У пирующего всегда будет пир

Ованес Туманян

У пирующего всегда будет пир

Когда-то в городе Багдаде царствовал халиф (верховный правитель. - Ред.) Гарун-аль-Рашид. У халифа Гарун-аль-Рашида была привычка гулять переодетым и выведывать, что происходит в его столице. Однажды ночью переоделся он дервишем (странником. - Ред.) и пошел по глухой улице. Вдруг из дома какого-то бедняка донеслись до него звуки музыки и пение. Остановился он, подумал-подумал и из любопытства вошёл в дом. Вошёл и видит: пустая комната, голые стены. Перед огнём, на разостланном коврике, сидят за скудным ужином хозяин и музыканты. Все они играют, поют и веселятся.

Другие книги автора Ованес Тадевосович Туманян

С.Я.Маршак

Избранные переводы из Ованеса Туманяна

КАПЛЯ МЕДА

В ущелье гор среди села

Лавчонка тесная была.

Туда забрел в базарный день

Пастух одной из деревень.

Он на плече дубину нес.

За ним бежал мохнатый пес.

- Есть мед, купец?

- Есть, молодец!

Давай горшок или корец.

Ай что за мед, душистый мед!

Похвалит всякий, кто возьмет.

Купец по капле мед цедил,

Один купец в селе своем

Торговлю всяким вел добром.

Однажды из соседних сел

К нему с собакою пришел

Пастух – саженный молодец.

«Здорово, – говорит, – купец!

Есть мед – продай,

А нет – прощай».

«Есть-есть, голубчик-пастушок!

Горшок с тобой? Давай горшок!

Мед – вот он: что укажешь сам,

Отвешу мигом и продам».

Все по-хорошему идет,

За словом слово – тот же мед.

Отвешен мед, но как алмаз

Там, высоко, над скалой,

В глуби гор, покрытых мглой,

Скал, украсило чело

Наше старое село.

И утес, как великан,

Призадумался угрюмо,

Только ведает туман,

Что таит утеса дума…

Не постигнуть, что за мысли

Над селением нависли…

Там молящийся народ

Свято все посты блюдет,

И ходили в церковь чинно, -

Все же горе беспричинно

И нежданная беда

Постигали нас всегда…

Сказки армянского писателя для детей младшего и среднего школьного возраста.

На крыльях ветра рея ввысь,

На лунные сев лучи,

Толпою пери собрались

На вершине горы в ночи.

«О сестры! скал и родников

Прелестные духи, – сюда!

Оплачем юную любовь,

Погибшую навсегда!..

Кувшином девушка брала

Волну от семи ключей.

С семи кустов цветы рвала,

Гадать о любви своей.

Под звезды воду и цветы

Она поставила в ночь,

Моля у звездной высоты

В любви ей, бедной, помочь…

Лев-Мгер богатырь был родом таков:

Сасуном владел он сорок годов.

Столь грозен был Мгер, что птице чужой

Не взлететь при нем над его страной.

От Сасунских гор и в дальний предел

О славе его слух страшный гремел, -

Что велик ишхан [князь], всем смелым пример.

На тысячи уст был один Лев-Мгер.

II

Так, грозный, как, лев, соседям на страх,

Он князем сидел в Сасунских горах,

Целых сорок лет, – и за сорок лет

Эй, молодежь, сбирайся в круг!

Красавицы, ко мне!

Расскажет странник вам, ашуг,

О давней старине.

Друзья! Мы в жизни гости все.

Со дня рожденья мы

Бредем по суетной стезе,

И жует нас царство тьмы.

Пройдет любовь, умрет краса.

Всему придет черед.

Для смерти смертный родился,

Деянье – не умрет!

Пойдет молва из века в век

Про добрые дела.

Бессмертен смелый человек,

Ованес Туманян

Говорящая рыбка

Было ли, не было - жил один бедняк. Пошёл этот бедняк к рыбаку и нанялся в работники. За день он зарабатывал по несколько рыб, приносил их домой - на это они с женой и жили.

