Улыбнись горам, дружище!

Улыбнись горам, дружище!

Рассказы – истории из альпинистской жизни.

С сайта http://piligrim-andy.narod.ru

Отрывок из произведения:

Нет, пожалуй, на свете второго такого вида спорта, среди поклонников которого ходило бы такое количество разного рода устных рассказов, баек, воспоминаний о комических, трагических и просто анекдотических происшествиях, как альпинизм...

Этот походный высокогорный фольклор впитал в себя лучшие качества знаменитых «охотничьих рассказов», рыбацких и шофёрских баек, в нём есть что-то от творчества незабвенного барона Мюнхгаузена.

Все произведения этого замечательного жанра условно можно разделить на две категории: это или повествование о каком-то трагическом случае, в основе которого лежит срыв в пропасть, падение в трещину, удар молнии, и все это, закончившееся смертью пострадавшего, который по какому-то странному извиву сюжета иногда одновременно предстает и в роли рассказчика; или какая-то чисто анекдотическая и просто смешная ситуация, но непременно тоже на каком-то угрожающем фоне...

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Краткая летопись жизни и творчества Марка Твена

1835 Марк Твен (Сэмюел Ленгхорн Клеменс) родился 30 ноября в деревушке Флорида, штат Миссури. Отец - Джон Маршал Клеменс; мать - Джейн Лэмптон Клеменс.

1839 Семья Клеменсов переезжает в городок Ганнибал, штат Миссури.

1847 Смерть отца.

1848 Тринадцатилетний Марк Твен поступает учеником наборщика в еженедельную газету "Миссури курьер", выходящую в Ганнибале.

1850 Переходит на работу в газету "Уэстерн юнион" (позднее "Ганнибал джорнел"), которую издает его старший брат Орион Клеменс. Первые литературные опыты Твена в этой газете.

Михаил Вострышев

Чарующая Целиковская

ПРЕДИСЛОВИЕ

Большинство читателей, которые возьмут в руки эту книгу, знают Людмилу Целиковскую исключительно как киноактрису, сыгравшую главные роли в фильмах "Антон Иванович сердится", "Сердца четырех", "Беспокойное хозяйство", "Попрыгунья", "Лес"... Кое-кто видел ее на сцене Театра имени Вахтангова в сороковые-восьмидесятые годы. И лишь совсем немногие друзья были посвящены в перипетии ее личной жизни, в сложные, подчас горькие повороты ее судьбы.

Никита Заболоцкий

Поэзия, завещанная потомкам

Николай Алексеевич Заболоцкий (1903--1958) принадлежит к первому поколению русских писателей, вступивших в творческую пору жизни уже после революции. В его биографии поражает удивительная преданность поэзии, упорная работа над совершенствованием поэтического мастерства, целеустремленное развитие собственной концепции мироздания и мужественное преодоление барьеров, которые судьба воздвигала на его жизненном и творческом пути. С молодых лет он очень взыскательно относился к своим произведениям и к их подбору, считая, что нужно писать не отдельные стихотворения, а целую книгу. На протяжении жизни несколько раз составлял идеальные своды, со временем пополняя их новыми стихотворениями, прежде написанные -- редактировал и в ряде случаев заменял другими вариантами. За несколько дней до смерти Николай Алексеевич написал литературное завещание, в котором точно указал, что должно войти в его итоговое собрание, структуру и название книги. В едином томе объединил он смелые, гротескные стихотворения 20-х годов и классически ясные, гармоничные произведения более позднего периода, тем самым признав цельность своего пути. Итоговый свод стихотворений и поэм следовало заключить авторским примечанием:

