Утоли моя печали

В годы распада советской империи спецслужбы пытаются найти законную наследницу новой российской царской династии. Генеральная прокуратура и сверхсекретный подмосковный центр «Удар возмездия» ведут между собой долгий негласный поединок. Острой криминальной интриге в романе «Утоли моя печали» сопутствуют драматические любовные коллизии, имеющие мистическую подоплеку.

Отрывок из произведения:

Они снова встретились на служебной лестнице, точнее, на площадке между этажами. Он поднимался вверх и очень спешил, она спускалась вниз, как всегда грациозно, царственно – не шла, а несла себя, отстукивая каблучками ритм его сердца.

Бурцев увидел ее раньше, вернее, сначала узнал шаги и остановился, закрыв глаза, считал на слух ступени под ногами Наденьки. Стук прервался на третьей.

– Сережа?.. Здравствуй.

Перед ней трепетали не только областные прокуроры, но и многие начальники центрального аппарата. Бывало, входили на полусогнутых, выходили с испариной на лбу и облегченным вздохом. Потом говорили, что у нее совсем не женский характер, что ей опасно смотреть в глаза и что ложь она чувствует еще до того, как ты успел открыть рот.

Другие книги автора Сергей Трофимович Алексеев

Третья книга приключенческого романа С. Алексеева погружает читателя в период, когда нападения врагов были систематическими, а любые спорные вопросы решались в поединках. Главный герой — преподобный игумен Сергий — собирает отроков в своих монастырях и скитах, чтобы возродить ратный дух и боевые искусства.

Сергей Алексеев в своём романе «Волчья хватка. Книга 3» касается и других аспектов жизни аракса Ражного. Всё происходящее — это испытания главного героя: может ли он стать старцем Пересветом, чтобы принести небесный огонь, зарядить сердца и души воинов на поле брани. Таким мог быть только мужчина из рода Ражных. Для этого ему нужно не искуситься земными девами (поскольку любовь — слабое место мужчины) и упорно стремиться найти Белую Диву, которая и есть символ истины, чтобы испытать настоящие чувства, оставить потомство.

То есть последнего мужчину из рода Ражных пытались вырвать из мирской суеты, чтобы воскресить ярое сердце воина, потом дополнить его женским существом, чтобы он мог продлить род. Из произведения Сергея Алексеева «Волчья хватка» вы узнаете, пройдёт ли герой путь духовного совершенства, чтобы исполнить своё роковое предназначение, которое опутано невидимыми нитями прошлого, связанного с тайнами судьбы его предка.

Бывшие сотрудники сверхсекретного института, образованного ещё во времена ЧК и просуществовавшего до наших дней, пытаются найти золото Третьего рейха и золото КПСС. В борьбу за обладание золотом включаются авантюристы международного класса…

Вторая часть романа, повествующего о тайном ордене русских воинов, существующем в нашем обществе со времён Сергия Радонежского. На этот раз герой книги Вячеслав Ражный за нарушение устава воинства и отказ убить своего прирученного волка отправляется отбывать наказание в Сирое Урочище - место печали и скорби, но и духовного поиска. Ему предстоит пройти сквозь искушения мирской жизни, разобраться со своими чувствами и выжить в диком предзимнем лесу, не имея ни одежды, ни инструментов. А тем временем в его вотчине следственная бригада и американский шпион сталкиваются с иноками Засадного Полка. Кто победит - седые старцы, едва переставляющие ноги, или молодые спецназовцы во главе с опытным офицером-разведчиком? Устоит ли психика современных людей в столкновении с мистикой Древнего Знания?

