Ушедший бог

Иpина Кищенко

Ушедший бог

Сегодня был день пpиношений. Все племя наpхаpов собpалось пеpед хpамом Великого Ваpха. Мужчины и женщины несли с собой узелки с аpконием. Это был даp Великому Ваpху.

Люди были измучены стpаданиями, лица их вызывали жалость, по щекам у многих текли слезы. Впеpвые за много лет Великий Ваpх отвеpнулся от них, и вот уже месяц племя живет без его опеки. Пещеpы больше не согpевались пpиятным теплом, дети все вpемя плакали от холода. Hещадные дожди не зная пpегpад били бичами по лицам людей.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Олег РОМАНЧУК

ПЯТОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

В мозгу пронеслось эхо. Слабый, зашифрованный отзвук какого-то непонятного состояния. Затем одна за другой возникли окутанные дымкой картины - нереальные, фрагментарные, не поддающиеся анализу. Калейдоскоп фантастических зрелищ без видимой внутренней связи. Хаотическое нагромождение закодированных образов, непонятных и даже ужасных, Сознание барахталось на грани, разделяющей внутренний и внешний миры; он никак не мог понять: действительность это или иллюзия? Его "я" еще не сформировалось. Индивидуальное, психофизиологическое восприятие времени, причинно-следственные связи и способность ориентироваться в пространстве не проявились. Пока что доминировало примитивное ощущение того, что он есть в этом мире. Его "я" медленно о.свобождалось от хаоса неясных догадок, он все больше осознавал себя в окружающей среде, продолжая тем не менее чувствовать себя по отношению к ней враждебно. Простое осознание того, что он жив, сменилось пониманием личного присутствия в мире, чувством причастности чему-то значительному и важному. Кем он был раньше? Это было ему неизвестно. Он не помнил даже собственного имени. Забыл или не знал? Имя его - мир. Весь мир. Вселенная. Материя, в складках которой застыли кристаллики льда и тьмы. Холодные кристаллики с острыми кончиками. Блестящие и прозрачные. Протяни руку и почувствуешь их холодное покалывание... Что-то ему подсказывало: все, что он ощущает и видит,- ненастоящее, это только копия. Копия чего?.. Новая волна смутных догадок накатилась - и исчезла. Так же неожиданно, как и возникла. Он лежал ничком. Не шевелился. На сверкающей, идеально ровной поверхности. Испуганно билось сердце. Непонятная сила заставила его перевернуться. Он увидел над собой зеленое небо с двумя яркими пятнами - желтым и красным. Два солнца?.. Вскочив, он бросился бежать. Куда? Куда глаза глядят... Лишь бы убежать! От кого?.. Или от чего? Он не знал. Ему было страшно. Видение исчезло. Совсем? И было ли оно в действительности?

Романов Виталий Евгеньевич

Стекла цвета смерти

- Фу, какая непонятная штука! - сморщив нос, пробормотал мальчик. Он разглядывал цилиндр, украшенный рисунками смешных человечков.

- Это калейдоскоп, - терпеливо объяснил мужчина, поворачивая картонную трубу так, что стеклянный глазок оказался перед лицом сынишки. - Смотри. Вот этот конец поднимаем повыше, теперь на него падает солнечный свет, а сюда заглядываешь... Внутрь.

- Папка!!! - восторженно закричал мальчуган, и прохожие, спешившие по делам, невольно замедлили шаги, оборачиваясь. - Папка! Я вижу! Вижу...

Романов Виталий Евгеньевич

Умереть стоя

Пронзительный, полный муки крик пронесся под сырыми сводами башни, ударился в потолок, забился в дальнем углу темницы.

Гуиано вздрогнул, возвращаясь к действительности из облака воспоминаний. Действительность не сулила ничего хорошего - вот захлебнулся второй крик, следом могучей волной прокатился рев торжества. Толпа возбужденно пела.

Где-то там, внизу, на площади, умирал сэр Родригес, последний из людей, оставшихся в живых. Последний, кроме Гуиано...

Романов Виталий Евгеньевич

Вирус

Сентябрьское небо хмурилось все больше, и, похоже, готово было в любой момент пролиться дождем. Алексей поежился, прикрывая окно. Помедлил, глядя на улицу. Уходить домой не хотелось. Еще с утра, когда ничто не нарушало идиллии бабьего лета, он неосмотрительно отдал ключи от машины супруге. Теперь приходилось жалеть о беспечности: предстояло бежать домой, несмотря на пронизывающий ветер, или, того хуже, под дождем, кутаясь в легкую, не по погоде, куртку. "Эх, Юрков, - сказал он сам себе. - Балда ты".

Борис Романовский

С ДРУЖЕСКИМ ВИЗИТОМ

Мы летим обратно. Кроме меня вcе епят. Хорошо бы и мне впасть в летаргическое состояние. Через четыре периода меня сменят, а сейчас я один в рубке - веду корабль домой.

Несчастливым был этот полет. Мы потеряли капитана-штурмана Хрупа, инженера-физика Бруха и инженера-биолога Хрема. И Врух, и Хрем - славные ребята, много хорошего я бы мог о них сказать. Но с Хрупом меня связывают более тесные узы. Наши отношения были скреплены той духовной близостью, которая позволяет с полуслова понимать друг друга. Много тысяч секопаров налетали мы вместе в космосе. А теперь во мне какая-то пустота. И ее ничем не восполнишь.

Борис РОМАНОВСКИЙ

ВЕЛИКАН

Предисловие

Почему я пишу фантастику? Странный вопрос.