Однажды рыбак поймал красивую рыбку, велел работнику её беречь, а сам опять полез в воду. Сидит работник на берегу, смотрит на красивую рыбку и думает: "Господи боже, ведь рыба - тоже живое существо! Ведь есть же у неё, как и у нас, родители, друзья, смекает же она что-нибудь, чувствует и радость и горе..."

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Виталий Валентинович Бианки

Росянка - Комариная Смерть

Летел Комар над прудом и трубил:

- Я - Комарище!

Жигать мастерище.

Носом востёр,

Зол и хитёр.

Все меня боятся:

За всех умею взяться.

Зверя и птицы

Крови напиться.

Недруги ищут

Меня, Комарищу,

А я удал:

Жиг! - и умчал.

Никому меня, Комара, не словить!

Услыхала его Стрекоза и говорит:

Сергей Алексеевич Баруздин

Хитрая мышь

Завелась в комнате мышь. Пол прогрызла, ходит по комнате и говорит:

- Я у вас всё съем!

Люди достали кошку, сказали ей:

- Иди, лови мышь!

Ходит кошка по комнате, спрашивает:

- Мышь, а мышь, ты где?

- Я тут, под полом, - говорит мышь.

- А почему наверх не выходишь?

- Тебя боюсь.

- А что ж ты теперь делать будешь?

- Пойду в другой дом, - говорит мышь, - где кошки нет.

Сергей Алексеевич Баруздин

Жираф и тушканчик

У жирафа спросили:

- Ты почему такой длинный?

- Чтобы лучше видеть, - сказал жираф.

У тушканчика спросили:

- Ты почему такой маленький?

- Чтобы меня никто не видел, - сказал тушканчик.

Карло Бернари

НУВОЛИНО

На самой окраине неба в маленьком домике жили облачко - Нуволино и его мама - Тучка. Отца у Нуволино не было - он пропал без вести во время бури.

Поэтому маме Тучке приходилось трудиться за двоих.

Когда мама отправлялась купить звёздочки у Козерога и молока на Млечном Пути, Нуволино летал вместе с ней. На обратном пути он всегда помогал ей нести корзину, полную вкусных вещей. Но больше всего Нуволино любил летать вместе с мамой к Водолею.

Дональд Биссет

Игра в прятки

Однажды Тьма задумала играть в прятки с Луной. Она пряталась то за домами, то за дымовыми трубами и сидела там притаившись, пока Луна потихоньку не подкрадывалась к ней.

А иногда Тьма металась туда-сюда, прежде чем спрятаться за кошку или собаку, перебегавшую через дорогу. В общем-то она очень ловко пряталась от Луны.

Но вот взошло Солнце и все переменилось.

- Ну, теперь погоди! - сказала Луна. - Посмотрим, куда ты от Солнца спрячешься.

М. Бертен

Каприз принцессы

В красивом маленьком королевстве, полном парков, рек, загородных домиков и цветов, жил веселый румяный король по имени Родольфо. Все подданные любили его, другие короли называли себя его друзьями и все принцы были в отличных отношениях с ним. Король, о котором я рассказываю вам, конечно, был очень толст и сильно походил на нашего друга - Деда Мороза.

Но странное дело, несмотря на богатое королевство, верных подданных, любящую жену, этот добрый король не чувствовал себя вполне счастливым. Его счастье омрачалось тем, что единственная дочь короля - принцесса Медж, хотя и была послушной, ни за что не соглашалась выйти замуж. Между тем Родольфо очень хотел обвенчать ее и отдать трон ее мужу. Он уверял всех, что состарился, и мечтал поскорее передать свое королевство зятю.