Остросюжетный роман с элементами фантасмагории и мистики "Волчья хватка" повествует о существующем в современной России тайном ордене русских воинов, обладающих сверхспособностями - "Засадный Полк". Этот орден был учреждён ещё в 14 веке святителем Сергием Радонежским, и с тех пор не раз спасал Отечество в годину тяжких испытаний. Герой книги Вячеслав Ражный - бывший боец спецназа погранвойск, а ныне президент охотничьего клуба - является на самом деле араксом, ратником Засадного Полка. От отца ему перешли древние знания и посвящение в воинский круг. В мирное время араксы состязаются между собой в суровых поединках, каждый из которых может стать для них последним. Их жизнь подчинена строгим правилам, нарушив которые можно оказаться лишённым воинского статуса и попасть в касту "калик перехожих". Даже жениться им можно только на девушке из старинного рода, по согласованию со старейшинами.В этой книге вы узнаете, как упражняться на тренажёре "Правило", как входить в особые состояния сознания, как перевоплощаться в диких зверей, как получать и использовать энергию Солнца и Земли.

Новый роман известного писателя, как и предыдущие его книги, поднимает острые проблемы истории России и ее сегодняшнего дня. Главная героиня — боярышня Вавила, наследница древнего рода Углицких, четыреста лет обитающего в таежном поселке староверов на загадочной Соляной Тропе. Девушка становится разменной картой в амбициозных играх различных политических и олигархических движении, задавшихся целью захватить власть в стране, посадив на престол Вавилу, как наследницу Рюриковичей.

Десять лет читатели спрашивали Сергея Алексеева: существует ли Валькирия на самом деле, насколько реальны события, происходящие в его романах?

Новая книга даёт ответы почти на все вопросы.

В детстве, когда автор лежал больной, при смерти, его спас чужак, владеющий языческими чарами. После этого в жизни Алексеева стали происходить странные события. Ему стало необходимо:

— попасть на гору Манарага, что на севере Урала;

— найти подземную цивилизацию гоев-гиперборейцев;

— поймать золотую рыбку валёк;

— встретиться с Валькирией.

Автору почти удалось достичь своего, и Валькирию он встретил. Вот здесь и скрыта самая большая тайна…

К вам попал рюкзак, под самую завязку набитый отборным жемчугом общей стоимостью пятнадцать миллионов долларов. Ваши действия? А если вы к тому же узнаете, что все жемчужины подлежат уничтожению? Зачем, с какой целью? Эту шараду предстоит разгадать сотруднику секретного проектного бюро «Бурводканал» Самохину. Странным образом его расследование оказалось связанным с девизом фирмы, в которой он работает: «Кто обладает информацией о будущем, тот обладает абсолютной властью».

Роман «Крамола» — это остросюжетное повествование, посвященное проблемам русской истории, сложным, еще не до конца понятым вопросам революции и гражданской войны.

Популярные книги в жанре Приключения: прочее

Утром словно кто в бок его толкнул — просыпайся! Тим открыл глаза: никого рядом не было. Зыбкий сумрак плавал в комнате. Синели окна. И в гулкой утренней тишине (тоже просыпаясь) зарождались один за другим отчетливые звуки: будильник торопливо постукивал, вода из рукомойника текла реденькими, размеренными каплями. Тим, прислушиваясь, представил даже, как на конце краника скапливается тугая круглая капля, потом она разбухает, тяжелеет и, наконец, не выдержав собственной тяжести, обрывается. Кап!..

Автор этой книги Владимир Павлович Матвеев — активный участник установления Советской власти и борьбы с белогвардейцами на Урале.

Он родился в 1898 году в Перми. В августе 1917 года, будучи студентом, вступил в большевистскую партию. В 1918—1921 годах был на советской, военной, партийной и газетной работе в Перми, Екатеринбурге и других городах Урала. Позже работал в Петрограде — Ленинграде, где и написал свою первую и единственную повесть «Золотой поезд» (другое название «Комиссар золотого поезда»).

В предисловии к одному из изданий повести писал о своей литературной работе так:

«Я занимался журналистикой, военной и партийной работой и никогда не думал писать повести и рассказы.

Но вот однажды в кругу своих друзей я рассказывал о том, как мы боролись на Урале за Советскую власть.

Когда я кончил рассказывать, все молчали. Один товарищ сказал: «Вот ты бы и написал об этом».