Нет, наверное, дело не только во вкусах, "так. мне нравится" - и все тут! Наверное, сыграло роль то, что я двадцать семь лет проработал в ЛенПО "Электроаппарат" испытателем высоковольтной аппаратуры. Это не могло пройти даром ни для образа мышления, ни для языка. И эта работа заставляла думать каждый день. Важно было не только установить причину отказа в работе, но и найти способ ее устранения. А это, в свою очередь, привело к тому, что я понемногу начал рационализировать, изобретать, занялся "техническим творчеством". Тогда я начал и писать фантастику. Одно время я уже перестал различать, фантастика ли - часть моего технического творчества, или, наоборот, изобретательство - часть фантастики.

Игорь Росоховатский

Человек-остров

"В последнее время много пишут и говорят о загадке острова Чебышева, о подводных хребтах, которые тянутся от него к континенту. Предполагают, что они очень молодые и возникают в последнее время, хотя вулканической активности не наблюдается уже в течение столетия. Наиболее удивительна их форма. Все они пролегают строго параллельно один другому и совсем не имеют складок, что отличает их от всех известных науке подводных гор и хребтов.

Игорь Росоховатский

Древний рецепт

Послышался тихий и нерешительный стук в дверь... Василий Кузьмич постарался представить человека, который сейчас войдет. Пока дверь медленно открывалась, он успел подумать: "Загнанный и отвергнутый врачами или же один из местных знахарей?" Человек был и похож и не похож на тех, кого представлял себе Василий Кузьмич. Худое, обветренное лицо. Болезненная бледность не смогла совсем смыть с него загар. Резкие морщины у глаз, как у каждого, кто привык щуриться на южном солнце. Веки полуопущены, и выражения глаз не увидеть. Нос с горбинкой. Больше похож на араба, чем на таджика.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

А. КИСЕЛЕВ

МАРШАЛ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ЛЕОНИД ГОВОРОВ

Биография Леонида Александровича Говорова похожа на биографии многих его сверстников, посвятивших свою жизнь службе в Советских Вооруженных Силах, хотя имеет она, как и у всякого человека, свои особенности, свои крутые повороты.

Родился Л. А. Говоров 22 февраля 1897 года в деревне Бутырки Вятской губернии - в краю, который даже в отсталой прежде России выделялся своей нищетой и считался одним из глухих медвежьих углов. Отец его, как и множество других бедняков, надолго покидал родные края в поисках заработка. В молодости довелось ему бурлачить, потом он плавал матросом, а в зрелые годы, поскольку все же сумел осилить грамоту, устроился письмоводителем реального училища в городе Елабуге. Там прошло детство Леонида Говорова и трех его братьев.

Андрей Киселев

Повесть о Сонечке

в ролях:

Марина - поэтесса

Сонечка - актриса

3-ий голос, Вахтанг, Приказчик, Чужой, Володя, Аля, Ирина - голоса за кадром

Начало. Титры: "Марина Цветаева" - на обложке книги, открывается следующая страница -"Повесть о Сонечке", титры уходят в затемнение. Из затемнения маленькое светлое пятнышко, медленный наезд, пятнышко преврашается в Марину, сидящую спиной в 3\4 перед "поминальником" (столик с фотографией Цветаевой, засохшая белая роза, листы рукописей, книги, пластинки, патефон, и т.п.) Звучит музыка Н.Нелюбовой, стихи А.Филимонова "Еще одна птица":

Сергей Киселев

Там, на Земле...

Когда раз в полгода я по делам снабжения прилетаю с Сатурна в командировку на Землю, то пользуюсь услугами Аэрофлота, храню деньги в сберегательной кассе, не в свои сани не сажусь, приобретаю билеты денежно-вещевой лотереи, обхожу троллейбус спереди, а трамвай сзади, не рою другому яму, пью натуральные соки, при пожаре звоню по телефону 01, вовремя оформляю подписку на газеты и журналы, берегу платье снову, держусь правой стороны, заполняю карточки "Спортлото", проверяю деньги не отходя от кассы, не уверен - не обгоняю, отправляя письма, не забываю указывать почтовый индекс адресата, перехожу улицу на зеленый свет, не спрашиваю старого, а спрашиваю бывалого, застегиваю привязные ремни, кую железо, пока горячо, не приступаю к работе без инструктажа, закрываю двери, охраняю лес от пожаров, со своим уставом в чужой монастырь не суюсь, экономлю электричество, люблю книгу - источник знаний, мою руки перед едой, не говорю "гоп", пока не перескочу, заболев гриппом, вызываю врача, умираю, но не даю поцелуя без любви, строго соблюдаю правила техники безопасности, не смеюсь над чужой сестрицей - своя в девицах, вижу соломинку в оке ближнего своего, уважаю труд уборщицы, предъявляю пропуск в развернутом виде, во время перехода на повышенные обороты проверяю правильное функционирование жиклеров карбюратора, не разрешаю детям играть со спичками, не прислоняюсь, не отдыхаю в кабине при работающем двигателе, готовлю сани летом, а телегу зимой, не курю, не высовываюсь, на чьем возу еду - того и песни пою, не плюю в колодец, не хожу по железнодорожным путям, не переливаю из пустого в порожнее...

Валерий Киселев

Нижегородцы на чеченской войне

Сборник статей о войне в Чечне

1994-2000 годы

Автор сборника - нижегородский журналист Валерий Киселев, лауреат премий Нижнего Новгорода, Министерства обороны и Союза журналистов России, победитель всероссийского конкурса "Журналисты в "горячих точках". С первых дней начала событий в Чечне пишет о судьбах нижегородцев, представителей различных силовых структур, принимавших участие в боях. Побывал в Чечне в марте 1995 года, во второй военной кампании в Чечне - три раза. Впечатления от командировок стали основой этого сборника статей.