Разнотравие. Сказки

[ЧАСТЬ I]

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

"Разнотравье" -- хорошее слово. Теплое. Лето представляется, солнечное такое. Трава уж как минимум по пояс, цветет все; горячий воздух, напитанный медвяным духом, активно сотрясается крыльями пчел, бабочек и прочих стрекоз. Опять же -- чуть позже -- сенцо, на котором так и тянет поваляться, лениво думая о чем-нибудь приятном или же сочиняя какую-либо безделицу. Ну, а где трава да сенцо, да солнце над лугом -- там и молоко парное, и... продолжать можно до бесконечности -- и нет этой бесконечности приятнее.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Тим Туманный

Сумрачный  рай  самураев

Таков вам положен предел,

Его ж никто не преступает

А.С. Пушкин, "Сцена из Фауста"

Часть первая

Жара придавила Москву, как распаренная, источающая розоватое свечение туша бегемота.

В глубине малокровного сада раскалялось до тихого звона старинное, желтого кирпича четырехэтажное здание.

Он знал, что не может быть свидетелей его одиночества в высоте: стоило поднять глаза к небу, и тотчас глаза прожигала до дна ослепительная солнечная соль. Он мог вечно крутить безысходные, черные кольца на одном и том же месте, словно кордовая модель. Мог с жестокой жалостью глядеть на тощие зонты деревьев, не отбрасывающие никакой тени. Когда-то растения предпочли корни крыльям, при этом кровную связь с землей сохранили, но высоту потеряли навсегда. Что ж, каждый волен сделать свой неправильный выбор.

Ольга Туманова

Будни

Массивная дверь впускает меня в холл, и я спешно шагаю по ступеням, на ходу показывая пропуск. Я иду нарочито быстро, и вся я: и мой взгляд, и моя походка - все говорит: извините, я тороплюсь!

И вновь из-за стола поднимается женщина. Какая? Да, никакая. Бесцветная. Тусклые волосы лежат на голове плоской паклей; полинялый кусок чего-то, то ли огромного шарфа, то ли маленького одеяла, окутывает фигуру, похожую на холодильник; лицо без единого яркого пятна - я никогда не могу его вспомнить, но я и не смотрю ей в лицо, я смотрю на ее сапоги, скособоченные, поцарапанные: я не хочу видеть часы над входом, где стрелка скачками прыгает к девяти часам. Она - должность у нее жуткая, вернее, не должность, конечно, про должность ее я ничего не знаю, но ее название: табельщица, это слово приводит меня в уныние. Вы только послушайте: та-бель-щи-ца. Голос у (не могу я повторять это слово!) нее тоже бесцветный, и говорит он вяло и монотонно, и каждое утро одно и то же: как секретарь отдела я обязана следить за сотрудниками: кто во сколько пришел, кто во сколько ушел, куда отлучался в рабочее время.

Ольга Туманова

День был...

День был жаркий и душный. Сквозь огромные стеклянные окна широким потоком лился солнечный свет, заполняя класс тяжелым теплом. Не то что ветра, не было ни малейшего ветерка; природа замерла в полуденной истоме, и только люди пытались заниматься привычными делами.

Елена Петровна вновь оглядела класс: все головы склонились над тетрадями, губы шепотом помогают голове думать, глаза то затуманено смотрят в парту, то напряженно в тетрадь соседа, зубы покусывают кончики шариковых ручек...натужено дыша от жары и усердия, класс выполнял городскую контрольную по математике, и такой тишины кабинет не знал в течение всего учебного года.

Ольга Туманова

Дождь

С утра шел мелкий дождь.

Мутные капли лениво ползли по стеклу, монотонно стучали по подоконнику.

Климанов считал себя человеком солнечным и в слякотные дни старался не выходить из дома.

Дождь Климанова угнетал. Не работалось. На кухне грудились грязные тарелки. В ванне скапливались носки и рубашки. В голову лезли ненужные мысли, философские, например, о неизбежности смерти и смысле бытия... В голове крутились стихотворные строки. Вот и сегодня весь день тюкало рефреном: