Урабарские друзья

Владимир Николаевич Бровкин

УРАБАРСКИЕ ДРУЗЬЯ

Дед Козлов на пару с дедом Югровым уже много лет выезжает в лето с пчелами на Паршнно озеро, что в пятнадцати километрах от села. Места там вольготные и благодатные - по всей округе таких мест не сыскать. На раздольных зеленых лугах чайным блюдечком озеро голубеет, по правую руку вперемежку с кудрявым березняком сосновый бор берег обступает.

Благодать такая, что словами все и не выскажешь.

Другие книги автора Владимир Николаевич Бровкин

Вы открыли книгу с этой стороны. Однако не думайте, что вся она принадлежит одному автору — Владимиру Бровкину. Переверните и убедитесь: в ней есть и рассказы Владимира Титова. Владимир Бровкин написал свои рассказы давно, в семидесятые годы, когда, как мы знаем, трудно было говорить правду о действительности. Потому он и обратился к фантастике. В рассказах Бровкина легко узнаются «герои» последних десятилетий. Даже я фантастических сюжетах видны приметы наших дней. Манеру В. Титова отличают ирония и мягкий юмор. Эта книга имеет два начала и двух авторов — своеобразный перевертыш. Переверните ее и вы увидите, что на другой стороне переплета другой и автор — Владимир Бровкин. Владимир Титов, написавший предлагаемую подборку фантастических рассказов, — профессиональный журналист, уже печатал вещи в коллективных сборниках в Новосибирске и Москве, в периодических изданиях. Фантастика Титова — это не только космос и путешествия в неизведанные миры, это еще и попытка шире увидеть и понять современный нам мир.

Чюлюкин — умный мужик. До всего дотошный. А главное — мастеровой. В свое время лодку как-то смастерил.

Пре-о-ри-ги-наль-нейшую. Какую еще никто никогда в жизни не видывал. В селе его. В Пунькино.

Смотрят все на лодку, удивляются — это же надо таку башку иметь. Аи да Чюлюкин! Аи да Чюлюкин!

И уж не помню, кто, но кто-то надоумил его отвезти ту лодку в район. И там ее показать — дескать, вот у нас какие люди. В Пунькино.

Тот послушался.

Владимир Николаевич Бровкин

АКУЛА

В третьем Веритюткинском пруду объявилась акула, Об этом сообщил Митька Пискунов.

Он третьего дня после посевной хотел в том пруду купнуться.

Митька только-только залез в воду, но та ему вцепилась в мягкое место зубами, что он, не помня себя, без трусов выскочил из воды.

Получилось почти как в кино "Тайна двух океанов" Слушая Митьку, мужики от души смеялись.

Митька же - божился.

Бабка Марья с трехлетним внуком Юриком гоняла на озеро гусей, а теперь неторопливо возвращалась с ним домой.

Шли они с внуком потихоньку, да помаленьку и шли так совсем не потому, что их занимало ласковое утреннее солнце — дел по хозяйству дома пропасть, а потому, что старому да малому в рысь много не набегаешь. По ихней прыти только того и осталось, что гонять на озеро гусей.

Поначалу все внук норовил было бежать передом, но быстро подустал, начал кукситься и теперь тоже тихонько плелся рядом с бабушкой.

Марьясова Ивана, задержавшегося в тот день на работе дольше обычного и пришедшего домой уже затемно, жена встретила сообщением, что из табуна не вернулась корова.

— Подтелок пришел, а коровы нет. Мы с Васькой уже полдеревни обегали нет нигде, как сквозь землю провалилась. И куда она могла запропасть, ума не приложу? За поскотиной нет, возле могилок нет, за садом тоже нет. Васька на Баеву улицу бегал, там тоже нет.

«Черт знает что, — подумал Иван, — совсем, что ли, корова свесилась. Она все первый год к старым хозяевам бегала. Замаялись с ней тогда вконец».

На нем был заметно помятый сине-зеленый мундир флотского офицера.

