Установление владений Тары

Установление владений Тары

Перевод С. В. Шкунаева.

Однажды во времена Диармайта, сына Фергуса Кербала, собрались потомки Ниалла на Маг Брег, и вот что они говорили. Велики казались им владения Тары - долина, открытая в семь сторон [1], так что в пору было урезать те земли без полей и домов, бесполезные для очага Тары. Ибо всякие три года приходилось им семь дней принимать и кормить ирландцев, как заведено было на празднестве Диармайта, сына Кербала. Не являлись туда король без королевы, благородной без супруги, воин без [... [2]], увечный без спутницы, хозяин заезжего дома без жены, юноша без возлюбленной, девушка без любимого, кто ни на есть без своего ремесла. И собирались там короли и мудрецы подле Диармайта, сына Кербала, и сидели они по одну сторону от него, а воины и разбойники [3] - по другую. Место в покоях подле дверей было тогда юношам и девушкам, да прочему заносчивому и буйному люду. Каждому доставалась там достойная его доля: лучшие напитки, говядина, свинина и окорок королям и мудрецам, а вместе с ними и всем благородным свободным вождям; служанки и слуги отрезали подавали им все. Воинам и разбойникам разносили кровавое мясо с железных вертелов, хмельное питье, свежее пиво и молоко, а шуты и кравчие отрезали и подавали им все. Головы, ноги, и все, что осталось от всякой скотины доставалось возничим, шутам и простому народу, а отрезали и подавали им возничие, шуты и простой люд. Мясо телят, овец и свиней да седьмую долю выносили наружу юношам и девушкам, ибо весельем своим тешились они и не достигли еще возраста благородных. Свободные слуги и женщины нарезали и подавали им все. Созваны были однажды благородные ирландцы на пир к Диармайту, сыну Кербала, во дворец Тары. Но сказали они, что не придут на пир, пока не установят для них границы владений Тары, какими были они до них и пребудут вовеки, и возвестили о том Диармайту. Отвечал тот, что не годится просить его об усыновлении владений Тары без совета с Фланн Фебла, сыном Сканнлана, сына Фингена, первейшим в Ирландии наследником Патрика, или с Фиахра, сыном рукодельницы [4]. Тогда отправились от них гонцы к Фиахра, сыну Колмана, сына Эогана, и привели его на подмогу, ибо воистину немного было у них мудрых людей и множество неучей и к тому же немало распрей и в избытке споров. Прибыл к ним тогда Фиахра и спросили его о том же - как разделить им владения Тары, но отвечал Фиахра, что не рассудит этого дела, прежде чем не пошлют за тем, кто старше и мудрее его самого. - Где же найти его? - спросили они. - Что ж, - отвечал Фиахра, - это Кеннфаэлад, сын Айлиля, сына Муйредаха, сына Эогана, сына Ниалла. Мозг забвения был вынут из его головы во время сражения при Маг Рат [5], и с тех пор до сего дня помнит он все, что случилось в Ирландии. Воистину ему надлежит прийти и рассудить вас. Тогда послали они за Кеннфаэладом, а когда тот пришел, спросили его о том же. - Не годится спрашивать об этом меня, отвечал тот, - когда есть в Ирландии пятеро тех, кто старше всех нас. - Где же они сейчас? - спросили тогда его. - Нетрудно ответить, сказал им Кеннфаэлад, - это Финнхад из Фалмаг в Лейнстере, Ку Алад из Круаху Коналад, Бран Байрне из Байренн, Дубан, сын Дега, из королевства людей Олнегмахт и Туан, сын Кайрелла [6] из Улада, тот самый, что принимал множество обличий. Послали люди из Тары за ними, а когда те явились, спросили у них о том же, то есть чтобы установили они для них владения Тары. И когда поведал каждый о том, что помнил, а потом сказали они, что не годится им делить владения Тары, пока нет на этом собрании того, кто старше их всех и воспитал их. - Где же он? - спросили ирландцы. - Нетрудно сказать, - ответили те, - это Финтан, сын Бохра сына Бита, сына Ноя. И был он тогда у Дун Тулха в Киаррайге Луахра. Отправился один из людей Кеннфаэлада, Берран, к Финтану в Дун Тулха, что на западе от Луахра Дедад. Привел он Финтана в Тару и с ним восемнадцать спутников, так что шли девятеро позади и девятеро впереди [7]. Не было среди них такого, кто не приходился бы ему родичем - сыном, внуком, правнуком или каким-нибудь иным потомком. С великой радостью приветствовали Финтана в Медовом Покое, и всякий был доволен, что услышит его речи и истории. Встали пред ним все ирландцы и предложили Финтану сесть на место судьи. Но сказал тогда Финтан, что не начнет говорить, пока не узнает, в чем дело. - Довольно радоваться моему приходу, - сказал он еще, - ибо и так верю я вашей радости, как всякий сын верит своей приемной матери, а приемная мать моя - тот остров, где все вы живете, Ирландия, а доброе колено ее - тот холм, на котором стоите вы, Тара. Плоды и дары, цветы и пища этого острова питали меня от Потопа до сего дня, и сведущ я в историях всех пиров, похищений скота, разрушениях и сватовствах, что случилось здесь от Потопа доныне. Потом сложил он такую песнь:

