истории не только признанных мастеров жанра, таких как Брэм Стокер, Уильям Хоуп Ходжсон, М. Р. Джеймс; но и произведения малоизвестных читателю авторов, таких как Макс Даутендей, Артур Уолтермайр и Францишек Фениковский.

Часть переводов антологии была опубликована в онлайн журнале darkermagazine.ru.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Новая модель телевизора фирмы «Ваал» имеет встроенную антенну, высококачественный динамик, пожизненную гарантию и даже снабжена особой печью для производства попкорна. При этом телевизор не продаётся ни в кредит, ни за наличные — он покупателю дарится, но при одном условии.

© Ank

В странном мире живут персонажи этого рассказа. Время меняется у них как погода - вчера могут быть восьмидесятые годы, а завтра вполне могут наступить пятидесятые. Вместе с изменением времени меняется все: транспорт, мода, отношение людей друг к другу. 

Если говорить о сюжете, то это типичная антиутопия, со свойственной ей недосказанностью и скомканной, отвлеченной концовкой. (По образцу: «страшно подумать о счастье…»)

Построение текста не сказать, что новаторское. Но от прямого повестования автор отказался. Это россыпь историй о людях, оказавшихся под властью инопланетной цивилизации. Калейдоскоп. Яркие вспышки. Предельно живые, и от этого не менее страшные.

© ЛенкО (aka choize)

Поводом для написания этого рассказа послужил реальный разговор, свидетелем которого я стал в январе 2003 года.

С.Лукьяненко «ФАЛЬШИВЫЕ ЗЕРКАЛА» Издательство «АСТ», 2001 год, 420 стр., тираж — 10.000.

Что мы подразумеваем под словами «писательский талант»? Способность писать произведения, которые нравятся большому количеству читателей? Или способность умело держаться на волне высоких тиражей?

Очень многие писатели, написав один-два неплохих романа, потом уже спокойно почивают на лаврах, выдавая невзыскательному читателю какой-нибудь мусор. Это вполне объяснимо — желание срубить побольше лёгких денег оказывается выше желания (или умения) хорошо писать. Да и зачем стараться-то? Имя уже есть, и оно, как небезызвестная «кривая», вывезет! Увидят на обложке знакомую фамилию — купят. И, как говорится, «пипл схавает», что бы под этой самой обложкой ни оказалось. Так что, особенно напрягаться при наличии хорошего имиджа не стоит.

Знаете, какие мысли, воспоминания и ощущения возникают у человека, когда ему на ночь глядя вышибают мозги из пистолета?..

* * *

Вы никогда не пытались ночью блевать с балкона второго этажа, и прямо на улицу? Не рекомендую. Потому что внизу могут оказаться двое молодых ребят, выворачивающих карманы у убитого ими прохожего.

Мои потуги их несколько изумили, а, опомнившись, один из них вытащил «магнум». А может быть, и не «магнум», может быть «ПМ» или ещё чего-нибудь другое — в темноте плохо видно было. Первое, что я подумал, что ребята обшаривают пьяного. Второе — что у пьяного не может быть такой, расползающейся из-под затылка по асфальту, кровавой лужи. Третье — что игрушка этого парня очень похожа на настоящий пистолет. Четвёртое — твою мать! Проблеваться не выйдет.

Девушка прошла первой, поздоровалась и поманила рукой спутника. Я пригласил их в кабинет, извинился за беспорядок (стол был завален книгами, журналами и рукописями больше обычного) и попробовал угадать, зачем они пожаловали. Студенты? Но своих студентов я помню… Быть может, с другого курса, факультета?

Рассеивая мои сомнения, девушка сказала:

— Мы с физического отделения. Пришли вот к вам.

— Быть может, по ошибке? — спросил я.