Василий Захарченко

Он первый уверовал в инопланетян

К 90-летию Александра Казанцева

С волнением всматриваюсь я в необыкновенное лицо этого человека. В нем есть какие-то колдовские черты, которые не отталкивают собеседника, а наоборот откровенно притягивают его неистребимым желанием понять, какой же груз пронес сквозь свою многотрудную жизнь этот безумный-безумный фантаст. Ведь за спиной его почти столетие; революции, войны, перестройки и переделы страны и сознания миллионов людей. Все видел... Все пережил... И что главное: сумел пронести сквозь все это светлую мечту о будущем. Он всегда смотрел вперед. И постоянно глядя в грядущее, сумел впервые в мире разглядеть инопланетян в загадочном феномене Тунгусского метеорита. И меня радует, что об этом я вновь услышал на последнем международном конгрессе УФОЛОГОВ, проходившем в Дюссельдорфе. УФОЛОГИ мира верят Казанцеву. Есть люди, которым сама судьба словно предначертала быть "генераторами идей". Всей жизнью и деятельностью своей эти, безусловно, талантливые люди становятся возмутителями спокойствия. Отвергая истины, ставшие хрестоматийными, смело вторгаясь в область фантазии, возмутители спокойствия будоражат человеческое сознание, увлекая за собой тысячи и тысячи последователей, окрыленных стремлением к необычному, смелому, к поиску нового. Невольно приходят на ум чудесные слова великого врачевателя Н. И. Пирогова: "Все высокое и прекрасное в нашей жизни, науке и искусстве создано умом с помощью фантазии, и многое - фантазиею при помощи ума. Можно смело утверждать, что ни Коперник, ни Ньютон без помощи фантазии не приобрели бы того значения в науке, которым они пользуются" На долю писателя-фантаста Александра Казанцева, работающего в литературе на протяжении нескольких десятилетий, выпало великое счастье стать возмутителем спокойствия - неистощимым "генератором идей", увлекшим за собою миллионы читателей и почитателей. Я вспоминаю до безумства смелое утверждение Казанцева, высказанное им в послевоенные годы, о том, что тунгусское диво - метеорит, пронесшийся над Сибирью и не оставивший после себя никаких материальных частиц, - является не чем иным, как инопланетным космическим кораблем, потерпевшим аварию над планетой Земля. Рассказ "Взрыв", появившийся в печати в 1946 году, явился подлинным взрывом фантазии, разбудившим воображение не только юных искателей приключений, но и маститых мужей науки. Десятки добровольцев, объединившись в научные отряды, углубились в дебри Подкаменной Тунгуски - в район космической катастрофы. Молодые энтузиасты облазили таежные завалы, образовавшиеся после взрыва, в поисках разгадки одного из самых таинственных и удивительных явлений природы. Но этого мало. Сейчас стало известно, что Главный конструктор космических кораблей академик Сергей Павлович Королев тоже не избежал убедительного очарования смелых идей писателя-фантаста. Прославленный конструктор был одним из организаторов экспедиции, оснащенной точнейшим оборудованием и вертолетами. Ее участникам во что бы то ни стало хотелось найти хотя бы крохотный кусочек "марсианского корабля". И хотя ни одного обломка так и не было найдено, энтузиасты, взволнованные гипотезой писателя, продолжали романтический поиск, а ученые писали книги и монографии на тему тунгусского дива, защищали диссертации, получали ученые звания. И хотя прошли десятилетия со времени рождения гипотезы Казанцева, споры ученых и фантастов вокруг тунгусского метеорита продолжаются. Возмутитель спокойствия предвосхитил космический век своей фантазией, опиравшейся на научное предвидение, словно предсказывая пору великих космических свершений. До сих пор со всего земного шара к А. П. Казанцеву приезжают в Москву энтузиасты. Из Австралии и Англии, из США и Франции, из Японии и Швейцарии, из Италии и ФРГ, из Болгарии и Кубы, из многих и многих стран приезжают писатели и романтики, для того чтобы побеседовать с родоначальником одной из самых пленительных гипотез нашего беспокойного времени. Невольно встает вопрос: почему происходит такое? Что поднимает людей на штурм неизведанного? Какие силы родились в человеческом обществе, чтобы заставить людей беспредельно искать новое, пытаясь заглянуть в завтрашний день через головы потомков? Фантастический поток знаний