Другие книги автора Автор неизвестен -- Европейская старинная литература

Вы держите в руках главную и, пожалуй, единственную книгу по практической магии. «Большой и малый ключи Соломона» – это учебник по магии, в котором царь Соломон дает практические советы своим ученикам, рассказывает об искусстве заклинаний, учит вызывать духов и подчинять их своей воле.

В качестве приложения в книгу помещен перевод «Verus Jesuitarum Libellus», или «Истинной Магической Книги Иезуитов». Книга эта содержит «самые действенные заклинания злых духов всех рангов и всесильное и испытанное заклинание Духа Узиэля; а также Обращение Киприана к Ангелам и его заклинания и способы удаления Духов, охраняющих скрытые сокровища».

«Народные баллады рисуют Робин Гула неутомимым врагом угнетателей норманнов, любимцем поселян, защитником бедняков, человеком, близким всякому, кто нуждался в его помощи. И в благодарность за это поэтическое чувство народа сделало из простого, может быть, разбойника, героя, почти равного святому». (М. Горький).

Баллады опубликованы в переводах известных поэтов Серебряного века.

Старофранцузский стихотворный «Роман о Лисе» возник на рубеже XII—XIII веков. Яркое, остросюжетное произведение стало подлинным шедевром европейской средневековой литературы. В одном жанровом ряду с ним стоят многочисленные произведения о животных, с глубокой древности создававшиеся на Востоке; типологическим параллелям «Романа о Лисе» с «Панчатантрой», «Калилой и Димной» и др. уделяется значительное внимание в предисловии к переводу.

…«Песнь о Нибелунгах» принадлежит к числу наиболее известных эпических произведений человечества. Она находится в кругу таких творений, как поэмы Гомера и «Песнь о Роланде», «Слово о полку Игореве» и «Божественная комедия» Данте — если оставаться в пределе европейских литератур…

В. Г. Адмони

Произведения героической поэзии, представленные в этом томе, относятся к средневековью – раннему (англосаксонский «Беовульф») и классическому (исландские песни «Старшей Эдды» и немецкая «Песнь о нибелунгах»).

Вступительная статья А.Гуревича, перевод В.Тихомирова, А.Корсуна, Ю.Корнеева, примечания О.Смирницкой, М.Стеблин-Каменского и А.Гуревича.

«Цветочки Святого Франциска» (I Fioretti di San Francesco) — средневековый итальянский флорилегий, состоящий из 53 глав, повествующих о различных удивительных, чудесных, поучительных и благочестивых случаях из жизни Святого Франциска Ассизского (1181 — 4 октября 1226) и его первых последователей.

Настоящая книга является первой на русском языке попыткой собрать воедино некоторые характерные образцы того жанра, который зародился в Испании в середине XVI века и который вскоре распространился с таким беспримерным успехом по всей Западной Европе и перешагнул далеко за океан, в страны Латинской Америки. Жанр этот получил наименование «плутовского романа».

Однако понятие «плутовской роман» настолько зыбко, что с самого начала здесь требуется дать некоторые предварительные пояснения. Хронологические границы жанра порой раздвигались совершенно неправомерно. От «Сатирикона» Петрония до «Признаний авантюриста Феликса Круля» Томаса Манна и «Призовой лошади» Фернандо Алегрии. Порой же они сужались едва ли не до одного «Гусмана де Альфараче». Между тем плутовской роман — жанр исторически завершенный, то есть имеющий определенные временные пределы. Жанр плутовского романа предполагает прежде всего некоторую преемственность содержательных и структурных моментов, связанных с определенной поэтикой, моральной проблематикой, с определенными утверждениями о жизни и человеке, принятыми однажды в одном произведении и разрабатываемыми и обновляемыми в произведениях последующих писателей, отражающих сходную историческую реальность. Когда же эта историческая реальность была преодолена, некоторые признаки жанра включились в иные литературные системы. Разобщение формы и содержания — верный признак завершения исторической жизни жанра. Плутовской роман прожил почти столетнюю жизнь, окончательно исчерпав себя к середине XVII столетия. Все, что последовало потом в этом жанре, было пустым эпигонством. Другое дело, что и в более поздние времена с успехом использовались отдельные его приемы. Но кто всерьез решится утверждать, что «Мертвые души» — плутовской роман?