Позднее я задумался над его словами. Я вспомнил, с каким интересом читал когда-то рассказы о Великой французской революции.

«Не все помнят первые годы Октябрьской революции», — подумал я и решил написать повесть «Комиссар золотого поезда» — о революции на Урале…

Мне нет надобности говорить читателю, было ли все то, о чем идет речь в повести, на самом деле, или не было.

Читатель сам ответит на этот вопрос, и я уверен, что он не ошибется.

Я не «разбавлял» материал описаниями и рассуждениями, а заставлял героев повести находиться все время в действии, как того требовала эпоха первых лет революции».

Евгений Кукаркин

Луна - это моё проклятье

Написано в 1997 г. Приключения.

Луна- это мое проклятье. С 16 лет я болею этой непонятной болезнью. Как только лунный свет прорывается к грешной земле, во мне начинает бурлить черт знает что. Я встаю с кровати и начинаю бродить по квартире. Самое ужасное, я не понимаю сплю я или нет. Луна манит меня, она зовет на улицу, в этот непонятный, дающий мне силу свет.

Вот и сейчас, тихо открываю дверь и вхожу в коридор. Его темнота ужасна, я сразу же теряю представление пространства, приходится ощупью ползти по стенке до кухни. Здесь опять радостные блики лунного света на полу. Я спешу к двери. Задвижки на ней неприятно стучат и тут, сквозь музыку тишины, прорывается тихий голос.

Летающая тарелка с конусообразным дном вращалась медленно над лесом. Интересно, что высматривали из иллюминаторов на конусе в лесу, в позднюю осень? Листва черным ажуром лежала вдоль асфальтированных дорожек, сами дороги были чисты, листва на них уже практически не падала. Маленькие голубые белки, полные и сытые иногда перебегали дорожки.

Наблюдатели с летающей тарелки просматривали сквозь темную призму времени, жизнь Маргариты. Для простоты эксперимента была выбрана дорога в лесу, по которой периодически в течение 30 лет она проходила. Дорога шла от космического института, до жилого комплекса, где она жила. На летающей тарелке ее знали, знали всю ее жизнь, и поэтому именно с нее решили провести опыт времени.

Когда над городом восходит кровавая луна, на улицы и крыши домов выходят оборотни. Кто они? Истинные хозяева в этой жизни или изгои, вынужденные скрываться? Какие они? Похожи на нас, на людей? Или же нет?

Некоторым оборотням предстоит узнать, что когда человеческий разум, опаленный безумием, становится на тропу "великой" цели, в костер его идей могут попасть не только люди и слабые полукровки, но и весь город целиком...

Влиятельный чистильщик, его правая рука и две полукровки - только песчинки в этой войне разумов, начавшейся слишком давно. Но может быть их усилий будет достаточно, чтобы раз и навсегда разбить цепи, удерживающие город на дне бездны?

В романе «Полеты средствами водоплавающих» организованным событийным хороводом и несколько оригинальной композицией переплелись пара хорошо знакомых читателю планет нашей звездной системы. В купе с Меркурием, Сатурном, грозным, нелогичным, но приветливым Никандром, очаровательным Лару и другими героями перед вами оживут островки воспоминаний, кусочки неоднородного, частично растерянного пазла вероятного будущего и непроглядного прошлого. Однако лишь сверкающее настоящее отрепетированным ансамблем заманит в объятья последнего гостя Земли.

…На заре времен из глубин вечного космоса, пронзая пространство и время, на землю опустился большой блестящий шар черного металла. Он рухнул, сверля облака, в глуши ночного северного леса, близ каменных руин древнего замка. И поднялся в небо огонь, и плавилась земля от мощной силы взрыва, и горели вековые деревья, и бежали все живые существа прочь, с опаской оглядываясь назад. А огненный столб взметнулся ввысь, разрезая ночной мрак, и оглушительный раскат грома пронесся над лесом. Но спустя несколько долгих часов все прекратилось, и лишь теряющее силы пламя окружало большую воронку в земле, где и нашел свое пристанище космический странник…

Конго, северо-западная часть страны, на самом берегу реки. Через деревушку прошел ураган. Чудовищная сила издевалась над всем, что только выступало над поверхностью земли, проявляя вполне очевидное желание разрушения, истинный запал по превращению вся и все в развалины.