упорно сметает границы старых представлений, заставляет человека не только удивляться, но и искать все новые и новые подступы к постижению жизни. Человеческий разум обладает исключительным, я бы сказал, удивительным свойством предвидеть и предугадывать. Кто-то должен брать на себя смелость прокладывать тонкий пунктир грядущих открытий, кто-то неустанно должен искать формулу завтрашнего дня. Это делают фантасты... Наш век научно-технической революции уже подготовил людей к восприятию самого необыкновенного. Об этом образно и прекрасно высказывалась старейшая наша писательница Мариэтта Сергеевна Шагинян: "Пришло время, когда силы, выходящие за пределы человеческого восприятия, ультразвук, который нельзя услышать, ультраскорость, которую нельзя себе представить, пришли на службу человеку. Новые научные открытия надвигаются на нас, на нашу психику, на систему наших чувств и мышления с огромной силой воздействия, и они, эти открытия, влияют не только на материальный мир, они перевоспитывают самого человека, меняют его характер, образ мышления, привычку, способ жизни". Мы живем в сложном мире, созданном матерью-природой, и одновременно в мире, созданном нашими руками и нашим разумом. Максим Горький дал блестящую характеристику окружающему нас миру. "Второй природой" назвал он все, что создано человеком. Старушка природа формировалась своей эволюцией миллионы лет. Она столкнулась со "второй природой", на создание которой требуются даже не столетия - годы. Именно эту "вторую природу" и выбрала местом своего действия научная фантастика. Ее поле деятельности распространяется несравнимо больше в завтрашний день, чем в прошлое. Это и понятно - ведь именно будущее дает возможность широко развернуться человеческой фантазии. Не потому ли научная фантастика стала сегодня одним из любимейших жанров в первую очередь у молодежи? Она ищет в этой литературе необычное, ищет контуры грядущего, свой завтрашний день. И не зря выдающийся русский писатель Леонид Леонов, охваченный порывом познания будущего, восклицал: "О, как безумно хочется хотя бы через травинку, через парящее в небе облачко, даже со сверхптичьего полета взглянуть потом, потом на наше продолжение в веках... Часть этого задания ложится и на так называемую научно-фантастическую литературу, которой хочется попутно пожелать большого совершенства, в частности умножения сюжетных координат, в пересечении которых образуются поразительные детали, выясняются неожиданно и незнакомые еще очертания новой эры. Но лучше всех для нас сделают это универсальные, авторитетные, увлекательные, еще лучше - вдохновенные обзоры по ведущим наукам современности, причем с некоторым люфтом, вольностью в сторону чрезмерных допущений и даже... с малой долей гипотетической ереси, которую иные ученые-блюстители столь терпеть не могут и в личине которой нередко на сцене науки и жизни появляется истинное новаторство". Казанцев появился в нашей литературе тогда, когда еще находились иные критики, снобистски трактовавшие произведения научно-фантастического жанра как некую "инженерную" фантастику, пытаясь тем самым переселить новый жанр литературы из мира искусства, анализа человеческих душ в мир машин и железок, обескровленный отсутствием Человека с большой буквы. Кто-то упорно считал в свое время, да порою и сейчас пытается считать раскрытие научной или технической идеи, показ борьбы за ее воплощение неким популяризаторством, исключающим художественную ценность произведения. Александру Казанцеву, как одному из основоположников жанра научной фантастики в нашей стране, пришлось выдержать многолетний бой за утверждение дорогой ему литературы, за доказательство того, что новые проблемы, встающие перед человечеством, являются в первую очередь отражением человеческих радостей и страданий, светлый идей и горячих образов. Александр Петрович Казанцев родился в 1906 году в старинном степном городе Акмолинске, ныне Целинограде. Он учился в Омске, высшее техническое образование приобрел в Технологическом институте Томска, который окончил в 1930 году. Молодой инженер начал свой жизненный путь механиком Белорецкого металлургического завода на Урале, затем научным сотрудником одного из московских исследовательских институтов. Участвуя в оборудовании советского