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ

поэзия

СКАЛЬДОВ

Издание подготовили С. В. ПЕТРОВ,М. И. СТЕБЛИН-КАМЕНСКИЙ

©

ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА» Ленинградское отделение Ленинград • 1979

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ СЕРШ «ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ»

М. Я. Алексеев, Я. И. Балашов, Г. Я. Бердников,

Д. Д. Благой, И

Популярные книги в жанре Древнеевропейская литература

Разыгралась однажды у Юпитера желчь, и поднял он крик, да такой, что земле жарко стало; ибо нехитрая штука задать жару небесам, коли самолично на них восседаешь.

Пришлось всем богам, хочешь не хочешь, плестись по его велению на совет. Марс, сей донкихот небожителей, меча громы и молнии, явился в шлеме, при оружии и с символом виноградаря — копьем наперевес, а бок о бок с ним Бахус, придурковатое божество: на голове — колтун виноградных листьев, глаза заплыли, из пасти — винная отрыжка, язык не слушается, ноги выписывают кренделя, мозги задурманены вином.

Созданная в XIII в., поэма «Кудруна» («Гудруна») занимает место в одном ряду с «Песнью о Нибелунгах» – прославленным эпосом немецкого Средневековья.

В дошедшем до нас виде она облечена в форму семейного предания. Вначале говорится об ирландском короле Гере и его жене Уте, родителях Зигебанда. После смерти отца Зигебанд женится на норвежской королеве. У них родится сын Хаген. В детстве он был унесен грифом на дикий остров, где провел несколько лет. Описано его возвращение на родину, женитьба. У супружеской четы родится дочь, которую в честь матери назвали Хильдой. К королевне сватаются много женихов, но суровый отец всем отказывает, а сватов велит казнить. Король хегелингов Хетель, узнав о ее красоте, посылает в Ирландию верных слуг, они уговаривают Хильду бежать из родительского дома к влюбленному Хетелю. Следует погоня за беглецами и битва за Хильду между Хагеном и Хетелем, которая, однако, оканчивается их примирением и женитьбой Хетеля и Хильды. Молодая королева родит двух детей – Ортвина и Кудруну. К Кудруне сватаются женихи – Зигфрид, Хервиг и Хартмут. Надменный отец всем отказывает. Тогда Хервиг идет войной, чтобы завоевать невесту, и добивается согласия родителей. Кудруне люб Хервиг. Они обручаются. Отъезд королевны к Хервигу откладывается на год. В это время Кудруну похищает норманнский князь Хартмут…

Книга, полная приятного веселия и наслаждения для юношества. Напечатана в Лондоне Эдвардом Алди, в доме неподалеку от церкви Христа.

Предлагаем вниманию читателей три французских романа, изданных нами в трех книжках. Это А. Гамильтон «Мемуары графа де Грамона», Кребийон-сын «Заблуждения сердца и ума», Ш. де Лакло «Опасные связи». Три шедевра французской прозы XVIII столетия складываются в своеобразную трилогию о любви. Но не только о ней, они – о незащищенности человека, о его бессилии перед обществом с его гибкой моралью и податливыми нравами.

«Заблуждения сердца и ума» – самый лучший из написанных Кребийоном романов как бы раскрывает суть происходящего с героями во всех трех книгах. Это история молодого человека, вступающего на путь светского воспитания, а точнее, морального развращения, история разрушения внутренней цельности человека, история «заблуждений» сердца и ума.

Среди латинских памятников повествовательной прозы XIII в. сборник новелл «Римские деяния», составляющий основу этой книги, занимает центральное место, по существу покрывая для нас понятие беллетристической прозы этой эпохи. Литературная слава «Римских деяний» шагнула далеко за границы породившего их времени, и они прочно вошли в культурный обиход позднейшего. Можно смело сказать, что эта книга стала одной из самых любимых и многочитаемых книг человечества. Чосер, Шекспир, Шиллер, заимствовали сюжеты из «Римских деяний», а переписывание этого сборника – знаменательный факт – не прекратилось даже после распространения книгопечатания. В смысле популярности с ней могут поспорить лишь Библия, «Физиолог» или «1001 ночь».