Из двадцати восьми маленьких хижин племени куджу сохранилось всего лишь три. Все остальные были снесены с поверхности земли, от них остались лишь холмики, напоминающие какую-то стройплощадку. Кто-то может подумать, что по громадному пространству бурой земли проехал гигантский бульдозер.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

СПРАВОЧHИК

АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ

домашнего приготовления

(по письмам эхоконференции SU.KITCHEN)

Собрал, обработал и дополнил Вячеслав Алексеев

2 издание, дополненное и переработанное

ЧАСТЬ 1. ВОДКА ЧАСТЬ 2. САМОГОН ЧАСТЬ 3. ВИНА ЧАСТЬ 4. НАСТОЙКИ, НАЛИВКИ ЧАСТЬ 5. МЕД ЧАСТЬ 6. СБИТЕНЬ ЧАСТЬ 7. ПУНШ, ГЛИНТВЕЙН, ГРОГ ЧАСТЬ 8. ЛИКЕР ЧАСТЬ 9. КОКТЕЙЛИ ЧАСТЬ 10. КРЮШОНЫ ЧАСТЬ 11. КВАС

ПРЕДИСЛОВИЕ

Алексеев Вячеслав

Hахт

Игорь Толоконников проснулся довольно рано и сделал губами: "брр..." что всегда делал, когда просыпался, хотя сам не мог растолковать, по какой причине. Игорь потянулся, приказал себе подать небольшой, стоявший на столе нотбук. Он хотел взглянуть на карбон-копии пришедших со вчерашнего вечера писем; но, к величайшему изумлению, увидел, что пропал его алиас - Hахт! Испугавшись, Толоконников велел подать воды и протер полотенцем экран монитора: точно, нет Hахта, и нет карбон-копий, на него настроенных! Он начал щупать себя рукою, чтобы узнать: не спит ли он? Кажется, не спит. Толоконников вскочил с кровати, встряхнулся: нет Hахта!.. Он велел тотчас подать себе одеться и полетел прямо к координатору N5020. Hо между тем необходимо сказать что-нибудь о Толоконникове, чтобы читатель мог видеть, что он был не просто поинт, а поинт самого Алиаса. Обычных поинтов, которые получают это звание с помощью ночных лазаний по ББС, пока их потуги не надоедят сисопу, никак нельзя сравнивать с теми поинтами, которые появлялись у Экслера. Это два совершенно особенные рода первые вынуждены пользоваться своими реал-нэймами, в то время как поинта Алиаса Экслера - должны называться алиасами. Hо 50 зона такая чудная сеть, что если скажешь об поинте одного узла, то поинты всех сеток, от 5000 до 5095, непременно примут на свой счет. То же разумей и о всех званиях и чинах. Толоконников был Экслеровский поинт. Он два месяца только еще состоял в этом эвании и потому ни на минуту не мог его позабыть; а чтобы более придать себе благородства и веса, он никогда не называл себя реал-нэймом, но всегда Hахтом. "Послушай, голубушка,- говорил он обыкновенно, встретивши в эхоконференции бабу, - ты приходи ко мне на дом; квартира моя в Садовой; спроси только: здесь ли живет Hахт? - тебе всякий покажет". Если же встречал какую-нибудь смазливенькую, то давал ей сверх того секретное приказание, прибавляя: "Ты спроси, душенька, квартиру Hахта". Игорь Толоконников имел обыкновенно каждый день прохаживаться по PVT.EXLER. Воротничок его манишки был всегда чрезвычайно чист и накрахмален. Очки у него были такого рода, какие и теперь еще можно видеть у губернских и уездных координаторов, у вторичных хабов, также у отправляющих разные модераторские обязанности и вообще у всех тех мужей, которые имеют полные, румяные щеки и очень хорошо играют в бостон. Игорь Толоконников появился в N5020 по надобности, а именно искать приличного своему званию места: ко-модераторского в какой-нибудь видной эхе. Игорь Толоконников был не прочь и жениться, но только в таком случае, когда за невестою случится двести тысяч баксов капиталу. И потому читатель теперь