павильона международной выставки 1939 года в Нью-Йорке, писатель приобретает первые впечатления "американского периода" своей жизни, которые так помогли ему впоследствии при написании романов "Пылающий остров", "Арктический мост", "Мол Северный" и "Льды возвращаются". Уже тогда, в предвоенные годы, Александр Казанцев начинает свою первую пробу пера, утверждая себя в реалистической фантастике, которой он остается верным всегда. Наиболее плодотворным мотивом раннего творчества писателя был политический памфлет, облеченный в увлекательную формулу фантастическиприключенского повествования. Ранние произведения писателя особо ценны тем, что в тревожные предвоенные годы и в годы "холодной войны" они звали людей к борьбе за единение усилий человечества во имя светлой жизни. В дни Великой Отечественной войны А. П. Казанцев становится военным инженером, он руководит одним из крупнейших научно-исследовательских институтов, работавших на победу. Писатель заканчивает войну уполномоченным Государственного Комитета Обороны СССР в Вене, в звании полковника. Послевоенный период он целиком отдает литературе. Роман "Пылающий остров" впервые увидел свет в предвоенные годы. Это публицистический страстный памфлет, предостерегающий человечество от пагубного использования достижений научной мысли. По сути, писатель предвосхитил трагедию атомной бомбардировки Хиросимы 1945 года. Романы "Арктический мост" и "Мол Северный" подчеркивают другую сторону дилеммы, стоящей перед человечеством. Или угроза всеобщего уничтожения или разрядка международной напряженности, мирное сосуществование и сотрудничество разных социальных систем. Произведения Казанцева рассказывают о строительстве подводного плавающего туннеля между берегами СССР и Америки. Это не только нить, соединяющая два континента. Это попытка показать единство интересов народов разных стран в решении глобальных проектов, улучшающих нашу планету. Целая серия повестей и романов Александра Казанцева рассказывает о завоевании космоса. "Лунная дорога" и "Планета бурь" (1959), рассказы "Гость из космоса" и "Марсианин" (1953-1958), "Звездные пришельцы" (1960), очерк "Из космоса - в прошлое" (1972) - все это ступени, рассказывающие миллионам читателей о хитросплетениях на пути познания Вселенной. Подобно гипотезе о Тунгусском взрыве, эти произведения вызвали всемирный интерес. На III Всемирном конгрессе палеокосмонавтики, проходившем в 1976 году в Югославии, книги Казанцева серьезно обсуждались как основа новой науки о возможном посещении нашей Земли инопланетянами. Основные достоинства литературно-фантастического метода Александра Казанцева - это в первую очередь яркость и масштабность изображения социально-политических конфликтов. Автор обладает исключительным воображением, он владеет диалогом, ему удаются образы действующих лиц. Но больше всего читателя привлекает оптимистичность социальных прогнозов писателя, тот дух романтики, который не оставляет равнодушным ни одно человеческое сердце, если оно не закрыто для светлой мечты. Именно в этом следует искать причины популярности книг Казанцева. Его произведения изданы общим тиражом более 4,4 миллиона экземпляров. И переведены они более чем на два десятка языков мира. Войдя в большую литературу, Александр Казанцев остается увлеченным инженером. Он член общества изобретателей, выдающийся шахматный композитор - международный мастер. Он встречается со своими читателями, активно участвует в дискуссиях и спорах. Несмотря на своей солидный возраст, Александр Казанцев полон творческой энергии, руководит Всероссийским творческим объединением "Инокосмос" и продолжает радовать нас новыми научно-фантастическими произведениями, раскрывающими философию завоевания Космоса и новые человеческие отношения. Творчество Александра Казанцева может быть поставлено рядом с творчеством такого гиганта в области научной фантастики, как Иван Ефремов. Основоположники русской послевоенной фантастики много сделали для становления любимого молодежью жанра. Пожелаем же Александру Петровичу здоровья и творческих сил. Его многочисленные читатели благодарны фантасту за то, что он сумел перенести их духовный мир в будущее. А оно, надеюсь, все-таки будет прекрасным, как обещает нам "русский пророк от фантастики".