Тед Уиллинг оказался одним из немногих свидетелей катастрофы века. Вернее, свидетелей-то было предостаточно — без малого полтора миллиона. Но выжили едва ли несколько десятков, и среди них — Тед. Его самолет вылетел на рассвете из Сан-Хуан-дель-Норте и в момент ноль находился там, где из озера Никарагуа вытекает бурый поток, чтобы семьдесят пять миль спустя влиться в озеро Манагуа. Тед собирался заснять местность с помощью стереокамеры, чтобы затем топографический отдел Геологической службы Соединенных Штатов мог составить карту и наметить русло будущего Никарагуанского канала. Соединенные Штаты приобрели права на эту местность еще в начале столетия — и с тех пор лелеяли планы построить здесь канал, соперничающий с Панамским.

Специалисту по связи Джеффу показали мистера Неллита, гостя-антареанина, стройную золотистую тварь в перьях. Он приехал чинить гиперрадио. К началу второй недели работы антареанину выделили комнату в одной из квартир через двор от Джеффа. В тот же вечер они устроили в честь Неллита вечеринку. Жена Джеффа, красотка Мардж, целый вечер проговорила с Неллитом. Затем Джефф стал частенько видеть их по вечерам в садике на крыше. А затем…

© ozor

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ГАЙ ДАВЕНПОРТ

АЭРОПЛАНЫ В БРЕШИИ

(Из сборника "Татлин!", 1974)

Кафка стоял на молу Ривы под небом раннего сентября. Если б не высокие ботинки на пуговицах и не расклешенное пальто, в его непринужденной позе виделась бы атлетическая ясность. Ходил он с гибкостью велогонщика. Отто Брод(1), с которым он провел утро за обсуждением синематографа и прогулками по берегу под говорливыми соснами мимо желтых вилл Виа Понале, закурил сигару и предложил выпить легкого пива перед обедом. Приливом сладкого воздуха с озера разметало кружок голубей, они захлопали крыльями вверх и врезались в суету чаек. Рыбак в синем фартуке развалился на ступенях набережной, покуривая маленькую трубку. На шесте над совершенно квадратным строением трепетал австрийский флаг с черным двуглавым орлом. Старик, связывавший фалы сети, растянутой между столбами, наблюдал за ними с нескрываемым участием, свойственным всем итальянцам. Где-то в холмах мягко прозвонили в колокол.

ГАЙ ДАВЕНПОРТ

БАРСУК

Из сборника "Двенадцать рассказов"

БАЛТИЙСКИЙ МАТРОС

В Скоресбизунд, изборожденный морозцем и голубоватый от запоздалой зелени, - храбрые паруса Эрика Норденскьёльда; в желтые холмы и красные деревни Медеса - Товия, его пес и архангел Рафаил; в Нёррепорт, поездом из Конгенс-Лингби - Аллен. Барсук поджидал его в вокзальной уборной, посмеиваясь собственной сообразительности - что догадался сюда зайти.

ГАЙ ДАВЕНПОРТ

КАРДИФФСКАЯ КОМАНДА

(Из сборника "Кардиффская команда", New Directions, 1996)

1

Случись так, что Природа, - стоит встать однажды утром и начать день, вручит нам именно то, что мы намеревались сделать, хвалы наши польются с готовностью, и мир покажется лугом в первую неделю творения - зеленым, свежим, богатым цветами.

2

И вот, значит, день, начавшийся таким благоприятным утром. Уолт и Сэм, обоим по двенадцать, друзья, похожие на братьев, в Пивной Георга V, Пляс Альма.

ГАЙ ДАВЕНПОРТ

КОНЦЕРТ ШАМПЕТР(1) РЕ-ДИЕЗ

Из сборника "Кардиффская команда"

ДЖИНСЫ В КРАСНУЮ СТРОЧКУ

Фру Оверсков смотрела на джинсы с недоверием и трепетом. Их нужно было отмочить в одном моющем средстве прежде, чем отстирывать в другом. Смазка, грязь, песок, трава и безымянные пятна - как растительного, так и минерального происхождения.

- Правда, они как бы сами по себе стоять могут? заметил Адам. И воняют зоопарком.