может судить сам, каково было положение Игоря, когда он увидел вместо довольно недурного и умеренного алиаса "Hахт" свое преглупое ровное и гладкое реальное имя. Как на беду, ни одного трамвая не было, и он должен был идти пешком, закутавшись в свой плащ и закрывши платком лицо, показывая вид, как будто у него шла кровь. Вдруг он стал как вкопанный у дверей одного дома: в глазах его произошло явление неизъяснимое: перед подъездом остановилась вишневая девятка; дверцы отворились; выпрыгнул, согнувшись, господин и побежал вверх по лестнице. Каков же был ужас и вместе изумление Толоконникова, когда он узнал, что это был его собственный алиас! При этом необыкновенном зрелище, казалось ему, все переворотилось у него в глазах; он чувствовал, что едва мог стоять: но решился во что бы то ни стало ожидать его возвращения в машину, весь дрожа, как в лихорадке. Через две минуты Hахт действительно вышел. По всему заметно было, что он ехал куда-нибудь с визитом. Он поглядел на обе стороны, закричал шоферу: "Подавай!" - сел и уехал. Бедный Толоконников чуть не сошел с ума. Он не знал, как и подумать о таком странном происшествии. Как же можно, в самом деле, чтобы псевдоним, который еще вчера был у него, не мог и ходить самостоятельно,- зажил собственной жизнью! Он побежал за машиною, которая, к счастию, проехала недалеко и остановилась перед Храмом Христа спасителя. Он поспешил в собор, пробрался сквозь ряд нищих старух с завязанными лицами и двумя отверстиями для глаз, над которыми он прежде так смеялся, и вошел в церковь. Молельщиков внутри было немного; они все стояли только при входе в двери. Толоконников чувствовал себя в таком расстроенном состоянии, что никак не в силах был молиться, и искал глазами этого господина по всем углам. Hаконец увидел его стоявшего в стороне. Hахт спрятал совершенно лицо свое в большой стоячий воротник и с выражением величайшей набожности молился. "Как подойти к нему? - думал Толоконников.- По всему, по одежде, по шляпе видно, что он вторичный хаб. Черт его знает, как это сделать!" Он начал около него покашливать; но Hахт ни на минуту по оставлял набожного своего положения и отвешивал поклоны. - Милостивый государь...- сказал Толоконников, внутренне принуждая себя ободриться,- милостивый государь... - Что вам угодно? - отвечал Hахт, оборотившись. - Мне странно, милостивый государь... мне кажется... вы должны знать свое место. И вдруг я вас нахожу, и где же? - в церкви. Согласитесь... - Извините меня, я не могу взять в толк, о чем вы изволите говорить... Объяснитесь. "Как мне ему объяснить?" - подумал Толоконников и, собравшись с духом, начал: - Конечно, я... впрочем, я экслеровский поинт. Мне писать без алиаса, согласитесь, что неприлично. Какой-нибудь торговке, которая пишет в PVT.EXCH.*, можно сидеть без алиаса; но, имея в виду получить... притом будучи во многих эхах знаком с дамами: Мари Экслер хабовая советница, и другие... Вы посудите сами... я не знаю, милостивый государь. (При этом Игорь Толоконников пожал плечами.) Извините... если на это смотреть сообразно с правилами долга и чести... вы сами можете понять... - Hичего решительно не понимаю,- отвечал Hахт.- Изъяснитесь удовлетворительнее. - Милостивый государь...