Жаренов Александр Сергеевич

Братство фронтовое

Аннотация издательства: Эта книга о людях, которые в дни войны стали солдатами. Ее написал и иллюстрировал своими рисунками художник кино А. С. Жаренов. Он работал на Мосфильме, а когда началась война, ушел ополченцем на фронт, боевыми дорогами прошел путь от Москвы до Берлина. Молодой коммунист был политруком, комиссаром, замполитом, но не забывал и своей мирной профессии: в минуты отдыха рисовал. Из дневниковых записей и рисунков художника на войне и родилась эта книга, рассказывающая о мужестве и стойкости советских воинов, их непоколебимой вере в победу.

Жан-Франсуа Жосслен

Правда о Дюрас

Маргерит Дюрас не хотела доверить кому--либо описание своей жизни. Она сделала это сама. Начиная с детства в Сайгоне, она превращает свою жизнь в роман, и совсем не случайно, что две самые нашумевшие ее книги -- "Плотина против Тихого океана" и "Любовник" -- переносят нас во французский Индокитай тридцатых годов, ставший источником всех ее любовных и сексуальных переживаний.

И литературных, конечно. В центре этой вымышленной страны -- знаменитый квартет: Маргерит, ее мать Мари Доннадье и два брата; старший -- подонок и сутенер, младший -- нежный, пленительный, женственный, чувственный. Похожий на ее любовника, которого, возможно, вовсе не было. Фактически Маргерит всегда оказывалась между двумя мужчинами: между двумя братьями, между старшим братом и любовником, позже -- между Робером Антельмом и Дионисом Масколо, между сыном и очаровательным Янном Андреа, своим последним спутником.

Алексей Зверев

Уильям Блейк

Прошло сто семьдесят лет с того дня, как тело Блейка опустили в безымянную яму для нищих, - хоронить умершего было не на что, заботы о погребении взял на себя город Лондон. Давным-давно в знаменитом Уголке поэтов Вестминстерского аббатства стоит доска, удостоверяющая, что выгравированное на ней имя принадлежит истории. Для англичан такое свидетельство весомее, чем высказывания любых авторитетов. Хотя и высказывания можно было бы приводить десятками, а простое перечисление книг о Блейке заняло бы половину этого журнального номера.

Владимир Устюжанинов

В ТЕ ГОДЫ В НАРЫМСКОМ КРАЕ

Мы, группа изыскателей, плыли за уходящим к северу ледоходом по великой сибирской реке Оби, растекающейся на рукава и протоки, образующие множество островов и островков, в лабиринтах которых можно было легко заблудиться. С островов поднимались и опять садились стайки юрких чирков и уток, некоторые из них, быстро работая крыльями, пересекали путь теплоходу и тёмными точками внедрялись и исчезали в голубом небе, где тянулись последние небольшие косяки гусей, опаздывающих к местам гнездовий.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

По велению свыше отправился сельский священник старец Сильвестр в стольный градМоскву к юному царю Иоанну Васильевичу. Много добрых дел совершил старец, ставдуховником государя, немало благих советов дал молодому царю, наставляя его на путьистинный…О легендарном взятии Казани, о новых царских законах и иных важных для Отечествагосударственных делах, совершенных Иоанном Грозным под влиянием благочестивогостарца, читайте в исторической повести В.П. Лебедева «Царский духовник».

Некоторые французские биографы уверяют, что ключ к пониманию личности Жореса в том, что он уроженец Южной Франции, выходец из старинного Лангедока, страны солнца, винограда и свободолюбия. Хотя это, по-видимому, преувеличение, родина с ее особенностями и традициями неизбежно оставляет на человеке неизгладимую печать своего влияния.

Когда говорят, что Франция не страна, а цветущий сад, то речь идет прежде всего о Лангедоке.

Это средиземноморская Франция, берега ее, низменные в Лангедоке и гористые в Провансе, омываются теплым южным морем. В Лангедоке солнечных дней в году больше, чем где-либо во Франции. Летом здесь жарко, как в Северной Африке. И только зимой холодные северные ветры, особенно свирепая трамонтана, да сильные осенние ливни омрачают настроение его жителей. Разумеется, если не говорить о других заботах, которых всегда было достаточно у населения этого благословенного края. Как раз в годы юности Жореса бедствие обрушилось на основной источник существования его земляков-крестьян: на виноградники. Эпидемия филлоксеры уничтожала их почти целиком и разоряла мелких виноградарей. Да и в обычное время крестьянин мог рассчитывать на относительное благополучие, только если он не обременен большой семьей. Поэтому так сокращалось население. Все труднее становилось и тем, кто кормился за счет полукустарной текстильной промышленности Лангедока, обрабатывавшей шерсть, овчины и шелк. Нечего и говорить о горняках, на долю которых почти не доставалось горячего средиземноморского солнца, поскольку они проводили большую часть суток в сырых угольных шахтах. Возмущение и отчаяние шахтеров прорывалось в забастовках, вспыхивавших здесь время от времени.

Книга стихов и песен. Ростов-на-Дону, 1996 г. 1000 экз

Поэма, стихотворения. Ростовское книжное издательство 1991., 96 с.

Издание осуществлено за счет средств автора Евтушенко