Четыре ярко-желтые колкие звездочки на некогда ярко-голубой нашивке выше локтя, а также три оранжевые лычки на таких же полинявших погонах, оконтуренных ярко-красным кантом, говорили о его невысоком капитан-капральском звании.

Не очень свежая рубаха табачного цвета и совсем сбившийся набок галстук могли говорить либо о явном презрении сидевшего напротив меня офицера к щегольству, так свойственного многим людям нашего положения, либо о превратностях судьбы, свалившихся на его голову.

Владимир Николаевич Бровкин

РЕСТОРАН "ДАСТАХА"

Всякий раз, когда в ресторане "Дастпха" за столиком собираются офицеры из разных родов войск, между ними непременно возникает спор о том, чей род войск нужней и кто из них выше по званию. В старые добрые времена, когда кроме войск планетного базирования, а иначе называемых планбазовскими, других не было, дело было куда проще: лейтенант - это лейтенант, капитан это капитан, генерал-майор - это генерал-майор, была в отношении воинских званий полная ясность.

— Что бабы, красивая медаль, да? Ну еще бы, я и сам это прекрасно вижу. Такой медали окромя меня больше ни у кого на всем земном шаре нет. Точно. На всём земном шаре. Ну что — да ну! Ну что — да ну! Говорят, значит точно! Вот еще, врешь! Да с какой стати мне врать-то. Что мне за это деньги, что ли, платят. Если хотите знать, так Иван Печенкин еще никогда в своей жизни не врал.

Ну вот, опять свое.

Ну а если и вру, так чего тогда рот разинули. Если не интересно, так не слушайте. Я тем рассказываю, кому интересно.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Мать Эми неизлечимо больна. Она решает обмануть время, чтобы увидеть, как растёт дочь.

По приглашению своих коллег известный экономист Лео К. Мот побывал на Парсимонии. Необычный хозяйственный уклад этого космического сообщества породил на Земле множество сенсационных кривотолков, буквально заполонивших все органы массовой информации.

Моту разрешили участвовать в жизни парсимонского общества, хотя не выдали ему при этом ни удостоверения личности, ни вида на жительство, ни какого-либо иного документа. Точнее, Моту просто ничего не запретили, а это, по парсимонским правилам, автоматически означает разрешение. Таким образом парсимонцы экономят немало бумаги. Они вообще не могут понять, зачем нужно письменно фиксировать разрешения.

Корабль словно падал в бесконечную ледяную бездну. Даже самые близкие солнца были страшно далеки, их лучи почти не доставали сюда, они оставались лишь белыми пятнышками на темном фоне, похожими на небольшие смерзшиеся льдинки. И расположение их день ото дня почти не менялось. Такое чувство, будто корабль неподвижно застыл в межзвездном пространстве.

Никогда прежде космический полет не казался Лестеру столь утомительным и бесконечным. Его заверяли, что две солидных размеров птички скрасят ему долгое путешествие домой, однако вышло наоборот: они лишь испытывали терпение, раздражали, действовали на нервы. Птицы были какими-то слишком уж эмоциональными, пребывали в постоянном возбуждении — правда, они не понимали человеческую речь и даже зачатков интеллекта у них не было, зато они с ходу улавливали любое проявление неприязни, тут же принимались квохтать и гоготать, забивались в тесное пространство между приборами, откуда извлекать их приходилось с немалым трудом. Им требовалось очень много времени, чтобы вновь успокоиться, поесть или заснуть. Зато, не будучи разобиженными, они долбили своими длинными ненасытными клювами все, что ни попадя, любые не защищенные пластмассовыми покрытиями и не зафиксированные в определенном положении тумблеры, кнопки и контакторы, они выключали свет, произвольно меняли температуру в отсеках, комкали и рвали магнитную ленту, запирали на задвижки двери, объявляли ложную тревогу…

На кушетке ворочался и стонал человек. Его голова но самые уши была покрыта яйцевидным каркасом. Из каркаса выходил пучок изолированных проводов, стекавшихся к контрольному табло, установленному в ногах у пациента.