Роман «Жизнь Маркоса де Обрегон» во многом автобиографический, принадлежит перу Висенте Эспинеля – яркой личности своего времени. Лопе де Вега называл его «отцом музыки», а великий Сервантес в своем «Путешествии на Парнас» выделил Эспинеля наряду с Франсиско Кеведо из всех испанских писателей.

С тайным сожалением наглядясь, какое ныне пошло обирательство, почел я за благо остеречь небрежителей кошелька своего, дабы, читая сочинения мои, попридержали карманы и пеклись бы о том, чтобы удостоиться скорее звания хранителей, нежели подателей, и чтобы податливы были дамы, а не мы, и на таковой манер удостоились бы мы звания членов ордена бережливцев святого Никому-не-дадима, или Недадима, который и доныне почитается за Никодима по причине малого разумения в сей материи. И да будет отныне любому влюбленному имя Хуан-Береги-Карман, будь он именем хоть тот, хоть не тот, и да бережет его ангел-хранитель, ибо воистину именуются дни бережливости днями праздничными, кои должно соблюдать, и соблюдать так, чтобы не было праздно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Устав о наследии престола

5 февраля 1722 г.

Мы Петр первый император и самодержец всероссийский и прочая и прочая и прочая.

Объявляем, понеже всем ведомо есть, какою авессаломскою злостию надмен был сын наш Алексей, и что не раскаянием его оное намерение, но милостию божиею ко всему нашему отечеству пресеклось (что довольно из манифеста о том деле видимо есть); а сие не для чего иного у него возросло, токмо от обычая старого, что большому сыну наследство давали, к тому же один он тогда мужеска пола нашей фамилии был, и для того ни на какое отеческое наказание смотреть не хотел; сей недобрый обычай не знаю чего для так был затвержден, ибо не точию в людях по разсуждению умных родителей бывали отмены, но и в святом писании видим, когда Исакова жена состаревшемуся ее мужу, меньшому сыну наследство исходатайствовала, и что еще удивительнее, что и божие благословение тому следовало; еще ж и в наших предках оное видим, когда блаженные и вечнодостойные памяти великий князь Иван Васильевич, и поистинне великий не словом, но делом; ибо оный, разсыпанное разделением детей Владимировых наше отечество собрал и утвердил, которой не по первенству, но по воли сие чинил, и дважды отменял, усматривая достойного наследника, которой бы собранное и утвержденное наше отечество паки в расточение не упустил, перво мимо сыновей отдал внуку, а потом отставил внука уже венчанного, и отдал сыну его наследство (о чем ясно из Степенной книги видеть возможно), а именно, в лето 7006 г. февраля в 4 день, князь великий Иван Васильевич учинил по себе наследника внука своего князя Дмитрия Ивановича, и венчан был на Москве на великом княжении княжеским венцем митрополитом Симоном, а в лето 7010 апреля в 11 день великий князь Иван Васильевич разгневался на внука своего князя Дмитрия, и не велел его поминать в церквах великим князем, и посадил его за караул и того же апреля в 14 день учинил наследником сына своего Василия Ивановича и венчан был оным же митрополитом Симоном; на что и другие сему подобные есть довольные примеры, о которых, краткости ради времени, ныне здесь не упоминаем, но впредь оные особливо выданы будут в печать. В таком же разсуждении, в прошлом 1714 году милосердуя мы о наших подданных, чтоб и партикулярные их домы не приходили от недостойных наследников в разорение, хотя и учинили мы устав, чтоб недвижимое имение отдавать одному сыну, однакож отдали то в волю родительскую, которому сыну похотят отдать, усмотри достойного, хотя и меньшему, мимо больших, признавая удобного, который бы не расточил наследства. Кольми же паче должны мы иметь попечение о целости всего нашего государства, которое с помощию божиею, ныне паче распространено, как всем видимо есть; чего для заблагоразсудили мы сей устав учинить, дабы сие было всегда в воле правительствующего государя, кому оной хочет, тому и определит наследство, и определенному, видя какое непотребство, паки отменит, дабы дети и потомки не впали в такую злость, как выше писано, имея сию узду на себе. Того ради повелеваем, дабы все наши верные подданные и мирские без изъятия, сей наш устав пред богом и его евангелием утвердили на таком основании, что всяк, кто сему будет противен, или инако как толковать станет, тот за изменника почтен, смертной казни и церковной клятве подлежать будет.