- сказал Толоконников с чувством собственного достоинства, - я не знаю, как понимать слова ваши... Здесь все дело, кажется, совершенно очевидно... Или вы хотите... Ведь вы мой собственный алиас! Hахт посмотрел на Игоря, и брови его несколько нахмурились. - Вы ошибаетесь, милостивый государь. Я сам по себе. Притом между вами не может быть никаких тесных отношений. Судя по ориджину ваших писем, вы должны писать по другим конференциям. Сказавши это, Hахт отвернулся и продолжал молиться. Толоконников совершенно смешался, не зная, что делать и что даже подумать. В это время послышался приятный шум дамского платья; подошла тоненькая дама в белом платье, очень мило рисовавшемся на ее стройной талии, в палевой шляпке, легкой, как пирожное. Толоконников подступил поближе, высунул батистовый воротничок манишки, поправил висевшие на носу тысячедоллоровые очки и, улыбаясь по сторонам, обратил внимание на легонькую даму. Hо вдруг он отскочил, как будто бы обжегшись. Он вспомнил, что у него вместо алиаса совершенно нет ничего, и слезы выдавились из глаз. Он оборотился с тем, чтобы напрямик сказать господину Hахту, что он только прикинулся хабом-вторичником, что он плут и подлец и что он больше ничего, как только его собственный алиас... Hо Hахта уже не было; он успел ускакать, вероятно опять к кому-нибудь с визитом. Это повергло Толоконникова в отчаяние. Он пошел назад и остановился с минуту под колоннадою, тщательно смотря во все стороны, не попадется ли где Hахт. Он очень хорошо помнил, что девятка была вишневая, но номера не заметил. Притом машин неслось такое множество взад и вперед и с такою быстротою, что трудно было даже приметить; но если бы и приметил он какую-нибудь из них, то не имел бы никаких средств остановить. Hа улице народу была тьма: дам целый цветочный водопад сыпался по всему тротуару. Вон и знакомый ему комодератор идет, которого он называл подполковником, особливо ежели то случалось при посторонних. Вон и хаб-первичник, большой приятель, который вечно в бостоне обремизивался, когда играл восемь. Вон и другой поинт, получивший поинтство у Экслера, махает рукой, чтобы шел к нему... - А, черт возьми! - сказал Толоконников.- Эй, шэф, вези прямо к координатору 5020! Толоконников сел в такси и только покрикивал: "Валяй во всю ивановскую!" - У себя координатор? - вскричал он, зашедши в сени. - Hикак нет,- отвечал дежурный робот,- только что уехал. - Вот тебе раз! - Да,- прибавил робот,- оно и не так давно, но уехал. Минуточкой бы пришли раньше, то, может, застали бы дома. Толоконников, не отнимая платка от лица, сел в такси и закричал отчаянным голосом: - Пошел! - Куда? - сказал шофер. - Пошел прямо! - Как прямо? тут поворот: направо или налево?

Вячеслав Алексеев

Колыбель

Мировозренческий НФ рассказ

- Итак, подведем итоги. До меня доходит неутешительная информация, но я хотел бы все узнать от вас. - Сказал капитан и недобро посмотрел на присутствующих, затем кивнув в сторону астронавигатора - Через полпериода мы прибудем на место, что мы имеем на текущий момент?

Слово взял астробиолог:

- Скажу честно, заселять такую перспективную планету нечем. И времени не осталось. То есть, задание сорвано по всем пунктам.

Вячеслав Алексеев

"Одисей покидает Итаку"

(компиляция по учебнику литературы)

Василий Звягинцев сумел поставить в своем романе столько великих вопросов, сумел подняться до такой художественной силы, что его произведения заняли одно из первых мест в мировой художественной литературе.

Роль личности в истории, место передовых людей в жизни страны и их взаимоотношения с народом, цель и смысл жизни - эти и многие другие вопросы, поставленные автором "Одисея...", были подсказаны жизнью, великой эпохой 20-того века.