— Нет! — закричал мужчина. Потом забормотал, расслабленные черты его лица исказились словно от боли. II вдруг: — Я и не думал!.. Нет! Не надо!.. — Он снова забормотал, попытался привстать, жилы у него на шее сильно напряглись. Ну пожалуйста, — произнес он, и слезы показались у него на глазах.

Ученые считают, что теоретически можно создать искусственную память с неограниченным объёмом.

Три повести, составляющие эту книгу, связаны общим содержанием и как бы продолжают одна другую, Пользуясь средствами политического памфлета, приключенческой и научно-фантастической литературы, автор, занимательно строя сюжет, показывает, как империалисты некоей западной страны пытаются в своих корыстных целях использовать новейшие достижения науки, как они терпят крах в этом. В книге разоблачены разжигатели военного психоза, проповедники «холодной» и «горячей» войны.

Поезда от этой станции отходили крайне редко. Неясно даже, имело ли смысл вообще содержать такую дорогу. Правда, ее подключили когда-то к общей сети, но движение отнюдь не оживилось, и примыкающие пути успели уже зарасти травой и покрыться ржавчиной. Вагончики местного поезда почти всегда оставались пустыми.

Я стоял на вокзале. Теплый летний день, душно, заняться решительно нечем. Городок нежится в умиротворяющей, праздной тиши, кафе и магазинчики либо закрыты, либо позевывают от отсутствия посетителей. В такое время жизнь здесь словно замирает. И сегодняшний день отнюдь не исключение, городок всегда так живет в летнюю пору.

Вдали ревет тукус. Дрожь пробирает при мысли, что этот кошмарный зверь может оказаться в круге света, который бросает моя лампа. Мохнатый загребущий хобот, два острых, как кинжалы, рога, торчащих во лбу — на этот лоб с силой шмякается захваченная хоботом жертва — и, наконец, желтые клыки! Но тукус боится приблизиться. Огни на сторожевых башнях и монотонные крики легионеров отпугивают его.

Мы не беззащитны. Оптим Тавр уже убил трех таких хищников, да и другие охотники время от времени их убивают… Мне кажется, бестии начинают нас избегать.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

С ранней юности Келси запомнился глубоко возмутивший ее презрительно-циничный разговор компаньона отца с по уши влюбленной в него девушкой.

Как же случилось, что теперь се самое связывают совершенно непонятные и необъяснимые узы с надменным и жестоким Маршаллом? Как бороться с неодолимым влечением к этому мужественному, но безжалостному красавцу?..

Родовой замок в долине реки Луары и перестроенный из фермы большой, с бассейном во внутреннем дворике, сельский дом, бревенчатое шале в Савойских Альпах, а еще Лондон, Нью-Йорк — вот декорации бурного романа, завязавшегося у двадцативосьмилетней англичанки Сэнди с Жаком Шалье, истинным французом. Из-за которого Сэнди и сделала отчаянный шаг…

Королева эльфов Рен, отважный воин Морган Лия, братья Омсворд, а также их сподвижники вступают в смертельную схватку с силами Зла. Помогает друзьям умудренный знаниями предков друид Уолкер Бо. И не бывать победе смельчаков, если бы не доверенные им древними магами талисманы — волшебный меч Шаннары, эльфийские камни и песнь желаний.

Сицилия, 1989

– Ты уверен, это та дорога? – спросил Том Огастин, подавшись вперед с заднего сиденья и вглядываясь сквозь ветровое стекло в жаркую пыльную дорогу, бегущую впереди. – Что-то очень уж долго едем.

Винсент Джордано перегнулся через руль, как будто, прижавшись лицом к стеклу, можно было что-нибудь рассмотреть.

– Да, Немо, не думал, что это так далеко.

Немо опустил стекло и стряхнул пепел с сигареты.