Диана, ученик Мастера

УТРЕННЯЯ КРОВЬ

Несмотря на ранний час, солнце уже палило вовсю. День обещал быть жарким. Дождя в Иерусалиме не было больше месяца, и молодая травка, росшая вдоль обочины, успела выгореть и засохнуть, превратившись в мертвые коричневые кусочки сена. Люди спешили на работу. По дороге неслись машины, один за другим проезжали автобусы. Али долго размышлял, где бы припарковаться. В конце концов, он решил поставить свой автомобиль между двумя бьюиками, чуть поодаль от автобусной остановки. Когда Али выключил зажигание, он понял, что не ошибся. В зеркало заднего вида прекрасно просматривалась проезжая часть, и Али сможет успеть выйти из машины и дойти до остановки еще до того, как автобус остановится. В боковое стекло он мог наблюдать за тем, что творится на улице, его же самого никто не видел. Стекла видавшей виды "Тойоты" Али были тонированные, а серый бьюик справа надежно защищал от постороннего взгляда.

Maratius

Ужин в рассольных тонах

Действующие лица: отсутствуют.

Прочее: мебель, балкон, бутылка; двери - массовка.

Мебель:

1) Стул, женатый холостяк в полном расцвете сил, служит в

гостинице, со службы возвращается поздно и при этом неизменно

пьян.

2) Табуретка, его молоденькая жена, служит многим,

аккомпанирует старому роялю в музыкальной школе на соседней

улице. Семейный очаг покидает редко, при этом всегда долго не

В детстве Чебурашку очень часто обижали

В детстве Чебурашку очень часто обижали всякие жутко вредные Шипокляки, пионеры - чтоб им всем не похмелиться /см. сборник жутких анекдотов/ и ва-аще ему было жутко одиноко. И в один из самых-самых-самых, ну очень самых грустных дней, как бы сказал небезызвестный парнокопытный Иа-Иа, ему /в сысле Чебуру/, попался на глаза /не в прямом смысле, а значит он просто увидел, и забодай меня комар/, мультфильм про всяких там ниндзей-чурюпашек /см. мультфильмы "Ну, погоди !"/. "Это ж просто обалдеть, как здорово!" - оборался наш Чебурашка. В его голове созрел не совсем еще, но уже план и он, в розовых глюках и мечтаниях метнулся диким кабаном-Пятаком /см. мультфильм "Винни-Пух и все-все-все."/ с тихим визгом в поисках хотя бы однoго укромного спортивного зала, не занятого качками, панками, хиппи, рокерами, студентами, программерами и животноводами-любителями /см. криминальные сводки МВД/. После какого-то месяца изысканий он нашел его! В скромном дощатом сарайчике, с дыркой недоделкой в полу / см. "Обязательства XXII пятилетки"/ и недописанной на 2/3 рекламой АО "МММ" на двери. Ко всему прочему находка простаивала совсем рядом во дворе всем известного скряги и детоненавистника трижды кракопадлы Гены! Это было что-то и Чебурген начал... Дырку он закрыл портретом известного политического деятеля эпохи средневековья /см. "Материалы XXVII съезда КПСС"/, а недоделанную рекламу так и оставил - в целях конспирации. Но когда он уже выполнил лежа третий от груди жим, в дверь громко постучали, а затем кто-то начал остервенело дергать ее за ручку. "Пионеры!" - испугался Чеба-сан и уронил заменявший ему штангу кирпич, который он слямзил на одной из строек народного хозяйства /см. УК РФ/, прямо себе на животик. - А-а-а-о-о-о-и-и-и-хрю-хрю-я-я!!! Вобщем крик получился самый что ни на есть зловещий, яростный, кровавый, убийственный, мстящий и т.д. /см. видеоматериалы "XX Century Fox", "Warner Bros.", "Carolco" и т.д./. И те, кто были снаружи - испугались. И не просто испугались а вообще все. И не просто все - а сразу сбежали. И не просто сбежали - а вообще сразу все, неизвестно куда и - самое главное - навсегда. И наш главный герой остался совсем-совсемсовсем один. Но в отличии от о всяких там отличничков из всяких там книжечек /см. подборку издательства "Детская литература"/ Чеберепотамус I вовсе ни разу не огорчился, а стал жить так, как ему хотелось. И до сих пор живет, переодически устраивая полугодовые попойки с заезжающими учениками - ниндзями-чурюпашками /см. мультфильмы "Ну, погоди !"/.